Северус и василиск Слизерина (джен)

Сириус Блэк прибыл в Хогвартс ближе к половине третьего, и Гарри сразу же вызвали к директору. По дороге в памяти всплывали слова Северуса: слушать больше, чем рассказывать о себе; не принимать скоропалительных решений; при давлении прекращать встречу.

В кабинете директора Сириус стоял у окна, заложив руки за спину. Он обернулся, когда Гарри вошёл.

— Гарри, — сказал Дамблдор мягко. — Позволь представить тебе твоего крёстного отца. Лорд Блэк.

Сириус посмотрел на мальчика внимательно: черты лица — совсем как у Джеймса, а зеленые глаза — как у Лили...

Гарри тем временем сделал шаг вперёд и спокойно наклонил голову.

— Рад с вами познакомиться, сэр. Вы не против присоединиться ко мне за обедом? Всё уже приготовлено.

Сириус моргнул.

— Обедом? — он машинально взглянул на часы. — Сейчас уже почти половина третьего.

— Тогда можем ограничиться кофе, — невозмутимо ответил Гарри. — Или чаем, если это удобнее.

Сириус усмехнулся.

— Хорошо. Пусть будет, как ты скажешь. Обед звучит неожиданно привлекательно.

Они вышли из кабинета, и Гарри повёл его по коридорам. Сириус ожидал, что они направятся в сторону каких-нибудь залов или гостевых комнат, но путь ушёл вниз, к подземельям.

— Подожди, — сказал он. — Мы идём в… подземелья?

— Да, сэр, — спокойно ответил Гарри. — Там тише, чем в других частях замка, и теплее, чем кажется.

По дороге он вежливо заметил, что в этом году замок особенно чувствителен к погоде: в верхних коридорах дождь усиливает сырость в старой кладке, а в подземельях всегда суше, потому что там стабильнее держатся защитные чары. Впрочем, в последнее время стояла солнечная погода, и наверху, в башнях факультетов, это особенно ощущалось.

Сириус немного удивился тому, что Гарри так подробно рассуждает о погоде, сырости в коридорах и защитных чарах, но промолчал.

В небольшой гостиной уже горел мягкий свет. Стены были тёплые на ощупь, воздух — сухой. Гарри предложил Сириусу сесть.

— Вы предпочитаете что-то конкретное? — спросил он. — Или доверимся выбору эльфов Хогвартса?

Сириус на секунду растерялся.

— Пожалуй, пусть будет на их усмотрение.

Гарри кивнул, негромко позвал эльфа и кратко, без суеты, передал пожелания. Через минуту на столе появился лёгкий обед.

Сириус поймал себя на странном ощущении: это не он вёл разговор и задавал тон встрече, а Гарри. Гарри не навязывался, не расспрашивал, не пытался понравиться. Он словно мягко удерживал рамку происходящего: место, темы, паузы, даже саму возможность говорить.

Сириус некоторое время молчал, разглядывая Гарри поверх тарелки.

— Так почему Рейвенкло? — спросил он наконец. — А не Гриффиндор?

Гарри ответил без паузы, спокойно:

— Я хочу стать Мастером. Вероятно, артефактором. А на Гриффиндоре слишком шумно, там, как говорят, трудно сосредоточиться на учёбе.

И тут же перевёл разговор:

— А что в действительности входит в обязанности Лорда Дома? Помимо представительства в Визенгамоте?

Сириус оживился.

— Многое. Управление Родом, родовые активы, защита магических объектов, поддержание алтаря, договоры с другими Домами, контроль за родовыми обязательствами… Это не просто титул, это работа. И да, ещё защита самого Дома как здания.

Гарри кивнул, продумывая информацию.

— Зашита Дома как здания? Тогда нужно ли Лорду разбираться в строительстве или архитектуре?

Сириус поставил бокал с соком на стол и подался вперёд.

— Вот тут всё сложнее. Старые Дома — это не просто стены. В них вплетены чары, часто на уровне кладки и фундамента. Если не понимать, где проходят силовые линии и где заложены старые руны, можно обычным ремонтом ослабить защиту. Мне пришлось поднимать старые планы Гриммо, разбираться, какие перекрытия можно трогать, а какие нельзя. И то я до сих пор консультируюсь с гоблинами и мастерами по старым постройкам.

Гарри слушал внимательно, а Сириус снова отметил, что мальчик расспрашивает его, но о себе говорит крайне мало.

— А ты, случайно, в квиддич не играешь? — спросил он, надеясь, что это заставит Гарри разговориться.

— Пока нет, — ответил Гарри. — Я только на первом курсе. А вы играли в школе?

Сириус широко улыбнулся и рассказал о смешных случаях во время матчей, о том, как играла команда Рейвенкло в его годы и как на её фоне выглядел Гриффиндор. Он увлёкся, но минут через двадцать снова поймал себя на том, что почти всё это время говорил он один.

— А ты так почти ничего и не рассказал о себе, — заметил он. — Где ты живёшь?

— У тёти Пет, — ответил Гарри.

— С магглами?

— Да.

Сириус нахмурился.

— А как она вообще тебя нашла?

Гарри пожал плечами:

— Директор оставил меня у неё на пороге. В корзине. Она до сих пор хранит эту корзину.

Сириус на секунду замер.

— А как она справлялась с магическими выбросами? В детстве же они неизбежны.

Гарри рассмеялся:

— Да, когда мне было пять лет, на улице собака громко залаяла, а я испугался и перекрасил её из рыжей в синюю. Тётя Пет сразу же написала Северусу. Собака визжит, тётя в панике, а Северус просто махнул палочкой — и она снова стала нормального цвета, рыжая. Ирландский сеттер.

Сириус отметил про себя:

«Северус». Интересно.

Сириус расспрашивал дальше — внимательно, выстраивая в голове полную картину.

Из рассказов Гарри выходило, что Северус был рядом с самого начала. Он приходился дальним родственником матери Гарри — и, соответственно, тёте. Он появлялся регулярно, примерно раз в неделю: приносил подарки, приводил дом в порядок, приносил еду из кухонь Хогвартса, когда тётя уставала или болела. Он показал Гарри первые простые заклинания, научил удерживать выбросы, научил устанавливать контакт с фамильяром. И, главное, всегда приходил, если его звали.

Гарри говорил о Северусе как о человеке, на которого можно опереться. В его тоне чувствовалось доверие и спокойное уважение.

«Понятно», — подумал Сириус. — «Вот почему мы сидим здесь, в подземельях. Не из-за тишины и не из-за уюта. Из-за Снейпа. Декана Слизерина, который держит под контролем эту территорию».

Лично к Снейпу у Сириуса особых претензий не было. Да, в школе они с ним обходились жёстко, но и Снейп умел за себя постоять. А после Азкабана всё это и вовсе казалось мелким и несущественным.

Сириус поймал себя на неожиданной мысли. Пока он десять лет гнил в Азкабане, Снейп делал за него его работу — присматривал за его крестником. Тщательно, последовательно, без срывов. Всё это время Гарри не был брошен на магглов так, как мог бы быть.

«Возможно», — подумал Сириус, — «я и не сдох там от отката за недостаточную заботу о крестнике только потому, что мой крестник оказался в порядке. Потому что ему помог Снейп».

Снейп — без сомнений, из-за памяти о Лили — держал оборону все эти десять лет — и Сириус мог только уважать это.

И раз он, очевидно, занимал важное место в жизни Гарри, стоило разобраться, возможно ли с ним ужиться. Сириус ясно видел: Гарри, с его аналитическим складом ума, продуманными действиями и собранной манерой держаться, не потерпит, если кто-то позволит себе неуважение к его «двоюродному дяде» Северусу.