Неловкие приключения Меган Уимблсби (гет)

— Откройте дверь! — раздался с той стороны тревожный голос. Меган в ужасе оторвала взгляд от Халдира, который вновь погрузился в тихий сон. Голос из-за двери был вовсе не орочьим, но слышно было плохо, и кто знает, вдруг это говорит какое-то очень сладкоголосое чудище?

— Кто там? — робко спросила она.

— Леди Меган? — отозвался голос.

— Да, это я… — пискнула она, поняв, что это Леголас.

«Ну конечно...» — саркастически подумала она, и в то же время её сердце растаяло. — «Именно он пошёл меня искать!»

— Я не могу открыть дверь! — сказал он. — Она чем-то завалена!

— Я знаю! Я сейчас уберу. Эовин велела мне завалить дверь на всякий случай!

Она быстро оттащила в сторону все бочки, ящики и мешки и отодвинула щеколду. Дверь распахнулась, и взору её открылась самая чудесная в мире картина.

— Леди Эовин сказала мне, что я найду вас здесь, — сказал её белокурый спаситель, словно бы на последнем дыхании. Он был весь грязный, и потный, и пропахший, и… великолепный. Весь, кроме волос, которые и сейчас, как и всегда, ничуть не выглядели ни грязными, ни сальными. Но в остальном он весь был в какой-то дряни, и даже лоб был чем-то заляпан. Меган вдруг почувствовала абсурдное желание вытереть ему с лица грязьку.

— Я видел тело за дверью, — продолжил он уже более спокойным и уверенным голосом. — Всё ли хорошо?

— Ага… — чуть слышно ответила она. — Это Эовин убила. Мы искали других и не нашли.

— Вы всю ночь провели здесь?

— Можно и так сказать… — протянула Меган. — А там всё окей? Я хотела сказать, мы победили?

— Да, всё хорошо, урук-хаи все перебиты. Вернулись Гэндальф и Эомер.

Меган не удержалась и скорчила рожу.

— Мне кажется, ему не понравится, что я здесь.

— А мне кажется, вам представилась прекрасная возможность вернуть себе его доброе расположение, — предложил Леголас с полуулыбкой, но внезапно его выражение лица резко посерьёзнело. — А это… кто?

Меган взглянула туда, куда посмотрел он, и увидела, что там из-за бочек торчала нога Халдира, и до неё дошло, как же нелепо выглядела вся эта ситуация.

— Это я его усыпила… — выпалила она, потому что ей очень не хотелось, чтобы Леголас пришёл к каким-то не тем выводам насчёт неё и Халдира. А осознание, что она провела ночь наедине с ним, не могло не наталкивать на подобные выводы.

Глаза Леголаса странно блеснули.

— Прошу прощения?

— Я его… опоила, — призналась Меган. — Чаем, который дала мне Галадриэль.

От дальнейших чистосердечных признаний её спасли приближающиеся звуки шагов, и вскоре приблизились Эовин, Арагорн и Гимли. Вернее, сначала подбежали Эовин и Арагорн, а потом дотопал и гном.

— У тебя нездоровый вид, Меган, — сказала Эовин таким голосом, словно бы ожидала, что Меган должна плясать джигу от восторга. — Всё ли хорошо?

— Нет… — ответил Леголас бархатно-спокойным тоном. — Всё нехорошо. Леди Меган опоила Стража границ Лотлориэна.

— Ага! — понимающе ответила Эовин.

— В каком это смысле, Леголас? — спросил Арагорн.

И тут появился Гэндальф.

— А, Арагорн. Мы как раз готовимся к…. Мелетриэль?

— О, привет, Гэндальф! — слабо помахала ему рукой Меган.

— Что вы все здесь делаете? — требовательно спросил маг. — Что-то случилось? Что-то не так?

Меган чувствовала себя так, словно бы, подхватив кишечный грипп, вздумала усесться в вагончик американских горок.

— Она хотела помочь! — вмешалась Эовин к удивлению Меган. — Она не желала никому зла!

— В каком это смысле? — недоуменно и немного сердито спросил Гэндальф.

— Итак, всё ли хорошо? — спросил Арагорн.

Меган попыталась ответить, но слова застревали у неё в глотке и не шли. А в голове крутилась лишь мысль о том, что Арагорн как-то неуклюже выразился.

— Так что же всё-таки случилось? — допытывался Гэндальф.

Меган умоляюще посмотрела на Леголаса, но тот, не глядя ей в глаза, спокойно ответил:

— Леди Меган опоила тем сонным отваром, который подарила ей Владычица Галадриэль, Стража Границ, чтобы усыпить его.

— Это правда, Мелетриэль? — спросил Гэндальф с какой-то смесью недоуменного недоверия и громоподобного недовольства. Меган почти что слышала его мысли: «Поверить не могу, что она оказалась способна на такое! До чего глупую смерть она себе выбрала!». Вернее, Гэндальф сказал бы это как-нибудь повнушительнее.

— Да… — сумела она выдавить из себя.

— И зачем же ты это сделала? — продолжал требовать ответы Гэндальф.

— Затем, чтобы… — начала Меган.

— Потому что он бы погиб, если бы она так не сделала, — вмешалась Эовин. — Она спасла ему жизнь.

— И какой ценой? — спросил Арагорн с задумчивым выражением. — Все эльфы погибли, кроме одного — Халдира.

— Если бы не так, они погибли бы все до одного… — сказала Меган и закусила губу. — Хотя я в этом не уверена. Может быть, и не все.

Гимли своим грубоватым голосом заставил её посмотреть вниз:

— А откуда ты узнала, что Страж Границ должен был погибнуть? — спросил он.

— Было видение, — ответила Меган, вновь про себя благодаря Андреа за ее идиотские фанфики. — Я увидела видение.

— Даже так… — сказал Арагорн, немного поразмыслив. — Даже так, твои действия имели последствия. И Халдиру придется нести более тяжелый груз, чем тебе.

Снова воцарилось молчание, на этот раз дольше первого. Словно бы все ждали, что гром среди ясного неба испепелит Меган, а Меган ждала, что на неё все сейчас начнут орать. Но вместо этого она услышала звук, которого совсем не ожидала. Звук, который боялась больше никогда не услышать.

Это был смех.

— О, Мелетриэль! — хохотал Гэндальф, пока прочие удивленно взирали на него. — Хоть с нами нет хоббитов, но за них и ты творишь удивительные штуки!

— Эээ… Спасибо? — неуверенно сказала Меган.

— Я полагаю, Мелетриэль, что зла ты никому не сделала, — заверил её Гэндальф. — Но Халдира ты всё же обидела. Так что придётся тебе объясняться с ним, когда он.. придёт в себя.

Меган осторожно проглотила тот огромный комок ужаса, что возник у неё в горле.

— Конечно.

— Пойдём, Арагорн! — позвал Гэндальф, отводя его внимание от Меган. — Нас ждёт король. Многое предстоит обсудить.

Все последовали за ним. Леголас напоследок посмотрел на Меган так странно, что ей захотелось схватить его за руку и вызнать, что же он имел в виду: он зол? Недоволен? Разочарован? Или ему смешно? Она сама не знала, что из этого хуже. И точно не догадывалась прежде, что вокруг её поступка раздуют этакий переполох. Она просто пыталась помочь Лалайт. По-глупому, по-импульсивному, может быть, но она же спасла две жизни! Как на это можно сердиться? И сердится ли Леголас?

Эовин прервала её мысли, взяв за руку.

— Я была соучастницей в этом деле — серьезно сказала роханка. — А значит, я и помогу тебе объясниться со Стражем границ Лотлориэна. Возможно, он не будет так злиться, если мы вдвоем объясним ему, что это было для его же блага.

— Спасибо, Эовин… — пробормотала Меган. — Что бы я без тебя делала? Не буду врать, вдвоем нам это дело будет легче!

Время, что протянулось в молчаливом ожидании, показалось им часами, хотя на самом деле прошло не более сорока пяти минут, прежде, чем Халдир вновь показал признаки жизни. Сначала он чихнул (если эльфы умеют чихать), затем вздохнул, а затем перекатился на другой бок.

— Эовин! — начала Меган. — Прежде, чем мы погибнем от руки злющего эльфа, я хочу сказать, что для меня честь была быть твоей подругой.

— Меган! — недоверчиво переспросила Эовин. — Я не верю, что всё так плохо…

— Потому, что ты его не знаешь. Он такой, ну… а, увидишь.

Эовин не дал ответить сам Халдир, который именно в этот момент сонно раскрыл глаза.

— Меган? — спросил он, медленно поднимаясь на ноги. — Что случилось? Бой уже начался?

— Он уже закончился, — ответила Меган так спокойно, как только могла. — Я усыпила тебя чаем Галадриэль. Ты всё пропустил.

— Что? — Халдир каким-то способом ухитрился влить в этот короткий слог и ужас, и отвращение, и гнев, и разочарование.

— Я… — Меган помахала руками, словно бы пытаясь стереть уже сказанное и начать сначала. — Ты ведь любишь Лалайт?

— Конечно, — подтвердил Халдир, и хотя выражение его лица ничуть не смягчилось, голос как будто стал приветливее. — А при чем здесь это?

— И она тебя тоже, это я точно знаю. Я же видела, как она на тебя смотрела, так же, как я на… неважно. Я не об этом. Лалайт потеряла всех своих родных. Она сама мне сказала, что кроме тебя, у неё нет никого из близких.

— И всё же, какое отношение к этому имеют печали моей жены? — спросил Халдир, которому казалось, что Меган отводит разговор в сторону.

— Ты бы погиб, — попросту объяснила Меган.

Халдир зыркнул исподлобья и секунду молчал.

— И ты осмелилась перечить воле Валар? — сказал он наконец.

Меган моргнула. Такого вопроса она не ожидала. Она ожидала «С чего ты взяла?», или «Боже мой, я не знал», но только не такого. Неужели она как-то необратимо спутала пресловутые нити судеб? И теперь будет как в сериале «Остаться в живых», где сколько бы раз Десмонд не спасал Чарли, тот всё равно должен был погибнуть?

«Нет» — подумала она, отбрасывая эту мысль. — «Быть такого не может».

— Наверное… — обтекаемо ответила она.

— И откуда ты об этом узнала? — продолжил Халдир, все более сердясь.

— На меня снизошло видение, — уже более уверенно ответила Меган. — Так что я на самом деле не перечила никакой… воле Валар!

— Видение, значит? — скептически повторил Халдир. — От Валар?

— Именно так.

— И кто же из Валар велел тебе опоить меня и затащить в кладовку? — с каждым словом голос Халдира становился всё громче.

— Никто, это уже я сама придумала.

— А предупредить меня ты просто не могла?

— Но, господин эльф! — вмешалась Эовин. — Вы бы разве её послушали? Могла ли Меган убедить вас не вступать в бой? Если бы я услышала подобное, я бы не поверила на вашем месте.

— Простите, молодая аданэт, но я бы попросил вас не вступать в этот спор, поскольку уверен, что вы к этому делу непричастны.

Меган готова была поклясться, что Эовин покраснела.

— Неправда, причастна! — выпалила она слегка придушенным голосом. — Я нашла Меган вскоре после того, как вы уснули, и помогала ей вас дотащить.

Из-под ног Халдира словно бы выбили почву. Должно быть, так себя ведут те, весь чей мир переворачивается вверх дном, например, когда узнают, из чего делают сосиски, или что их любимая песня на самом деле про солёные огурцы.

— Это безумие… — сказал он.

— Возможно, я выбрала не лучший метод, но намерения имела самые благие, — заверила его Меган. — Если бы не этот чай, то ты бы погиб, и Лалайт умерла бы от горя, как только услышала бы об этом.

— А мои воины? — тихо спросил Халдир.

— Они все погибли, — призналась Эовин. — Многие были сражены этой ночью на стенах.

— А об их семьях ты не подумала? — спросил Халдир. — Почему моя жизнь важнее, чем их? Их было триста!

— Как бы я спасла их всех? — Меган тоже повысила голос. — Устроила бы чаепитие на стенах для всего твоего отряда? Ну да, конечно, это бы ведь точно сработало!

— Не смей высказывать неуважение своим сарказмом тем, кто погиб, чтобы ты жила! — Халдир практически прорычал.

— Я только что спасла твою жизнь, и ты даже отказываешься это признавать! — столь же гневно завопила в ответ Меган.

— Да как ты не понимаешь, что этим ты обрекла на смерть других? — выпалил в ответ Халдир.

На это Меган не нашла, что ответить, словно бы на неё вылили ведро ледяной воды. Она открывала и закрывала рот, пытаясь выдавить какие-то слова, но ничего не выходило.

— Что сделано, то сделано, — сказала Эовин прежде, чем Меган пришла в себя. — Сколько ни спорь, а сделанного не изменить. Возможно, лучше нам вернуться в главную башню.

Халдир мрачно посмотрел на них обеих и широкими шагами покинул кладовку. Эовин и Меган выждали несколько секунд, чтобы быть уверенными, что он ушел, а потом переглянулись.

— Кажется, теперь я понимаю, — сказала Эовин. — У этого Стража границ….

Она не стала заканчивать фразу.

— Пойдём. Твои друзья ждут тебя.

— Ага… — хрипло сказала Меган. По правде говоря, ей сейчас не хотелось с ними видеться. Но в любом случае, она проследовала за Эовин наружу, навстречу утреннему солнцу. К счастью, там, где они вышли, боев не было, и никакие изрубленные тела не доставили Меган неприятностей.

— Я лучше пойду к Идрис и детям… — поспешно сказала Меган, которой хотелось просто побыть одной минуту- другую. Эовин испытующе посмотрела на неё.

— Я думаю, что они всё ещё в пещерах. Найдешь ли ты дорогу туда?

— Найду-найду. Спасибо тебе, Эовин. Очень благодарна… за всё.

Та ответила еле заметной улыбкой.

— Хорошо, что ты оказалась здесь, так я думаю.

«Хорошо ли?» — спросила себя Меган, укрывшись в полумраке крепости. «А если Халдир был прав? А если я просто пассивно убила триста эльфов, просто чтобы мне самой было легче? Потому что я не хотела переживать за Лалайт?»

Мрак подземных коридоров только усугубил её дурное настроение. «Нет, Халдир всё-таки прав. У тех воинов тоже были жёны. И они тоже могут теперь умереть, потому что Халдир выжил. Справедливый ли это обмен? Какое у меня право решать, кому жить, а кому нет? Зачем ты в это вляпалась, Меган?»

Так, погруженная в чувство вины и самокопания, она обогнула угол и влетела прямо в Леголаса. Он раскрыл рот, чтобы что-то сказать…

А Меган залилась слезами.