Гермиона, Дагворт-Грейнджеры и многие другие (джен)

— А у нас, между прочим, новости! Профессор Дамблдор, оказывается, принадлежит к древнему роду — он признан наследником Дома Принц и принял титул вице-лорда.

Джинни остановилась.

— Принц?

Сэр Николас кивнул и продолжил рассказывать что-то о старых Домах и Визенгамоте, но Джинни почти перестала его понимать и только вежливо кивала.

Принц!

Она наконец попрощалась с Ником и поспешила в спальню. Книга лежала там же, куда Джинни убрала её после возвращения с каникул. Она закрыла полог кровати, достала учебник Принца и снова посмотрела на надпись: «Собственность Принца-полукровки».

Обычно полукровкой называли волшебника, в чьём роду была и волшебная, и маггловская кровь. О семье Дамблдора она ничего не знала, но он только теперь был признан Принцем, а до сих пор всю жизнь носил другую фамилию — значит, раньше его происхождение от Принцев либо не было известно, либо по какой-то причине не признавалось.

И если его мать была магглорожденной, а отец — лордом Принцем, всё складывалось: и другая фамилия, и полукровное происхождение, и позднее признание Родом.

А ещё он был исключительно талантливым волшебником и одним из лучших трансфигураторов Британии — а в книге Принца как раз было заклинание высшей трансфигурации — Ad veram formam, которое он сам придумал, и которое регулярно превращало Пивза в ворону, а Мариэтту однажды — в крокодила.

Нет, решила Джинни, совпадений было уже слишком много. Похоже, это действительно был Дамблдор.

А ещё притворяется добрым! А сам с восторгом расписывал, как можно отравить сразу четырёх студентов за столом другого факультета, да так, чтобы противоядие не удалось приготовить целую неделю! А о Сектумсемпре и говорить нечего!

Конечно, доказательством всё это не было. Но если книга действительно принадлежала Дамблдору, держать её в Хогвартсе было опасно. Джинни не знала, насколько изменился за прошедшие десятилетия человек, оставивший такие записи. И совершенно не хотела выяснять, как он отнесётся к тому, что кто-то нашёл его старый учебник и переписал придуманные им заклинания.

Первым делом нужно было убрать книгу из Хогвартса.

Джинни завернула учебник в плотную бумагу, нашла Пивза и попросила отнести свёрток Клементу. Надёжнее места она придумать не могла. Клемент почти не покидал чердак, посторонние туда не заходили, а если он обещает никому не показывать книгу, значит, не покажет.

Пивз удивился, но отнёсся к просьбе серьёзно, и книга вскоре уже была на чердаке. Это было отлично, и Джинни немного успокоилась.

Но потом за ужином она взглянула на Дамблдора за преподавательским столом и вдруг вспомнила, что директор — легилимент. Книгу она спрятала, но мысли спрятать не могла! Если Дамблдор захочет, он сможет узнать, что она нашла его учебник и прочитала все записи на полях.

Джинни стало по-настоящему страшно. Она тут же опустила взгляд и принялась мысленно повторять подробный рецепт Бодроперцового зелья.

После ужина она побежала к Барнабасу.

— Барнабас, а можно как-нибудь защитить свои мысли от очень сильного легилимента?

— Можно, но это непросто. А зачем тебе?

— Я думаю, что нашла что-то вроде дневника нашего директора, который он вёл ещё школьником, — выпалила Джинни. — На учебнике написано «Собственность Принца-полукровки», а Дамблдора, оказывается, совсем недавно признали наследником Дома Принц!

— И ты думаешь, что это его книга? — уточнил Барнабас.

— Да! А в ней полно заклинаний, которые Принц придумал сам, и одно из них относится к высшей трансфигурации, а ведь Дамблдор — знаменитый трансфигуратор! Некоторые из этих заклинаний очень опасные. И судя по замечаниям на полях, его совершенно не волновало, что может случиться с теми, против кого их используют.

Джинни помолчала.

— Если он ещё школьником был таким мстительным и изобретательным, откуда мне знать, какой он теперь? А я ведь нашла его книгу, прочитала все записи и даже переписала некоторые заклинания! Вдруг он решит, что я узнала то, чего мне знать не положено?

Она с тревогой посмотрела на Барнабаса.

— Поэтому я думаю про защиту мыслей! Дамблдор ведь легилимент. Ему даже спрашивать меня ни о чём не нужно. Просто прочитает мои мысли — и всё!

Барнабас внимательно выслушал её, не перебивая, и не стал ни соглашаться, ни спорить.

— Записи в книге ведь написаны от руки?

— Да, — удивилась Джинни. — А что?

— А ты почерк сравнивала?

Джинни замолчала. Нет, она вообще об этом не подумала.

Барнабас посмотрел на неё без насмешки.

— Хороший журналист прежде всего проверяет то, что можно проверить сразу. Ты видела почерк Принца. Значит, теперь стоит посмотреть на почерк Дамблдора.

И Джинни решила не откладывать проверку.

* * *

На следующее утро Альбус Дамблдор не смог найти листок со списком дел на день, который вчера оставил в на своём столе в учительской. Накануне вечером после педсовета он совершенно точно оставил там этот листок. Там по-прежнему лежали вчерашний номер «Пророка», расписание дежурств, две записки от Минервы и письмо, на которое он собирался ответить после завтрака, но списка не было.

Дамблдор заглянул под газету, под письмо, проверил листы расписания и подумал, не забрал ли список с собой. Он попытался вспомнить вчерашний вечер. Нет, он точно не брал список: он отметил на листке несколько выполненных дел, поставил чашку на стол и ушёл.

В конце концов директор решил, что у него есть дела поважнее поисков пропавшего списка. Он уже опаздывал на завтрак в Большом зале и попросил эльфов принести еду в кабинет.

* * *

Джинни тем утром тоже не пошла на завтрак. Она сидела у себя в спальне, грызла яблоко и внимательно читала:

Проверить школьные расходы. Поговорить с Генри. Согласовать с Минервой мартовское расписание. Посмотреть смету ремонта западной галереи. Не забыть подарок Мелисанде. Ответить Огдену.

Джинни прекрасно помнила почерк Принца, и одного взгляда на листок хватило, чтобы понять: почерки совершенно разные. Почерк Дамблдора был старомодным, с завитушками на заглавных буквах и лёгким наклоном, а Принц писал мелкими прямыми буквами.

Слава Мерлину. Дамблдор не был Принцем-полукровкой!

Значит, Принц просто когда-то учился в Хогвартсе, делал записи в школьном учебнике, потом окончил школу, оставил книгу и, вполне возможно, давно забыл о её существовании. Скорее всего, его уже много лет не было в школе.

* * *

Днём Дамблдор заглянул в учительскую, надеясь застать Минерву. Её там не оказалось, зато на его столе, рядом с расписанием дежурств, лежал пропавший список, почему-то сложенный вчетверо.

Дамблдор взял листок и поднял глаза к потолку.

— Пивз.

Никто не ответил.

Дамблдор убрал список в карман и отправился искать Минерву.