Война (джен)

Влетевшая в Большой зал сова выглядела так, словно несла в лапах мешок с гноем бубонтюбера — зловеще и в то же время невероятно испуганно. Она описала круг под потолком, швырнула маленький свёрток на преподавательский стол (ничуть не заботясь о том, что тот может угодить в супницу) и тут же стремительно унеслась прочь. Свёрток прокатился по столешнице, ткнулся оранжевым боком в кофейную чашку Снейпа и заискрился тремя золотистыми дубль-вэ. Проигнорировав любопытный взгляд Минервы, Северус тут же сунул свёрток в карман мантии и с деланым равнодушием вернулся к своему рагу.

Мысль о том, что спустя почти две недели Уизли всё же прислал ему ответ, взбудоражила его воображение. Интересно, справился ли мальчишка с его задачкой или по-прежнему передвигается по магазину короткими перебежками, то и дело прячась в темноте? Снейп несколько раз порывался спросить об этом Поттера: сначала когда пришёл забирать своё вознаграждение, потом когда случайно столкнулся с ним в Министерстве, но так и не спросил. И вот теперь возможность удовлетворить собственное любопытство в буквальном смысле лежала у него в кармане.

С трудом дождавшись окончания обеда, он быстро спустился в свои подземелья и, распечатав маленькую ярко-красную коробку, с неподдельным интересом вытащил из неё записку.

«Тому, кто любит одерживать победы, присваивая себе чужие заслуги, всегда стоит помнить о тяжести последствий», — было написано на листе бумаги.

Что ж, подумал Северус, в чём-то Уизли, конечно, был прав. Создав свой тенеприклеиватель, Северус не придумал ничего нового, а просто воспользовался идеей, лежавшей в основе Привидениума. И всё же, несмотря на кажущуюся вторичность, ему нравилась элегантность придуманного им решения. Он щёлкнул Уизли по носу, воспользовавшись его же собственным оружием! Что это, как не двойная победа?! И теперь, получив послание от Джорджа, он точно знал, что изящная насмешка, заложенная им в ответный ход, не осталась его противником незамеченной.

И всё же сейчас, держа в руках послание Уизли, он ощущал скорее лёгкое недоумение, чем триумф, ведь кроме самой записки в коробке ничего не было. Стараясь не упустить нечто важное, Снейп очень тщательно осмотрел ярко-красную коробку с обеих сторон, а затем сосредоточился на записке: ощупал плотный желтоватый лист пергамента и даже изучил его на свет, но ничего опасного или заслуживающего внимания так и не нашёл. Прочитав записку дважды и не отыскав и в ней никакого подвоха, Северус в раздражении бросил её в ящик стола и, мысленно пообещав себе всё время оставаться начеку, отправился вести очередной урок.

То, что подвох всё-таки есть, он понял спустя полчаса, когда во время урока у пятого курса Рейвенкло-Хаффлпафф что-то больно ударило его в районе бедра. Продолжая рассказывать о свойствах чешуйчатых пиявок, он машинально сунул руку в карман и обнаружил там довольно увесистый плюй-камень. Странно, но никакого плюй-камня там прежде не было. В первое мгновение, увлечённый рассказом о пиявках, он не связал появление плюй-камня ни с Уизли, ни с полученной запиской, ни с мыслью о том, что в ближайшее время ему стоило оставаться начеку. Однако когда в течение следующей минуты в его кармане, словно следуя друг за другом, оказались резинка для волос, очки, шоколадная лягушка и чья-то губная помада, он наконец сумел выстроить в голове причинно-следственную связь.

«Тому, кто любит одерживать победу, присваивая себе чужие заслуги, всегда стоит помнить о тяжести последствий»

Что ж, теперь тяжесть в его кармане сделалась весьма ощутимой. Следом за помадой туда пожаловали чьи-то перо и чернильница, затем прилетели огромная связка ключей, фиал с зельем и, что самое неприятное, чужая волшебная палочка. Северус вернулся к учительскому столу и сел, опасаясь, что постепенно распухающий карман мантии начнёт привлекать к себе ненужное внимание, однако и это не слишком-то ему помогло. Вещи всё прибывали и прибывали, и Снейпу пришлось начать выкладывать их на стол, потому что, переполнив его карман, они теперь то и дело норовили вывалиться на пол.

Спустя какое-то время, обнаружив в своём кармане маленький медный телескоп и целый ворох шпаргалок по астрономии, а затем и колбу с наперстянкой, которую сидевший напротив него Перкинс только что машинально сунул в собственный карман, Снейп наконец сложил два и два. Он выставил всех учеников за дверь, запер заклинанием класс и, торопливо стянув с себя мантию, бросил её на пол. Из кармана мантии вывалились медные весы и с грохотом покатились по каменному полу.

Итак, всё, что ученики и учителя Хогвартса кладут к себе в карманы — вывел Снейп — тут же оказывается в кармане его мантии. Он безошибочно опознал среди разложенных на столе вещей принадлежавшие директору Хогвартса очки и карманные часы Флитвика, а также связку ключей Филча и тяжело вздохнул. Если на лакричные палочки и карточки от шоколадных лягушек ему в общем-то было наплевать, то отмахнуться от вещей преподавателей или чьей-то волшебной палочки он уже так запросто, конечно же, не мог.

Северус смотрел на всё увеличивающуюся груду вещей на полу и испытывал некоторую растерянность. Вся эта нелепая ситуация наверняка позабавила бы МакГонагалл, если бы она узнала о случившемся, но самому Снейпу происходящее совершенно не доставляло удовольствия. Стоит кому-то в замке прознать, куда именно отправляются все вещи, исчезая из их карманов, и новость разнесётся по Хогвартсу быстрее пожара.

Северус Снейп — клептоман! Просто чудесно!

Наверняка в колдовстве Уизли не было ничего, с чем сам Снейп не смог бы справиться, просто надо было немного подумать. Северус вновь достал из ящика стола коробку и записку и ещё раз очень внимательно всё осмотрел. Наверняка это всего лишь обычные связующие чары, только весьма умело модифицированные.

«А Уизли не дурак», — вынужденно признал Северус, вертя в руках ярко-красную коробку, украшенную тремя золотыми дубль-вэ. Он очень точно рассчитал, что, получив посылку за обедом, Снейп непременно засунет её в карман. Не дай Мерлин, кто-нибудь узнает, что он интересуется волшебными вредилками Уизли! И именно так Снейп и поступил, по собственной неосторожности привязав свой карман к связующим чарам Уизли. А вот как именно Уизли умудрился вплести в эту цепочку карманы других учеников Хогвартса, Снейп пока не понимал. Впрочем, в том, что связующим звеном послужили волшебные вредилки, не раз и не два побывавшие в карманах всех учеников и учителей этой школы, он ни капли не сомневался.

Так и не найдя ответов, как разорвать эту связь, Снейп запер мантию в кабинете и, переодевшись в старую рабочую, отправился возвращать МакГонагалл её очки. Директору он соврал, что та забыла очки за обедом, а Флитвику — что часы он оставил у Снейпа в кабинете, когда накануне вечером они играли в шахматы. Однако спустя несколько часов, когда очки директора в третий раз за день вновь оказались у него в кармане, ему всё же пришлось рассказать МакГонагалл правду.

Надо отдать ей должное, она над ним не смеялась, ну почти. И нашла достаточно элегантный способ спасти его репутацию. Мантию отнесли в кабинет Филча и сложили в коробку, а ученикам сообщили, что по школе проводится рейд по изъятию запрещённых предметов, и все исчезнувшие из карманов вещи, за исключением запрещённых, разумеется, позднее можно будет беспрепятственно забрать у завхоза. Школа бурлила от негодования, и, разобравшись, что к чему, ученики довольно быстро избавились от пагубной привычки всё подряд засовывать в карманы. К шести вечера непрерывный поток предметов, изрыгаемых мантией Снейпа, наконец иссяк. И впоследствии она лишь изредка, словно икая, выплёвывала то навозную бомбу, то вонючие бобы, отправляемые учениками через свои карманы исключительно с единственной целью — насолить Филчу.

От былой апатии у Снейпа не осталось и следа. Два дня он потратил на то, чтобы понять, как именно работает связующая магия Уизли. А в пятницу Снейп выпросил у директора выходной, естественно, не собираясь ей объяснять, что в его планы входит намерение поквитаться. Однако, поймав её внимательный взгляд, он отчего-то вдруг отчётливо понял, что она сама прекрасно об этом знает.