Учитель и ученик (джен)

Тишину древних казематов прорезал едва слышимый скрип лифта. Когда дверь кабины медленно открылась, Оби-Ван подтолкнул вперёд стоявшего перед ним Мейса Винду. Лица обоих были суровы и решительны, хотя и по-разным причинам — Кеноби тщился спасти своего плененного ученика, а темнокожий магистр был обескуражен тем, что оказался в роли заложника. Они ступили внутрь длинного коридора, погруженного в полумрак. Свет тусклых ламп выхватывал лишь отдельные детали интерьера, подчеркивая торжественность момента.

Темнота постепенно сменялась тусклым светом, исходящим от редких ламп вдоль стен. Никаких охранников не было, поскольку эти казематы считались неприступными и по-этому им никто не помешал. Наконец джедаи достигли камеры, где содержался арестованный Скайуокер.

За одной из дверей из прозрачного транспаристила находилась камера Энакина Скайуокера. Сердце Оби-Вана сжалось от волнения, когда он увидел своего бывшего ученика сидящим на нарах, склонив голову и закрыв глаза. Лицо Энакина было бледным, покрытым мелкими каплями пота, и выражало усталость.

Однако почувствовав их присутствие в Силе, Энакин быстро поднялся навстречу вошедшим мастерам, чувствуя смесь волнения и недоверия одновременно.

— Учитель... — его голос был тихим, полузадушенным страхом и отчаяньем.

При звуке голоса ученика сердце Оби-Вана дрогнуло, чувства вскипели болью и сожалением, которое невозможно было выразить словами. Он знал, сколько унижений пришлось пережить этому человеку, которого некогда сами джедаи звали Избранным.

— Ну как ты, друг мой? — произнес Оби-Ван, подойдя ближе. Его голос звучал спокойно, но внутри он ощущал колоссальное напряжение.— Освободите его, — приказал Кеноби, обращаясь к бывшему коллеге.

Глаза Винду сверкнули, но ситуация заставляла его подчиниться и превозмогла внутренний протест. Магистр набрал код на панели, который разом лишил камеру защитного поля. Защёлкали замки, дверь плавно открылась наружу, издав слабый скрип. Это движение произвело неожиданный эффект на всех присутствующих — особенно на самого пленённого рыцаря-джедая.

Когда дверь распахнулась, Энакин стремительно бросился навстречу своему бывшему учителю. Мужчины обнялись крепким объятием, смешанным с радостью и облегчением. Этот момент единения оказался важнее всего, несмотря на преграды и трудности, стоящие впереди.

— Учитель, я и не думал... — начал было Энакин, но тут же замялся. Он не хотел признаваться в том, что думал что у Оби-Вана ничего не получится.

Наступила напряженная пауза. Возмущенный Винду уставился на обоих взглядом, полным негодования и разочарования. Как бы он хотел зашвырнуть обратно в камеру и Скайуокера, и Кеноби. Но опасения за свою жизнь никуда не делись. И он понимал, что Оби-Ван не станет убивать его без необходимости.

Отстранившись от объятий, Оби-Ван кивнул ученику.

— Я и сам не думал, но теперь я понял все. А вы, магистр, — кивнул он в сторону стоящего рядом Винду — Займите место Энакина в камере. И поживее!

— Пусть будет так, — процедил сквозь зубы тот.

Глубоко вздохнув, Винду переступил порог камеры. Автоматическая дверь немедленно закрылась за его спиной.

Теперь наступила очередь настоящего риска.

— Учитель, мне прямо не верится, что вы меня выручили, — продолжал говорить Энакин. — У вас есть какой-нибудь план?

Оби-Ван потрепал ученика по-плечу. Он и сам не верил в то, что произошло. Кеноби словно очнулся от долгого морока, который застилал его разум долгие годы.

— Ну конечно есть! А сейчас мы покинем это унылое место вместе...

За его спиной раздался недобрый смех. Оказавшись в камере, Винду почувствовал себя уверенней. Хоть он и поменялся местами со Скайуокером, но темнокожий магистр знал что это краткосрочное заключение.

— Оби-Ван, — начал он — Следовало бы догадаться, что ядовитые семена Дуку и Квай-Гона дали свои ростки. Вы всегда казались исполнительным тихоней и сумели провести Совет. Теперь я признаю этот досадный промах. Но будьте уверенны что вы и ваш ученик отныне являетесь самыми разыскиваемыми преступниками в цивилизованной галактике. Вы переступили дорогу не мне, а огромной организации, чьи возможности даже при всем вашем уме вы никогда не сможете постичь!..

Но Оби-Ван лишь холодно улыбнулся на эту неприкрытую угрозу.

— О, магистр Винду, я уверен что мы с моим учеником сумеем избегнуть участи, к которой вы, без всякого сомнения, нас приговорили. Наверное будет нелегко, но за моими плечами хорошая школа. Я умею выживать, и выживу, даю вам слово.

Винду усмехнулся. Сейчас он стал похож на загнанного вонскра, возможно он и сам понимал, что выглядит не слишком презентабельно. Тем не менее он ответил.

— Я лично возглавлю охоту на вас, бывший мастер Кеноби, будьте уверены. А ты — обратился он к стоявшему рядом с учителем Энакину — Познаешь на себе всю убийственную мощь стиля Ваапад!..

Кулаки Энакина сжались от негодования, но Оби-Ван вернул его в чувство возгласом.

— Он просто дерзит и затягивает время. Идём, нам нужно успеть покинуть эту юдоль скорби.

Униженный Мейс Винду мрачно смотрел на стремительно удаляющихся Кеноби и Скайуокера. Он дал себе клятву что будет преследовать их всю свою жизнь... И отомстит!