Северус и василиск Слизерина (джен)

После бесполезного визита к Дамблдору Северусу пришлось задержался в пустом коридоре у лестницы, чтобы как следует успокоиться и выровнять дыхание.

Затем он спустился поглубже в подземелья и негромко произнёс:

— Хранитель.

Ответ пришёл не сразу, но наконец он услышал шипение:

— Слушшшаю.

— Директор отказался назвать адрес ребенка.

— Ясссно, — прошипел голос из камня. — Ну что же. Тогда мы достанем адрес сами. Не только у него есть доступ к Книге Хогвартса. Подожжжди-ка.

В глубине стены что-то заскрежетало, словно сдвигались скрытые механизмы, а затем плиты бесшумно разошлись, открывая проход, и Северус шагнул внутрь.

Подземный зал был сух и холоден. В центре, на каменном постаменте, лежал массивный том в переплёте из потемневшей кожи. Края переплета были окованы серебром, а на корешке тускло светились старые руны. Потолок и стены зала были сплошь исписаны теми же знаками, высеченными в камне и уходящими под своды.

— В Книге Хогвартса записаны имена всех магических детей Британии, — послышался голос Хранителя. — И место их нынешнего пребывания. Я сейчас выползу и открою тебе Книгу. Ты ведь меня не боишшшшься? Я не окаменю и не съем тебя, декан.

— Не боюсь, — тихо ответил Северус.

И из глубины тоннеля начал медленно выползать огромный змей. В его движениях не было ни спешки, ни угрозы — лишь ровная сила существа, которому не нужно никого пугать, чтобы ему повиновались.

Сначала показалась могучая голова, широкая и тяжёлая, — как каменная плита, выточенная из тёмного базальта. На высоком гладком лбу, словно корона, блестели золотом небольшие рога с тонкими насечками. чешуя мягко переливалась в полумраке: тёмно-зелёные и чёрные пластины отражали свет рун, как отполированный камень.

Глаза василиск держал прикрытыми, не демонстрируя силу, и от этого становилось ещё яснее: он здесь не для того, чтобы угрожать или пугать. Это был Хранитель, а не охотник.

Следом за головой неспешно вытекало великолепное тело. Мощные мышцы перекатывались под чешуёй медленно и точно. Тяжелые кольца грациозно ложились на камень. Змей занимал пространство спокойно, без суеты.

Наконец его голова остановилась у постамента, и василиск мягко коснулся переплёта кончиком рога.

— А теперь назови имя ребенка, декан!

Северус громко произнес, "Гарри Поттер".

Руны на корешке тут же вспыхнули изумрудным светом, и книга раскрылась. Страницы быстро перелистывались сами, будто от ветра, затем их движение замедлилось и наконец остановилось. Чернила на странице начали проступать ярче.

Поттер, Гарри Джеймс.

Дата рождения…

Место пребывания…

Северус склонился над страницей. Литтл-Уингинг. Небольшой маггловский городок в графстве Суррей. Тисовая улица. Номер дома. Он запомнил адрес с первого взгляда. Страница медленно потемнела, возвращаясь к обычному виду.

— Спасибо, Хранитель.

— Расскажешшшь потом о визите, декан.

Змей скользнул обратно в темноту, а Северус вернулся в подземелья, и проход в зал, где лежала Книга, тут же закрылся за ним.

* * *

На следующее утро Северус аппарировал по этому адресу.

Маггловский городок встретил его ровными рядами аккуратных домов. Небольшие ухоженные палисадники, подстриженные газоны, белые занавески на окнах. Всё выглядело правильно, слишком одинаково, но мирно и спокойно. Он быстро нашёл нужный дом — не новый, но симпатичный и опрятный: свежевыкрашенная дверь, аккуратные розы вдоль дорожки, ни одного сорняка. Ничто не указывало на магию. И всё же магия здесь была. На заборе сидели книзлы. Они выглядели спокойно, но их уши были напряжены, а глаза — внимательны. А книзлы не задерживаются в маггловских местах без причины.

Ровно в восемь утра дверь открылась, и на пороге появилась молодая женщина. Светлые волосы, прямая осанка, жёсткая линия губ. Петунья Эванс!

На руках она держала пухлого светловолосого малыша. Второй ребёнок — худой, тёмноволосый, с зелёными глазами Лили — спускался следом по ступеням.

Темноволосый мальчик споткнулся и упал.

— Встань немедленно, — резко сказала Петунья, даже не оборачиваясь.

Мальчик поднялся сразу, не плача, и Северус почувствовал, как внутри что-то холодно сжалось. Когда они вышли за калитку, он шагнул вперёд, oдним быстрым, точным движением подхватил женщину и обоих детей, и в следующее мгновение они уже стояли в другом месте.

Небольшой парк. Пустая скамья под старым вязом. Северус осторожно усадил их на скамью и мгновенно замкнул вокруг прозрачную капсулу тишины и отвода взгляда. Воздух едва заметно дрогнул, но снаружи ничего не изменилось. Прохожие проходили мимо, не замечая их.

— Сомнус.

Заклинание мягко коснулось детей. Светловолосый малыш обмяк на руках у Петуньи, тёмноволосый осел на скамейку, погружаясь в лёгкий неглубокий сон.

Петунья закричала.

— Силенцио.

Крик оборвался. Она задыхалась от беззвучного ужаса.

— Не бойся. Я не собираюсь причинять вред ни тебе, ни детям, — сказал он спокойно. — Причинил ли я тебе вред?

Она тяжело дышала, глядя на него расширенными глазами. Затем коротко качнула головой. Нет.

— Мне нужно поговорить о смерти Лили. И о Гарри. Я сниму чары. И не кричи. Здесь тебя всё равно никто не услышит.

Он убрал Силенцио. Петунья прокашлялась и огляделась. По дорожке мимо них пробежал парень в спортивной футболке. Рядом девушка играла с собакой. Никто не обращал на них внимания, несмотря на то, что Снейп был странно одет и держал в руке палочку.

— Ты похитил нас, — сказала она хрипло.

— Нет. Я переместил вас в безопасное место для разговора. Мы поговорим, и я верну вас к дому.

Снейп смотрел ей прямо в глаза. Без вызова. Без извиняющейся мягкости. Она ответила тем же взглядом.

— И ещё. Если я надоедал тебе в прошлом, — он говорил спокойно, без тени смущения, — это было из-за подростковой дури. Я прошу прощения. Повторения не будет.

Петунья медленно выпрямилась. Голос её стал холодным, почти деловым.

— Говори.