Братья по магии. Точка отсчета (джен)

Сейчас красивые локоны Алекса цвета спелой пшеницы растрепались. Они мешали, лезли в глаза, и он постоянно, сам того не замечая, поправлял их руками. Прическа Гарри за последние дни тоже изменилась. Она ещё не стала его обычной, той самой, которую так стремилась укротить тетя Петуния, но Гарри чувствовал, причесываясь по утрам самостоятельно, что волосы становятся более жесткими и их трудно пригладить даже после нескольких взмахов расческой.

Поттер и Кейн синхронно моргнули. Энди бросал встревоженная взгляды на Гарри, удивляясь необычной просьбе, но Гарри мог только молча делать Энди знаки, чтобы тот не задавал лишних вопросов. Пока приходилось оставлять все, как есть.

— Так что насчет футболок? — допытывался Алекс.

— Отец вряд ли сможет такое… Мы ведь даже не знаем, кто это такие — Вейдер и… как его? — признался Энди. Ему не хотелось отказывать Алексу, но друг просил невозможное.

— Ладно, Энди, мы поняли, ничего страшного, — сказал Поттер, уводя Алекса.

Теперь у Гарри появилась ещё одна причина для недоумения и переживаний. С чего вдруг Алекс захотел обычную магловскую футболку, тогда как он обычно предпочитал надевать рубашки из тонкого полотна под строгие волшебные сюртуки и камзолы? К тому же, брат всегда следил, чтобы о них не говорили, что они темные волшебники, даже в шутку. Он всегда останавливал Симуса и Дина, ведь Вейдер и Палпатин — приверженцы темной стороны силы, а в волшебном мире, где Темный Лорд держал не так давно всех в страхе, эти персонажи могли их скомпрометировать, особенно Поттера. Почему же сейчас брат при большом скоплении народа практически признается, что ему нравятся такие личности? Конечно, чистокровные ученики понятия не имеют, кто это такие, однако, наверняка среди маглорожденных и полукровок найдутся те, кто смотрел «Звездные войны».

Гарри всё ещё ждал, когда Алекс перестанет изображать из себя обычного паренька в попытке быть, как все, потому что получалось у него очень плохо.

* * *

Алекс продолжал удивлять. Проходя мимо Лаванды и Парвати, он подбежал к ним, приобнял каждую со словами: «Привет, красавицы!» Браун после этого тихо ахнула, её подружка бросилась приводить её в чувство.

В субботу, когда за обедом к нему подошла Миллисент со свитком пергамента, аккуратно перевязанным черной бархатной ленточкой, Грей выхватил его, даже не удостоив девочку взглядом. Благодарить пришлось Гарри. Булстроуд с достоинством кивнула и удалилась, а Поттеру пришлось объяснять Алексу, что означают имена и время, указанные на бумаге.

— В смысле я их причесываю? — Алекс даже подавился слюной от удивления. — Я делаю прически каким-то девчонкам? Вот чего Уизли тогда пристал…

— Ты что, не помнишь? — удивленно спросил Гарри. Удивление быстро сменилось тревогой.

— Нет, такого я не припоминаю. С чего это я вдруг? Надо же, парикмахерская!

Гарри, полный мрачных предчувствий от странных пробелов в памяти Алекса, объяснил, что тот делает прически девушкам за большие деньги. Этот аргумент оказался решающим. Алекс оживился и согласился причесывать девчонок, мальчишек, кошечек и собачек, лишь бы платили звонкой монетой, только попросил Поттера разъяснить ему всё поподробнее.

По дороге в салон Алекс снова засы́пал Гарри вопросами. Поттер терпеливо отвечал, но с каждой минутой его сомнения в успешном окончании этого предприятия возрастали. Как брат собирается причесывать девушек, если не подключает назад магию и отказывается слушать любые доводы? Или Алекс действительно все забыл?

— Боже, как я на это согласился? — спросил сам себя Алекс, закатывая глаза.

Вскоре подошла первая клиентка с зеленым галстуком. Пока она объясняла, какую прическу хочет, Грей легкомысленно жонглировал расческами, аккуратно разложенными на столике.

— Ты точно сможешь? — с сомнением спросила девушка. — Если бы я не видела готовые прически…

— Любой каприз за ваши галеоны! — со смехом ответил Алекс.

Девушка с сомнением посмотрела на мэтра, но все же распустила волосы, положила свои заколки и шпильки на столик, после чего опустилась на стул спиной к Алексу. Мальчик взял прядь её волос в одну руку, расческу — в другую и… посмотрел на Гарри. Весь его вид кричал: «Выручай!»

В этот момент в коридоре послышалось мяуканье. Все застыли, прислушиваясь: не хватало только попасться Филчу, тот тут же доложит Макгонагалл. Она будет рада отыграться за тот раз, когда Снейп в Большом зале при всех её уделал прилюдно одержал верх в словесной битве. Но возможно, кошка пройдет мимо?

Миссис Норрис безошибочно нашла салон. Она уселась прямо под дверью и принялась истошно мяукать.

— Мне не нужны неприятности. Надо было накладывать чары отвлечения внимания! — сердито сказала клиентка, но сообразив, что перед ней первокурсники, да ещё гриффиндорцы, оборвала себя. — Теперь уже неважно. На сегодня работа вашего салона закончена, если только ты, Грей, не хочешь причесать лысину нашего завхоза!

Девушка сгребла свои заколки и вылетела в коридор, едва не наступив на Миссис Норрис. Через секунду её каблучки уже выбивали дробь по каменному полу — слизеринка стремилась избежать встречи с Филчем, наверняка, тот был где-то рядом.

Миссис Норрис подошла к мальчикам и ласково потерлась об их ноги. Она сделала несколько кругов по комнате и выскользнула в неплотно прикрытую дверь. Алекс и Гарри дружно вздохнули с облегчением. Они не только избежали встречи с завхозом, которой мог задать неприятные вопросы, но и избавились от гнева девушек со Слизерина. Те точно не простили бы нарушение договора, оставшись без причесок.

Миссис Норрис оплатила добром за добро — избавила Алекса от большого позора, после которого о его репутации среди чистокровных девушек школы можно было забыть.

* * *

В воскресенье утром в Большом зале Гарри сидел, погруженный в себя. Он окончательно ничего не понимал. Алекс вел себя странно, нелогично и своим поведением не только не добивался тех самых преимуществ — быть как все, а стал, наоборот, не как все, постоянно привлекая к себе нежелательное внимание. Пока все лишь удивлялись переменам, произошедшим с Греем, но Гарри чувствовал, что уже недалеко до осуждения и открытого неприятия.

Вчера вечером после неудачного посещения салона Гарри пытался ещё раз поговорить с братом. Он прямо заговорил об их необычных способностях, которые возникли в результате их магического братства. Ответ Алекса его обескуражил: тот сказал, что он совсем не против быть не просто друзьями, а братьями, потому что быть братом Гарри Поттера — это круто, и предложил побрататься на крови, порезав палец.

Теперь Гарри не был уверен, что Алекс что-то помнит, если только не притворяется так талантливо. Страх Гарри о том, что он наскучит Алексу, казался теперь далеким, надуманным и эгоистичным. Гарри осознал, что все гораздо серьезнее, однако, по-прежнему не понимал, в чем дело.

Раздался шорох крыльев — совы принесли воскресный выпуск «Пророка». Чуть дальше за столом кто-то из учеников просматривал страницы газеты. С одной из них на учеников смотрел Дамблдор с толстой книгой в руках.

Алекс легко поднялся со своего места, заглянул через чье-то плечо и прочитал вслух:

— «Он не пройдет? Примут ли представители Визенгамота закон Альбуса Дамблдора?» — И добавил, пихая Гарри локтем: — Прикольно! Наш директор крут, он им всем покажет!

Но Поттер не обращал внимания, он думал о своем. Дамблдор! Алекс не мог говорить о директоре так восторженно, брат не доверял ему с самого начала, ещё когда тот ничего им не сделал, а уж после подземелий тем более. Теперь Гарри не сомневался, что без Дамблдора не обошлось — Алекс не мог сам так измениться, это все не могло быть простой случайностью!

Теперь Гарри было совершенно ясно, что Алекс не мог просто так отказаться от их братства, ведь он столько раз говорил, что для него оно так же важно, как и для самого Гарри.

Гарри почувствовал, как откуда-то из глубины души стала подниматься и закипать злость, постепенно превращаясь в ярость. Он должен бороться, чтобы спасти своего брата!

Примечания:

Видеокамера

https://imgur.com/5ZsiUm5

https://imgur.com/8hwb0Pc