Братья по магии. Точка отсчета (джен)

В Хогвартсе, стоило Алексу и Гарри шагнуть на мраморный пол вестибюля, как отовсюду стали появляться ученики. Вроде бы никто их не оповещал, но почему-то все уже всё знали. Обитатели Хогвартса высыпали кто откуда: из боковых коридоров, с лестницы, со стороны Большого зала и теперь глазели и переговаривались, показывая на нашедшихся гриффиндорцев. Дамблдор прикинулся удивленным такой многолюдной встречей, а Минерва то недовольно приподнимала брови, то хмурилась, из чего можно было сделать вывод, что ни тот, ни другая заранее не предупреждали студентов. Только все равно о возвращении Поттера и Грея стало известно всей школе за какой-нибудь час. К счастью, никто не подходил, все только смотрели на расстоянии, перешептывались, но не кричали. Непонятно было, переживали ли они за Алекса и Гарри, или им было просто любопытно.

Процессия направилась в директорский кабинет. Братьям, как бы им ни хотелось поскорее распрощаться с Дамблдором, пришлось подчиниться его настойчивому приглашению и отправиться туда же. Скоро там стали собираться и другие деканы, в том числе мрачный Снейп.

Алекс успел напомнить Гарри, чтобы тот помалкивал, иначе раздражение от сложившейся ситуации, которое он испытывал гораздо сильнее Алекса, могло все-таки выплеснуться на директора. Несомненно, такая несдержанность может сыграть с ними злую шутку. Вероятнее всего, Альбус проигнорируют грубость своего Избранного, но вовсе не по доброте душевной, а потому, что разошедшийся Поттер может что-нибудь ляпнуть и тем самым выдать то, что мальчики пытались скрыть.

В этот раз оба брата удобно устроились на наколдованных по такому случаю креслах, в таких же расположились и слушатели. Круглый стол для чаепития, повинуясь директорской палочке, упорхнул в дальний угол: все было серьезно, на пустопорожние разговоры не было времени. По просьбе директора Алекс заново рассказал, что произошло. Чтобы не запутаться, он был краток, умалчивая о многом, и, самое главное, о том, что им с Гарри пришлось вступить в бой и убивать. Не хватало еще нравоучений о расколотой душе!

Директор и остальные узнали, что коварный Дженкинс сдал заколдованных мальчиков другим волшебникам самого разбойничьего вида, которые прятали их все это время где-то в горах. Однажды ночью Алексу и Гарри представилась счастливая возможность сбежать. Они выбрались ночью из хижины, бывшей им тюрьмой, и затаились среди камней, не зная, куда пойти — кругом были крутые горные склоны и пропасти. А утром прилетел вертолет. Они с Гарри понятия не имеют, как вертолет там оказался, а военные летчики не стали рассказывать детям, что они там делали: военная тайна. Добрые маглы их спасли и совсем не удивились просьбе детей доставить их не в полицию, а в какую-то глушь. С похитителями мальчики больше не взаимодействовали, потому что те спохватились слишком поздно и не успели их поймать.

Алекс так упростил историю их похищения и спасения, во многом опираясь на подсказки самого Дамблдора, однако в рассказе по-прежнему было много сомнительных моментов. Мальчик постарался на всякий случай выбрать глазами точку в стене напротив, чтобы не встретиться взглядом с директором. Алекс никогда не умел врать, а сейчас в сказанном им было очень мало правды, поэтому ему приходилось нелегко. Гарри молча слушал рассказ брата, по внутренней связи полностью поддерживая его, и лишь однажды захотел добавить то, что они узнали от похитителей: директор отказался выполнить их просьбу, чтобы мальчиков отпустили, что едва не привело к их гибели. К счастью, Гарри сумел сдержаться.

— …А потом мы приземлились на холм, с которого виден Хогвартс, и тут нас нашли профессор Дамблдор и декан. Вертолет улетел, и мы пошли в замок, — закончил Алекс.

После такого рассказа очень скоро поднялся гвалт, все заговорили разом. Флитвик наседал на директора, доказывая, что тот мог использовать для поиска еще какие-то сложные чары, а профессор Спраут, надувшись от возмущения, выговаривала Минерве по поводу плохого присмотра за своими детьми, что выражало, в общем-то, ее обычную точку зрения. Лишь один Снейп сохранял присутствие духа. Он какое-то время слушал перепалку, а потом сказал, недобро поблескивая глазами в сторону Дамблдора:

— Коллеги, полагаю Поттера и Грея можно отпустить. Все, что знали, они уже рассказали, и теперь их нужно накормить и отправить спать. Глядите, у обоих слипаются глаза, а мы прекрасно можем продолжить ругаться и без них.

* * *

Тони Блэр, зрелый мужчина, опытный политик и крайне недоверчивый человек, все время обратного полета был под впечатлением от разговора с маленькими волшебниками. Встреча со взрослыми магами тоже наложила серьезный отпечаток на душевное равновесие Тони. Контраст между внешней безобидностью и тем, что они могли сделать с непрошенными гостями, был разительным. Поэтому, как бы Тони ни хотелось пообщаться с таким необычными личностями, он тут же послушался, когда Алекс, загородив собой взрослых, быстро сказал:

— Срочно улетайте!

О серьезности ситуации говорило сосредоточенное выражение лица мальчика. К тому же, сам Тони ни на минуту не забывал о милом заклинании забвения, а также о законе, запрещающем волшебникам раскрывать маглам существование магического мира. Кажется, этот закон назывался Статут секретности, если только Тони правильно запомнил слова Терри. Правда, Блэр до последнего надеялся, что со спасителями национального героя, мальчика, который выжил, будут обращаться подобающе, но, похоже, не судьба

— Улетаем, — с этими словами он потянул пилота за рукав. — Все объяснения потом!

Престарелый волшебник (наверняка какой-нибудь архимаг или магистр, судя по тому, как величественно он держался) попытался наладить контакт:

— Куда же вы? Погодите… Меня зовут Альбус Дамблдор, я возглавляю школу, где учатся вот эти мальчики…

Второй пилот, не чувствуя угрозы, уставился на удивительного старика в сказочном одеянии. Блэр, в отличие от вертолетчиков понимавший, куда именно они прилетели, не купился на благообразный вид колдуна и еще сильнее захотел оказаться как можно дальше отсюда.

— Стивен, Джеффри! Взлетайте! — первым запрыгнув на борт, прокричал Тони. Вертолетчики признали его право отдавать приказы и вернулись на свои места. Блэр напоследок помахал рукой детям: — Увидимся, мальчики!

Заработали двигатели, и вертолет начал взлет. Волшебники поспешили отойти подальше, и вот их уже не видно, а озеро, ставшее таким замечательным ориентиром, стало уменьшаться в иллюминаторе. Спасательная миссия завершилась полным успехом.

Только к концу полета, когда в пассажирской кабине неожиданно раздался грохот, показавшийся оглушительным, Тони понял, что все то время волшебство, наколдованное маленькими магами, поддерживало тишину, а потом развеялось. Теперь на борту было очень шумно от работающих винтов, как и положено при полете на вертолете.

На базе был переполох; первый вертолет кое-как смог туда дотянуть, но он был сильно поврежден, поэтому машину, на которой летел Тони, ждала целая делегация. К счастью, о проведенном полете докладывал командир экипажа, а сам Блэр был избавлен от объяснений. Кажется, Финч-Флетчли уже дал военным тот минимум информации, без которого было не обойтись. Блэр вздохнул с облегчением.

Когда он наконец оказался дома, было уже довольно поздно. Тони не знал, когда вернется, поэтому заранее предупредил жену о поездке, и та, привычная к его частным отлучкам, не волновалась. Сейчас она должна была спать, уложив детей. Однако Шери ждала его.

— Прости, — неуверенно заговорила она, — я знаю, что уже поздно, ты, наверное, устал… Может быть, лучше отложить разговор на завтра, но…. Тони, милый, я просто не дотерплю до утра! Я, как только узнала, решила тебя дождаться. — Женщина счастливо улыбнулась. — У нас будет еще один ребенок! Мы ведь оставим его? Надеюсь, на этот раз будет девочка.

Тони грузно осел в кресло, не снимая куртки, хотя дома было тепло. Ноги не держали, и вовсе не от усталости.

— Алекс Грей, — сказал он чуть слышно, — если действительно будет девочка, то я найду, чем привязать тебя!

* * *

— Скоро обед, — заметил Дамблдор. — Мальчики могли бы отправиться сейчас в Большой зал. Полагаю, им необходимы силы.

Помона Спраут, которая всегда обращалась с Алексом и Гарри довольно сдержанно, вдруг заявила, сердито сопя:

— Ну уж нет, Альбус! Пойдемте-ка со мной, мальчики!

Она обхватила ребят за плечи, словно даря защиту, и повела их вроде бы знакомыми коридорами, но с ней почему-то дорога оказалась намного короче. Вскоре братья оказались перед знаменитой картиной с грушей. Помона выполнила привычные ей действия так быстро, что Алекс ничего не успел разглядеть. Если и были какие-то особенности, то Алексу предстояло самому разобраться, каким хитрым способом тереть грушу. Впрочем, у него уже был аналогичный опыт. Когда Алекс впервые оказался в директорском кабинете, вместо того, чтобы насладиться первым впечатлением от посещения такого необычного места, он был слишком измучен и взволнован после падения с башни и многое пропустил. Следующее посещение было уже вполне обыденным.

На кухне при виде вошедших домовики на секунду замерли, прервав свои хлопоты, а потом вернулись к своим делам. К волшебникам подошел один из эльфов, с поклоном выслушал профессора Спраут, после чего ведьма ушла. Мальчиков посадили в каком-то углу. Низкий деревянный столик с обшарпанной столешницей, похоже, служил обеденной зоной самим домовикам, если они вообще едят обычную пищу. Стулья были под стать. Прямо из пустоты перед мальчиками появились несколько тарелок, от которых шел горячий пар. Суп! Самое то после сухомятки. Бефстроганов, мясо по-французски, все вкусное, как в ресторане, только сервировка подвела. Похоже, такие блюда не из ученического котла, по крайней мере, не для гриффиндорцев. А десерт… Алекс и Гарри, хотя и перекусили в вертолете, выпали из реальности, наслаждаясь пищей. Даже тыквенный сок пошел на ура.

Наконец дети наелись и отправились в башню. Сил уже ни на что не оставалось.

В гостиной факультета тоже толпились ученики. Не было ни малейшей вероятности, что они сейчас собрались здесь случайно. Увидев вошедших, все вскочили и окружили их плотной стеной.

— Ну вот, Гарри, сейчас будут терзать нас подробностями, — поморщился Алекс. Из-за Дамблдора он не подключал Барьер, и все, что он говорил Гарри, слышали и остальные, поэтому оба мальчика были немногословны.

Вдруг вперед протолкался Рон. Натянув на физиономию свою самую залихватском ухмылку, он сказал, оглядывая толпу, словно призывая в свидетели:

— Что, Поттер, это только с нами ты такой крутой, а настоящие волшебники тебя скрутили, как курицу! В деле ты ни на что не годишься, в детстве ты и то был круче, когда одолел Того-Кого-Нельзя-Называть! Поспорим, тебе с дружком больше не придется ходить по Хогвартсу задрав нос! — самодовольно сказал Рон, глядя на толпящихся гриффиндорцев, ожидая поддержки. — Правильно я говорю?