Родственные души (джен)

Танис, очевидно, подслушал разговор Лораны со стражником. Он выжидательно стоял в стороне, когда Флинт проскользнул в комнату. Гном вручил полуэльфу меч и ножны, которые тот отдал, когда его уводила дворцовая стража. Затем, не говоря ни слова, приложив палец к губам, Флинт подошел к окну и выглянул наружу. Внешняя стена была сплошной, выходившей во внутренний двор двадцатью футами ниже.

— Что ты делаешь? — шепотом спросил Танис.

Снова жестом велев полуэльфу замолчать, Флинт развязал железные зажимы на конце

веревочной лестницы и перекинул ее через подоконник. Он еще раз оглядел двор.

Там по-прежнему было пусто; большинство обитателей дворца праздновали на улицах Квалиноста. Доносились звуки веселья.

Гном выглядел удовлетворенным и перебросил лестницу. Затем, убедившись, что объемистый мешок, который он нес, надежно закреплен у него на плече, он просунул свое коренастое тело в окно и ступил на лестницу, помедлив, чтобы жестом пригласить Таниса следовать за ним. Он

закрыл глаза, ожидая, когда пройдет легкое головокружение. Но полуэльф заартачился.

— Ты знаешь, какое наказание полагается за неподчинение приказу о тюремном заключении? он спросил.

Глаза гнома снова открылись, и его густые брови поползли на лоб.

— Изгнание! — Прошептал Танис.

Флинт просунул голову назад в окно, его губы оказались у самого уха Таниса.

— Тогда что ты теряешь? — спросил гном вполголоса. — В любом случае, ты вернешься.

Через несколько мгновений Танис спускался по приставной лестнице во двор. Полуэльф наблюдал, как Флинт потянул за веревку, освобождая лестницу из железных когтей, все еще цеплявшихся за подоконник.

— Моя собственная разработка, — тихо произнес гном, отводя полуэльфа за грушевое дерево. Флинт порылся в кожаном мешке и достал маску, сделанную в виде головы гнома. Он жестом показал полуэльфу, чтобы тот надел его на голову.

Карие глаза Таниса расширились.

— Ты хочешь, чтобы я оделся как овражный гном?

— Это просто костюм, — прошептал гном. — В нем ты сможешь добраться из дворца до западного моста.

— Овражный гном ростом в шесть футов? — прошипел Танис.

Флинт шикнул на друга.

— Это был единственный вариант, который остался у торговца. Тебе повезло, что я выбросил муляж дохлой крысы, который шел в комплекте.

— Но... — начал было Танис.

Флинт рванул вперед.

— Лорана сказала, что эльфы будут гулять до полуночи, а потом праздник закончится и наступит траур, который продлится до окончания Кентоммена. У нас есть час, чтобы выбраться из Квалиноста.

Танис все еще держал маску овражного гнома, разглядывая его оливковую кожу, неряшливую бороду и глупое выражение лица. На его собственном лице отразился гнев.

— Если ты думал, что я убегу, то плохо меня знаешь, — сказал он, даже не пытаясь понизить голос. Он повернулся, словно собираясь отбросить

маску в сторону.

Флинт схватил его за руку.

— Доверься мне! — рявкнул он, как ему показалось, в тысячный раз. Гнев в глазах полуэльфа сменился нерешительностью. — Поверь мне, -

снова прошептал Флинт.

Наконец, Танис надел маску.

— Я выгляжу нелепо, — донеслись приглушенные слова из деревянного цилиндра.

— Ты отлично выглядишь, — сказал Флинт. — Давай же.

Они прошли через внутренний двор и сады, затем обогнули дворец и вышли на улицу, где окунулись в толпу празднующих эльфов.

— Они вообще когда-нибудь спят? — раздраженно спросил Флинт, когда третий эльф в ряду толкнул его. — Очень мало, пока не закончится Кентоммен. — Голос Таниса глухо звучал сквозь маску. Флинт держался в стороне от центра улицы, пробираясь вдоль стен зданий, чтобы его не толкнули гуляки.

Через полчаса они прошли под изящной аркой, перекинутой через западную окраину города, и повернули на юг, к мосту через реку Хоуп.

Мощёная улица сузилась, по обеим сторонам зашумели деревья. Гуляки постепенно расходились, и Флинт с Танисом остались почти одни в ночной темноте. Танис начал снимать маску.

— Лучше подожди, пока мы не перейдем мост, парень, — сказал Флинт. От одной мысли о том, что придется идти по мосту в темноте, когда под ногами в сотнях футов бурлит Река Надежды, его затошнило. Он подавил это чувство и быстро рассказал Танису о том, что узнал — или, скорее, предположил — за последние два дня.

— Значит, ты думаешь, что кто-то может напасть на Гилтанаса во время его бдения в Кентомменай кате? — Спросил Танис.

— Это возможно, — сказал Флинт. — Но прямо сейчас все, что у нас есть, — это предположения.

После двух дней кентомменского веселья стражники на мосту, очевидно, привыкли к гулякам в костюмах и масках. Они просто наблюдали, как гном и

овражный гном-переросток направились к сооружению. Флинт схватила Танис за руку — конечно же, чтобы поддержать полуэльфа.

Внезапно они услышали позади стук копыт и знакомое ржание. Флинт обернулся.

— Быстроногая!

В полумраке у входа на мост один из стражников придержал животное под уздцы.

— Флинт, — окликнул его стражник, и его голос эхом разнёсся по ущелью, — твоя подруга зовёт тебя.

Флинт не знал, что делать. Если он заберёт животное домой, то оставит Таниса один на один с убийцей. Если он возьмёт её с собой, она раскроет их своим адским рёвом. Наконец он махнул рукой, и стражник отпустил ослицу, которая сразу бросилась к гному.

Уворачиваясь от тыкающейся в него мордой Быстроногой, Флинт вытащил лестницу, которую все еще держал в руках, и снял веревку, удерживавшую лестницу у основания дворца. Он привязал веревку к ошейнику Быстроногой, а другой конец привязал к осине на западном краю моста. Танис спрятала маску в кустах. Пока они с Флинтом поднимались по тропе, от скал доносился рев Быстроногой.

Ночь была непроглядной, небо не освещали луны. Он чувствовал затхлый запах мха и слышал тяжелое дыхание Таниса позади себя. Со дня, когда они отдыхали в Кентомменай-кате, казалось, минула вечность, ведь тогда еще были живы Ксенот и Айлея.

К счастью, эльфы — даже полуэльфы — неплохо видят в темноте, а у гномов острое зрение развилось за многие поколения работы в темных шахтах под землей. Таким образом, они довольно быстро продвигались по тропе вдоль края ущелья.

— Если Гилтанас и его стражники не бегут изо всех сил, мы скоро их догоним, — прошептал Танис, когда они остановились передохнуть в заросшей травой низине. Флинт отвел взгляд от крутого обрыва справа и кивнул в знак согласия.

Они продолжили путь.

Тропинка начала подниматься в гору, и то тут, то там Флинт узнавал искривленные деревья и нагромождения гранита. Они дошли до развилки. Тропа стала круче, и вскоре Танис и гном начали тяжело дышать.

В этот момент они услышали впереди шаги и спрятались за гранитным выступом. Флинт выглянул и увидел, как мимо проходят две фигуры, направляясь обратно в Квалиност.

— Стража Гилтанаса, — прошептал Танис, когда они отошли на достаточное расстояние. Гном и полуэльф удвоили усилия, ведь Гилтанас уже остался без охраны.

Наконец деревья стали редеть, а земля покрылась еще большим количеством гранитных валунов. Флинт понял, что скалистый гребень уже близко.

— Слушай! — прошептал Танис.

Вдалеке раздался чистый тенор, пропевший слова, почти такие же древние, как скалы, обрамлявшие тропу с одной стороны.

— Песнь Гилтанаса, — объяснил полуэльф. — Он просит духов деревьев и земли защитить Портиоса и направлять его на протяжении всей его жизни. Вот почему Гилтанас не вооружен для этого бдения. Он показывает лесным духам, что доверяет им.

Песня эхом разнеслась по ущелью, заставив гнома содрогнуться.

— Мой День полной бороды был совсем не таким, — выдохнул он. — И хвала Реорксу за это.

Они продолжали идти, теперь уже более осторожно, поскольку приблизились к Кентомменай-кату. Если уж они не хотели, чтобы их заметил Гилтанас, то тем более не хотели попадаться на глаза убийце, который мог прятаться за любым валуном или деревом. Флинт почувствовал, как волосы у него на затылке встали дыбом, и успокаивающе положил руку на молот, висевший у него на поясе.

Наконец они добрались до Кентомменай-ката. Флинт положил руку на плечо полуэльфа, и они остановились, наблюдая за тем, как Гилтанас расхаживает взад-вперед вдоль гранитных плит, покрывающих хребет. Танис жестом показал, что им нужно обойти его справа, и Флинт кивнул. Они крались, прячась за валунами, и преодолели около двухсот ярдов по гребню хребта от того места, где стоял Гилтанас, продолжая петь. Они миновали последние деревья и ненадолго вышли на открытое пространство, но тут же спрятались за перевернутой гранитной плитой.

Флинт выглянул из-за плиты. Гилтанас в простой серой мантии с поднятым капюшоном стоял на краю обрыва, вглядываясь в черную бездну и его песня напоминала плачь, в котором звучали ноты, неведомые ни людям, ни гномам.

— Чего мы ждем? — хрипло прошептал Флинт, и Танис покачал головой.

— Не знаю. Может, попробуем подобраться поближе.

Флинт кивнул в знак согласия. Танис отстегнул кинжал от пояса, и гном

сделал то же самое, когда они начали пробираться через нагромождение валунов. Все это время песенная мольба Гилтанаса служила фоном.

— У меня плохое предчувствие, Танис, — тихо проворчал Флинт. — Такое ощущение, что мы только и ждем, когда что-нибудь произойдет...

Земля ушла у гнома из-под ног.

* * *

Слова Флинта прервал какой-то шорох, словно что-то заскользило по камню, и приглушенная ругань. Танис резко развернулся и завертел головой.

— Флинт! — прошептал Танис так громко, как только осмелился, пригибаясь, чтобы скрыться из виду Гилтанаса. — Флинт!

Ответа не последовало, только голос Гилтанаса звучал все так же уверенно.

Танис выругался про себя. Почему он не был внимательнее? Он покачал головой. Но ведь гном был прямо за ним. Куда же он делся?

Взгляд Таниса привлекло темное пятно среди камней — или, скорее, более темное, чем остальная чернота. Он подполз ближе, чтобы рассмотреть его. Когда он подошел ближе, его лицо обдало влажным воздухом, и он увидел, что темное пятно вовсе не было тенью. Это была расщелина в скале, прямо за каменным обломком.

Танис перешагнул через нее, даже не заметив. Но Флинт с его короткими ногами и более мелким шагом...

— О, боги, нет, — сказал себе Танис и бросился на живот, вглядываясь в расщелину. — Флинт! — Прошептал Танис в глубокую темноту, но тени поглотили его голос. Ответа не последовало.

Отверстие было достаточно большим, чтобы в него мог пролезть гном, хотя и с трудом. Отбросив панику, Танис попытался собраться с мыслями. Гном мог пострадать там, внизу, или еще что похуже.

— Флинт! — Он попытался еще раз, но ответа по-прежнему не было. Танис остался совсем один.

В этот момент песня Гилтанаса за спиной Таниса оборвалась на полуслове, и полуэльф вскочил на ноги.

— Тебе не следует здесь находиться! — воскликнул Гилтанас. — Кентоммен запрещает... — Танис оглянулся на расщелину, поглотившую Флинта. Затем, двигаясь так быстро, как только мог, и обнажив меч, Танис перепрыгивал с валуна на валун.

Перед Гилтанасом стояла фигура, едва различимая даже для острого зрения Таниса. Она сделала шаг вперед.

— Кто ты? — воскликнул Гилтанас, отступая назад. Край обрыва угрожающе зиял позади него.

Фигура молча приближалась.

Гилтанас огляделся по сторонам, но незнакомец преградил ему путь к спасению.

— Кто ты такой?

Танис, подбираясь как можно ближе, но оставаясь в укрытии, увидел, как фигура в плаще зашевелилась, словно собираясь с силами для рывка. Полуэльф выскочил из-за гранитной глыбы с криком:

— Гилтанас!

Его кузен обернулся. В ту же секунду фигура в плаще сделала ложный выпад в сторону Гилтанаса. С криком светловолосый юноша исчез за краем обрыва. Еще один крик резко оборвался. Убийца бросился в сторону леса, и Танис замешкался, не зная, что делать: последовать за ним или идти к тому месту, где исчез Гилтанас. Но обрыв убил его кузена, в этом Танис был уверен. Полуэльф бросился в чащу вслед за злодеем.

Он пробежал всего десять или двадцать шагов, и деревья сомкнулись вокруг него. Здесь не было тропинки. Куда же тогда делась фигура? Танис

проклял лианы, цеплявшиеся за лезвие меча, и прищурился, вглядываясь в темноту. Он затаил дыхание и прислушался, но не услышал приглушенного дыхания.

Танис вернулся к гранитной плите, с которой исчез его кузен.

— Гилтанас! — в отчаянии крикнул он в темноту. Затем добавил:

— Флинт! — просто на всякий случай.

Он получил ответ, но не тот, на который рассчитывал.

Позади Таниса возникла фигура, которая положила сильные руки ему на поясницу и толкнула его.

Когда полуэльф упал, он услышал слова:

— Прости, Танис.