Гермиона, Дагворт-Грейнджеры и многие другие (джен)

Гектор и Северус знали друг друга по работе уже много лет. Не близко, но достаточно хорошо, чтобы оценить профессионализм друг друга. Оба любили точность, не любили лишних разговоров и понимали, что иногда короткая клятва полезнее длинного объяснения.

Они встретились в Хогсмиде, в закрытом кабинете над старой аптекой. Сначала обменялись краткой клятвой о неразглашении всего, что касается детей. После этого Северус изложил свою точку зрения. Он дал клятву защищать Гарри Поттера. У него и у Дагвортов, по сути, была общая задача: Поттер и Грейнджер почти всегда держались вместе. Если опасность грозила одному, второй почти неизбежно оказывался рядом. Северус отвечал за Поттера как взрослый маг внутри школы. Дагворты — за Гермиону как её род. Значит, имело смысл обмениваться наблюдениями и, если понадобится, действовать согласованно.

Об этом они договорились быстро. Если Поттер попадал в опасную историю, Северус давал знать. Если у Дагвортов появлялись сведения, касавшиеся Гермионы и школьных рисков относящихся к ней, Снейп узнавал об этом тоже. Лишних людей в такие вещи не посвящали.

Потом Гектор немного помолчал и сказал:

— Есть ещё один вопрос. Отдельный. Но о нём — только после второй клятвы.

Северус поднял глаза.

— Настолько серьёзно?

— Да, — ответил Гектор.

Северус не стал спорить. Вторую клятву составили ещё короче и жёстче первой: всё, что сейчас будет сказано о редком магическом существе, его свойствах, местонахождении и возможном полезном материале, остаётся между ними до нового общего решения.

Только после этого Гектор открыл вторую часть. По мнению Дагвортов, в замке могла скрываться большая магическая змея. Поттер способен её понимать. Если это подтвердится, речь пойдёт об опасном существе и, возможно, очень дорогом яде.

После этого разговор пошёл уже профессиональный. Если змея окажется разумной и согласится на разговор, Поттер будет передавать ей слова Северуса и переводить ответы. Сам Снейп станет вести разговор, держать дистанцию и, если до этого вообще дойдёт, собирать яд.

Они условились и о другом: Дамблдора пока в это не посвящают. Сначала нужно понять, есть ли змея, можно ли с ней говорить, и стоит ли вообще этим заниматься.

Условия Северуса были просты: если яд удастся получить, он получает долю материала и право на публикации по зельеварческой части работы.

— Хорошо, — сказал Гектор. — Это разумно.

На этом и сошлись.

* * *

Это случилось поздно вечером, перед отбоем, когда все уже почти затихло и только факелы потрескивали в каменных гнёздах. Гарри услышал знакомое раздражённое шипение из стены: большой змей сердито жаловался на крыс, которые бегают где не следует, шумят, пачкают и вообще не уважают древний замок. Гарри остановился, прислушался и, как было договорено, тут же дал знать Снейпу через кольцо с сигнальными чарами. Тот мгновенно оказался рядом.

Гарри прошипел:

— Здравствуй.

За стеной сразу стало тихо, а потом оттуда донеслось такое изумлённое и радостное шипение, что даже Снейп покосился на Гарри с вопросом во взгляде.

— Змееуст! Наконец-то! Настоящий змееуст!

Камни у старой ниши дрогнули и разошлись, открывая узкий проход. Оттуда медленно показался огромный древний змей — глаза его были закрыты защитной пленкой. Гарри невольно замер, но страха не почувствовал: в этом существе было слишком много силы Хогвартса и слишком мало хищной суеты.

Подняв тяжёлую голову, змей с достоинством объявил, что он не змея, а василиск, некогда фамильяр самого Салазара Слизерина. Его зовут Шшах. Он хранит подземелья, не трогает учеников и поднимется на защиту замка, если в него придут настоящие враги. Он умеет окаменять, если понадобится.

Гарри перевёл. Снейп выслушал молча, и только взгляд у него стал внимательнее. Потом он сказал:

— Спроси, не согласится ли он дать немного яда. Скажи, что я мастер зелий.

Когда Гарри передал просьбу, василиск обрадовался.

— Мастер зелий? Неужели?

Снейп сухо подтвердил, что да, он мастер зелий. Когда выяснилось, что этот мастер зелий ещё и декан Слизерина, василиск и вовсе одобрительно качнул головой.

— Хорошо. Очень хорошо. В комнатах декана Слизерина, в старом шкафу у северной стены, лежат сосуды для моего яда. Салазар держал их там. Пусть возьмёт зелёный футляр с серебряными застёжками.

Снейп ушёл ненадолго и действительно вернулся с нужным футляром. Внутри, на тёмно-зелёном бархате, лежали длинные узкие сосуды из плотного зачарованного стекла, защищенные рунами и долгосрочными чарами.

Василиск, которого Гарри про себя уже называл Шшахом, улёгся удобнее, чуть повернул голову и совершенно спокойно показал, как это делается: точно, чисто, без единой лишней капли. Снейп смотрел внимательно и с явным профессиональным уважением. Он не мог не оценить, насколько мастерски всё было исполнено.

Когда сосуды были наполнены и надёжно закупорены, Снейп убрал их обратно в футляр.

— Поблагодари его, — сказал он.

Гарри перевёл.

Василиск кивнул и добавил уже деловито, словно сообщал сведения, которые декан Слизерина обязан знать:

— И еще — слушай, декан. В замке есть две утечки, которые нужно починить. Одна — возле девичьего туалета, где живёт привидение Миртл. Там протекает магия замка. Вторая — в Выручай-комнате. Там стоит исчезательный шкаф, и от него тоже идёт утечка. Я пошлю тебе сон со всеми подробностями.

Гарри перевёл всё слово в слово. Снейп сразу подобрался. В его лице почти ничего не изменилось, но василиск, похоже, понял и без слов, что его услышали правильно.

— И вот что, декан, — продолжил он, — про меня директору не говори.

Гарри моргнул, но всё же перевёл и это.

Снейп чуть приподнял бровь.

— Почему?

Василиск качнул тяжёлой головой, и в его шипении послышалось древнее презрение:

— Потому что он не понимает подземелий. Его место — воздух, башни, ветер, высота. А не камень внизу. Не норы. Не старая тьма. Да Хогвартс и сам не даст тебе сказать обо мне лишнего, если ты попробуешь. Замок знает, кого пускать в глубину, а кого нет. Все, мне пора. Приходите ещё. Вы мне оба понравились.

Гарри не удержался и улыбнулся.

Позже, уже в своих комнатах, Снейп разделил добычу. Свою часть он оставил у себя. Долю Дагвортов аккуратно упаковал, наложил охлаждающие и удерживающие чары и приложил короткое письмо:

Уважаемый магистр Дагворт-Грейнджер,

Предварительная часть договорённости исполнена. Материал получен в хорошем состоянии. Качество высокое, сила яда сохранена полностью. Ваша доля прилагается.

Следует обсудить способы хранения, возможные исследования и границы дальнейшей работы.

С уважением, Северус Снейп

Он запечатал футляр, вызвал надёжную школьную сову и отправил посылку. Потом ещё некоторое время сидел молча, глядя на оставшиеся сосуды. В Хогвартсе, как видно, по-прежнему жило больше старой магии, чем думали даже самые осведомлённые люди.