Мальчик-который-готовил (джен)

Следующие несколько дней для Гарри прошли под знаком бесед с Линфредом. Казалось, только ежедневная необходимость спускаться к камню рода держала мальца в тонусе, не позволяя расклеиваться.

На простой вопрос обеспокоенного Антуана дух вздохнул и выдал расплывчатое:

— Наследник растёт, меняется…

— Но он же ещё ребёнок — ему двенадцать, — не поверил своим ушам де Прево: обычно такое определение давали подросткам. Неужели Поттера уже настиг пубертат?? Рано же… Это девочки вступают в подростковый период в двенадцать-тринадцать лет, а у ребят «детство» длится лет до пятнадцати.

— Ты забываешь, что он — наследник и последний в роду, — пояснил Линфред, — а это накладывает свой отпечаток. Магия подхлёстывает развитие тела, а детская психика не выдерживает — отсюда и эмоциональные качели. Было бы неплохо написать Делакурам: присутствие пары снизит градус напряжения. В крайнем случае, можно будет и помолвку заключить…

От осознания, что именно предок Поттеров имел в виду, Антуану поплохело…

— Да что ты распереживался так… — уловил колебания магии собеседника Линфред. — Флёр в этом году пятнадцать — по меркам вейл уже взрослая девушка, они с Гарри связаны ещё с прошлого года. Официальное объявление о помолвке ничего не изменит — только успокоит магию обоих, а на совершеннолетие наследника можно и брак заключить.

Вздохнув, де Прево признал правоту собеседника: Гарри надо стабилизировать до школы, иначе проблем не избежать. Он поклонился камню рода и направился в кабинет — приглашать Делакуров. Ответ не заставил себя ждать: вечером того же дня прекрасная полярная сова принесла согласие на встречу — как оказалось, Флёр тоже места себе не находила.

— Вот и ладушки, — с облегчением выдохнул Антуан и, позвав домовика, дал приказ: подготовить комнаты для гостей, причём юную мисс разместить недалеко от наследника.

* * *

Визит стал неожиданностью для обоих ребят. Но если для Гарри сюрпризом стал сам факт приезда «цветочка», то девушку удивили резкие перемены во внешности «братишки».

В прошлом году это был милый розовощёкий малыш с озорным блеском в глазах, едва достававший ей до плеча, а сейчас перед ней стоял худощавый и болезненно-бледный подросток практически одного с ней роста. Блеск изумрудных глаз был скорее горячечным…

«Что же с тобой случилось, хороший мой? Неужели магия «подгоняет» тебя под меня? Ну, ничего — пока я здесь, то буду рядом: долг платежом красен — полгода назад ты спасал меня, сейчас моя очередь.»

И их пару стали часто видеть то гуляющими в оранжерее, то сидящими у камина — только роли поменялись с точностью до наоборот: теперь уже Гарри млел и засыпал в объятиях прекрасной француженки. Антуан дал чёткое указание домовикам: спать дети должны каждый у себя — мало ли как поведёт себя вейла. Однако, к завтраку ребята всё равно спускались под ручку.

Отметив нервозность регента, мадам Делакур отвела его в сторонку и сказала:

— Я понимаю Ваше волнение за подопечного, но, уверяю, ничего плохого Флёр наследнику сделать попросту не способна: в таких парах вейла становится хранителем будущего супруга. Можете считать это проявлением материнского инстинкта — как только тот «входит в возраст» и надобность в опеке отпадает, всё возвращается на круги своя. Жаль, что мы слишком поздно узнали о проблеме — не успеем оформить перевод, однако в следующем году нужно будет что-то придумать. За год психика Гарри «нагонит» тело, и он начнёт замечать девочек…

А первого сентября взрослые наблюдали трогательное прощание подростков: стоя у камина, они крепко держались за руки и молча смотрели в глаза друг дружке. Сердце матери не выдержало:

— Да идите уже! — и ребята со счастливыми улыбками, всё так же сомкнув ладони, шагнули в изумрудное пламя.

* * *

В это же время в кафе «У вокзала» старая миссис Чанг ждала первых посетителей. Тот милый паренёк, что вывалился из её камина в прошлом году, сдержал слово, и уже после зимних каникул через её заведение прошла чуть ли не половина Хогвартса. За полдня работы она «сделала» месячную выручку! Похоже, у мальчонки рука лёгкая, надо будет закрепить успех и внучке втык сделать — упустит ведь жениха.

Матримониальные планы старушки прервало взметнувшееся вверх изумрудное пламя, и на коврик шагнула пара: оба статные и красивые. Он — слегка худощав (какие его годы, мясо нарастёт) и черноволос, а она — явно вейла: такие серебристые блондинки только у них (ещё у сидов, но о них уже давно нет ни слуху, ни духу).

— Нихао⁽¹⁾, бабуля Чанг! — широко улыбнувшись и блеснув зеленющими глазами, с поклоном поздоровался брюнет. Что-то в нём было такое знакомое…

— Нихао, молодой человек, — ответила миссис Чанг. — Мы знакомы?

— А то, — закивал тот. — Вы — первая волшебница, которую я встретил в магическом мире. И у Вас очень интересные дорожные завтраки.

— Так это ты в прошлом году прошёл на платформу через моё кафе?! — обрадовалась старушка. — Как тебя приняла Чжоу?

— Не так, как ожидалось, — как-то скис гость, — но я не в обиде: мы ведь и знакомы-то не были.

И тут взгляд хозяйки кафе упал на сплетённые пальцы вошедших. «Да они связаны! Причём в обе стороны… Эх, Чжоу-Чжоу, сколько раз говорила: не давай волю своему языку! Такого жениха профукала! Но это не значит, что я упущу выгодное знакомство.»

— По старой памяти примите эти коробки с завтраком, — улыбнулась она и, хитро подмигнув, добавила: — И не забудьте рассказать, где Вы их взяли!

— Непременно, бабуля Чанг, непременно, — усмехнулся брюнет. — Сегодня у Вас будет много посетителей: после зимних каникул только и разговоров было, как о Ваших «чемоданчиках»! — И, вновь отвесив идеальный поклон, попрощался: — Цзай цзянь ⁽²⁾, уважаемая! — Сжав руку своей спутницы, он направился к двери.

— Постой! — крикнула ему вдогонку миссис Чанг. — Скажи хоть, как тебя звать: буду ежедневно жечь за тебя благовония, как за одного из моих внучат!

— Дуо сье ⁽³⁾, уважаемая, — ответил ей благодетель (ну и что, что лет ему всего ничего). — А зовут меня Гарри Поттер, последний из рода. Простите, но нам пора.

— Да благословит вас Золотой дракон Единства, дети, — шепнула старушка в спину ребятам и ворчливо добавила: — А с Чжоу я ещё побеседую!

* * *

Перед самой лестницей на платформу Флёр остановилась.

— Гарри, прости, но дальше я не пойду — моё появление привлечёт слишком много внимания, причём негативного. — Она чмокнула братика, нет — скорее, уже своего парня, — в нос, и, сжав его руку напоследок, оставила в ладони круглый и тёплый предмет: на золотой цепочке висел прозрачный медальон в оправе из того же материала, а внутри него — нежно-белое перо. — Это моё пуховое пёрышко, — пояснила Делакур. — Оно успокоит твою магию и защитит от дурного глаза; надень и не снимай даже ночью. — И, вздохнув, вызвала домовушку: — Линни, доставь меня к воротам Академии.

Тут же из воздуха соткалась хрупкая фигурка в лазурной тоге (именно так, оказывается, называются их «наволочки» и «полотенчики») и, ухватившись за юбку шармбатонки, исчезла месте с той.

Гарри вздохнул: он бы выдержал любые нападки и косые взгляды, только бы не расставаться подольше, но моментально одёрнул себя — нельзя быть таким эгоистом, — и, поднявшись на платформу, расслабленной походкой зашагал к поезду.

Найдя свободное купе, Гарри уселся у окна и, наблюдая, как студенты — и первокурсники, и постарше — мучаются с совиными клетками, усмехнулся: его почтальон предпочитал добираться самостоятельно.

Понаблюдав за суетой, творившейся у поезда, Поттер незаметно для себя задремал. Проснулся лишь оттого, что кто-то тихо, но настойчиво скрёбся в дверь. От взмаха палочки она открылась, и на пороге оказалась Милли.

— Уф, ну, ты и спрятался! Я трижды весь поезд прошла, пока нашла!

— И тебе здравствуй, Милли, — дружелюбно проворчал тот. — Проходи, садись. Рассказывай: как сама, как жених? Шарль, кстати, мне понравился — спокойный, основательный, с юмором.

— Да я-то что, — отмахнулась Буллстроуд. — Всё как обычно, только мама «на воды» укатила здоровье поправлять. А вот ты изменился — вытянулся, возмужал — и не скажешь, что только второкурсник. Как от поклонниц отбиваться будешь?

— Не смешно, — отрезал Гарри. — У меня в конце месяца магия чудить стала — только у камня рода облегчение чувствовал. Вот регент рода и пригласил Флёр с родителями. Так я, стыдно сказать, чуть ли не коалой — мишка такой лопоухий, «прилипчивый» — на ней висел. Если б не школа…

Милли понимающе кивнула:

— У Флёр в двадцатых числах августа день рождения, ей пятнадцать исполнилось — в этом возрасте вейлы в самую силу входят. А вы ещё и связаны… Вот магия и ускорила твоё физическое развитие. К тому же, ты — последний в роду…

— Ясно, — нахмурился Гарри, — роду нужны наследники. А так как я «в отстающих» — меня простимулировали к действию. Кошмар!

— Не кошмар, а необходимость, — возразила Милли. — Волшебников и так мало, намного меньше, чем простецов⁽⁴⁾. Если не «стимулировать» некоторых — вообще вымрем! Так что не ворчи.

Гарри покачал головой, не желая продолжать смущающий разговор.

* * *

У хогсмидской платформы их ждали самоходные кареты.

— В «Истории Хогвартса» сказано, что в кареты запряжены фестралы, только вот где они? — раздался за спиной Поттера знакомый голосок.

— Привет, Гермиона, — ответил Гарри. — Если бы ты была внимательней, то знала бы, что видеть фестралов дано не всем — «только те, кто видел Смерть, могут узреть её творения»… — процитировал он.

Грейнджер поперхнулась воздухом и испуганно воззрилась на рейвенкловца:

— Ты же не видишь их, Гарри, да?..

— Не вижу, — подтвердил тот. — Когда погибли мои родители, я был слишком мал… — А в мыслях пронеслось: «Просмотр воспоминания, к счастью, не считается».

* * *

На распределении Гарри приготовился скучать, однако его взгляд зацепился за две девчачьи макушки — ярко-рыжую, напомнившую ему о маме (грудь предостерегающе обожгло подарком), и снежно-белую, но какую-то неухоженную, — об этой девчушке он дал себе слово позаботиться, если она попадёт на Рейвенкло, — и медальон смолчал…

Первая оказалась очередной Уизли и отправилась к братьям на Гриффиндор — ну и пусть её, не пропадёт. А вот за второй, Полумной Лавгуд, Поттер следил с замиранием сердца: «Рейвенкло… выбери Рейвенкло!» — заклинал он.

— Рейвенкло!!! — вняла его мольбам Шляпа.

Новенькая, усевшись рядом с Гарри, с задумчивым видом изрекла:

— Я слышала, что ты пообещал, спасибо: всегда мечтала о старшем брате! Ты ведь Гарри?

— Да, — ответил тот, и с нордическим спокойствием уточнил: — А ты — Полумна?

— Папочка зовёт меня Луной, а кое-кто — Полоумной…

— Тогда я буду звать тебя, как папа, — твёрдо постановил Поттер. — Я же теперь твой старший брат.

— Ага, — отозвалась его названная сестрёнка и с отсутствующим видом опустила голову ему на плечо. От этого действия Гарри стало тепло и уютно — словно он вернулся домой.

* * *

А на следующий день чуть свет Поттер примчался на кухню:

— Динки, Лина, где вы? Я соскучился!

Оба эльфа материализовались перед студентом, и «старший» притворно-ворчливым тоном принялся выговаривать:

— Хороший эльф не кричит и не отвлекает других от работы! — но тот, не слушая, сгрёб обоих в объятия, и Динки, охнув, с удовольствием ответил. Лина даже прослезилась.

— Линочка, ты чего? — испугался Гарри. — Я слишком сильно тебя сдавил?

Та лишь отрицательно замотала головой. Сделав пару глубоких вдохов, она объяснила:

— Лина тоже скучала, — и вдруг опустила уши: — Беда у нас, Гарри.

— Что случилось?

— На кухне вор появился: обнаружилась недостача круп. Думали, крыса, но нет — все мешки целые. Да и сторож бы не пропустил…

— А что за сторож? — полюбопытствовал Поттер. — Вот у нас дома я ужика прикормил, чтобы крыс от тётушкиных запасов отваживал.

— А в Хогвартсе сторож чуть поболе, — усмехнулся Динки. — Замок от грызунов охраняет Король змей, точнее, королева.

— Василиск?! — воскликнул Гарри: уроки нового профессора ЗоТИ не прошли даром. — Так надо же её найти, может, случилось чего: заболела там или вообще… — О том, что может быть «вообще», думать не хотелось.

— Да… — боязливо протянула Лина, — а ежели она тебя съест? Где мы другого такого способного ученика возьмём, а?

— Не боись, — подмигнул ей Поттер, — я волшебное слово знаю.

— Это какое? — заинтересовался «старший». — Авада Кедавра? Не подействует: во-первых, от бронированной шкурки нашей «змейки» все заклятия отскакивают — особенность у неё такая, а во-вторых, маловат ты ещё такими заклятиями кидаться.

— Да нет же, — успокоил главного домовика Гарри, — я же сказал «волшебное слово», а не заклинание: мы с тобой одной крови, вот! От меня тоже в детстве Авада отскочила. А ещё я парселтанг знаю.

Динки уважительно глянул на своего «протеже»:

— Тогда, может, и выживешь… Хорошо, как настанет время кормёжки, возьму тебя с собой. Ты, правда, вымахал здорово — придётся нагнувшись идти. Согласен?

— Конечно! — радостно закивал тот.

На том и порешили…

1) кит. «Здравствуйте»

Вернуться к тексту

2) кит. «До свидания»

Вернуться к тексту

3) кит. «Большое спасибо»

Вернуться к тексту

4) «политкорректное» наименование магглов

Вернуться к тексту