Неловкие приключения Меган Уимблсби (гет)

Меган осталась в конюшне одна.

Она оттягивала неизбежное до того момента, когда все всадники уже выехали, и теперь ее одолевал панический страх, что войско уедет без неё. Но факт оставался фактом: она не знала, как забираться в седло. До того её всегда подсаживал Леголас, а теперь ей оставалось только тупо пялиться на непреодолимо огромного коняку, преспокойно стоявшего в деннике.

— И как Эовин на тебя забиралась? — прошептала Меган. — Ты же здоровущий.

— Меган?

Она обернулась, и увидела, что в дверях конюшни стоит Мерри и недоуменно на неё смотрит.

— Ты идешь? Король объявит отправление уже очень скоро, — сказал он.

— О нет… — простонала Меган. — Они что, все ждут меня? Может, мне лучше остаться?

Мерри нахмурился.

— А ты что, хочешь остаться? — он произнёс это так, как будто это была самая большая глупость, которую когда-либо изрекала Меган.

— Нет! — фыркнула Меган, скрестив руки на груди. — Я просто не могу забраться на эту скакучую гору.

— Только и всего-то? — Мерри сразу повеселел и зашагал к ней бодрой походкой, обозревая ситуацию. — Не так это и трудно. Я тебе секрет расскажу, — он заговорщицки пригнулся вперёд. — Когда-то и я не особенно умел ездить верхом. Ты мне веришь?

— Ээээ… Да.

— Вот, встань на стенку денника, и с неё забирайся. А я придержу твоего коня, чтобы он никуда не убрёл. Вот так, смотри.

С некоторым неудовольствием Меган признала, что план вполне рабочий, при условии, что Мерри сможет удержать коня. А это казалось маловероятным, учитывая, что хоббит был раз в десять меньше Сухарика. Но он уверенно кивнул ей, и ничего иного не оставалось, как взбираться на ограждение.

Она набрала в лёгкие воздуха, чтобы успокоить нервы, и не глядя перебралась на широкую спину Сухарика. А тот сразу же удивил её тем, что не попытался ее сбросить. Затем до неё дошло, что она не сидит в седле, а лежит. Животом.

— Уже неплохо, — сказал Мерри. С этого угла зрения он казался совсем крошечным существом.

Крякнув пару раз, Меган поменяла позу и уселась в седло.

— Безнадёжно… — вздохнула она, глядя на бесполезно болтающиеся поводья. — Не умею я ездить. Я даже не знаю, как сказать ему, куда идти.

— На этот счет не беспокойся, — объяснил Мерри, махнув рукой. — Как только лошадь доберется до остальных, то будет следовать за табуном. И управлять не надо будет.

— О, это радует. А ты не мог бы прикинуться лошадью, чтобы Сухарик за тобой вышел наружу?

Он рассмеялся.

— Нет, не надо, я просто выведу его в поводу.

Это была уморительно смешная картина: Мерри, который мог бы пройти под животом Сухарика, лишь немного пригнувшись, вёл за поводья это огромное животное, и оно вслед за ним вышло из конюшни. Как только они выбрались на свежий воздух, Мерри побежал к небольшому пони, раза в три меньше Сухарика, и вскочил ему на спину.

Меган почувствовала острый приступ одиночества, глядя в спину удаляющемуся Мерри. Ей уже недоставало непоколебимого веселья Пиппина, и, хотя Мерри был куда серьезнее нравом, всё равно с ним было как-то радостнее: должно быть, подобный эффект производят все хоббиты. Теперь же она ехала одна в толпе суровых мужчин. Даже Эовин было не видно.

Она ожидала, что Теоден сейчас выедет перед всеми всадниками, загарцует и зачитает какую-нибудь грозную воинскую речь, а потом пустит своего скакуна в галоп, и всё войско понесётся вскачь за ним. Но этого не произошло; все тронулись тихо, словно бы по какому-то беззвучному сигналу «поехали», и кони пошли шагом.

Все, кроме Сухарика.

— Э-э! — сказала Меган, когда мимо нее начали проезжать рохиррим один за другим. — Поехали! Вперёд! Побежали! Йип-йип!

Она заметила, как к ней подъезжает Арагорн, и понизила голос до шёпота.

— Ну давай, Сухарик, не дури. Поехали. Ты меня совсем беспомощной выставляешь!

— Это учебный конь, — пояснил Арагорн. — Их специально дрессируют, чтобы они не трогались с места без особого сигнала от всадника. Не как другие лошади, которые просто идут туда же, куда и весь табун.

— А-а! — сказала Меган. — А какой особый сигнал?

— Шенкелей ему дай.

Меган немедленно попыталась, Сухарик вздохнул и начал ленивым шагом топать в том же направлении, что и все остальные. Арагорн поравнялся с Меган.

— Дурацкий сигнал, — пожаловалась она. — А если он побежит слишком быстро, я буду пытаться удержаться, и пятками вдавлюсь ему в бока, он решит, что надо ещё быстрее?

— Непростая это наука, езда верхом, — спокойно ответил Арагорн. — Но, полагаю, у тебя будет время её освоить.

— Как и бой на мечах, и стрельбу из лука, что ли? Я ведь так замечательно их освоила… — саркастически ответила Меган.

— Насколько мне известно со слов Леголаса, стреляешь ты уже куда лучше, чем прежде.

— Да он просто обидеть меня не хотел… — простонала Меган. — Он никогда меня обидеть не хочет. Какой там лучше, я наверное, позабыла уже всё.

Меган внезапно вспомнила, как в прошлый раз устыдилась грузить Арагорна своими проблемами, и опять ощутила укол совести. Она хотела извиниться за своё пререкание, но внезапно Арагорн спросил:

— Ты думаешь, что ты хуже Леголаса?

— Да ты его видел вообще? Он охрененно красив. Он как модель, только не такой странный. Он красивее, ловчее, добрее, умнее и в целом обалденнее кого угодно в чём угодно. И даже волосы у него длиннее, чем у меня! — она тоскливо подняла руку и потрогала свои укороченные волосы, опять ругнув себя мысленно на чём свет стоит за то, что обкорнала их. — А я? Я всё время говорю какие-нибудь глупости. Я неуклюжая, незрелая и не затыкаюсь. И мне иногда кажется, что Леголас если что-то ко мне и чувствует, то в основном жалость. Ой, прости!

Арагорн напрягся.

— Что?

— Я не хотела тебя этим напрягать, — ответила Меган. — Прости пожалуйста, Арагорн. Ты такой занятой, у тебя дела, наверное, важные, а я трачу своё время болтовнёй про свои дурацкие комплексы…

Его лицо смягчилось.

— Меган, уверяю тебя, что я охотно выслушаю любые твои заботы. Когда я предложил тебе опеку, я знал, что ты будешь часто нуждаться в доверительной беседе, а без Пиппина тебе мало кто такое предложит. Что же касается твоих слов о Леголасе, не тревожь себя. Да, тебе недостает воинских навыков, но ты и училась мало, а им учатся годами. Поверь, я и сам не сразу овладел мечом. Когда я только начинал учиться, я случайно чуть Элрохиру руку по локоть не отрубил.

Меган хихикнула.

— А Элрохир — это кто?

— Младший сын лорда Элронда, — ответил Арагорн. — У него есть брат-близнец Элладан, минут на десять его старше, и он никогда не даст Элрохиру об этом забыть.

Он поглядел словно бы куда-то вдаль спокойным и счастливым взглядом.

— Ты вырос вместе с ними?

— В их компании, да, но они повзрослели задолго до моего рождения. Они были моими наставниками, когда я был маленьким. Теперь я называю их своими братьями.

— Тебе, наверное, здорово их не хватает… — сказала Меган. Арагорн ответил ей лукавым прищуром.

— Ну вот, тебя беспокоило, что ты делишься своими переживаниями, а теперь ты меня самого распереживаться заставишь. Не думай, что я не замечаю таких уловок.

— Ой, как будто только тебя этим проймешь, — усмехнулась Меган. — Почти все любят поговорить о том, как были маленькими.

— Добрые слова, — ответил Арагорн, кивнув. — Я тоже, пожалуй, отвечу тебе добрым словом и дам совет насчет Леголаса. Я не считаю себя особо проницательным в любовных делах, но посмею сказать, что тебе стоит говорить с ним более открыто.

Меган кивнула.

— Ты, наверное, прав. Спасибо, Арагорн. Ты прямо как доктор Фил местный.

— А кто такой этот доктор Фил?

— Лорд Арагорн! — внезапно окликнул его какой-то всадник с очень официальным видом. — Государь Теоден послал меня за вами. Он вас зовёт.

— Прости, Меган, — сказал Арагорн. — В другой раз послушаю про этого доктора Фила.

— Конечно, — кивнула Меган, уверенная, что не собирается никому здесь рассказывать про доктора Фила. Арагорн кивнул в ответ и направил коня в сторону головы колонны.

Хотя Арагорн и оставил ей на прощанье совет поговорить с Леголасом, Меган сейчас не хотелось говорить особенно ни с кем, не то что с этим красавчиком-блондинчиком. Поэтому она морально приготовилась к долгой, неудобной, скучной дороге. К тому времени, как они доехали до лагеря, небо запасмурнело и покрылось, как грязным мелом, угрюмыми, сплошными облаками. Меган показалось, что погода отражает её настроение. Тоже вся хмурая и готова пролиться слезами. Она спрыгнула из седла Сухарика и размяла плечи: спина между лопатками болела после нескольких часов, проведенных сгорбленной в седле.

— Миледи? Мне приказало довести вашу лошадь до пикета, — сказал кто-то. Меган обернулась и увидела человека неопрятного и изможденного вида в нескольких футах от неё, уставившегося в землю.

«Какого ещё пикета»?

— Что? Вы тут что, митинг устроили? — спросила она, ничего не понимая.

— Н-нет, миледи, но идёт война… — по всему виду конюха было видно, что он нервничает, находясь в её присутствии, и чем дольше говорит, тем больше нервничает. — Мне приказала госпожа Эовин, послала за вашей лошадью, сказала — до пикета довести…

— Ну окей… — медленно кивнула Меган, пытаясь понять, что происходит и чего разнервничался этот человек. Она послушно отдала ему поводья и глядела вслед, а тот очень быстрым шагом направился прочь, чуть ли не таща Сухарика за натянутые поводья. Гимли, который как раз направлялся к Меган, конюх обошел большим крюком.

— Этим роханцам неуютно говорить с эльфами, — вместо приветствия проговорил своим грубоватым баском гном. — И их можно понять. Эльфы — народ чарующий.

Меган не знала, хорошо это или плохо, но он не дал ей времени над этим поразмыслить.

— Пойдём, — проворчал он. — Полурослик послал за тобой, а твой принц не захотел пойти, он дуется и хлопочет вокруг своего коня, так что идти пришлось мне. Скорее, я есть хочу.

— А уж я-то как хочу… — прислушавшись к себе, поняла Меган.

Гимли больше не стал ничего говорить, он просто развернулся и потопал в обратном направлении. Меган, делать нечего, последовала за ним. Она не знала, где ей здесь придётся ночевать, или где Гимли собирался найти еды, но он всё же был знакомым лицом в этом море незнакомцев, и единственным другом поблизости.

«Хм...» — подумала она. «Друзья, как известно, познаются в беде. Если представить себе, что у него спустило шину в три часа ночи, встану ли я и побегу ли ему помогать с колесом? Думаю, нет, здесь колёса совсем другие, они тут все деревянные. Но если представить?»

Гном тем временем искоса посмотрел на неё.

— Я вижу, ты со своим эльфом опять не разговариваешь, — пробурчал он тихо. — С ума сойти, до чего вы глупо друг вокруг друга на цыпочках ходите.

— Прошу прощения? — Меган застыла от изумления, в ужасе даже остановилась. Сначала Арагорн. Теперь Гимли? Этот позор когда-нибудь закончится?

— Хочешь совет? — спросил Гимли, развернувшись и оперевшись на топор, и сделав такой вид, словно бы он много лет занимался решением трудных любовных вопросов у эльфийских парочек. — Ты бы с ним понапористее. У нас, у гномов, женщины всегда сами выбирают себе спутников жизни.

Меган хваталась за последние соломинки здравого рассудка.

— Но… я же не гномка… — вот всё, что она сумела выдавить.

— Истинно так! — крякнул в ответ Гимли. — Но у этого эльфа голова забита нелепицами о чести, и добродетели, и всем таком прочем. Ты бы не стояла и не ждала, пока он за тобой ухаживать начнёт. Он вместо этого добротой тебя насмерть задушит.

«Как в той песне» — подумала Меган. — «Своею песней нежно убивает». И тут же отмахнулась от полезшей в голову строфы.

— Арагорн мне сказал почти то же самое, только совсем другими словами. Это не он тебе посоветовал со мной поговорить?

— Нет! — фыркнул Гимли. — Мне просто надоели твои бесконечные и унылые любовные танцы с лесным принцем. Вот я тебя и подгоняю, чтобы они мне самому перестали действовать на нервы. — сказав это, он пригнулся вперёд и сделал очень свирепое выражение лица. — И вот ещё. Я знаю, что ты под опекой Арагорна. Имей в виду, что Леголас — под моей.

Сказав это, он развернулся и зашагал вперёд, в сторону центра лагеря.

Меган, разинув рот, смотрела ему вслед. Это что, он только что сперва подбодрил её сделать первый шаг, а потом вдруг пригрозил ей? Всё это было как-то нелепо. Но смысл в его словах был. Леголас — слишком джентльмен. Какой был главный первый шаг в их отношениях? Переход на «ты», который, увы, Леголас отыграл назад после проклятого вечера, который Меган даже и не помнила.

«Значит, следующий ход за мной?»