Дафна Гринграсс
 и жутко увлекательная судьба (джен)

Каникулы закончились неприлично быстро. После лечения Тори несколько дней не вставала с постели, зато теперь была тревожно бодрой.

Дафна с подругами занималась в библиотеке Хогвартса, и… все могло быть гораздо хуже.

Правда, Тори успела получить взыскание за полет на метле вверх по главной лестнице. После этого с ней начали переговоры о месте ловца в слизеринской команде: Драко не являлся даже на тренировки, не говоря уже о матчах.

Дафна смотрела в учебник Нумерологии и старалась не обращать внимания на нетерпеливые звуки Грейнджер. Стоило ей почти справиться, как Трейси начала жевать жвачку.

Дафна посмотрела через стол. Трейси жевала совершенно без раскаяния, а затем, что еще хуже, надула пузырь. Тот громко лопнул.

— Пинс нас выгонит, — настойчиво прошептала Дафна.

— Не-а. Пинси — моя подруга.

Дафна нахмурилась.

— Я подарила ей редкую книгу, и она сейчас ее переплетает, — объяснила Трейси, задумчиво жуя.

— Редкую книгу?

— Взяла в бюро потерянных вещей, — небрежно ответила Трейси, подняв указательный палец.

Дафна с потрясенным отвращением наблюдала, как та намотала на палец жвачку и растянула.

— Можешь просто… пожалуйста? Грейнджер, поддержи меня.

— Нет, — ответила Грейнджер, не поднимая головы. — Я притворяюсь, что ничего не происходит, и пытаюсь заниматься.

— Притворяешься, что ничего не происходит!

— Гарри помогает.

— Но он же…

— Спортсмен, — мягко подсказала Грейнджер.

— Не такой уж он глупый, — возразила Дафна.

Когда Поттер интересовался предметом, он бывал весьма сообразителен.

— Я же говорила, она хочет с ним встречаться, — заметила Трейси, снова растягивая жвачку.

— Почему ты превращаешь любой разговор в обсуждение мальчиков?

— Видела такое в комиксе. Называется тест Бехдель. Он вообще был про фильмы.

— Что? — Грейнджер наконец подняла голову. — О чем ты говоришь?

— Три правила. В фильме должны быть хотя бы две женщины. Они должны поговорить друг с другом. И не о мужчинах. Вот я и подумала: наши разговоры иногда становятся слишком серьезными, так что надо следить, чтобы мы никогда не прошли этот ваш Бехдель.

Трейси сняла жвачку с пальца зубами и снова принялась жевать.

— Но это… звучит довольно прогрессивно, — сказала Грейнджер. — Что в нем плохого?

— Если я не буду постоянно донимать Дафну мальчиками, она заведет четырех котов и поселится на чердаке родительского дома. А там пыльно, и я начинаю чихать.

Гермиона дописала что-то на пергаменте. Дафна наклонилась: Грейнджер закончила огромное, сложнейшее уравнение.

— Икс надо возвести в степень две трети, — лениво сказала Трейси.

Гермиона посмотрела на уравнение и нахмурилась. Дафна напрягла зрение — очки ей, ради Морганы, не требовались — и взглянула на раскрытую страницу учебника. Уравнения там, конечно, не было: Грейнджер выводила его, а не переписывала.

— Откуда у тебя вообще может быть мнение о моем уравнении?! — пронзительно спросила Грейнджер.

— Четырьмя дюймами выше ты поменяла местами R и Q, — невозмутимо сказала Трейси, продолжая жевать.

Грейнджер провела пальцем по странице, испачкала его чернилами и что-то пробормотала.

— Но ты жевала жвачку и говорила о мальчиках!

— Она права? — спросила Дафна.

— Да, — тихо ответила Гермиона.

— Ага, — подтвердила Трейси, смачно произнеся согласную и тут же лопнув еще один пузырь. — Думаю, Нумерология у меня в кармане.

— Как? — спросила Грейнджер.

— Будто разговоры о несуществующей личной жизни Дафны требуют работы мозга. А уравнение я вчера решила на свидании с Корнером.

— Я думала… вы ходили в Хогсмид целоваться.

— Какая трата хорошего партнера по учебе. Ну, на обратном пути я его поцеловала. Не хотелось, чтобы он решил, будто я использовала его исключительно ради нумерологических задач.

— Но… ты постоянно флиртуешь с мальчиками.

— Будто для того, чтобы жевать жвачку и выглядеть глупой, надо напрягаться. К тому же во всем остальном я полный ноль.

— По Чарам у тебя «Выше ожидаемого».

— Всего лишь «Выше ожидаемого». — Трейси пожала плечами. — Я в них ужасна.

Грейнджер толкнула ее локтем.

— Она всегда была такой? — спросила Гермиона.

— Жевала жвачку? Тогда да. Но я… никогда не замечала, чтобы Трейси говорила об оценках.

— Я говорила о Марке из Дурмстранга, — напомнила Трейси. — И, честно, Дафна, если речь не идет о твоей таинственной ночи с Поттером и Грейнджер, ты… мало что замечаешь.

— Ничего не было, — сказала Дафна, чувствуя, как нагреваются щеки.

— Последнее время я начинаю тебе верить, — со вздохом ответила Трейси. — Хотя Поттер очень даже. Ведьма могла бы выбрать куда хуже. Например… Нотта.

— По крайней мере… он умный, — сквозь зубы сказала Гермиона.

Запыхавшийся Гарри Поттер подбежал к столу.

— Вы должны мне помочь.

— Что случилось? — спросила Трейси.

— Вейн. Она меня преследует! Крутилась возле раздевалки для квиддича.

— По крайней мере, вкус у нее есть.

— Не снаружи. Она… спряталась в шкафчике.

— С отверстием для подглядывания?

— Да, — ужасно покраснел Гарри.

— Ого. Это действительно жутко. Дафна, помоги мальчику. Несколько дней походи с ним под руку, сходи вместе в Хогсмид, родите зеленоглазых детей и зовите меня тетей Трейси.

Гарри вздохнул, едва улыбнувшись.

— Только начинаю думать, что она не настолько ужасна…

— Могло быть хуже, — сказала Грейнджер.

— Как?

— Ты мог бы изучать Нумерологию. Оказалось, Трейси случайно обладает природным даром.

— Питер тоже говорил, что у меня природный дар к… — начала Трейси.

Мимо прошла мадам Пинс и очень громко прошептала:

— Тише!

— Эти ужасные истории вообще правдивы? — спросил Гарри.

— Зато смешные, — ответила Трейси.

Грейнджер уронила голову на учебник и простонала.

— Если поможет, Гарри, я… притворюсь твоей девушкой, — нервно сказала Дафна.

— Спасибо, Даф.

Он похлопал Гермиону по спине.

— Не унывай, дружище. Могло быть хуже.

— У-у-у, — простонала Грейнджер в книгу, продолжая играть драму. — Я никогда не стану так хороша в Нумерологии, как Трейси, которая между делом замечает ошибку через весь стол.

— А в Защите никогда не станешь так хороша, как я. И тебя это не беспокоило, — сказал Гарри и снова похлопал ее по спине. Возможно, иронически.

— Это не значит, что я не рассчитывала получить на экзамене такую же оценку, как ты, — сказала Гермиона, выпрямилась и стянула волосы безнадежно слабой резинкой.

— Хм. Но не получила же, — заметил Поттер.

— Нумерология — это математика. Я должна иметь возможность просто учиться и становиться лучше.

— Не-а. После определенного уровня надо чувствовать, — сказала Трейси. — И вообще, это очень приличный вывод гипотезы Хазенблатт. А она пришла к нему только лет в девяносто.

Гермиона на мгновение всхлипнула; лицо пошло пятнами. Ей определенно стоило серьезнее относиться к косметике.

— Что теперь? — спросила Дафна, чувствуя боль в животе.

— Я ничего не подписала. Трейси просто узнала уравнение.

— Ой, да брось. Это величайший прорыв в упорядочении прошлого века. Ему посвящен целый выпуск «Нумерологии сегодня».

— И что оно делает? — спросил Гарри.

— Позволяет рассчитать правильное число помешиваний для зелий, содержащих до четырнадцати ингредиентов. И математика потрясающе изящная. Будь я ученицей Хазенблатт, меня бы от нее совершенно переклинило.

— Но… Хазенблатт была ведьмой? — покраснев, спросила Гермиона.

— Возбуждение от мозга, — пояснила Трейси. — Лишь слегка по-девчачьи.