Происхождение | Genesis (джен)

Тёплый, почти живой свет багровой сферы дрожал над моей ладонью. Это было совершенно невероятное, ни с чем не сравнимое ощущение, как если бы я сжимал в руке невидимый, очень плотный мяч, который отчаянно пытался расшириться, вырваться из-под контроля, развернуться во всю свою мощь. Сфера пульсировала, вибрировала, и я чувствовал эту вибрацию словно вторая кожа натянулась поверх обычной, готовая в любой момент выплеснуть накопленную энергию. Но сфера не сорвалась вперёд, не взорвалась преждевременно, не исчезла, растратив заряд впустую. Она просто висела там, послушная моей воле, как верный пёс, ожидающий команды хозяина.

Я мог контролировать момент выпуска будто заряженный арбалет. Полный контроль. Мог выпустить сейчас, через минуту, через час. Захочу — погашу заклинание, втянув ману обратно в ядро, хотя это, как я подозревал, будет не так просто, как кажется.

Успех породил следующую мысль. Если я могу держать заклинание в одной руке, что мешает мне сделать то же самое со второй? Если мой контроль достаточно хорош, чтобы удерживать одно плетение без помощи палочки, по идее ничто не препятствует тому, чтобы я попробовал разделить фокус и создать второе заклинание параллельно, если я уже мог создавать до четырех заклинаний в каналах пользуясь палочкой.

Я медленно, стараясь не нарушить концентрацию, вытянул левую руку. Правая по-прежнему удерживала шар Ступефая, и я чувствовал, как мана в нём продолжает свою размеренную пульсацию. Теперь нужно было разделить внимание, создать второе заклинание, не потеряв контроль над первым. Это оказалось немного труднее, чем я думал. Похоже на попытку писать два разных текста одновременно, левой рукой одно предложение, правой другое. Или на попытку играть две разные мелодии на двух фортепиано сразу. Координация плыла, то одно заклинание начинало терять стабильность, то другое норовило сорваться раньше времени. Я дышал глубоко и размеренно, чувствуя, как пот начинает стекать по вискам.

Спустя пару минут напряжённой тишины, прерываемой только моим тяжёлым дыханием, над левой ладонью вспыхнул второй огонёк. Такой же багровый, такой же готовый к бою. Я стоял посреди полигона, зачем-то широко расставив ноги, с двумя готовыми к бою заклинаниями в руках. Моё сердце колотилось где-то в горле, но это был не страх, а чистый, незамутнённый восторг. То, что я сейчас делал, казалось многообещающим. Я мог выпустить оба заклинания одновременно, накрывая цель двумя заклинаниями или поражая сразу двух противников. Мог стрелять по очереди, создавая непрерывный град ударов, не давая врагу времени на ответные действия. Мог держать одно заклинание в резерве, пока другое летит в цель, на случай промаха или внезапной угрозы с фланга. Вариантов было множество, и каждый из них сулил значительное преимущество в реальном бою.

Но я решил попробовать еще кое-что. Мой контроль, к счастью, оказался достаточно хорош. Вместо Ступефая я сформировал плоскую структуру Протего. Прозрачный, слегка мерцающий диск щита возник прямо перед моей левой кистью, повиснув в воздухе подобно рыцарскому щиту, только сотканному из чистой магии. При этом в правой руке всё ещё горел «Ступефай», готовый к атаке. Я начал двигаться, имитируя бой. Шаг вперёд, щит смещается влево, закрывая фланг. Выпад правой рукой, воображаемый заряд срывается с ладони и летит в невидимого противника. Разворот, щит уходит вправо, прикрывая корпус, правая рука уже формирует новый заряд. Я двигался по пустому ангару, ботинки гулко стучали по бетонному полу, разнося эхо под высокими сводами. Кажется, такой техники не существовало вовсе. Я не читал о ней ни в одной книге. Впрочем, я все еще многого не знал о мире магии, возможно, есть и такие умельцы. Но козырь стоило держать в секрете до поры до времени.

Вновь убедившись, что в пределах видимости нет никого из инструкторов или коллег я решил проверить эту технику в деле. Я начал забрасывать манекены беспалочковыми зарядами. Один, второй, третий. Получалось все быстрее и быстрее. Вспышки срывались с ладони одна за другой, с треском врезаясь в мишени, пока левая рука держала Протего. Я чувствовал упоительную лёгкость, с которой заклинания покидали мои руки, никаких лишних движений, никаких взмахов, никакой артикуляции. Только мысль, воля и результат. Потом я перешёл на стрельбу с двух рук, не делая пауз между залпами. Воздух вокруг меня начал стремительно наполняться запахом озона и жжёной пыли, поднятой в воздух ударами заклинаний. Манекены давно разнесло под этим градом; их остатки были разбросаны по всему полигону. Теперь просто бросал заклинания в бетонный пол в тридцати ярдах от себя. Скорострельность была в несколько раз выше, чем при использовании палочки. Очевидно даже без измерений.

Однако триумф длился недолго. Внезапно я почувствовал, как в груди что-то резко оборвалось, появилось ощущение внезапной и глубокой пустоты. Будто из меня одним рывком выкачали весь воздух, и лёгкие схлопнулись, не в силах сделать вдох. Колени подогнулись, и я едва не рухнул на бетонный пол лицом вперёд. Огни на ладонях мгновенно погасли, рассыпавшись бесполезными искрами, которые растаяли в воздухе. Я успел выставить руки вперёд, чтобы смягчить падение, и мои ладони встретились с шершавым бетоном, ободрав кожу.

Ядро оказалось опустошённым. Выходит, что как стабилизатор палочка всё-таки была полезна, ощутимо снижала расход маны. Беспалочковая магия в таком темпе поглощала мои резервы с большой скоростью, и я, увлёкшись, просто не заметил, как подошёл к опасной черте. Руки мелко дрожали, пальцы не слушались, а в голове пульсировала тупая, но настойчивая боль, которая расходилась от затылка к вискам.

Я с трудом добрался до скамьи у края площадки и рухнул на неё, не в силах больше держаться на ногах. Сидел, привалившись спиной к холодной каменной стене ангара, и пытался восстановить дыхание. Холод камня немного отрезвлял, помогал сосредоточиться. Я закрыл глаза, пытаясь унять головокружение.

Эксперимент, безусловно, удался. Более того, он превзошёл мои самые смелые ожидания. Беспалочковая магия работала, и работала эффективно. Но ядро всё ещё было слишком малым для таких нагрузок. Чтобы эта техника стала по-настоящему полезной в долгой схватке, против кого-то из верхних рангов, опытных боевых магов, вооружённых артефактами и десятилетиями практики, мне нужно было найти способ увеличить объём ядра и плотность своей маны.

Я закрыл глаза и прислушался к себе. Медленно по капле, начинал восстанавливаться резерв. Оставалось только ждать и анализировать, но я не собирался останавливаться на достигнутом.

Отдохнув с четверть часа и дождавшись, пока дрожь в руках уймётся, а головная боль отступит до уровня терпимой, я медленно поднялся со скамьи. Побрёл к выходу из ангара, стараясь не шататься и не привлекать внимания. Моя тренировка была окончена, по крайней мере, на сегодня.

Мастер Борн обнаружился у входа в другой ангар, над которым красовалась массивная металлическая табличка с надписью «Полигон Б». Само здание было внушительным сооружением, обшитым листами зачарованного металла. Внутри было шумно, гул голосов отражался от стен, смешиваясь с резкими хлопками заклинаний и топотом ног по каменному полу. Борн стоял, скрестив руки на груди, и наблюдал за тем, как основная группа отрабатывает очередное упражнение.

— Ну как, поработал? Силы остались? — спросил Борн, бросив на меня короткий, оценивающий взгляд.

Я отрицательно покачал головой, не вдаваясь в подробности. Борн хмыкнул, и и повёл меня вглубь помещения, туда, где шла тренировка основной группы. Теперь у них началась общая отработка. Нас выстроили в полукруг перед пустой площадкой, и Борн, достав свою палочку, активировал массивный артефакт в центре зала. Гранитную плиту, исписанную светящимися рунами, которые пульсировали в такт какому-то неслышному ритму. Плита была вделана прямо в пол, и от неё исходило ощутимое тепло, словно от печи.

Воздух над плитой дрогнул, пошёл рябью, и пространство заполнилось иллюзиями. Детализированные, объёмные, двигающиеся фантомы монстров, которые могли встретиться в лакуне, куда мне предстояло вскоре отправиться. Теневые ползуны, похожие на облезлых пантер с лишними суставами, из-за которых их движения казались дёргаными, неестественными. Они бесшумно скользили по площадке, их иллюзорные лапы не оставляли следов, а пустые глазницы, казалось, следили за каждым моим движением. Фантомы были настолько реалистичными, что я невольно напрягся, хотя разумом понимал, что они не могут причинить вреда.

— Твоя задача, новичок, стоять за спинами и впитывать свет знаний, — Борн кивнул мне, указывая на место позади основной группы. — Смотри, как двигается отряд. Запоминай, как они переговариваются, как распределяют цели, как прикрывают друг друга. Твоя очередь подставляться ещё придёт, не переживай. Но сначала — смотри.

Я молча занял указанную позицию и начал наблюдать. Команда работала на удивление слаженно, как хорошо отлаженный механизм. Когда фантом теневого ползуна совершил стремительный рывок из тени, двое магов, рослый мужчина с выбритой головой и та самая женщина с седым ёжиком, которую я уже видел утром, синхронно выставили щиты, перекрывая траекторию атаки. Третий маг, молодой парень с соломенными вихрами на голове, коротким жестом обрушил на монстра парализующее проклятие. Я уселся на скамью и продолжил наблюдать.

* * *

Так прошла неделя. Постепенно втягивался в работу группы, в её ритм, в её внутреннюю динамику. Я был прикреплен к одной группе Борна. Как я узнал, у «Северного предела» было еще с десяток других отрядов, которых ни разу не встретил. Их базы находились в других местах. Выходил на тренировки рано утром, уходил поздно вечером, а иногда и вовсе оставался ночевать в казармах, которые «Северный предел» предоставлял своим сотрудникам. Небольшие, спартанские комнаты с минимумом удобств, но зато прямо на территории базы. Отучил несколько новых чар, которые показывал Борн, пока отряд отбывал на задания. Всё это время следил за тем, чтобы не показывать беспалочковую магию. На людях я всегда использовал палочку.

Иногда, когда тренировки заканчивались пораньше, я ходил гулять по Лондону. Просто брёл по мощёным улочкам Косого переулка, рассматривая витрины лавок. Иногда выбирался и в маггловскую часть города, изучал город, заходил в пабы. С Линой, кстати, не случилось. Та самая девушка из «Флориш и Блоттс», с которой у меня было что-то вроде зарождающегося знакомства, совершенно заскучала, как только узнала, что я не имею магического образования, а следовательно, по её логике, и никаких перспектив. Она задала пару вопросов о том, где я учился, и, услышав, что я не заканчивал школу и не имею СОВ, её интерес угас быстрее, чем пламя свечи на сквозняке. Я просто пожал плечами и ушёл. Ничего не поделаешь, c'est la vie.

За эти дни я постепенно познакомился с членами отряда, в который меня определили. Более-менее сдружился со смешливым парнем с соломенными вихрами на голове. Он оказался самым молодым в отряде, не считая меня. Его звали Ник Уордроб. Да, фамилия была самая настоящая — Wardrobe, то есть «платяной шкаф». У него была целая куча плоских шуток про собственный «скелет в шкафу». Ник был выпускником Пуффендуя, он сам рассказал мне об этом, когда мы разговорились за кружкой пива после тренировки. И как хрестоматийные пуффендуйцы из канона, отличался добродушием, преданностью и изрядной долей наивности.

С остальными членами отряда отношения складывались в целом ровно. Был Маркус, рослый, молчаливый мужчина лет сорока, с лицом, изрезанным глубокими морщинами, и руками, привыкшими к тяжёлой работе. Пара близнецов-ирландцев, Финн и Эйдан. И еще несколько парней.

Ну и была Сильвия. Та самая женщина с седым ёжиком волос, которая смотрела на меня с плохо скрываемым презрением с первого дня нашего знакомства. Она держалась особняком, не участвовала в общих разговорах и посиделках в пабе, на которые иногда выбиралась остальная группа. Вот с ней контакт и не получился. Случилось это на тренировках с мётлами. Воздушная мобильность считалась очень важным навыком для мага-охранника. Метла редко использовалась непосредственно в лакуне, но часто применялась в нашем мире, для быстрого конвоирования грузов по воздуху, для разведки местности, для преследования. Мы должны были отрабатывать воздушный конвой груза и вот тут-то я впервые столкнулся с проблемой, к которой оказался совершенно не готов.

Я никогда не летал на метле. И теперь, стоя на поле позади базы с казённой метлой в руках, я чувствовал себя полным идиотом. Борн, узнав об этом, сначала не поверил, потом поморщился, как от зубной боли, а потом всё-таки попробовал провести со мной пару индивидуальных уроков. Он объяснял базовые принципы, как вызвать метлу в руку, как держать равновесие, как управлять скоростью и направлением, но всё было тщетно. Здесь был нанесён сокрушительный удар по моему самолюбию. Сраный веник плевать хотел на меня, на мой сверхконтроль и на все мои достижения в беспалочковой магии. Ни одна из казённых мётел не хотела нормально сотрудничать со мной. Одни вообще отказывались взлетать, сколько бы я ни командовал «Вверх!», они лишь лениво подрагивали на земле, словно издеваясь. Другие взлетали, но начинали вихлять из стороны в сторону, норовили перевернуться в воздухе или внезапно теряли тягу, заставляя меня судорожно цепляться за древко. А те, что всё-таки работали, работали с такими огрехами, что Борн только качал головой. Я то и дело заваливался на бок, не мог удержать стабильную высоту, а о том, чтобы выполнять какие-то манёвры, и речи не шло.

В конце концов Борн, потеряв терпение, оставил меня одного с метлой, наказав «пробовать, пока не выйдет, а если не выйдет, то пробовать еще», и пошел к паре членов отряда отрабатывать какой-то прием. Поэтому я сидел в метре от поверхности, пока остальные занимались действительно важными вещами, судорожно вцепившись в древко обеими руками и пытаясь одновременно держать баланс и подчинить себе непокорный летательный аппарат. Моё тело напряглось, на висках выступил пот, а метла подо мной ходила ходуном, словно норовистый конь. Я тихо, сквозь зубы, материл создателя этого транспортного средства и всех, кто считал полёты на метле «естественным навыком для любого мага».

— Какой же ты убогий, — раздался резкий женский голос.

Я повернул голову, резко, едва не потеряв равновесие окончательно. Это была Сильвия. До этого момента она в принципе со мной не общалась, полностью игнорируя моё присутствие в отряде, словно я был пустым местом. И вот теперь она решила заговорить. На её пальце тускло блестел перстень с каким-то гербом, то ли фамильная реликвия, то ли просто украшение. Она смотрела на меня с таким явным отвращением, словно я был не человеком, а грязным пятном на дорогом персидском ковре, которое нужно как можно скорее вывести.

— Чего уставился? — процедила она, заметив мой взгляд. Её голос был сухим и резким, как треск ломающейся ветки. — Давай работай. Чем скорее ты будешь готов, тем быстрее сдохнешь в лакуне, грязнокровка. Ну и угробишь всех нас попутно.

Я изумлённо на неё уставился. Что за странная агрессия? Да и оскорбления какие-то рафинированные. После приюта, где я наслушался всякого, такое казалось детским садом.

— Ты чего, дурная совсем? — спросил я наконец, не скрывая своего удивления. Мой голос прозвучал спокойно, я действительно не понимал, чем заслужил такую вспышку злобы.

Её глаза опасно сузились, превратившись в две ледяные щёлочки. Рука непроизвольно дёрнулась к палочке, висевшей на поясе в кобуре. Воздух между нами похолодел. Я внутренне напрягся, готовясь в случае чего выставить щит, палочка всё ещё была у меня в руке, хотя я и не собирался атаковать первым. Но тут между нами, словно материализовавшись из воздуха, возник Борн. Он вклинился в пространство, разделяя нас своей массивной фигурой.

— Хватит! — рявкнул он, и его голос разнёсся под сводами ангара, многократно усиленный эхом. Казалось, даже стены задрожали от этого крика. — Сильвия, уйми свою спесь! Смит, осади! Здесь вы не лорды и не бродяги, вы — звенья одной цепи «Северного предела»! Если это кому-то непонятно, то я лично засуну по половине этой метлы каждому в задницу и расторгну контракт! Услышали меня?! Оба!

Сильвия, бросив на меня последний, полный ледяной ярости взгляд, резко развернулась и зашагала прочь. Её спина была прямой, как древко той самой метлы, а походка чеканной, словно она маршировала на параде. Я остался на месте, всё ещё сидя на своей непокорной метле в метре над землёй.

На этом тренировка фактически завершилась. Борн, всё ещё мрачный, как грозовая туча, созвал группу общим сигналом, короткой вспышкой красных искр из палочки. Мы собрались у главного входа в ангар, выстроившись неровным полукругом. Борн обвёл нас тяжёлым взглядом, задержавшись на мне и на Сильвии, которая стояла с каменным лицом, и объявил:

— Завтра в три часа дня — перевозка груза из лакуны до склада в Ливерпуле. Обычный экспедиторский выход, ничего такого, чего вы не делали раньше. Но это не повод расслабляться. Ничего сложного не ожидается, — повторил он с нажимом, — но уши держать востро. Вопросы? Вопросов нет. Свободны. Смит, — он посмотрел на меня, — ты включён в отряд.

Я почувствовал, как внутри меня поднимается волна радостного возбуждения, смешанного с холодком тревоги. Наконец-то! Полевая работа. Настоящее дело, а не бесконечные тренировки на полигоне. Завтра я впервые шагну в Лакуну.

Когда я выходил на улицу, Ник пристроился рядом, поправляя на плече сумку со своими вещами.

— Не бери в голову, что несла Сильвия, — негромко сказал он, понизив голос, хотя вокруг никого не было. — Она из разорившегося рода. Кажется, кто-то из Боулов или около того, я точно не знаю, она не распространяется, но парни говорили. У них поместья отобрали за долги ещё при её деде, представляешь? Огромное состояние, фамильные артефакты, земли в Уилтшире, всё пошло прахом за одно поколение. Вот она и злится на весь мир, а особенно на таких, как ты.

— Таких, как я? — переспросил я, хотя прекрасно понял, что он имел в виду.

— Ну, магглорождённых, — Ник слегка замялся, — Или тех, кого она за них принимает. Тех, на кого она не хотела бы быть похожей даже в страшном сне, но события сложились иначе. Спеси там на целый замок, а в карманах только контракт наёмника. Дерьмище зрелище, честно сказать. На «грязнокровку» не обращай внимания, аристо — он кивнул в сторону, куда ушла Сильвия, — она ненавидит ещё больше, чем магглорождённых. Мы все обычно просто игнорируем её приступы ебанутости. И, да, — он сделал паузу, — в бою на неё положиться можно. Её Протего держит удары как стена, я сам видел. Так что, когда дойдёт до драки, она будет на нашей стороне, что бы она там ни бурчала.

Я пожал плечами и достал из кармана куртки сигариллу.

— Да я-то всех люблю, если мне не досаждают, — спокойно сказал я.

Ник хмыкнул в ответ и мы разошлись у ворот. Я задержался на минуту, докуривая сигариллу и глядя на то, как туман затягивает очертания базы, делая их зыбкими и призрачными. Завтра будет первый настоящий бой. Я был готов, по крайней мере, мне так казалось.

Меня окликнул чернокожий маг, который встретил меня здесь в первый визит. Ричард Хендерсон, с которым я тоже успел познакомиться за эти дни, когда меня пару раз ставили на учебный караул у главных ворот. Отношения, кстати, чуть потеплели. Он уже сменился с поста и переоделся в простую гражданскую мантию тёмно-синего цвета. В руках у него была небольшая холщовая сумка, которую он протянул мне.

— Эй, Том! Погоди-ка.

Я вопросительно приподнял бровь. Ричард протянул мне сумку, и та звякнула стеклом.

— Выдается членам отряда ежемесячно. Тебе как новичку, вне очереди, в честь первого выхода. Тут стандартный набор: кроветворные и заживляющие. Негусто, конечно, но запас, как говорится, не мешает никогда. Пара флаконов всегда это лучше, чем ничего.

Он на мгновение замолчал, глядя на то, как я убираю сумку в свой вещевой мешок.

— Не надейся на них, Смит, лучше не дать себя достать. Пусть они копятся каждый месяц неиспользованными. — пожелал он негромко.

Мы коротко кивнули друг другу на прощание. Ричард крутанулся на месте и с негромким хлопком аппарировал. Я последовал его примеру, закрыл глаза и представил знакомые очертания переулка рядом с «Дырявым котлом». Как оказалось за эти дни, аппарация непосредственно внутрь паба была невозможна. Можно из паба, но не внутрь. Знакомое ощущение сжатия, короткий миг дезориентации, и вот я уже стою на брусчатке переулка, вдыхаю лондонский воздух.

Моя официальная зарплата в пятьдесят галеонов в месяц была удовлетворительной для начала карьеры. Но жить постоянно в гостинице над шумным пабом было и неудобно, и накладно по финансам.

У меня были маггловские деньги, достаточно много. Я решил, что пора обзавестись собственным жильём в Лондоне, где-нибудь поближе к Косому переулку.

Чтобы упростить себе задачу с поиском жилья я решил прибегнуть к небольшой хитрости. В одной из лавок Косого переулка, специализировавшейся на зельях и парфюмерии, я приобрёл небольшой флакон с зачарованным парфюмом. Лавочник назвал его «Ароматом доверия» и заверил, что это не более чем забавная игрушка для шалостей, создает едва заметный фон, который даже не регистрируется сознанием. А значит, подействует сильнее на магглов, рассудил я. Это не должно было стать нарушением Статута в строгом смысле, просто лёгкая психологическая коррекция, которая не наносила вреда и не оставляла следов. Я решил, что небольшое преимущество при общении с магглами мне не помешает, и заплатил за флакон два галеона.

Я аппарировал в переулок недалеко от Трафальгарской площади, убедился, что меня никто не видел, и вышел на оживлённую улицу. Прогуливаясь по Чаринг-Кросс Роуд под серым, типично лондонским небом, которое обещало дождь, но всё никак не могло решиться, я потягивал сигариллу и рассматривал город. Лондон жил своей обычной жизнью, красные двухэтажные автобусы ползли в пробках, таксисты сигналили друг другу, прохожие спешили по тротуарам.

Вскоре мне попался на глаза круглый стенд с объявлениями, прикреплённый к фонарному столбу. Мой взгляд привлёк красочный логотип агентства недвижимости, расположенного неподалёку. Запомнив номер, я дошёл до ближайшей телефонной и набрал указанный на листовке номер. В трубке раздался приятный женский голос:

— Добрый день, агентство «Харрингтон и партнеры», чем могу вам помочь?

Я коротко объяснил, что ищу жильё для долгосрочной аренды. Меня выслушали и пригласили в офис, который, как выяснилось, находился в паре кварталов от того места, где я стоял. Я повесил трубку, вышел из будки и направился по указанному адресу. Перед входом в офис я остановился на мгновение, достал из кармана флакон с «Ароматом доверия» и немного побрызгал себе на воротник куртки. Запах был едва уловимым, что-то вроде смеси сандала, свежескошенной травы и ещё чего-то неуловимого.

Эффект проявился мгновенно. Проходившая мимо женщина, строгого вида дама в деловом костюме, которая за секунду до этого выглядела крайне озабоченной и хмурилась, глядя на свои часы, вдруг обернулась и вежливо мне улыбнулась, хотя я даже не смотрел в её сторону. Магглы, подумал я в очередной раз, действительно были беззащитны перед такими магическими мелочами.

Внутри офиса, отделанного в сдержанном викторианском стиле с тёмными дубовыми панелями и зелёными абажурами настольных ламп, меня встретил молодой человек лет двадцати семи, представленный мне как Марк. Он был одет безупречно, серый костюм, начищенные до зеркального блеска туфли, идеально завязанный галстук. На его лице застыло профессиональное, вежливое выражение, но, когда я вошёл, в его глазах на мгновение мелькнуло сомнение. Я прекрасно понимал, почему: мой внешний вид, рост метр девяносто, крепкое телосложение, и одежда, явно купленная не на Бонд-стрит, не слишком вязались с образом состоятельного арендатора. Однако «Аромат доверия» сделал своё дело, сомнение в его глазах быстро сменилось вежливой, почти подобострастной готовностью помочь.

— У нас есть несколько интересных вариантов в Вестминстере и Фулхэме, — начал он, раскладывая передо мной папки с цветными фотографиями квартир. — Вот, например, отличная студия в Вестминстере, прямо рядом с набережной...

Я просмотрел список и остановился на одном варианте.

— Кемден-Таун? Трёхкомнатная квартира рядом с каналом? — переспросил он, и я утвердительно кивнул. — О, это прекрасный выбор, сэр! Но... — он замялся, и его профессиональная маска чуть дрогнула, — цена... Тысяча пятьдесят фунтов в месяц. И владелец, мистер Эшби, требует обеспечительный платёж за три месяца вперёд, плюс комиссия агентства...

Я заметил, как Марк снова окинул меня быстрым, оценивающим взглядом, пытаясь мысленно сопоставить названную сумму и мой внешний вид. Его лицо на долю секунды приобрело скептическое выражение, которое он, впрочем, тут же попытался скрыть. Я внутренне усмехнулся — видимо, мне и впрямь стоило приодеться перед визитом в агентство.

— Это не проблема, — спокойно сказал я, доставая из внутреннего кармана куртки аккуратно сложенную пачку банкнот, перетянутую резинкой. — Я готов внести комиссию агентства прямо сейчас. Пятьсот фунтов, верно? Квартиру я посмотрю завтра в десять утра.

Лицо Марка расцвело на глазах, как цветок, раскрывающийся навстречу солнцу.

— Разумеется, мистер Смит! — воскликнул он, потирая руки. — Десять утра — идеальное время! Я лично буду ждать вас у подъезда дома номер семь по Гринленд Стрит. Желаете кофе? Или, может быть, прислать за вами машину?

Я отказался от кофе и от машины, подписал предварительные бумаги, стандартный договор о намерениях, который ни к чему меня не обязывал, и вышел на улицу. В кармане лежала визитка Марка с адресом и временем встречи. Сбор для выхода в Лакуну, как я уже говорил, был назначен на три часа дня, так что я вполне успевал осмотреть жильё, уладить формальности и прибыть в офис вовремя.