Мальчик-который-готовил (джен)

— А что, собственно, вам нужно от моего старшего брата? — вновь поинтересовался Регулус. — Может, я чем помогу?

— Дело в том, — подал голос Марволо, позволяя Гарри привести себя в порядок после непредвиденного слезоразлива, — что Сириус — единственный оставшийся в живых свидетель аферы четы Поттеров, в результате которой я, сам того не ведая, приобрёл крестника. У нас есть воспоминания Лили Поттер, но вряд ли их будет достаточно.

— Достаточно для чего? — переспросил молодой Блэк.

— Для судебного разбирательства, — рвано выдохнул Гарри и под недоумевающим взглядом Регулуса пояснил: — Я задумал обратиться в Визенгамот, чтобы очистить имя мистера Гонта и заодно снять подозрения с самого Сириуса. А то каких только ужасов про него в Хоге ни наслушался.

Вопреки ожиданиям Гарри, Регулус с сомнением покачал головой.

— Твоё желание, безусловно, понятно и благородно, — младший Блэк горько усмехнулся, — но с чего вдруг ты решил, что у тебя получится? Подать прошение в Визенгамот — не проблема, только вот (матушка подтвердит) рассматриваться оно может годами… К тому же, мистер Гонт и Сириус — личности печально известные, — никто не даст гарантии, что их не арестуют, стоит им ступить под своды Министерства Магии.

Поттер внимательно выслушал возражения и, хитро блеснув глазами, ответил:

— А на этот случай у меня есть связи в самой верхушке Визенгамота.

— С этого момента, пожалуйста, поподробнее, — уже более заинтересованно попросил Регулус.

— Не знаю, отчего, — начал своё повествование Гарри, — но некто Альбус Персиваль Брайан Вулфрик Дамблдор, он же директор Хогвартса, председатель Визенгамота и прочая-прочая, который в своё время сбагрил меня тётушке-маггле, очень хочет участвовать в моей жизни. Пока это у него слабо получалось, но я согласен дать дедушке последний шанс — думаю, он с радостью согласится. Пусть созовёт внеочередное заседание (или же внесёт наше дело в повестку ближайшего запланированного съезда) — на его усмотрение, — а мы за это время соберём доказательную базу и выступим единым фронтом.

— Складно говоришь, — отметил младший Блэк. — Только я бы не надеялся, что всё получится легко. Хотя, как говорил один мой знакомый, попытка — не пытка. Не попробуем — не узнаем. Поэтому, для начала, я бы сам хотел ознакомиться с воспоминанием Лили Поттер — вдруг что интересное подмечу. Это возможно?

— Я напишу поверенному, — кивнул Гарри. — А потом загляну к директору и попрошу об услуге.

— Всё это, конечно, хорошо, — нахмурился Риддл, несколько обескураженный, что его «вывели за рамки» разговора, — но мне-то что прикажете делать?..

— А Вам, крёстный, — повернулся к нему Поттер, — предстоит очень важное дело: принятие под свою руку двух родов. Желательно, чтобы Вы успели это сделать до заседания — так у нас появится ещё один козырь: ведь, как я понял, без позволения Великой никто не может встать во главе рода — тем более, такого известного, как Слизерин.

Регулус с матерью удивлённо переглянулись — откуда у двенадцатилетнего мальчишки такая уверенность и познания в магическом законодательстве?

— Что? — смутился Гарри под тремя парами внимательных глаз. — Ну, заказал я у наставника «Свод магических законов, правил и традиций», да и решил изучить на досуге. Пришёл в библиотеку, а там — Гермиона: девочка с Гриффиндора, мы с ней в прошлом году в поезде вместе ехали. У неё пунктик по поводу толстенных фолиантов и знаний. Как увидела мою книжку «для лёгкого чтения» — давай расспрашивать, что, да как, да зачем. А как выяснила, что хочу крёстному помочь, попросилась в команду: «Я тебе пригожусь!». За эту неделю мы не только проштудировали весь тот талмудище — Герми удалось где-то разжиться дополнительной литературой с толкованиями наиболее применяемых законов и правил. То, что она не попала на Рейвенкло, просто недоразумение.

— Или же её собственное горячее желание, — вздохнула Вальбурга. — Сири вот так же упёрся рогом: буду учиться на одном факультете с Джеймсом, — и баста… Так, говоришь, умная девочка? — Острый взгляд портрета приобрёл опасный блеск.

— Лучшая на курсе, — с непонятной для себя гордостью отозвался Гарри. — Хотя я слышал, что магглорождённые слабее чистокровных и полукровок…

Мадам Вальбурга задумалась.

— Скажи-ка, Гарри, а какая фамилия у твоей Гермионы?

Мальчик зарделся и проворчал:

— Она не моя, у меня Флёр есть, — но на вопрос всё же ответил: — Грейнджер, Гермиона Джин Грейнджер — так она представилась в поезде.

Мадам Блэк удовлетворённо кивнула.

— Знаю я семейство с похожей фамилией — Дагворт-Грейнджеры. А вот чистых Грейнджеров не осталось — очевидно, выродились и ушли к магглам. Так что вполне может статься, что девочка — Чистая Кровь: потомок двух сквибов, не знающих о магии. Вот бы за ней понаблюдать…

Регулус задумался ненадолго, а потом выдал:

— Нет ничего проще, матушка. Помнится, отец незадолго до своей кончины заказал небольшую миниатюру с Вашим портретом и даже оплатил её заранее. Дома я её так и не увидел, значит, она так и лежит у мастера — надо будет забрать: не дело разбрасываться фамильными портретами. Так вот, эту миниатюру с помощью домовика можно будет подложить в гостиную Гриффиндора, и ты сможешь составить о девочке своё непредвзятое мнение.

— Великолепно! — воскликнула мадам Блэк, но потом строго поглядела на сына: — Только сначала ты принесёшь его сюда: хочу оценить состояние портрета.

На этом их внезапное совещание окончилось, Гарри с Марволо откланялись, а Вальбурга погрузилась в раздумья о том, как бы своего старшего сына-раздолбая пристроить в хорошие руки. Но сперва его нужно было привести в «товарный вид», а для этого…

Леди Вал сделала глубокий вдох, и по всему дому прокатился её командирский глас:

— Сириус! Кончай уничтожать запасы элитного алкоголя и марш ко мне в гостиную — разговор есть…

* * *

— Сириус!!! Сюда, живо!

Ответом на повторный призыв матери стало пьяненькое хихиканье, донёсшееся с лестницы в погреб:

— А я не хочу есть разговор, маменька. Я хочу крем-брюле!

— Прекрасно! — В тоне мадам Блэк послышались ехидные нотки. — Вот и угостишь им свою будущую невесту!

От подобного заявления весь хмель из кудрявой головы Сириуса мгновенно улетучился.

— Чего?! Вы опять за своё!..

— Не опять, а снова! — проворчала леди Вал. — Из прямой ветки Блэков никого почитай и не осталось — только вы с Регулусом, — кому наследство передашь? Был бы у тебя хоть крестник — и того профукал!

— Идея с подставным крёстным была не моя, Вы знаете. Но ведь сработала же: Риддл исчез…

— Кстати, мальчик был здесь с утра — предлагал помочь тебя реабилитировать в глазах магического сообщества.

— И что он за это попросил? — недобро усмехнулся Сириус: то, с каким уважением отзывалась о сыне Поттеров маман, его настораживало.

— Не все мозги, значит, пропил, — вздохнула та. — А попросил Гарри выступить свидетелем перед Визенгамотом на суде — рассказать в подробностях о той ловушке, что вы придумали для Тома. Мальчик хочет очистить имя своего настоящего крёстного…

Сириуса разрывали противоречивые чувства: с одной стороны, Блэк-хаус надоел ему хуже горькой редьки, как говаривал Регулус, явно повторяя чьи-то слова. С другой же, Блэку претила мысль, что придётся свидетельствовать в пользу Неназываемого.

— Подождите, маман, при чём тут невеста? — попытался он соскочить на более нейтральную тему.

— Да всё просто, — пожала плечами миссис Блэк, — это девушка, что помогла Гарри найти нужные статьи и их толкование.

— Она хоть красивая? — умоляющим взглядом прожёг Сири портрет матери.

— Чего не знаю, того не знаю, — покачала головой та. — Красота — понятие субъективное. Она, как говорили древние, в глазах смотрящего. А вот целеустремлённости этой мисс не занимать: твой псевдокрестник уже сейчас может поступать в Академию Магического Права.

— И сколько же лет этому юному дарованию? — с сомнением поинтересовался Сириус. — Если всё так, как Вы описываете, она, должно быть, давно просватана.

— А вот тут тебе невероятно повезло, сын, — победно ухмыльнулась леди Блэк. — Во-первых, девочка только вошла в помолвочный возраст — ей тринадцать. Во-вторых (не перебивай!), она считается магглорождённой, а поскольку была распределена в Гриффиндор, о проверке крови её никто не просветил.

— Считается?.. — выцепил главное из всей речи старший из сыновей Блэк и, по-собачьи склонив голову набок, выпалил подряд два вопроса: — То есть, Вы не уверены? На чём основаны сомнения?

— Гарри утверждает, что Гермиона (так зовут девочку) — самая лучшая студентка их курса, что, как ты понимаешь, нереально для магглорождённой. Так откуда что взялось? Поэтому я приняла решение присмотреться к мисс Грейнджер.

— Считаешь, наши хвалёные аристократы пропустили неогранённый бриллиант?.. — с понимающей усмешкой констатировал Сириус. — Каковы будут Ваши действия?

Вальбурга в красках передала сыну свой разговор с Регулусом и, хитро сощурившись, припечатала:

— Как там ваша банда выражалась? «Я замышляю только шалость»?..

— Маман?! Откуда?..

— А ты что думал? — проворчала себе под нос леди Вал. — Факультет — это не показатель. Как бы ты ни противился, ты — Блэк. И, что самое важное, мой сын!

— Мама…

* * *

Через несколько дней в одной из переговорных Гринготтса встретились два наследника древнейших и благороднейших родов.

Пожав руку Гарри, Регулус не удержался и приобнял его за плечи: уж очень импонировал Блэку этот парнишка, который совершенно искренне хотел помочь уже взрослым (в случае Сириуса номинально) магам. И при этом ничего не требуя лично для себя.

— Присядем?

Молодые люди разместились за столом, и первое, что сделал Регулус — выложил овальную миниатюру размером с ладонь. На ней была изображена женщина лет тридцати с высокой причёской и в строгом атласном платье цвета ночного неба. Бровь Гарри непроизвольно дёрнулась.

— Что, вну́́чек, — услышал он привычно язвительный голос с характерной хрипотцой, — не признал?

Мальчик вежливо склонился перед портретом.

— Простите, мадам Блэк.

— Не стоит, — отмахнулась та. — Я действительно сильно сдала за последние лет пять своей жизни⁽¹⁾. Сначала погиб Орион, мой муж, затем исчез Том. В связи с этим обоих сыновей пришлось прятать: Сириуса запереть в Блэк-хаусе, чтоб не натворил чего с горя и небольшого ума, а Регулуса вообще выслать подальше, чтоб не нашли и в Азкабан не упрятали. Ты даже не представляешь, каково́ матери видеть метания собственного ребёнка и знать, что ничем не можешь помочь, кроме как удерживать в доме силой. У нас и до этого отношения были не слишком тёплыми — очень уж характеры похожи. Да что я всё о себе, — вздохнула леди. — Расскажи лучше, как ты планируешь меня к гриффам подкинуть.

Глаза дамы лукаво блеснули, и заинтересованное лицо приобрело поистине девчоночье выражение: такое появлялось у Габриель, когда она задумывала очередную каверзу.

— Всё просто, — пожал плечами Гарри. — Добби, мой личный домовик, долгое время служил при Хогвартсе, и замок его ещё помнит. Поэтому не думаю, что для него будет сложным незаметно появиться в башне алознамённых, скажем, в гостиной, и оставить Ваш портрет на каминной полке. Вам останется только наблюдать.

— А как я узнаю Гермиону? — задала следующий вопрос Вальбурга. — Я тоже училась в школе и знаю, что по имени там редко обращаются. Только если старосты.

Поттер усмехнулся:

— Её Вы точно не пропустите: Гермиона носит распущенные волосы (они очень густые и волнистые), джинсы со свитером («под мантией всё равно не видно») и её передние зубы слегка выдаются, как у белочки. А ещё она всегда ходит с книгой, прижимая её к груди, как самое большое сокровище.

— Да уж, красотка, — запустил пальцы в свою шевелюру Регулус. — Братец ни за что не согласится даже сидеть рядом с такой девушкой, не то что жениться!

— Много ты понимаешь! — бросила неодобрительный взгляд на сына леди Вал. — Голова у девочки есть, а экстерьер мы поправим. Когда начнём операцию? — подмигнула она внучатому племяннику.

— Скорее всего, в субботу, — ответил тот и, заметив удивлённые взгляды «сообщников», пояснил: — Традиционно в этот день студенты разбредаются кто куда, и гостиная пустеет. Нито не заметит, если там объявится «неучтённый» портрет, тем более, такой небольшой.

— Да будет так, — согласилась леди Блэк.

Портрет, завёрнутый в батистовый платок, перекочевал за пазуху Гарри, а на свет появился флакон с воспоминаниями. Перелив их в Омут памяти, уже стоявший в середине стола и изображавший до поры до времени пустой вазон, Регулус опустил лицо к поверхности. Гарри же, напротив, откинулся на спинку кресла: ему и в первый раз хватило впечатлений, а обсудить увиденное можно и после.

— Нет, я, конечно, знал, что Сириус — балбес, — прорычал Регулус через полчаса, закончив просмотр, — но чтобы настолько!.. Не объяснить подруге, чем грозит подобная самодеятельность! Она, понятно, магглорождённая и мыслит своими категориями, но он-то волшебник в н-ном поколении! Непростительная безалаберность!

Гарри же со смехом смотрел на своего визави.

— Что? — не понял тот.

— Ничего, — ответил, утирая выступившие на глазах слёзы, Поттер. — Просто ругаешься, как леди Вальбурга!

1) согласно Potterwiki Вальбурга Блэк скончалась в 1985 году

Вернуться к тексту