Харальд Поттер. Огнём и сталью (гет)

Лежащая на кровати рыжеволосая женщина всё так же пребывала в странном состоянии нежизни, несмерти, в котором находилась уже больше десяти лет. Замедленное дыхание, слабое сердцебиение — и это ещё было неплохо. Сейчас, по крайней мере, её состояние напоминало кому, а не летаргический сон в котором она пребывала ранее.

Однако положительные сдвиги нельзя было не заметить. Ресницы женщины время от времени шевелились, на короткий миг она даже пыталась открывать глаза, хотя и продолжала пребывать без сознания. По рукам и ногам время от времени пробегала дрожь — за столь долгое время неподвижности мышцы должны были бы уже атрофироваться, но этому мешали регулярные инъекции специальных снадобий.

Доктор Лапсус клялся своим дипломом медика, что Лилиана может прийти в себя в любое ближайшее время. По его словам, философский камень был способен и на большее, чем просто выдернуть человека из растительного состояния…

Сидевший в другом конце комнаты молодой мужчина с русыми с сильной проседью волосами читал книгу при свете старенькой настольной лампы. Удивительно, но впервые за очень долгие годы Ремус Люпин был абсолютно спокоен и практически счастлив.

Десять с лишним лет назад в одну роковую ночь сломалась и его жизнь в том числе. Точнее, ломаться она стала задолго до того… Наверное, когда ещё ребёнком его укусил оборотень.

Оборотни в Британии не считались за полноценных людей — магические существа, но не люди. А как крайне опасные магические создания они имели право на проживание только в специально отведённых резервациях в глухих местах страны. А за его границами любой оборотень без специальной транзитной метки считался беглым преступником и подлежал немедленно поимке и высылке в резервацию. Ну, или к смерти при попытке к бегству или оказанию сопротивления…

Для единственного сына небогатых, но достаточно знатных родителей Люпина это было как приговор. Однако, людьми они были серьёзными и упрямыми, поэтому факт заражения от властей скрыли и продолжали растить сына сами. Проблема возникла лишь тогда, когда пришло время для маленького Рема отправляться на учёбу в Хогвартс…

Однако Люпины всегда были в хороших отношениях с Альбусом Дамблдором, поэтому тот согласился провернуть крайне опасную во всех отношениях аферу — взять на обучение в Хогвартс оборотня.

Потом Люпин вспоминал школьные годы исключительно с теплотой — это были самые счастливые годы его жизни. Наконец-то у него появилось много друзей — Джеймс Поттер, Сириус Блэк, Питер Петтигрю, с которыми он подружился с первого же курса. Дружил он и с Лили Эванс. Причём, хорошие отношения он наладил куда раньше, чем её будущий муж Джеймс — с ним Лили активно грызлась до четвёртого курса, а встречаться они начали и вовсе только на шестом.

Конечно, слухи ходили разные, но нет — Ремус никогда не был влюблён в Лили, ему просто нравилось с ней общаться, а вот любил он всегда другую девушку…

Потом был выпуск и школы, начало взрослой жизни… И вот тут-то жизнь Люпина начала превращаться в сплошной кошмар.

Чёрное Восстание Того-Чьё-Имя-Нельзя-Произносить было в зените своего накала. Каждый день страну облетали чёрные новости о новых погибших или раненых, а все выпускники Хогвартса очень быстро оказались по разные стороны баррикад.

Два года прошли в постоянных сражениях и битвах. По натуре своей мягкому Люпину приходилось всё больше и больше уступать своему более жёсткому и сильному альтер-эго, просто чтобы выжить и защитить друзей.

Потом… Потом было совершенно нелепое, но такое кошмарное заявление Тёмного Лорда о том, что обещает любую доступную ему награду за головы семьи Поттеров.

Джеймс и Лили по мере сил пытались не обращать на это внимание, но после третьего подряд столкновения с отборными силами Упивающихся Смертью и рождения сына они всё-таки решили прибегнуть к крайнему варианту — созданию Пространства Фиделиуса.

Практически абсолютная защита, мощная, но с большим количеством недостатков. Это заклятие вырывало из привычного нам пространства целую область и накрывало защитным барьером, который не то что сломать — нельзя было даже преодолеть. Сторонний человек увидел бы вместо дома только пустое место, что вкупе с мощными чарами, рассеивающими внимание, гарантировало безопасность практически от любой напасти.

Из главных недостатков заклятия Фиделиуса было то, что эти чары мог наложить только очень и очень сильный маг. Из британских волшебников на это согласился лишь Дамблдор, но тут встала вторая серьёзная проблема — вся защита завязывалась на человека, который должен был находиться вне Пространства Фиделиуса. И это был единственный человек, который мог бы открывать проход внутрь него.

Разумеется, это подразумевало безграничное доверие к Хранителю и, соответственно, задавало очень и очень жёсткие критерии его отбора. Нельзя было допустить, чтобы им стал кто-нибудь, способный на предательство…

Лучше всего на эту роль подошёл бы Дамблдор, который бы никогда не предал Поттеров и от которого никто не смог бы добиться сотрудничества силой или обманом. Однако, как создатель пространства он не мог стать и его же Хранителем.

Джеймс хотел сделать им своего самого лучшего друга Сириуса, но слишком многие были против этого, ведь он всё-таки был Блэком. А их семья либо поддерживала Тёмного Лорда, либо соблюдала по отношению к нему дружественный нейтралитет.

Ремус отказался сам практически из тех же побуждений — доверять оборотню, коих было немало на стороне Сами-Знаете-Кого, было бы странно…

Однако официально Сириус всё-таки стал Хранителем закрытого пространства… Но на самом деле им стал Питер — тот, на кого бы никогда и ни за что не подумали. Всегда слабый, всегда безвольный и следующий за более сильными товарищами, он даже врагам Поттеров не казался внушающим доверие.

И это стало роковой ошибкой.

Тёмный Лорд в ту роковую ночь пал, а с ним завершилось и всё Чёрное Восстание. Но Лили и Джеймса было уже не вернуть. Предатель Питер сразу же подался в бега, но был настигнут совершенно обезумевшим от потери друзей Сириусом. В ходе скоротечного, но жестокого боя Питера буквально размазало по кварталу, а вместе с ним и полсотни невольных свидетелей-магглов. После этого Блэк оказался в Азкабане, потому как проводившее политику терпимости по отношению к неволшебникам правительство просто не смогло спустить на тормоза столь громкое дело.

А вот Ремус не сделал ничего. Не погнался вместе с Сириусом за мелким ублюдком, не попробовал позаботиться о маленьком Гарри, просто ничего не сделал. Сбежал.

Долгие годы Люпин клял себя за эту слабость и трусость, но они же не давали ему вернуться обратно и признать свои ошибки.

Ремус уехал далеко — в Канаду. Удалился от мира на долгие десять лет, записавшись в егеря, наблюдавшие за крайне многочисленной и агрессивной популяцией канадских великанов-сасквочей.

Оборотень был наедине с природой и собственной совестью, под конец даже получая какое-то непонятное удовольствие от постоянного самобичевания…

И вот совсем недавно всё изменилось.

Сначала начали приходить странные письма, где говорилось то, что было известно Люпину и его ближайшим школьным друзьям…

Потом пришло совершенно шокирующее сообщение о том, что Лили жива.

От такого заявления Ремус сначала пришёл в дикую ярость и всем сердцем пожелал разорвать этого злого шутника на части.

Но злой шутник, скрывавшийся за странноватым именем Норд, почему-то этому лишь обрадовался и предложил приехать и лично убить его.

После приезда Люпин сначала считал Норда либо психом, либо законченным психом… Примерно до того момента, как вошёл в эту комнату.

Лили действительно оказалась жива. А Норд рассказал, что именно случилось в тот Хэллоуин…

И вот теперь Ремус здесь. Запоздало отдаёт свои долги, неся вахту на страже пребывающей на границе яви и сна Лили. Время от времени беседует с этими демоном-Нордом, чьим речам и планам позавидовал бы любой диктатор или маньяк. Раз в месяц бегает по окрестным лесам в своём зверином обличье, а в остальное время тренируется с волшебной палочкой, ножом и самозарядной винтовкой.

Норд позвал его обратно в Британию не просто быть сиделкой — он требовал уплаты старых долгов кровью. Собственной или кровью врагов.