Негатор магический обыкновенный. (джен)

Совершенно естественным было то, что происшествие подобного масштаба ну просто никак не могло бы оказаться без последствий. А потому, несмотря на состриженные с их буйных голов баллы, подростки всё никак не унимались. Ведь всем и каждому было интересно, каким же именно это образом и главное — кто всё это провернул. Дотошная, что в прочем не редкость для её факультета, Гермиона и вовсе список возможных кандидатов составила и даже Северуса Снейпа в него записала, а что, а вдруг. Гарри, правда, её в этом начинании нисколечки не поддерживал. Чуть позже ему удалось около получаса поговорить с дедом, в любезно предоставленном им для этого кабинете декана. Собственно, оттуда мастер и отбыл куда-то в Лондон. Но даже так время на ошарашенного всем происходящим внука у мастера нашлось. Итогом чего и стала эта его стоическая позиция относительно того, что оно ему и задаром не надо.

Лондон, Косой переулок

В то время, как стоически пережидающий очередной наплыв собственной столь нежеланной им популярности Гарри в библиотеке с Гермионой сидел, мастер палочек был до крайности задумчив. Возможно, что ему это конечно же попросту показалось, вот только и именно это самое только. А потому уже принявший для себя решение мастер достал из письменного стола пергамент и проверив наличие чернил, принялся за составление письма:

Доброго тебе здоровья, дорогая Амелия, не стану растекаться мыслью по дереву, а потому сразу же сообщу. Не далее как сегодня мне пришлось экстренно посетить Хогвартс. По причине того, что на моего внука вот уже в который раз, в этих якобы не имеющим себе равных по защищённости стенах, было совершено покушение. Способом, надо признать, весьма изощренным. Но да ладно, пусть о том, кто им там кубок их сломал дирекция турнира сама думает, не мой внук и это самое главное, но пишу я тебе вовсе не об этом, а о том, что мне до крайности не понравилось то как выглядел, да и ощущался во время всего этого, не побоюсь этого слова, балагана, Бартемиус Крауч. Известный тем, что от и до привержен к букве закона, он тем не менее едва не вынудил моего внука участвовать, и это при том, что никакого контракта между мальчиком и кубком не было. Что я, признаться, всего лишь каким-то одним единственным заклинанием всем там присутствующим и доказал. И показалось мне, что ему всё это очень не понравилось. И я вовсе не о том, что фарс устроили и бурю в стакане воды ну прямо-таки океанического масштаба затеяли, нет. Недоволен он был именно тем, что Гарри не учувствует. Как ты понимаешь, не знать о том, что было в прошлом году, а также, как следствие о том, под чьей именно опекой мальчик находится, он вот никак не мог. И тем не менее, собственно именно этим он и обратил моё внимание на себя. И вот что я тебе скажу, я не я буду , если только он не под Империусом. Мы, Олливандеры, подобное на раз видим. А потому прошу тебя проверить его. Хотелось бы мне ошибаться, очень хотелось. Гаррик Джервейс Олливандер.

Закончил мастер и запечатав конверт, вручил его Вейдеру.

— Для Амелии Боунс, как можно быстрее — напутствовал он важно выпятившего грудь совуна.

То же самое время, Хогвартс

Такого промаха ему скорее всего не простят, думал совершено бездумно грызущий в этот момент ноготь своего большого пальца, запершийся в кабинете защиты Бартемиус Крауч. Хорошо хоть остановился вовремя, и ни на чем сомнительном в итоге не настаивал. Не то и попасться бы было совершенно несложно. Но кто же мог знать. Олливандеры значит, интересно, весьма интересно.

Но вот вновь потянулись однообразные учебные будни. Помирились подравшиеся на почве мнимой несправедливости гриффиндорцы и хаффлпаффцы. И уже после первой совместной для них трудами Олина отработки, вновь были если не лучшими друзьями, то приятелями так уж точно. А уж когда дата первого испытания выяснилась.

И вот где-то между всем этим, а также наделавшем шуму из-за поведения одной не в меру настырной дамы, взвешиванием палочек и озаботилась тем, чтобы проверить главу международного отдела, глава отдела правопорядка. Письмо мастера Олливандера ей очень не понравилось, да и метка кем-то на чемпионате зажжённая, беспорядки опять же. По очень неприятному стечению обстоятельств, никого из устроивших их так в итоге и не поймали. И вот теперь ещё и это письмо.

На то, чтобы всё подготовить, ушло чуть более полутора недель. И вот, недовольный тем, что его отвлекают от дел, Бартемиус Крауч старательно улыбается и делает вид, что безмернейше рад. И если бы не знала где именно искать и на что именно обращать внимание, то ничего бы и не заметила. Вот только Мадам Боунс именно что искала. И, разумеется, нашла. Всего в одной малости, и тем не менее мужчина таки прокололся. А именно на фамилии своего секретаря. Известный как обладатель эйдетической памяти и знатнейший из всех министерских поборников всех мыслимых и не очень правил, он неожиданно назвал юношу Уизерби, а обратившись к тому повторно минут через десять, именовал уже Уиберзби. И этим привлёк внимание и без того наблюдающей за его поведением коллеги.

Уже после вызвала юношу к себе, и прямо в лоб поинтересовалась, с какого именно момента начальник его фамилию коверкать на все лады начал. Как только финал чемпионата мïра по квиддичу завершился, мадам. Ответствовал, всего несколько месяцев как принятый на службу в министерство, Персива́ль. Благодарю, произнесла в ответ глава ДМП и едва за так и непонявшим ничего парнем закрылась дверь, подняла весь свой отдел по тревоге. Спустя сутки Бартемиус Крауч старший был уже в изолированной палате в святом Мунго. А спустя ещё двое суток ориентировки на розыск оказавшегося живым и вполне себе здоровым Крауча младшего занимали первые полосы Пророка. Тогда как сама мадам Боунс лично наведавшись к мастеру поблагодарила его. Ведь если бы не он и, что самое главное, Крауч ведь пытался, и в разговоре со следователем не раз и не два подчёркивал, что именно что намеренно коверкал, надеялся, верил, и потому из раза в раз называл несчастного как угодно, но только не так как положено.

А первое испытание тем временем становилось всё ближе и ближе, всего за какие-то два с половиной дня недалеко от Запретного леса были возведены, в чём-то похожие на те, что были на чемпионате мира по квиддичу, трибуны. И вот в назначенный день все у кого были на это деньги потянулись в их сторону. Да-да, именно так, ведь за входные билеты, как оказалось, необходимо было платить. Это тебе не местный хогвартский квиддич, тут всё по-взрослому. Но Гарри было и в самом деле интересно, а потому он и присоединившийся к нему дядя Дэрек сидели практически на самом верху. И вот до зрителей наконец-таки дошло. А затем в загон к своему дракону вышел вытянувший первый номер Виктор Крам.

— А что это он с драконом такое сделал? — спросил, наблюдающий за тем, как мечется по загону разъярённая действиями чемпиона Дурмстранга рептилия у сидящего рядом с ним дяди, Гарри.

— Ослепил. — лаконично ответил тот.

— А что так можно разве?

— А почему нет? Формула заклинания коньюктивитус в Хогвартсе не преподаётся, так как считается относящимся к боевой магии. Но как видишь, в Дурмстранге, да и в Шармбатоне его вполне себе по школьной программе дают.

— О… — выдохнул в ответ на столь развёрнутое пояснение не отрывающийся от происходящего на арене Гарри.

— Когда я учился, пособие, его содержащее, в секции по продвинутой магии было. Не знаю чего тут продвинутого, но если азы боевой магии из общего доступа убраны, то напиши мне, я тебе эту книгу почтой пришлю.

— А она не запрещённая?

— Нет, просто Дамблдору везде и всюду, как впрочем и министерству, тёмная магия мерещится. Вот она прямо здесь, и как, тёмная она?

— Ну судя по дракону, неприятная.

— Ну а ты попробуй к примеру жалящее не на руку скажем, а на что пупка пониже направить. Не хуже пресловутого первого непростительного проберёт.

— А я видел как оно действует, нам профессор Грюм показал… — замолкнув на полуслове, затих увидевший как на него посмотрел дядя Дэрек Гарри.

— Больной ублюдок этот Грюм, не слушай его.

— Но как же тогда…

— Исключительно в рамках курса, а будет ещё что—то — сразу мне сообщи.

— Он на нас всех Империо накладывал, сказал, что Дамблдор приказал, но на меня оно не подействовало, так что.

— И почему я об этом не в курсе?

— Так не подействовало же…

— А заодно всем и каждому о твоей невосприимчивости к оному рассказало.

— Ой…

— Вот тебе и ой, — передразнил племянника проводивший взглядом уходящего с трофеем с арены Крама мужчина. — ребёнок ты ещё, Гарри, но в следующий раз чтоб обязательно сообщил.

— Хорошо.

— Не переживай, но постарайся понять. Мы с отцом за тебя переживаем и именно поэтому.

— Простите дядя, я честное слово не подумал, а теперь и сам вижу, насколько это было глупо. Хорошо хоть, что с подарком Адэйна не расстаюсь, а не то был бы сейчас там.

— Нет, не был бы, но натерпелся бы сторицей. Тебя бы мы у этих не далёких что так, что эдак бы отбили. С той лишь разницей, что времени это заняло бы больше. Да и скандал бы вышел куда как более знатный. А так и волки сыты, и овцы целы. Собственно именно поэтому и не спорил никто.

— Понятно.

— Ну раз понятно, то смотри, Флёр его кажется приворожить там пытается.

— Так не получится же.

— Настолько уверен?

— Ну у него же жар вокруг. Марится всё, как если бы воздух перегретый, ты не видишь разве.

— Вижу, но как-то признаться… хотя да, ты прав, не получится у неё, сорвётся.

И именно в этот момент дракон всхрапнул огнём и едва не поджарив французскую чемпионку, начал приходить в себя.

"И да, она хватает своё яйцо, будем надеяться, что у нее всё в порядке" — раздалось над стадионом.

Следующим выступал Седрик и складывалось такое впечатление, что он единственный к тому, что его ждало, не был готов. Но тем не менее справился. Не без оказии, но в отличии от Делакур, хотя бы опалить себя этой ящерице-переростку не позволил.

На этом собственно и завершилось первое испытание турнира трёх волшебников. И по оценкам, что интересно, лидировал именно Седрик, его явный экспромт понравился всем без исключения судьям, а от Заменяющего Крауча Перси Уизли и Людо Бэгмена ему досталось по десятке. Тогда как мадам Максим, а вместе с ней и Дамблдор, поставили ему по девять и только Каркаров, что оценил выступление своего, заставившего передавить дракона почти все его яйца, чемпиона десяткой, для Седрика поднял всего лишь шесть, но правды ради, он и для француженки баллов, как говорится, зажал. Итоговый же счёт выглядел так: выступавший первым Крам получил сорок два балла. Французская чемпионка сорок пять, тогда как справившийся со своим заданием максимально чисто Седрик — сорок шесть. Что в общем зачёте вывело его на первое место. С чем его в гостиной родного факультета и поздравили, а заодно и с загадкой для следующего тура познакомились. Громкая она оказалась, зараза, но да тем интереснее её разгадать будет. Именно так в итоге постановили решившие в строгости следовать заветам их факультета барсуки.