Братья по магии. Точка отсчета (джен)

Альбус снова покивал. Когда Поппи выдохлась, он заговорил сам:

— Хочу попросить тебя… Не могла бы ты устроить так, чтобы Алекс Грей пришёл сюда? Мне нужно, чтобы ты его осмотрела. Проведи полную диагностику, пожалуйста.

— Полную диагностику? Но Альбус, вы же знаете, что на него не действуют диагностические чары, — отмахнулась Помфри.

— Не действуют? Хм… Но ведь можно попробовать ещё раз, верно? — Дамблдор бросил оценивающий взгляд на медиведьму из-под очков. — Поппи, а почему ты думаешь, что я об этом знаю?

— Ну кому, как не вам, господин директор, знать, что происходит с учениками в этой школе?

— Поясни-ка мне это, пожалуйста!

Помфри в недоумении уставилась на директора.

Минутой ранее Альбус собирался сказать примерно следующее: «Поппи, хочу попросить тебя об услуге. Надо придумать предлог, чтобы Алекс Грей оказался в Больничном крыле, а ты проведешь диагностику его ядра. Если у меня будет твоё заключение о состоянии магического здоровья этого мальчика — заключение медицинского работника, что ядро заблокировано, то тогда я снова подниму вопрос об его отчислении на педагогическом совете». Однако, беседа ещё в самом начале свернула не туда, и Дамблдор уже сомневался, что сможет без обиняков высказать свою просьбу. Приходилось менять тактику.

— А ты не заметила в этом мальчике чего-нибудь необычного? — Альбус сделал паузу, но Помфри молчала. — Я имею в виду его магическое ядро. В каком оно состоянии?

— Полагаю, в таком же, как и было в начале учебы, — заблокировано. А что произошло?

— Поппи, ты знала!.. И ты мне не сказала, — не смог удержаться от укора Дамблдор.

Лучше бы он этого не делал, потому что медиведьма вспыхнула:

— В каком смысле не сказала? Думаю, Альбус, что это вы должны были предупредить меня заранее, а не поставить перед фактом. Я же должна была знать, как лечить этого мальчика, если потребуется. И ведь потребовалось! У него к тому же ещё и аллергия на зелья. Когда он заболел в начале года, он чуть не умер от простого Бодроперцового. Северус едва его спас какими-то магловскими средствами, потому что магия оказалась бессильна.

Альбус поднёс руку к бороде, чтобы погладить её, это жест помогал ему успокоиться и сосредоточиться.

— Поппи, ты сама должна была продиагностировать мальчика, а не ждать, когда это сделает Снейп. Ты не можешь не знать заклинание, которым проверяют состояние магического ядра и каналов. Потом обычно колдуют дополнительные чары, чтобы выяснить, почему нет отклика от ядра, а это, в свою очередь, помогает констатировать его блокировку.

Дамблдор выдал эти хрестоматийные сведения явно не той волшебнице. Помфри, разумеется, знала это ничуть не хуже самого Альбуса, а может, и получше. По крайней мере, ей самой так казалось. Она заговорила, едва сдерживая возмущение:

— Я знаю множество диагностических заклинаний, и Мерлин свидетель, я перепробовала их все, но те чары, о которых вы говорите, я бы применила в последнюю очередь. Альбус, это школа для детей-волшебников, зачем мне сомневаться в том, имеет ли её ученик магические способности? Мальчик с заблокированным магическим ядром не мог получить письмо с приглашением!

Дамблдор крякнул. Он как раз представлял, что это вполне вероятно, если между рассылкой письма и блокировкой ядра прошло какое-то время. Альбус пошёл на попятный.

— Не горячись, Поппи, я не хотел тебя обвинять, но когда ты заговорила о том, что я в курсе… Поверь, это не так. И всё-таки, почему ты считаешь, что я должен был предупредить тебя? Или ты всё ещё думаешь, что я знал?

— Конечно, вы знали!

— Но Поппи, мальчик с заблокированным ядром не может учиться в школе чародейства и волшебства, как ты сама только что заметила. Как ты могла подумать, что ему здесь место, и решить, что я в курсе?

— Точно так же, как тогда, когда вы привели в школу другого ребёнка, которому здесь тоже было не место и которого я пользовала раз в месяц… Альбус, вам напомнить имя? Был ещё один мальчик, гораздо раньше, я тогда не работала в Хогвартсе… Полукровка расы, представителям которой запрещено обучаться в школе…

— Ну что ты, девочка моя, я прекрасно понял, о ком ты. Сейчас не стоит об этом. И всё же… Объясни мне! Расскажи, что ты подумала.

— Я решила, что это очередной ваш эксперимент, только и всего.

Альбус пожевал губу. Он окинул взглядом ровные ряды коек, чувствуя острую потребность присесть, но Поппи не предложила ему пройти в её кабинет, и они разговаривали стоя. Вероятно, сначала она торопилась рассказать о проблеме с зельем, а теперь ей вряд ли захочется пригласить его на чай.

— Скажи, а как ты всё-таки выяснила, что у мальчика — подобная проблема?

— Случайно. Мне сказал об этом Северус.

— Хорошо, я понял, Северус… Почему ты сразу не сигнализировала… то есть не подошла ко мне поговорить, когда узнала?

— В том-то и дело, что я узнала не сразу. Сначала я лечила мальчика, как обычного ученика.

— Как же он мог учиться с заблокированным ядром? — Альбус никак не мог слезть с интересующей его темы. Вдруг медиведьма всё же что-то знает и подскажет ему и, таким образом, разрешит его сомнения?

— Откуда мне знать, Альбус? Моё дело — следить за здоровьем детей, а не за их успеваемостью. Я рассудила, что если вы считаете приемлемым держать почти сквиба в школе, то кто я такая, чтобы указывать вам и мешать проводить свои исследования?

— Раз уж мы всё выяснили… — Альбус устремил на Поппи проникновенный взгляд, отказать после которого было просто немыслимо. — Я хотел попросить тебя выступить экспертом, чтобы мальчика можно было отчислить. С таким диагнозом ему действительно не место в школе. Ты подашь официальный документ Минерве, и она даст делу ход. И не говори ей, что это я просил тебя. Будет лучше, если она решит, что это твоя идея.

Альбус мягко улыбнулся — дело сделано. Однако, он рано радовался.

— Отчислить? Я? По своей инициативе? — ведьма почти кричала. — Альбус, я его не зачисляла, с чего бы я вдруг, ни с того ни сего, заговорила об этом? И потом, как мне объяснять это внезапное решение обследовать этого первокурсника? Я дорожу своей репутацией, и мне не всё равно, что обо мне подумают. Наверняка будет скандал, я не хочу быть в нём замешанной. Не заставляйте меня делать то, что я не должна, мое дело — лечить, а не лезть в административные дела. Хотите отчислить мальчика — пожалуйста, но только сами. Оформите бумаги официально, пришлите мне запрос, и тогда мне придётся написать заверенный отчёт о состоянии магии первокурсника Грея!

От возмущения Помфри вцепилась в свой белоснежный накрахмаленный передник, безжалостно сминая его. Дамблдору на миг почудилось, что Поппи хочет так же вцепиться в его гордость — бороду. Он попытался утихомирить медиведьму, но не преуспел. Единственное, чего он добился, это обещание не обсуждать его визит с Минервой, при условии, что Альбус больше не будет настаивать на медицинском осмотре мальчика с целью отчисления.

Дамблдор получил отповедь и вынужден был покинуть Больничное крыло ни с чем. Он не захотел возвращаться к себе в башню, вместо этого он решил немного прогуляться, а потом отправиться на ужин. Не то чтобы он проголодался, но Альбус старался почаще присутствовать на общей трапезе, чтобы следить за настроениями, преобладающими на факультетах. А сегодня он хотел ещё и выяснить кое-что.

* * *

— Может быть, мы что-нибудь забыли? — спросил Гарри, глядя на мучения брата с Картой Мародёров. — Какое-нибудь действие?

— Вряд ли…

Алекс раздражённо кинул пергамент на стол и встал.

— Мы перепробовали всё, даже не знаю, что ещё можно придумать. Можно, конечно, отложить исследование, но не думаю, что потом что-то получится. Такое чувство, что карта просто перестала работать, только не могу понять, почему…

Алекс не договорил. Он замолчал на середине фразы, потому что ему в голову пришла идея. Грей быстро достал чистый пергамент и обычное перо, которые всегда были наготове у Гарри в сумке.

— Сейчас… хочу кое-что проверить, — пробормотал Алекс и начал что-то быстро писать, больше ничего не объясняя.

Гарри засветил над головой ещё один Люмос, поярче. Наколдованного ранее света не хватало для письма.

— Ну вот, готово, — через несколько минут с удовлетворением сказал Грей. Он скатал не очень длинный пергамент в рулончик и попросил Гарри поместить его в Пространственной карман. — Сейчас, надо подождать минут пять, меньше нет смысла. Для чистоты эксперимента лучше бы больше, но думаю, что и так всё будет понятно.

Гарри было любопытно, что за эксперимент проводит брат и что он писал. Но больше всего Поттера заинтересовало, зачем помещать в Пространственной карман исписанный пергамент, однако, он предпочёл подождать, пять минут пройдут совсем быстро и скоро он всё узнает.

— Так я и знал, — с неимоверной досадой проговорил Алекс, когда развернул пергамент, побывавший в Пространственном кармане. — Гарри, смотри, здесь пусто!

— А что ты там писал?

— То же, что и для профессора Снейпа. Я создал ещё один волшебный свиток, облегчающий работу зельевара, только для экономии времени я взял не все функции.

— А ты разве так можешь? Ну, я имею в виду, что тогда, когда ты создал свиток, чтобы делать очки, ты потом не смог его повторить.

— Я бы и сейчас не смог повторить ту формулу. Тогда было какое-то магическое вдохновение, не иначе. Разрабатывать свиток для Снейпа было намного легче, я просто адаптировал для него некоторые функции нашего Ежедневника из раздела зельеварения, так что повторить было нетрудно. Но Гарри, смотри — всё исчезло после Пространственного кармана. Похоже, Карта Мародёров приказала долго жить.

— Приказала долго жить? Это как? — Гарри не знал это выражение и попросил объяснить.

— Карта пропала. — Алекс тяжело вздохнул. Вывод, который он сделал, не укладывался у него в голове. Мальчику хотелось придумать какое-нибудь другое объяснение, чтобы можно было надеяться, что всё ещё изменится к лучшему. — Вернее, пергамент сохранился, а функции исчезли, наверное, магия выветрилась. Подозреваю, что это влияние подпространства, куда попадают вещи. Но это странно, живые объекты, побывавшие там, не только не пострадали, но не испытывали никаких проблем. Ты там тоже был и остался цел.

— Жалко карту, — сказал Гарри.

На самом деле Гарри жалел не карту, а брата. Он понял, почему Алекс расстроился, ведь артефакт был очень ценный, он мог принести много пользы, если бы Алексу удалось его исследовать. Так что карта Гарри нужна была только для того, чтобы отдать брату. Поттер задумался над словами, которыми он мог бы поднять Алексу настроение, но тот внезапно вскочил из-за стола.

— Невидимка! — заорал Алекс. — Гарри, доставай скорее мантию! Надо проверить, сохранила ли она невидимость!