Их большая тайна (гет)

— Мерлин, что с тобой? Ты уже несколько дней подряд ходишь как в воду опущенный.

Гаюс, раскладывая снадобья по склянкам, то и дело поглядывал на подопечного, который неподвижно сидел на ступенях и хмуро пялился в одну точку.

— Гаюс, ты думаешь, возможно обойти пророчества? — спросил Мерлин, не поднимая на него глаз.

— Конечно. У будущего много вариантов, оно не берется из воздуха, а следует из наших поступков и зависит от выбора, который мы делаем в настоящем.

— Откуда же тогда берутся пророчества?

Гаюс снял очки и аккуратно протер их тряпочкой.

— Мерлин, когда я осматриваю пациента, то могу предсказать течение его болезни по тем симптомам, которые наблюдаю, но я могу ошибиться или чего-то не предусмотреть, так и с пророчествами. Они часто противоречат друг другу по этой причине, и ни одно нельзя назвать верным или неверным. Может, все-таки расскажешь, что за пророчество повергло тебя в такое уныние?

— Прости, не могу, — глухо ответил Мерлин. — Я должен разобраться с этим сам, только сам.

— Как знаешь. Я только хотел сказать, что, если тебе потребуется помощь или совет…

— Гаюс, что ты думаешь о Моргане? — неожиданно спросил Мерлин.

— В каком смысле? — уточнил лекарь.

— Кое-кто хочет очернить ее, а я этому не верю. Я всегда говорил, что у нее доброе сердце, ее невозможно представить злой или подлой. Она кажется, — юноша задумался, подбирая слово, — совершенством.

— У Морганы непростой характер. Она выросла бы сорванцом в юбке, если бы ее с малых лет не воспитывали как леди. Это у нее от отца — раньше я не понимал, в кого у Морганы такой горячий нрав, ведь Горлуа был скромным, деликатным человеком, но раз она оказалась дочерью Утера… — Гаюс пожал плечами. — Кровь Пендрагонов временами берет свое. Моргана с детства на все имела собственное мнение, этого у нее не отнять, но она никогда не была подлой.

Мерлин улыбнулся с заметным облегчением.

— Вот и я не считаю, что она способна на что-то плохое.

— Стало быть, пророчество касается Морганы? — догадался старик.

— Нет, — Мерлин категорично замотал головой. — Нет, нет, пророчества тут вообще ни при чем.

— А то я подумал, что ты решил обсудить со мной ее личные качества, потому что влюбился. Иначе с чего бы тебе задавать такие вопросы?

— Влюбился? Ты что! — Мерлин громко рассмеялся, покраснев до кончиков ушей. — Гаюс, нет, я не влюблен. Конечно, нет.

— Вот и правильно, — удовлетворенно кивнул Гаюс. — Лучше тебе и впредь держать дистанцию, потому что я боюсь даже вообразить себе гнев Утера, когда он узнает об интересе слуги к его родной дочери.

Мерлин невольно поежился.

— А если Утер однажды узнает о ее магии? — с тревогой спросил он. — Что он сделает с Морганой? Ведь она его дочь, он не может причинить ей вреда. Или может?..

Гаюс пытливо посмотрел на него сквозь очки.

— Вот поэтому я строго-настрого запрещаю тебе вести с ней любые разговоры о магии. Так будет лучше для самой Морганы и для тебя тоже. Надеюсь, ты понимаешь это, Мерлин, и не будешь рисковать ни ее, ни своей жизнью.

* * *

Моргана сидела за туалетным столиком, тоскливо рассматривая свое отражение в зеркале. Луч солнца падал сквозь мутноватое стекло на белую, как фарфор, щеку королевской дочери. Гвиневра взяла в руку тяжелую прядь ее волнистых смоляных волос и бережно провела по ней гребнем.

— Вы чем-то огорчены, миледи? — заботливо спросила служанка.

— Нет, Гвен, я не огорчена, — улыбнулась ей Моргана. — Просто задумалась. Могу я спросить тебя?

— Конечно, госпожа.

— Если бы ты полюбила кого-то, зная, что твоя любовь обречена, что бы ты сделала?

Гвен опустила взгляд и кротко ответила:

— Я хранила бы ее в сердце как бесценное сокровище. Потому что любовь — это и есть сокровище.

— Даже если она безответна?

— А почему вы решили, что ваша любовь безответна? — удивилась Гвиневра и тут же пожалела о своей прямолинейности: — Простите, миледи, я не должна была…

— Нет, Гвен, не извиняйся. Ты проницательна, как всегда. Ни к чему лукавить и таиться — что есть, то есть. По правде говоря, я сама еще не уверена, что люблю. Понимаешь, иногда желание найти родственную душу становится так велико, что его легко принять за любовь.

— Понимаю, — улыбнулась Гвен.

— Порой мне кажется, что мое чувство взаимно, а порой, что нет. Я теряюсь в догадках, и это тяжелее всего.

— Почему бы вам не поговорить с этим человеком, не открыться ему? Это единственный способ перестать мучиться сомнениями.

— Если бы это было так просто, — Моргана с безрадостной усмешкой покачала головой. — Я бы все отдала за возможность быть самой собой, Гвен, но я вынуждена подчиняться правилам, которые меня душат и не дают раскрыться.

— Я понимаю вас, миледи, — вздохнула Гвиневра, расчесывая длинные шелковистые волосы госпожи. — Нелегко быть заложницей несправедливых правил и традиций, но пусть вас утешает надежда, что придет день, когда все изменится.

— Ты веришь в это?..

— Всем сердцем. Так однажды произойдет, вот увидите.

— Спасибо, Гвен, — нежно улыбнулась Моргана, дотронувшись до ее руки, — ты хорошая подруга. Всегда знаешь, что сказать, как утешить. Прости, что иногда бываю резка с тобой.

— Вы знаете, что можете доверять мне, — улыбнулась в ответ Гвиневра.

— Да, конечно. Конечно.

Остаток дня Моргана провела в смутной тревоге. Странное гнетущее чувство навалилось на нее и не покидало до самого вечера, а под утро ее посетил новый кошмар. Моргане виделись искусно выкованный меч, торжественно передаваемый из одних рук в другие, капля крови на фаланге пальца, мертвенно-бледный Артур, лежащий в постели, пышные королевские похороны и две армии в алых и синих плащах, собравшиеся друг против друга на поле битвы. Королевская дочь проснулась в холодном поту, снедаемая ужасом. Она не знала, что означает ее сон, но понимала, что он пророческий, и в ее руках теперь судьба Камелота. Чего-чего, а смерти Артура и войны допустить было никак нельзя!

Моргана поднялась раным-рано и не стала дожидаться прихода Гвен, а оделась самостоятельно и ринулась на поиски Мерлина, толком не приводя себя в порядок. В глаза ей сразу бросилось необычное оживление, царившее во дворце: слуги и караульные бегали туда-сюда, что-то таская и суетясь. В этой суматохе нашелся и Мерлин — он спешил из прачечной с парадным одеянием принца в руках и не смотрел по сторонам, отчего чуть не врезался в Моргану, вынырнувшую ему навстречу из-за поворота.

— Леди Моргана! — смущенно, и оттого очень громко воскликнул он. — Не ожидал встретить вас так рано.

— Мерлин, а… что происходит? — в замешательстве озираясь кругом, спросила Моргана.

— Разве вы не знаете? Принц из Мерсии прибывает с делегацией.

Моргана побледнела. Она уволокла Мерлина за руку в укромное место, чтобы со всей серьезностью поведать ему о своих страхах.

— Мерлин, нужно что-то делать! Я видела сон, — Моргана перешла на лихорадочный шепот, — где Артур порезался о клинок, после чего слег с какой-то тяжелой болезнью и умер, а следом началась война!

Мерлин с полминуты переваривал услышанное, пока Моргана бегала испуганным взглядом по его растерянному лицу.

— Вы уверены, что во сне все было именно так?

— Эти образы были слишком яркими, чтобы неправильно их истолковать! Мерлин, ради бога, послушай, Артуру грозит опасность!

Мерлин с пониманием кивнул ей, вмиг став собранным и сосредоточенным.

— Значит, клинок?

— Да, — подтвердила Моргана, — богато отделанный, вроде церемониального меча. Его могли преподнести Артуру на пиру в качестве подарка, с этого все и началось! Может быть, на его лезвии яд?

— Это нужно проверить.

— Как?..

Мерлин чуть наклонился к ней и принялся шептать с видом заговорщика:

— Артур приставит меня к принцу в качестве прислуги, пока тот будет гостить в Камелоте. Возможно, среди его вещей найдется церемониальный меч. Я уверен, что принц будет хранить его в своих покоях, а туда я сумею пройти без препятствий.

Моргана улыбнулась, но на ее лицо вдруг нашла тень сомнения.

— Ты должен быть очень осторожным, Мерлин.

— Буду, — Мерлин улыбнулся в ответ. — Доверьтесь мне, Моргана.

— Я рассчитываю на тебя.

— Хорошо, что вы рассказали. А теперь, если позволите…

Он скосил глаза вниз, и Моргана со смущением обнаружила, что все еще крепко держит его за рукав. Разжав пальцы, она отступила на шаг и неглубоко вздохнула:

— Конечно, — а затем вновь добавила еще тише: — Пожалуйста, будь осторожен.

Делегация прибыла в Камелот к трем часам пополудни. Пышная кавалькада в синих плащах под знаменами Мерсии въехала через главные ворота замка во внутренний двор, где на крыльце торжественно выстроились король с наследным принцем, подопечная короля — а в глазах двора Моргана по-прежнему была его подопечной — и придворные с рыцарями. Принц Мерсии спрыгнул с лошади и направился поприветствовать Утера. Наружность его была весьма приятной: высокий, хорошо сложенный, остролицый, с волнистыми волосами цвета воронова крыла до плеч.

— Принц Бриан! — Утер спустился с крыльца и радостно пожал его руку. — Для меня большая честь приветствовать вас в Камелоте!

— Был чрезвычайно польщен вашим приглашением, милорд, — Бриан улыбнулся, и в его сдержанной улыбке Моргане почудилось что-то хищное.

— Принц Артур, — король гордо представил сына гостю.

— Милорд! — Бриан был предельно учтив. Принцы обменялись рукопожатиями.

— Моя подопечная, леди Моргана, — глаза Утера виновато метнулись в сторону.

— Миледи! — принц Мерсии отвесил Моргане галантный поклон, на что та в ответ вежливо склонила голову.

Когда их взгляды встретились, Моргана вновь заметила недобрый блеск в глубине его темных глаз — и это при совершенно благожелательном выражении лица! Ее подозрения усилились. Девушка гордо вздернула подбородок, словно бросая Бриану вызов, и Бриан ее вызов, судя по всему, распознал и принял — об этом говорила легкая, еле приметная усмешка, тронувшая его губы.

— Мой слуга Мерлин проводит вас в ваши покои. Эти три дня он в полном вашем распоряжении, — почтительно сказал принцу Артур, а затем шепотом добавил Мерлину на ухо: — Подведешь меня — три шкуры спущу.

— Благодарю, ваше высочество, но у меня есть свой слуга, — ответил Бриан.

Мерлин напрягся и незаметно обменялся короткими тревожными взглядами с Морганой.

— Прошу вас, не отказывайтесь, — настаивал Артур. — Считайте это жестом нашего гостеприимства.

— Конечно, — приторно улыбнулся принц Мерсии. — Я ценю ваше гостеприимство, милорд.

Мерлин проводил венценосного гостя во дворец и помог ему устроиться в покоях. Разбирая вещи принца, он наткнулся на завернутый в алую ткань меч. Не успел Мерлин взять его в руки, как Бриан ястребом налетел на него и отобрал клинок.

— Осторожнее с этим, он остро заточен, — Бриан бережно положил меч на стол.

— Я не собирался его разворачивать, сир, я только… — начал оправдываться Мерлин.

— Спасибо, Мерлин, ты свободен.

— Не угодно ли вам…

— Я позову, если ты мне понадобишься. Ступай, — сухо проговорил Бриан, стягивая с рук кожаные перчатки.

— Сир.

Мерлин, поклонившись, спешно покинул гостевые покои и почти бегом направился сообщить Моргане о том, что ее опасения насчет меча небезосновательны. По пути он наткнулся на Гаюса и был встречен взглядом, полным недоумения.

— Куда ты так спешишь, Мерлин?

Мерлин открыл рот, издав неуверенный, протяжный звук, да так и застыл. План действий в голове юного мага еще не утвердился окончательно, значит, посвящать в него Гаюса было преждевременно. Кроме того, ему пришлось бы разъяснять лекарю, когда и как его отношения с леди Морганой достигли такого уровня доверия, который позволяет перешептываться по дворцовым углам и подозревать принцев крови в преступных заговорах. А времени для объяснений было не то чтобы много.

— Мерлин?

— Гаюс, мне нужно, чтобы перед пиром ты был в своих покоях и ждал меня! — на одном дыхании выпалил Мерлин.

— Не понял?.. Мерлин, ты можешь внятно сказать, что происходит?

— Могу, но не сейчас. Артур завалил меня работой: мало того, что я должен прислуживать ему, так он навязал мне еще одного такого же. Главное, будь у себя, мне скоро понадобится твоя помощь.

— Хорошо, я постараюсь выполнить твою просьбу, — растерянно пожал плечами Гаюс.

До пира оставалась пара часов. Гвен «колдовала» над локонами госпожи, Моргана сидела вполоборота к зеркалу и зорко следила в него за дверью, которую нарочно оставила приоткрытой, убрав загораживающую обзор ширму. Когда она увидела через тонкую дверную щель пламенно жестикулирующего Мерлина, то с улыбкой обратилась к Гвиневре:

— Гвен, кажется, я потеряла свой браслет с рубинами, который хотела надеть на пир. Не могу вспомнить, где могла его оставить. Может быть, во время обеда обронила?

— Это вряд ли, миледи, — улыбнулась служанка.

— Тебя не затруднит это проверить? Пожалуйста, Гвен! — Моргана сделала умоляющие глаза.

— Но я еще не закончила вашу прическу.

— Не страшно, я подожду. Там скоро такая суматоха начнется, что будет не до браслетов.

— Хорошо, я быстро, — улыбнулась Гвен и торопливыми шагами направилась в коридор.

Мерлин отпрянул от двери и укрылся за гобеленом возле лестничной площадки. Дождавшись, пока Гвен скроется внизу, он беспрепятственно вошел в покои Морганы. С порога она встретила его вопросом:

— Ну, Мерлин, ты узнал что-нибудь?

С левой стороны волосы Морганы были аккуратно заплетены и убраны наверх, с правой — струились по плечу и груди. Она смотрела на Мерлина широко распахнутыми глазами, с нетерпением ожидая новостей.

— Вы были правы, этот меч существует, и с ним что-то нечисто, — затараторил Мерлин. — Принц Бриан занервничал, когда я попытался взять его в руки. Если вы правы, и меч действительно предназначается Артуру…

— Этот Бриан мне сразу не понравился, — заметила Моргана.

— Мы не должны допустить, чтобы подарок попал Артуру в руки. Перед пиром я заменю церемониальный меч на похожий из оружейной так, чтобы Бриан или кто-то из его свиты ничего не заметил.

— Но подмену заметят позже.

— Это неважно, нам необходимо выиграть время. Я отнесу меч Гаюсу. Если клинок отравлен, он сумеет это определить.

— И вы обвините монаршую особу в попытке отравления? Да это же повод для… войны, — с ужасом догадалась Моргана. — А что если это и есть его цель? Что если он не забыл оскорбления, которое нанесли его отцу в Камелоте? А может быть, Бриан вообще ни при чем? Мы не можем знать наверняка.

— Об этом я не подумал, — озадаченно почесал в затылке Мерлин, нервно расхаживая взад и вперед. — У нас мало времени. Что бы ни собирался сделать злоумышленник, кем бы он ни был, ему нельзя позволить навредить Артуру.

— Да, я согласна с тобой, — увлеченно закивала Моргана.

— Сейчас я пойду за мечом, потом — к покоям Бриана. Дождусь подходящего момента и подменю клинки.

— А что делать мне?

— Будьте… спокойны, — неуверенно выдавил из себя Мерлин. Увидев вопросительный взгляд Морганы, он добавил: — На пиру не подавайте виду, что взволнованы. Дождитесь меня. Я приду в зал перед самым началом, и так вы будете знать, что все идет как задумано.

— Хорошо, — сдержанно улыбнулась Моргана.

Уходя, Мерлин обернулся и с улыбкой произнес:

— Спасибо, что рассказали о своем сне. Никто ни о чем и не догадывался бы, если бы не вы, Моргана.

— Хоть какая-то польза от меня, — ответила она, вздохнув.

Покинув покои Морганы, Мерлин спустился в оружейную и выбрал подходящий меч, по весу не отличающийся от подлинного. Чародей довольно хмыкнул и завернул клинок в кусок холщовой ткани, а затем направился к покоям принца Бриана, предусмотрительно держа сверток за спиной.

Принца не было у себя. Мерлин выждал пару минут и, убедившись, что Бриана нет поблизости, прошмыгнул в его покои. Меч так и лежал на столе, нетронутый. Мерлин аккуратно развернул его и осмотрел — такой красавец явно был выкован в королевской кузнице. Прочная, легкая сталь, лезвие тонкое, как волос, рукоять изящно отделана и прекрасно ложится в руку. Только Мерлин хотел достать второй меч, как сзади его крепко ударили по затылку чем-то тяжелым, и все вокруг провалилось во тьму.

* * *

Придворная знать собралась в пышно украшенном зале с накрытыми от края до края столами. Лорды и леди стояли небольшими компаниями, переговаривались, негромко смеялись и ожидали появления короля и гостей из Мерсии.

— Я когда-нибудь прибью его, — пыхтел Артур, сражаясь с внезапно расстегнувшейся застежкой плаща. — Мерлин всегда исчезает в самые ответственные моменты!

— Давай я помогу, — подошла к нему Моргана.

Артур с удивлением заметил, как напряжено ее лицо.

— Моргана, ты будто не на пир пришла, а на похороны. Ты ни разу не улыбнулась и постоянно оглядываешься на двери. Боже мой, да у тебя руки дрожат!

— Правда? Буду знать, — монотонно проговорила Моргана все с тем же сумрачным выражением лица и оправила брату плащ.

— Я понял, — продолжал подтрунивать над ней Артур, — ты влюбилась в принца! Только влюбленные девушки бывают такими бледными и нервными.

— В принца? Нет, Артур, мужчины из вашей породы — последние мужчины, в которых следует влюбляться.

— Спасибо на добром слове, сестренка, — поморщился юный Пендрагон.

— Послушай, Артур, не доверяй ему, — переменившись в голосе, сказала Моргана и убедительно посмотрела ему в глаза.

— Что?.. Почему я не должен ему доверять?

— Не знаю, женское чутье. Вдруг он еще не забыл, как мы опозорили Баярда?

— Моргана, забудь про женское чутье в том, что касается государственных дел. И вообще… — Артур не закончил фразу и вытянулся в струнку: — Отец идет!

Торжественно прозвучали трубы. Утер вошел в зал и чинно прошествовал мимо расступившейся знати во главу стола. Следом вошли принц Бриан и лорды Мерсии — все в синих мантиях. Принц выступил вперед, чтобы произнести речь.

Моргана в отчаянии искала глазами Мерлина по всему залу и не находила. Бриан тем временем почтительно вещал:

— Я высоко ценю оказанное в Камелоте мне и подданным моего короля гостеприимство. Надеюсь, что наш визит и последующие дипломатические переговоры принесут процветание обоим нашим королевствам. Позвольте в знак уважения и из самых добрых дружеских побуждений преподнести скромный дар его высочеству принцу Артуру. Меч, выкованный в лучшей кузнице Мерсии, такого клинка вы не найдете больше ни в одном из Пяти королевств!

У Морганы помутилось в голове и слегка поплыло перед глазами, когда она увидела, как слуга Бриана подносит ему на бархатной подушечке меч, как тот берет его в руки и протягивает Артуру, а Артур с довольной улыбкой принимает подарок под одобрительные возгласы Утера и двора. Все как во сне, все в точности как во сне!

— Артур, стой! — хрипло выкрикнула она. — Не бери этот меч!

Артур дернул рукой от неожиданности, и на среднем его пальце проступила капля крови.

— Моргана, в чем дело? — возмутился он.

— Моргана? — сурово посмотрел на нее Утер.

— Что-то не так, миледи? — осведомился Бриан. Из всех троих он выглядел наименее удивленным.

— Я… я… — Моргана в смятении хлопала ресницами. — Я побоялась, что меч…

— Прошу вас, продолжайте, — настаивал принц Мерсии, когда она умолкла.

— Я побоялась, что на лезвие нанесен яд, — словно в тумане, пробормотала девушка.

— Что это за глупая выходка? — яростно процедил сквозь зубы Утер, а затем бросил тревожный взгляд на Артура.

Артур стоял перед ними живой, здоровый и очень сердитый, а Бриан оскорбленно вздернул острый подбородок.

— Если бы эти слова прозвучали из уст рыцаря, — глухо сказал он, — я бы уже вызвал его на поединок, но я снисходителен к женским слабостям. Может быть, вы расскажете, леди Моргана, на основании чего пришли к такому интересному выводу?

Напуганная, сбитая с толку Моргана едва не плакала, но держалась с достоинством и смело отвечала принцу:

— Один слуга видел, как в ваши покои кто-то пробрался…

— А-а, так вот в чем дело! — перебил ее Артур, и глаза его засверкали гневом. — Один слуга! Это случайно не тот, который вечно пропадает неизвестно где и без конца несет чушь?

— Ваше высочество, простите мою воспитанницу, — сгорая со стыда, вмешался Утер. — Она страдает нервным расстройством, бедняжка просто утомилась. Надеюсь, этот неприятный инцидент исчерпан.

— Конечно, — благосклонно кивнул Бриан. — Я не держу на вашу подопечную ни малейшей обиды, милорд.

Король заботливо обратился к дочери:

— Моргана, тебе лучше выйти на воздух.

Моргана, все еще не вполне доверяя собственным глазам, смотрела на Артура. Не было сомнений в том, что никакого отравления не произошло, по крайней мере, мгновенного. Но где же Мерлин?

— Моргана, идем со мной, — подошел к ней Гаюс и повел из зала.

— Гаюс, ты видел Мерлина? — с тревогой спросила Моргана по пути.

— Мерлина? — удивился лекарь. — Нет, не видел. Странно, он собирался поговорить со мной о чем-то перед пиром.

— Пожалуйста, проследи за Артуром! Я опять видела сон. И самое ужасное, что он сбылся, но пока не полностью.

— Идем, Моргана, идем в мои покои, тебе нужно отдохнуть и прийти в себя.

— Да почему же вы все мне не верите?

— Моргана, ты преувеличиваешь значение снов. Мы уже говорили с тобой об этом, помнишь?

— Говорили, — устало вздохнула Моргана. — Что, пропишешь мне новую микстуру?

— Посмотрим, — по-отечески обнял ее за плечи Гаюс и отвел в свои покои.

* * *

Мерлин пришел в себя, когда во дворце стихли последние отголоски веселья. Его бросили в какой-то пыльный чулан, не потрудившись запереть дверь, но это уже, в сущности, было не важно. Мерлин вскочил как ошпаренный с одной-единственной мыслью: Артур! Он не успел ничего сделать, не успел предотвратить беду! Со всех ног Мерлин кинулся в покои принца и был встречен самым «теплым» образом.

— Мерлин, какого черта?! — заорал Артур, едва увидев своего слугу в дверях. — Где тебя носило? Почему ты не явился на пир? Кто должен выполнять твою работу, скажи мне, кто?!

— Рад, что вы в порядке, милорд, — с облегчением улыбнулся Мерлин.

— Я в порядке! Да, я в порядке, несмотря на то, что меня все сегодня хотят довести. Моргана устроила истерику…

Вдруг Артур замолчал и слегка покачнулся, словно пьяный. Мерлин испуганно вытаращил глаза.

— Артур?..

— Сп-покойно, я в порядке, — принц выставил вперед правую руку. — Кажется, я…

Его зрачки закатились под веки, тело обмякло, и Артур растянулся на полу.