↓
 ↑
Регистрация
Имя/email

Пароль

 
Вход при помощи VK ID
временно не работает,
как войти читайте здесь!
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Против течения времени (гет)



Автор:
Беты:
Alicia H Бета, melody of midnight Бета-ридер, AnfisaScas Бета-ридер
Фандом:
Рейтинг:
R
Жанр:
Драма, Hurt/comfort, Ангст, Романтика
Размер:
Макси | 1 112 275 знаков
Статус:
В процессе
Предупреждения:
AU, ООС, Читать без знания канона не стоит
 
Проверено на грамотность
Северус Снейп готов на всё, чтобы отгородиться от прошлого, даже на что-нибудь осуждаемое обществом. Работа в худшем районе магического мира, частные заказы, круглосуточная учёба и, следовательно, полное измождение... Он верит: если достаточно стараться, однажды нищета останется позади. А ещё убеждён: чувства, что с некоторых пор вызывает в нём подруга, лучше просто не замечать. Они всё равно ни к чему не ведут.

Джеймс Поттер живёт иначе. Квиддич, учёба, сложнейшие чары — ему многое даётся легко. Почти всё. Кроме неё.

Лили Эванс не ищет перемен, но они находят её сами. И однажды ей придётся сделать выбор, который изменит всё.
QRCode
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

Глава 30

Северус загнал все мысли о случившемся у озера куда-то в дальний уголок своего сознания и запер там на все мыслимые и немыслимые замки. Подруга больше не пыталась заводить с ним душевных бесед, и он испытывал по этому поводу не сравнимое буквально ни с чем чувство облегчения. Слишком остро было у Северуса ощущение, что, стоит только Лили снова к нему пристать, он опять сломается, соплёй растечётся по рукаву мантии, и не будет больше в этом мире Северуса Снейпа — останется один только Нюнчик.

А на самом деле Северус сильнее всего ненавидел не покойного ныне отца, не Дамблдора, не Розье, не Блэка, не Поттера и даже не жалость. Больше всего на свете он ненавидел быть слабым.

Декабрь ворвался в горы, в которых располагался Хогвартс, ледяными ветрами и метелями, а Северусу в расписание — длительными сеансами занятий с младшекурсниками, возжелавшими к приближающейся сессии восполнить многочисленные пробелы в знаниях. Все они почему-то считали, что можно три с половиной месяца валять на уроках дурака, а потом обратиться за услугой к нему и тут же стать отличниками. А Северусу оставалось ломать голову над тем, как же в кратчайшие сроки вложить во все эти пустые черепушки необходимые знания.

Задача эта уже казалась Северусу невыполнимой после нескольких вечеров, потраченных на объяснения буквально на пальцах простейших тем нанявшим его болванам, а на самом деле потраченных впустую, потому что болваны были столь абсолютные, что так, похоже, ничего из его слов и не вынесли. Всё навязчивее становилась идея бросить отнимающее море сил репетиторство и запереться в лаборатории, чтобы работать там над каким-нибудь качественным стимулятором, лишь благодаря которому, может, и сумеют все его ученики на экзаменах показать хоть сколько-нибудь достойные результаты. Но Северус слишком хорошо знал на опыте прошлых лет, как безотказно работают определяющие чары профессоров. Времени и так едва хватало на то, чтобы варить бодрящее и умострильное в, так сказать, производственных масштабах для сбыта софакультетникам и даже за пределами Слизерина — что уж говорить об экспериментах?

Не то чтобы Северуса так уж заботили результаты доверивших ему своё образование студентов, просто он понимал: оплошает сейчас — потом, весной, они не придут. А ему нужны клиенты.

Все немногочисленные минуты свободного времени Северус проводил не за чтением — о нет, об этом удовольствии он должен был на время забыть, хотя недавно ему и досталась пара новых любопытных фолиантов, а за мыслями о формуле и расчётами для Малфоя. Впрочем, безуспешно: уже дважды получал письма от непривычно нетерпеливого — может, непривычно потому, что раньше Северусу и не приходилось заставлять ждать, — аристократа и дважды же отвечал тем, что «в процессе». Только процессу этому не было видно ни конца ни края, даже на горизонте, куда изредка, в минуты особой усталости, тоскливо глядел Северус через окно в том или ином кабинете.

Хотя Лили больше не надоедала ему предложениями обсудить самые значимые события едва минувшего месяца, естественно, от того, чтобы постоянно спрашивать его о самочувствии, подругу ничто остановить не могло. Северус каждый раз до крови прикусывал язык — иначе не сдержать было так и рвущиеся наружу в компании со злой иронией слова. Слова искренние, почти жалобные — то есть такие, что он себе позволить не мог.

В библиотеке чаще всего они садились порознь: Лили — с Маккиннон и Оакби, сам Северус — с Эйданом, Малкольмом, изредка Уилкисом, совмещая написание собственного эссе с помощью им. К слову, с подругой они стали реже видеться и по иной причине — чаще всего получалось так, что Северус приходил в хранилище знаний слишком поздно вечером, уже отзанимавшись в гостиной с софакультетниками, тогда, когда сама Лили уже была свободна и, вероятнее всего, отдыхала в гостиной Гриффиндора, гуляла или читала эти свои магловские истории…

В один из особо снежных — по зачарованным окнам слизеринских подземелий это было понять невозможно, так что Северусу о погоде было суждено узнать позже, — дней, а точнее — в день, ознаменовавший собой начало второй половины декабря, он проснулся со свойственной студентам и школьникам всех времён и народов мыслью: «поскорее бы каникулы». Только у Северуса в голове она прозвучала так: «Дожить бы до этих гребаных каникул». Благо оставалось чуть больше недели.

С трудом выкарабшись из мягких объятий постели, в которой провёл не так много времени или, что было однозначно — недостаточно, он, приложив совсем уж чудовищное усилие, расстался и с одеялом. Его снова морозило, несмотря на надетый на ночь свитер и шерстяные носки — те самые, связанные лично для него носки, при одном взгляде на которые обычно становилось тепло. Северусу уже казалось, что он готов и в ад отправиться: пусть его там черти жарят на сковороде хоть до золотистой корочки, лишь бы спастись от проклятого холода!

В ду́ше Северус поддался искушению и провёл пять блаженных минут под обжигающе горячим потоком. Долго баловать себя он не стал: велик был риск уснуть прямо стоя от уютности момента, да и Северус давно понял, что чем дольше длятся моменты счастья, тем сложнее потом от них отказаться. Так что на смену кипятку пришла ледяная вода, место сладкой тишины в сознании заняло глухое раздражение, а усталой расслабленности — полная концентрация.

Можно было браться за дела. С утра пораньше Северус закончил эссе по чарам, на которые вчера не хватило сил и которое в итоге бросил на середине. Во время завтрака изучил параграф для назначенной на завтра контрольной по травологии. И даже поесть не забыл!

Занятие у Флитвика прошло не так интересно, как обычно. Северус просто обожал практические занятия у профессора-полугоблина. Сегодня же тот порадовал их группы серой обыденностью будней пятикурсников — тестированием. И если что Северус, покончивший с работой за половину урока — он был вынужден разбираться во всех предметах, в первую очередь, чтобы иметь возможность объяснять их другим, а в чарах и вовсе разбирался совершенно блестяще, — и узнал нового за это занятие — так это почерпнул несколько мыслей и гипотез из разговора шёпотом с сидевшей рядом Лили.

Со звонком Северус попрощался с подругой, мило поболтал с Мародёрами, столкнувшись с ними в коридоре на своём пути. К счастью, или всё-таки к сожалению, до драки дело не дошло.

Следующим в расписании стояла защита от тёмных искусств. После смерти Тобиаса, о которой, к сожалению, прознала вся школа, в глазах всех учителей, когда взгляд их обращался на него, Северуса, появилась какая-то мягкость. Мягкость, от которой тошнило. Исключением был Грюм. Именно поэтому Северус с особым удовольствием теперь посещал уроки старого аврора, наслаждаясь тем, что отношение преподавателя к нему не изменилось нисколько.

Сегодня Грюм обещал им практику по защитным чарам. Со звонком они стройной вереницей отправились в дуэльный зал. Некоторые студенты заметно приуныли: Грюм вызывал всех по списку без исключений, так что отсидеться в стороне не выйдет, но большая часть, особенно мужская половина, сложившейся ситуацией была вполне довольна.

Лавки, обычно приставленные к стенам, оказались сгруппированы в центре зала. Студенты расселись и стали дожидаться своего часа. В своей обычной манере проинструктировав их коротко и жёстко, Грюм вызывал первую пару на главный помост.

В вводных пяти дуэлях участвовала кучка неумех, не только не смотрящих за рамки школьной программы, но и не понимающих чего бы то ни было даже в ней. Из бесконечного выговора этим ничтожествам Северус не мог вынести ровным счётом ничего полезного. Маясь от непереносимой скуки, он в конце концов решил, что вполне может себе позволить немного отвлечься (за бездарностями можно было наблюдать и вполглаза): сложил на коленке лист пергамента и взялся просчитывать, как впишутся сушёные листья медуницы в получающуюся пока формулу для Малфоя. Впрочем, как назло, стоило только ему войти в нужное для работы состояние, как с позором покинули помост два пуффендуйца и над залом пронеслось:

— Снейп.

Северус быстро собрал вещи, подошёл к Грюму. Тот бегло проглядел список и вдруг сказал:

— Розье.

Как всегда выглядевший безупречно сокурсник подошёл через полминуты. Встретился с ним взглядом. Улыбнулся — как-то даже слишком довольно.

Они скрещивали палочки лишь пару раз — всегда во время дуэльного турнира. В позапрошлом году победил Розье. В прошлом Северус отыгрался. Сегодня было бы даже интересно посмотреть, насколько серьёзно сокурсник подойдёт к реваншу.

Он сбросил мантию, оставшись в рубашке, форменном жилете и брюках, и, на удивление, не почувствовал холода: в груди костром разгоралось азартное предвкушение. Оставил сумку. Поднялись на помост они практически в тишине: студенты даже оторвались от болтовни, чтобы поглядеть на поединок, наконец обещавший быть действительно интересным.

— Ты так напряжён, словно на кону твои заработки, — невинно улыбнувшись, ядовито заметил сокурсник, когда они сошлись в центре помоста.

Северус не ответил, только крепче сжал палочку в пальцах и, стоило им разойтись, изменил обычной своей тактике, атаковав первым. Он не помнил, когда последний раз так выкладывался на дуэли. Палочки мелькали, лучи вспыхивали в воздухе и гасли. Северусу всегда хорошо удавалось держать щиты — после всех стычек с Мародёрами он был в этом практически непревзойдён, — да и в нападении он обычно показывал себя великолепно, но… Сегодня перед ним был противник, ни в чём не уступавший в мастерстве.

Они бились молча — слышен был только треск щитов и свист лучей. Оба подошли к бою с горящим азартом. Счёт шёл на считаные доли мгновения, потратить которые на произнесение заклятий вслух — значило проиграть. Северус запустил три заклинания практически разом — на взгляд не всякий смог бы и понять, в каком порядке они создавались. Розье увернулся от двух, третье разбилось о стену его «Протего». Северус шагнул вперёд, сокращая дистанцию. Щит. Атаковать. Увернуться. Снова. Снова. И снова.

Но долго действовать однообразно было недопустимо — особенно с Розье, с которого станется воспользоваться цикличностью поведения противника.

Прибегнув к изученной им совсем недавно и ещё не отточенной до блеска — риск, ну и черт с ним! — техникой, Северус, уклоняясь от летящих в него лучей, принялся плести вязь из нескольких заклятий, придерживая пока их при себе. Следующее проклятие Розье — судя по цвету, это был простейший «Экспеллиармус» — летело ему прямо в грудь, и он понял, что не успевает отскочить. Больше с атакой медлить было нельзя, иначе все приготовления оказались бы тщетны, и Северус коротким взмахом направил магию. По ощущениям это походило, на спуск натянутой тетивы лука, но ему некогда было предаваться анализу. Лишь благодаря автоматизму в возведении щитов Северус сумел уберечься от обезоруживающего. И уже из-под купола чар наблюдал, как пять лучей врезались в защиту Розье, как та пошла трещинами и под воздействием последнего шестого луча наконец пала.

«Поганец!» — Северус хотел бы раздосадованно прорычать это вслух, но Розье, у которого будто второе дыхание открылось, не дал ему времени на полные разочарования возгласы, возобновив наступление.

Северус ожидал, что щит Эвана рухнет максимум после третьего заклятия, но, очевидно, своего противника он недооценил. Одно радовало — теперь у Розье уйдёт время, чтобы заделать бреши в обороне…

— В тебе всё так на самом деле очевидно, Северус, — как-то излишне смело усмехнулся Розье, увернувшись от очередной атаки и невербально запустив луч в ответ. — Только почему-то никто не может понять. Кроме меня, пожалуй.

Северус не ответил. Он вообще старался не слушать и не думать ни о чём, кроме того, как бы всё это закончить, да ещё в свою пользу. Но челюсти сжались.

Этот гад явно говорил не про искусство дуэли.

— Но знаешь, — продолжил Розье через минуту напряжённой схватки, — люди устают не понимать. Устают бороться. А потом сдаются.

Лили. Он говорит о Лили. О Лили…

У Северуса в груди что-то вдруг вспыхнуло, обожгло и, прежде чем он сумел понять и среагировать, сорвалось с кончика палочки невербальным «Диффиндо», которое с лёгкостью прошило тонкую, тускло мерцающую плёнку, которую напоминало теперь «Протего» Розье.

Не успел магический след раствориться в воздухе. Не успел Северус в полной мере осознать что победил. Но главное — он не успел остыть.

— Экспелиармус! — Палочка Розье вылетела из его ладони и, казалось бы, бой был завершён, но… — Секо! — вскрикнул ведомый ненавистью Северус, и луч полетел прямо безоружному в лицо.

Слава Салазару, хранившему всегда достойно представляющего свой факультет старосту, это заклинание вышло менее мощным, чем предыдущее. И тем не менее…

Северус видел последствия своей вспышки, словно весь мир замедлили одним «Аресто моментум». Алая полоса пересекла в меру загорелую щёку. Невидимое лезвие всё скользило по гладкой коже, скользило, скользило, опасно приближалось к глазу… Пока не замерло у самого нижнего века.

— Эван! — раздался полный ужаса девичий вскрик.

Северус, ещё не отошедший от сотворённого, резко обернулся на него.

Арабелла Розье взлетела на помост и подлетела к своему брату, который уже зажимал вытащенным не пойми когда и стремительно алеющим носовым платком кровоточащую щёку.

— Ари, я в порядке. — Северус никогда раньше не слышал, чтобы Розье говорил столь ласково. И, кажется, даже искренне. — Жив и, уверен, скоро буду цел.

Эта фраза помогла Северусу очнуться от оцепенения. Он резко опустил палочку, развернулся. Поднял брошенную ранее в начале помоста сумку, призвал из неё ранозаживляющий бальзам. Осторожно подошёл к спорящим на глазах у взволнованно шепчущихся сокурсников двойняшкам.

— Розье, — привлёк к себе внимание Северус обращением по фамилии. Обернулись оба. Протянув им флакон, он пояснил: — Ранозаживляющее.

Пуффендуйка резво выхватила у него флакон. Открыла рот. В глазах её легко было прочитать колебания: с одной стороны, надо бы поблагодарить за лекарство, но, с другой, лекарство понадобилось именно из-за самопровозглашённого целителя, и благодарить его как-то не хочется. Так и не найдя что сказать, девчонка захлопнула рот и повернулась к братцу, которому пол-лица закрывал платок, а по глазам Северус читать не умел.

Какая всё-таки шутница жизнь! Двойняшки. Он — древний фолиант, который тебе если и дадут почитать, то минут на пять, а за это время ты и не разберёшься. Она — простенькая книжица, вечно открытая нараспашку, которую можешь и прочитать, и перечитать. Да только почему-то не хочется.

Пуффендуйка странно — нежно, но в то же время неумолимо — заставила брата отнять руку от лица. Порез на антично красивом лице Розье, на вкус Северуса, выглядел особенно жутко. Его сестра, похоже, была того же мнения — она, не брезгуя, нанесла мазь на пальцы и взялась обрабатывать пострадавшему лицо. Её движения выглядели такими чуткими, что у Северуса само по себе перекосилось лицо. Отвращение было настолько острым, что он поспешил покинуть помост — тем более стоять у всех на виду он не любил.

Северус, предаваясь приятным фантазиям о том, как неприятно смотрелись бы у сокурсника на роже волдыри и как здорово было бы вместо лечебного снадобья подсунуть сейчас ему что-то их вызывающее, уже направлялся в дальний ряд, откуда намеревался смотреть следующие сражения. Но тут его окликнул профессор Грюм:

— Мистер Снейп, задержитесь после занятия.

Северус почувствовал, как внутри что-то сжалось в напряжении. Он задерживался почти после каждого занятия по ЗоТИ, задавал вопросы, так что сама перспектива не пугала. Но всегда раньше это было на добровольной основе…

Северус обернулся, кивнул и зашагал дальше. Опустился на дальнюю лавку, пару раз вдохнул-выдохнул, прогоняя из души ещё клокочущий где-то в глубине гнев. Проводил взглядом наконец спустившихся с помоста брата и сестру. И стал смотреть поединки, которые, по сути, не показали ему ничего нового.

А может, он не мог достаточно сконцентрироваться на боях — над ухом жужжали две мухи. Мухи ростом в пять футов. Мухи, которые почему-то считали его глухим и без стеснения обсуждали его, хотя он сидел прямо за ними.

— Ах, как этот Нюниус вообще посмел напасть на Эвана! — возмущалась пуффендуйка Элина Финч.

«Напал! — смеялся про себя Северус, даже не разозлившийся на прозвище — с девчонками всё равно ничего не сделаешь. — Да на дуэли! Непростительно!»

— Да вообще! — шептала ей подруга, Сенди Торн. — А Беллс не лучше! Знает же, что он мне нравится! Могла бы и дать поухаживать… Заботливая сестричка нашлась!

— Вот именно!.. Стоп… — Голос Финч упал. — В смысле, это он тебе нравится? Он вообще-то будет моим, Сенди! Я уже решила, что нашего сына мы с ним назовём Лоренцо! А ещё у нас будет дочка, Николь, и она непременно отучится в Шармбатоне! И у неё будут его золотые кудри… Ах, они, наверное, на ощупь шёлковые…

— Эй, вообще-то у Эвана сына будут звать Эдвардом! И он у него будет от меня! Если, конечно, у него не останется шрама из-за этого сумасшедшего… Думаю, не останется… В общем, Эли, даже не смей!

Так Северус стал невольным свидетелем — или слушателем — крушения дружбы двух пуффендуек. Хотя что-то подсказывало ему, что они не в первый раз ссорятся из-за чьих-то кудряшек или имён воображаемых детей. К тому же его это не заботило.

Полностью отойдя от мандража боя, Северус углубился в его анализ. Розье всегда делал так: бил не только заклинаниями, но и словами. Но раньше Северус никогда на это не вёлся. Никогда.

Наверное, всё дело было в напряжении, которое копилось внутри и которое как никогда нуждалось в выходе. Надо бы подраться с Поттером или Блэком… Да только если царапина Розье, возможно, ничего ему стоить не будет, то каждый волосок, что по его вине упадёт с головы гриффиндорских звёзд, пребольно аукнется. Проклятые любимчики.

Северус попытался было вернуться к расчётам, но это ни к чему не привело: сосредоточиться не выходило. Наконец прозвенел колокол. Студенты покинули дуэльный зал, Северус остался в нём единственным. Поднялся с лавки и подошёл к преподавателю, готовый получить справедливую выволочку.

— Вы гордитесь своей работой на дуэли? — спросил у Северуса Грюм не совсем то, что он ожидал.

Северус чуть помолчал, обдумывая ответ.

— Я победил, — заметил он нейтрально.

— Я не слеп, Снейп. И спрашивал вас не об этом.

Северус решил проигнорировать это. Грюм чуть посверлил его глазами — именно что обоими, отчего было особенно жутко. В итоге смирился с тем, что ответа не дождётся.

— Снейп, вы можете мне напомнить, какая была тема сегодняшнего занятия?

— Мы отрабатывали защиту.

— Чем тогда вы объясните то, что атаковали мистера Розье после того, как эта самая защита пала?

Северус попытался что-нибудь придумать, но вынужденно обошёлся простым пожиманием плеч.

— Хотя ваша техника была превосходной, Слизерин лишается десяти баллов. За отсутствие у вас выдержки.

Северус снова ничего не сказал, только кивнул. Какая разница на баллы, тем более за урок его софакультетники заработали куда больше.

— Вы поддались эмоциям, Снейп. В реальном бою это может стоить вам жизни.

— В реальном бою многое может стоить мне жизни. — Северуса давно не впечатляли такие угрозы. — Там же не действуют правила дуэльного клуба.

— Верно, — согласился Грюм. — Но там действуют другие законы. Один из них гласит: никогда не поддавайтесь на провокации. Вы сегодня его нарушили.

Он только и мог, что согласиться. Но соглашаться с таким невыносимо. Легче промолчать.

— Вы знаете, что через несколько лет магическая Британия может выглядеть совсем иначе? — неожиданно сменил тему профессор.

— Я не слежу за политикой.

— И зря. В это время политика уже следит за вами. Кое-кто уже сейчас присматривается к Хогвартсу.

Северус нахмурился. Разговор принимал неправильный оборот.

— И что мне с того?

— Такая злость, такая техника. Знаете, кто так дерётся?

— Предположу, что вы, профессор. — Северус догадывался, что ходит по острию ножа, но ему это даже нравилось. — В молодости.

— Я не бил безоружных. А вот те, кого я ловил, — очень часто.

— Я не они. Я вообще никто. Просто школьник.

Северус не любил говорить так о себе, но сейчас ему настолько хотелось, чтобы аврор от него отвязался, что был готов пойти даже на самоунижение.

— Просто школьник, — повторил Грюм. — Которому скоро придётся выбирать, на чьей он стороне. Ваши навыки и ваше происхождение, Снейп, делают вас весьма желанным трофеем для некоторых… организаций.

— Моё происхождение скорее делает меня для представителей «некоторых организаций» грязью под ногами.

Грюм скептически хмыкнул.

— Я видел много талантливых ребят, Снейп. Некоторые из них сейчас в Азкабане.

— Я не собираюсь туда, — отрезал Северус.

— Никто не собирается. — Аврор усмехнулся. — Но путь туда начинается с малого: с желания наказать обидчика любой ценой, с гордости, с гнева, которому не дают выхода.

— Вы меня с кем-то путаете.

— Я никого не путаю. — Губы профессора сжались в тонкую линию, и продолжал говорить он с совершенной серьёзностью. — Я говорю вам как человек, который охотился на тёмных магов. У них у всех была причина начать. И почти всегда это была не жажда власти, а жажда справедливости. Своей, неправильной справедливости.

Грюм практически прямо называет его тёмным магом за простое «Секо»? Нет, не то чтобы Северус не интересовался тёмной магией, но… Не мог же этот аврор действительно видеть его насквозь?

— Я не жажду справедливости, профессор. Потому что знаю, что её не существует. — Северуса страшно напрягал этот разговор, поэтому он прибегнул к своему любимому способу завершать неудобные беседы. — Я всё понял. Могу идти?

Повисла тяжёлая пауза, в течение которой в глазах Грюма подозрение сменилось разочарованием.

— Можете.

Что-то подсказывало Северусу, что на его вопросы теперь станут отвечать менее развёрнуто. Просто блеск.

Он мог бы ещё попредаваться анализу, повертеть в голове прозвучавшие фразы. Но ему не хотелось. И, более того, на это не было времени.

В гостиной Слизерина Северуса ждало занятие чарами с четверокурсниками. Это только распалило клубящуюся в груди злобу: строптивые нахалы, похоже, наняли его не столько ради знаний, сколько чтобы поизмываться над нищим полукровкой. После пары метко пущенных жалящих они притихли, но Северус не мог позволить себе расслабиться, предполагая, что это затишье перед бурей. Предполагая, слава Салазару, ошибочно.

Спустя три часа необходимые темы оказались растолкованы, мозг Северуса — взорван, и пришло время второго занятия, на этот раз — с первачками.

Северус накладывал на угол гостиной, который занимал для проведения уроков, «Муфлиатто», заодно добавлял на контур сигнальные чары, чтобы не посмели особо умные подслушивать его объяснения бесплатно. Хотят учиться у него — цена им известна.

Впрочем, он не предусмотрел, что некоторые нарушители порядка плевать хотели на скрытность.

— О, Северус! — Мальсибер прервал на полуслове его объяснение основ трансфигурации. Северусу захотелось — исключительно ради демонстрации детям, естественно! — превратить его в вешалку для мантий. Всё равно болтается без дела. — Ты у нас в учителя заделался? Декан уже знает, что ты готовишься сместить его с поста?

— Салазар упаси, — фыркнул Северус, потирая виски. После нескольких часов разжёвываний основ у него начиналась мигрень, и сокурсник избавлению от неё не способствовал. — В смысле, от твоего присутствия. Малкольм, свали, я занят.

— Да я же не к тебе, — отмахнулся от него Мальсибер, расслабленно упал в кресло рядом с Северусом и перекинул ногу на ногу. — Малышня, у меня к вам разговор.

Дети заинтересованно на него воззрились — с куда большим энтузиазмом, чем ещё мгновение назад слушали Северуса. Дэнис Долохов, до того скучающий, даже перестал зевать. Северус вздохнул, понимая, что их внимание безвозвратно утеряно, и радуясь, что ему заплатили заранее. Он позволил себе размякнуть в кресле и помассировать виски. Мерлин, он уснёт сейчас же, прямо здесь, и пусть летят ко всем драклам ненаписанные эссе, безмозглые первокурсники, в той же степени одарённые мозгами сокурсники и никак не выводящаяся формула для Малфоя: может, потому, что ей надо бы уделить не пятнадцать минут, а хотя бы сутки?..

— Детишки, что, тоска зелёная? Замучил вас этот полукровка уже с уроками? Трансфигурация, чары, травология… Вы представляете, а я с ним ещё как-то в одной спальне выживаю!

Северус мог бы возразить, что дети пришли к нему за помощью сами и даже заплатили. Мог бы, но слишком устал для споров с невдупляемым сокурсником.

— Слушайте, а ваш «учитель» вам хоть что-нибудь действительно интересное рассказывал? Ну, например… — Малкольм сделал драматичную паузу, и первачки, как по команде, затаили дыхание. — О том, кто совсем скоро будет править магической Британией?

— Новый министр Магии? — предположила светленькая девчушка — то ли Кейтлин, то ли Кетрин, главное — Гринграсс. — А разве в этом году будут выборы?

— Нет, ты что! — рассмеялся Малкольм. — Неужели вы не знаете? А мне отец постоянно рассказывает! Хотите послушать? Только чур без недостойных визгов.

— Хотим! — откликнулись детишки.

— Пф! — фыркнул Дэнис. — Чтобы мы ещё визжать стали!

— Ну хорошо, — довольно осклабился Мальсибер. — Тогда слушайте. Мой отец — один из ближайших соратников Тёмного Лорда. Можно сказать, его правая рука. И если хотите узнать, каков Он на самом деле, а не из дурацких слухов… — для пущего эффекта Малкольм наклонился вперёд, — слушайте и запоминайте.

Северус закатил глаза, хотя веки его оставались закрыты. Он имел удовольствие слушать эти байки постоянно. И доверия дурацким слухам у него было даже больше, чем россказням Мальсибера.

— Тёмный Лорд — это не какой-то там… «тиран» или «мятежник», — начал Малкольм заговорщическим шёпотом. — Он стратег. Визионер. Он хочет очистить наш мир от магловской грязи.

Северус открыл глаза только для того, чтобы увидеть, как сокурсник при этих словах тычет в него пальцем. Сил на раздражение не было.

— Вы видели, что творится вокруг? — продолжал Мальсибер. — Грязнокровки лезут во все щели. Наши рода мельчают. Традиции забываются. А Он… Он вернёт нам величие!

Казалось, Малкольм даже в это верил: голос звучал пафосно, но с искренней убежденностью.

— Тёмный лорд владеет такой магией, о которой наши профессора даже не слышали. Даже такой, о которой не слышал ты, Северус, — ухмыльнулся ему Мальсибер. — Он может убить одним взглядом, одним движением пальца, одним словом…

— Абракадабра? — предположила всё та же Гринграсс, и Северус неожиданно поймал себя на том, что фыркает. «Да, девочка, именно абракадабра».

— Да нет же! — возмутился Малкольм. — И не перебивай! Так вот. Тёмный лорд не просто колдует — он перекраивает реальность. Отец рассказывал, как Лорд заставил целую деревню маглов танцевать до тех пор, пока у них не стёрлись ноги. До костей! А потом они просто рассыпались в пыль. И знаете что? Министерство даже не пикнуло. Потому что боятся.

В прошлый раз отец Малкольма «рассказывал» своему не в меру болтливому сыну, как Темный Лорд заставил тех же маглов из той же деревни обглодать мясо с собственных рук. Но новая версия, наверное, была даже интереснее. Северус посмотрел бы на эти пляски…

— Пожиратели Смерти — это не банда. Это элита. Отец говорит, что у Лорда есть список. В хорошем смысле. Тех, кто достоин. Тех, кто докажет свою преданность. Он не берёт кого попало. Нужно быть чистокровным, преданным и… — Малкольм задумался, словно пытаясь вспомнить отцовские слова, — и не бояться смотреть смерти в глаза. А вы боитесь?

Дети усиленно замотали головами — так, что почти ветер поднялся.

— Вот и молодцы. — Малкольм взял короткую паузу, но только для того, чтобы заговорить вновь: — Я смотрю, вы тут с этим полукровкой основы учите. Трансфигурация, чары… Это всё ерунда. Лорд покажет вам настоящую магию. Ту, о которой в учебниках не пишут. Ту, из-за которой у авроров поджилки трясутся. Ту, что сделает вас не просто волшебниками, а хозяевами этого мира…

Северус мог бы уснуть под эту речь — у него был черный пояс по искусству пропускать слова Мальсибера мимо ушей, о чём бы они ни были, — как вдруг сокурсника перебил звонкий голос. Маленький Бенедикт Бёрк, откликающийся на каждое слово Малкольма, вскочил.

— А я тоже буду Покусателем Смерти!

— Пожирателем, — раздражённо поправил его один из сокурсников — Северус не смог сконцентрироваться достаточно, чтобы вспомнить имя обычно молчаливого мальчика.

— А может, я её кусать хочу, а не есть, — закатил глаза Бенедикт, явно скрывая смущение от того, что оговорился. — Мне, может, желудка не хватит.

— Тебе — и на что-то желудка не хватит? — возмутился столь абсурдной отговорке Дэнис. — Да если организовать тебе соревнование даже со Слизнортом в том, кто съест больше, у профессора и шанса не будет!

Бенедикт прожёг его гневным взглядом, но нападать не стал. Вместо этого он надел на лицо невозмутимую маску и гордо произнёс:

— Ты недостоин моей злости, потому что я буду Пожирателем Смерти, а тебе им не стать никогда.

— А чем ты лучше меня? — возмутился Дэнис.

— Я, вообще-то, — слово это стало весить вдвое больше, когда мальчик поднял пухлый указательный пальчик, — сочинил оду лорду Волдеморту.

Произнеси он имя этого волшебника при представителях других факультетов, эффект был бы сокрушительным. Слизеринцы — и младшие, и те, что постарше, — лишь оценивающе прищурились.

— Правда? — удивился Мальсибер. — Прочитаешь?

— Конечно! — Воодушевлённый вниманием старшекурсника, Бенедикт скинул туфли и под дружное шипение сокурсниц вскочил на диван, встал на нём прямо между ними. С трудом обретя равновесие, он заговорил:

— Лорд Волдеморт — он наша панацея,

Наш тёмный Властелин!

Он — поцелованный Цирцеей!

Смертелен взгляд его, как сотня гильотин!

Он — экзистенциальный

Ориентир.

Он хочет изменить наш дегенеративный

Мир.

И палочка его длинней

Очередей в Хогсмиде!

Коль от него отступишь

Вмиг увидит!

Также он маглов видит слабость и пороки,

Он преподаст им всем уроки!

Я буду вместе с ним!

И План окажется осуществим!

Коль я приду к нему — придёт апофеоз

Его могущества

Мы с ним лишим, я говорю всерьёз,

Маглов их грязного имущества!

Мальчик глубоко вздохнул и заговорил, прижав руку к груди, и так проникновенно, будто уже сейчас приносил клятву вечной верности своему кумиру — оставалось только встать на одно колено.

— Ради тебя, мой господин,

Я даже выучу один,

Иль, может, два учебника,

Хоть это мне наверняка

В итоге будет стоить жизни!

И пусть жуют все маглы слизней!

Пускай копаются в грязи!

Их место там, не возрази!

Пусть будет их кошмарен сон,

Ведь ты велик, как Элтон Джон!

О, Лорд, внемли моему слову:

Буду я твой — всё будет клёво!

Заканчивал свою оду Бенедикт под дружный хохот. Малкольм не выдержал уже на словах про длину палочки. Северус продержался с каменным лицом почти до самого конца — до упоминания поп-короля, вернее, до того момента, как заметил, как после этого упоминания смущённо заалели щёки Кэрроу и какая хитрая, лисья ухмылка заиграла на губах девочки.

Маленькая полукровка явно помогала юному энкомиасту — судя по этой подлянке в конце и мудрёности слов, которые мальчик едва выговаривал и смысл которых не понимал уж точно. Северус не представлял, как эта дьяволица сумела продать своему чистокровному сокурснику идею упомянуть магла, но узнать бы не отказался. Черт возьми, он ненавидел детей, но эта малявка ему нравилась, так напоминала его самого! Если уж он сумел выйти с сокурсниками в нейтралитет — эта пойдёт куда дальше, станет собственными помыкать!

Мевелин Кэрроу была полукровкой, как и он. Ей повезло лишь чуть больше Северуса: во-первых, досталась магическая фамилия, причём из списка «Священных двадцати восьми», во-вторых — магловской крови она была лишь на четверть: отец был чистокровным из побочной ветви, мать — полукровкой какого-то не шибко древнего рода, ну а в-третьих, она была девочкой, а к ним в целом относились терпимее и мягче.

Северус не мог перестать вертеть в голове обрывки этой наивной оды. И представлять, как кто-то всерьёз станет приносить такую клятву: «выучить учебник, ну или, так уж и быть, два» — величайшему тёмному магу современности. Да, возможно, смеяться над ним было небезопасно, но пока поцелованный Церцеей властелин находился где-то далеко за стенами замка, Северус мог себе позволить бессовестно ржать. Впервые за долгое, долгое время.

На душе было почти тепло, липкая тревога за мать, прочно там поселившаяся со смерти Тобиаса, похоже, вышла на прогулку. Северус понимал, что она обязательно ещё вернётся, но сейчас не хотел об этом думать.

Когда пятикурсники наконец сумели с собой совладать, Малкольм спросил малышню:

— Кто такой Элтон Джон?

— Да так, персонаж одной легенды, — невинно пожав плечами, улыбнулась Мэвелин. Поймав полный одобрения и тепла взгляд обычно угрюмого Северуса, она залилась ещё более густым румянцем.

— Это, конечно, впечатляет, Бенедикт, — похвалил Мальсибер с не сползающей с губ ухмылкой. — А кому ты её уже рассказывал?

— Пока только вам. — Мальчик чуть смущённо поправил чёлку.

— А прочитай своему отцу, — предложил Малкольм. — Уверен, он оценит.

— Если хочешь жить, никогда не слушай советов Мальсибера, — попытался предостеречь Северус, представляя, как Пожиратель смерти — а, судя по довольному виду Малкольма, отец Бенедикта им и был, — отреагирует на подобное творчество своего отпрыска.

Бенедикт пропустил его слова мимо ушей. Как Северус не любил детей, так и дети не любили его. Впрочем, взрослые к нему тоже симпатии никогда не питали…

— Ладно, детишки, оды — это, конечно, отлично. Но есть и другие, куда более предпочтительные варианты показать свою верность правильным идеалам.

— Какие, например? — заинтересовался скорый на подъём Дэнис.

— Ну… Мы могли бы устроить… — Малкольм замолчал, подыскивая слово, — митинг. Против грязнокровок. Чтобы выдворить их из Хогвартса.

Северус затрясся в своём кресле, сдерживая рвущийся из груди хохот. Нарисованные расшалившимся воображением картинки снова пробуждали в нем смех: Малкольм с плакатами «Долой грязнокровок!», ведущий за собой толпу малышни с флажками через Большой зал. А потом пришло воспоминание об одном из дождливых вечеров в гостях у Лили этим летом, когда он пришёл к ней после работы и они играли в настольные игры под бормотание телевизора, а женщина-диктор рассказывала о весьма занятных событиях. Северус не сумел с собой совладать и вновь засмеялся — единственный из присутствующих, громко, и, естественно, все взгляды устремились на него.

— Эй, Снейп, ты чего? — недовольно прорычал Малкольм, когда прошла минута, а Северус всё держался за живот и давился хохотом.

— Я… не могу… митинг… мити-и-инг!.. — Северус знал, что выглядел сейчас как сумасшедший, но ничего не мог с собой поделать.

— Да что не так?! — рявкнул Мальсибер.

Северус нашёл в себе силы успокоиться не сразу. Отдышавшись, он пояснил:

— У маглов сейчас часто случаются митинги. И думаю… грязнокровкам вы напомните своим именно об этих митингах.

— И что в этом такого? — не понял Малкольм.

— Да в том, что маглы борются за права женщин и однополых отношений! Представь, какая будет ассоциация!

И Северус вновь захохотал, и дети засмеялись вместе с ним. Мальсибер побагровел от возмущения, прожёг слетевшего с катушек сокурсника гневным взглядом, не нашёл что сказать и удалился.

Первачки, уморённые сперва объёмом информации, а потом избытком впечатлений, стали разбредаться. В конце концов Северус остался в учебном круге вдвоём с одной изворотливой змейкой.

— Чего тебе, мелочь? — устало спросил он, потирая аж заслезившиеся глаза кулаками.

Мевелин не ответила, просто молча подошла к его креслу и… опустилась на подлокотник, не обращая внимания на его неодобрительное зыркание. Откинулась на спинку, повернула к нему лицо, на котором, как начищенный золотой галлеон на солнце, сияла та самая лисья ухмылка.

— Нарываешься на похвалу? — слабо улыбнулся Северус, подпирая подбородок рукой и подавляя желание зевнуть. — Ладно, признаю. Ты сегодня была хороша. Во всём, что не касалось трансфигурации.

У них с этой девчонкой было слишком много общего, и Северус просто не мог на неё злиться. Ребёнок. Который к тому же вполне себе расположен к учёбе — занимается с ним только по тем предметам, что не даются, — и не смотрит свысока. Ребёнок, чьи остроумные выходки иногда находят отклик в его душе...

— А ты сегодня был плох. — Мевелин недовольно надула губки, чем отдалённо напомнила Лили: та тоже так делала, особенно когда злилась понарошку. От воспоминания о подруге на мгновение стало горько: да, они поговорили, но до лёгкости в общении было далеко. — Зачем ты только сказал ему? Это было бы так смешно, устрой он действительно митинг!

— Потому что я научился различать, когда Мальсибер говорит всерьёз, а когда это — бравада. Сегодня был второй случай. Так что я в плюсе: признай, он выглядит просто уморительно, когда краснеет.

Мевелин счастливо улыбнулась — так счастливо, как могут улыбаться только одиннадцатилетние, особенно если они не выросли в Паучьем тупике с отцом-алкашом, да к тому же ещё и маглом.

— Тогда молодец, — похвалила она, и Северус почувствовал, что на душе снова становится… Нет не тепло, но хотя бы теплее на градус. Похвала и кошке приятна. Только Северус не хотел признавать, что она приятна и ему.

— Благодарю великодушно, — фыркнул он, закрывая глаза — и потому, что устал, и для того, чтобы не смотреть на этого странного ребёнка, который почему-то заставлял его быть мягче. А может, всё дело было в усталости. — Иди спать, поздно уже.

— Ты не староста, — хмыкнула Мевелин.

— Не староста. Поэтому ничто не помешает мне проклясть тебя, если ты не испаришься с глаз моих. — Северус приподнял одно веко, надеясь, что это выглядело устрашающе и не выдавало, что ему не хватает сил даже на то, чтобы поднять оба.

— Сам же спать не будешь! — укоризненно посмотрела на него малявка, вновь надув губы, раздосадованная такой несправедливостью.

— Не твоего ума дело, — огрызнулся Северус. Почему люди не могут просто от него отстать? Сначала Лили, теперь ещё и это. — Проваливай.

— Нет.

— Три. Два.

Сработало. Показав ему язык и шёпотом ругнувшись — по-магловски, чтобы аристократы, даже если бы услышали, не поняли, что позволяет себе юная леди, — Мевелин спорхнула со своего места.

Северус остался в благословенном одиночестве. Зевнул. Вызвал «Темпус». Самое время, чтобы лечь спать. Ха! Северус выудил из кармана флакон бодрящего: вот его сон. Обманчивая бодрость разбежалась по жилам. В голове прояснилось, словно ему на голову вылили ведро ледяной воды. Пришло осознание, до какой жизни докатился: в десять бодрящее, чтобы не вырубиться, в два снотворное, чтобы уснуть. В полседьмого «Темпус», чтобы встать. Блаженство.

Потянувшись, Северус полез в сумку за пергаментами, чернилами и учебниками. Гостиная пустела, студенты расходились по спальням. Ночь только начиналась.

Глава опубликована: 17.11.2026
И это еще не конец...
Обращение автора к читателям
ElidEvendell: Благодарю за прочтение! Буду благодарна за любой, даже самый короткий комментарий! 🙏
Вы не представляете, как много для меня значат ваши отклики. Жду и надеюсь! 🙃❤️
Отключить рекламу

Предыдущая глава
20 комментариев из 94 (показать все)
ElidEvendell
Не смогла удержаться)
Грустная глава 😪 на Эйлин приличных слов нет.
П.С. Автор, исправьте "яишницу" на "яичницу"
ElidEvendellавтор
Круги-на-Воде
Грустная глава 😪 на Эйлин приличных слов нет.
У Эйлин страшное горе, поэтому ничего и не замечает - включая состояние сына... Мне кажется, её тоже можно в чём-то понять)
Хотя, вероятно, большинству, к которому себя отношу и я, откликнется взгляд Сева на эту ситуацию)

П.С. Автор, исправьте "яишницу" на "яичницу"
Ой, спасибо! Исправила)
ElidEvendell
Из канона мы не так много знаем о Тобиасе и их отношениях с Эйлин. В принципе в фандоме (в т.ч. у вас) сложился образ, как нынче модно говорить, абьюзера. И Эйлин сознательно променяла сына на мужика, и продолжает это делать. Потеря потерей, но муж не должен быть важнее сына.
И вот этот переворот, смена ролей (кто о ком заботится) тоже не должна происходить. Родитель заботится о ребенке, не наоборот. Меня этому психолог учил, когда мой папа слег, что даже в той ситуации, когда родителю требуется уход, смены ролей происходить не должно.
Ладно, простите за оффтоа, отвлеклась немного.
ElidEvendellавтор
Круги-на-Воде

И вот этот переворот, смена ролей (кто о ком заботится) тоже не должна происходить. Родитель заботится о ребенке, не наоборот. Меня этому психолог учил, когда мой папа слег, что даже в той ситуации, когда родителю требуется уход, смены ролей происходить не должно.
Ладно, простите за оффтоа, отвлеклась немного
Я полностью с вами согласна в плане того, что Эйлин тут поступает неправильно. Но у меня она в голове ( и в этом фанфике ) просто не самая хорошая мать((

А как психолог советует поступать в таких ситуациях, как у вас?
Просто тут же человек НУЖДАЕТСЯ в заботе, и если не вы, самый близкий человек, то кто? Сиделку надо нанимать сразу, что ли?
Но у меня она в голове ( и в этом фанфике ) просто не самая хорошая мать((
Не только у вас.

А как психолог советует поступать в таких ситуациях, как у вас?
Просто тут же человек НУЖДАЕТСЯ в заботе, и если не вы, самый близкий человек, то кто? Сиделку надо нанимать сразу, что ли?
Чертовски трудно объяснить, потому что тут не инструкция к действиям, а больше на уровне чувств и эмоций. Конечно, заботиться о родителе можно и нужно, но роли должны сохраняться. На примере вашего фанфика (я сейчас очень упрощенно): когда Северус принес еду, Эйлин должна была сказать что-то вроде: "спасибо, я поем потом. Мне сейчас плохо". То есть я не отказываю ей в праве горевать и принимать заботу сына, но она должна не забывать, что она мать.
У меня когда родился первый ребенок, я была очень ответственной (ко второму это прошло) и посещала разные лекции и семинары. И там тоже говорили про разрушительность установки некоторых женщин: "рожу себе ребёнка, чтобы хоть кто-то меня любил". Тут тот же переворот ролей. Безусловная любовь и забота должны идти от родителя к ребёнку, а ребенок учится отвечать тем же.
Уф. Надеюсь, хоть что-то понятно в этом сумбуре. Правда трудно объяснить)

Апд. Кажется, уловила мысль: даже в стрессовой ситуации, когда родитель нуждается в помощи (моральной или физической) у ребёнка должно сохраняться уважение к маме/папе как к старшему, а не меняться на отношение как к несмышленному малышу. Вот.
Показать полностью
ElidEvendellавтор
Дорогие читатели!

Пока ваш Афтар выкраивает время на редактуру новой главы ( в которой наш с вами Севушка наконец возвращается в Хогвартс! ), Soft Wolf подарила моей истории новую иллюстрацию - к 10 главе.

Не правда ли, Джеймс тут просто очаровательный?) 🥰
ElidEvendell
Лучше промолчу насчет Джеймса, а то в меня тапки полетят...
ElidEvendellавтор
Morrioghan
Я обещаю не кидать, но за других не ручаюсь)))
Ура, я наконец-то прочитала последние две главы.
Я понимаю, почему вам 29 глава нравится (случайно забрела к вам на страницу и увидела пост, а почему вы его не сделали в общем доступе? Кто-нибудь бы наверное откликнулся). Эти главы действительно получились какими-то... душевными, что ли?
Очень нравится, как прописываются отношения Лили и Северуса, их отдаление друг от друга.
Но вот Джеймс, имхо, слишком рассудительный. Он и по канону далеко не дурак, но всё же более безбашенный.
ElidEvendellавтор
Круги-на-Воде
Ура, я наконец-то прочитала последние две главы.
Ура, комментарий! Я тоже очень рада, что вы их прочитали)))

(случайно забрела к вам на страницу и увидела пост, а почему вы его не сделали в общем доступе? Кто-нибудь бы наверное откликнулся)
Если честно - побоялась) Где-то месяц назад почитала, как опытные представители местного "серпентария" стебутся над новичками, сперва похихикала ( юмор у людей непревзойдённый, я восхищаюсь, на самом деле ), потом пересмотрела свои старые посты, постеснялась, что тоже по неопытности немного себя переоценивала... А сейчас опасаюсь, что опыта всё ещё не набралась, так что, от греха подальше, стараюсь в общую ленту не постить...
Плюс так как я тот пост начинала с болтовни о своей истории, он был несколько ориентированным - на тех, кто знаком с моим творчеством
Я не совсем "боюсь" общей ленты, слава Богу... Мне нравится задавать туда общие вопросы к тому же канону, но просто пиарить работу пока страшновато... 🤷‍♀️ Мои загоны)
Хотя в планах после выкладки 30 главы дополнительно позвать читателей, всё-таки будет выложен уже существенный объём текста, да и кол-во глав - циферка круглая ( это точно знак свыше 😄 )

Очень нравится, как прописываются отношения Лили и Северуса, их отдаление друг от друга.
Но вот Джеймс, имхо, слишком рассудительный. Он и по канону далеко не дурак, но всё же более безбашенный.
С Джеймсом могла не угадать... Хотя он довольно мило, как по мне, чудил в ( сама не помню, какой по счёту🙈 ) главе про нападение на Макдональд, когда на матче выделывался

Спасибо за отзыв!
Показать полностью
ElidEvendell
Если честно - побоялась) Где-то месяц назад почитала, как опытные представители местного "серпентария" стебутся над..
Как представитель серпентария скажу, что зря боитесь. Стебать начинают тех, у кого чсв чрезмерное. А так здесь к юному поколению нормально относятся, и поговорить, и поддержать могут. Я вообще обожаю с молодежью в блогах трепаться 😄 Хотя, конечно, это интернет, в целом бывает всякое, но это 'всякое' и со взрослым опытным человеком может случиться. На днях была свидетелем.

В общем, пишите дальше и крепчайте!
ElidEvendellавтор
Круги-на-Воде
ElidEvendell
Стебать начинают тех, у кого чсв чрезмерное.
Ну вот я немного побаиваюсь, что обо мне может складываться подобное впечатление... Я просто действительно обожаю то, во что переросла эта история, и довольно восторженно говорю о ней в тех же своих постах, хотя они чаще о самом процессе написания... А так как написала её я, боготворю, получается, свой талант и себя... Вот такие вот мысли
Безусловно, у написанного тьма недостатков и я могу половину из них даже назвать)))
Но они не мешают мне любить )
Просто если я так "хвалю" себя, хотя знаю, что плохие стороны есть, люди могут же подумать, что... Ладно. Надо переставать заморачиваться. Всё равно всем не угодишь, как ни старайся)
Сказать себе это легко, но от мыслей избавиться сложно...

В общем, пишите дальше и крепчайте!
Буду стараться перебарывать свои сомнения)
Спасибо на самом деле за сообщение, было приятно это услышать, во многом... успокоило
Буду стараться перебарывать свои сомнения)
Спасибо на самом деле за сообщение, было приятно это услышать, во многом... успокоило
Давайте, я тоже успокою. Отлично получается, а уж для молодого поколения, так вообще блеск. У меня, наверное, профдеформация (я репетитор), постоянно сталкиваюсь с отстающими и очень отстающими учениками. У них все плохо, многие не в состоянии правильно прочитать текст, задачу и понять ее, не то что решать. Или написать что-то своё. Поэтому искренне радуюсь небольшому количеству "звездочек". Вы тоже яркая звездочка.
Ну Снейп и умеет наживать себе неприятности и недоброжелателей. И Грюм его уже записал в темные маги, почти пожиратели. И про репетиторство это совсем ему нежелательное слухи пойдут обязательно. То то Дамблдор потом так быстро и без возражений его припахал в школу, знал про опыт...
ElidEvendellавтор
nata4
Спасибо огромное за комментарий!
Очень рада, что наконец выложила эту главу и счастлива до безумия получить отзыв)))
Ну Снейп и умеет наживать себе неприятности и недоброжелателей.
Талантов у нашего с вами мальчишки много)))
И про репетиторство это совсем ему нежелательное слухи пойдут обязательно.
Если быть честной, у меня в дальнейших планах это пока никак не играет роли...
Я не очень понимаю, какого рода "нежелательные" слухи могут пойти... Могу только представить, что над ним богатые сокурсники подстёбываются ( пока он не ударит))) ), это и отображаю...
Как вы себе это представляете?
То то Дамблдор потом так быстро и без возражений его припахал в школу, знал про опыт...
Альбус просто, помня об школьных происках Северуса, верил, что у него будет классный преподаватель по зельеварению...
Жаль, просчитался и не учёл, что за пару лет без практики Снейп все навыки растерял))))
ElidEvendell
Я вижу, что и в каноне, и в фанфиках остро стоит кадровый вопрос в образовании. Несмотря на отзывы "о самой безопасной и лучшей школе" дела швах. Причем, не только в Хогвартсе. Например, у нас, чтобы устроиться в школу, нужно принести справку об отсутствии судимости. То есть какие-то требования есть, даже несмотря на очень плохие условия работы. В Поттериане Снейпа (можно сказать условно осужденного) берут в школу. Да что Снейп, Каркаров вообще директор после суда. При таком кадровом голоде любой руководитель будет все время смотреть на возможные кадры сейчас или в будущем. Снейп что в каноне, что у Вас не хочет преподавать уж точно. А все равно Дамблдор его взял, причем считай фактически заставил. Именно потому, что заметил еще со школы (возможно как раз из-за слухов о помощи в учебе и репетиторстве). Причем, я так понимаю, он сразу понимал что хорошим преподом он не будет, но видимо ситуация такова, что сойдет почти любой, лишь бы не допустить сильных травм и выпускные СОВЫ чтоб сдавали не на двойки.
В ту же копилку и "проклятая должность" защиты. Просто очень мало находится самоубийц идти в классы к шебутным подросткам, где нужно для занятий, чтоб эти самые подростки весь или почти весь урок пулялись заклинаниями. Амбридж не только из зловредности не хотела практических занятий, но и элементарно опасалась, что если на ее уроках что случится, то Дамблдор такую бучу поднимет, что она даже в министерстве на любой должности не удержится. Как -то так.
Может быть не так уж виноват Дамблдор в общем падении уровня образования, как говорится в почти каждом фанфике. Кадры решают все, а кадров нет...
Показать полностью
Как-то грустно закончилась глава...
Северуса жалко. Ему бы отдохнуть, поспать.
Но стих мальчика - просто супер! Взоржала)
ElidEvendellавтор
The_crack_of_doom_is_coming_soon
Ура, вы прочитали))))
Согласна, нашего трудяшку жалко жуть)
Спасибо, что написали про стих, мне очень приятно, что удалось повеселить))) 😄
Какая миленькая малявка у Севы на факультете учится.
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх