Кукловод (джен)

Так всегда мой мозг работает — цепляется за крошечную деталь, самый тонкий лучик надежды, и раздувает его в историю, где хорошие люди спасены, плохие — наказаны, и где всегда счастливый конец. Вот и сейчас, едва я осознала, что могу попасть в Нирн прямиком с Земли, в голове уже представляла, как надираю рога злюке Мерунесу и героически вырываю доброго друга Шео из когтистых лапок смерти. Но телепортация была лишь первой ступенькой на огромной-преогромной лестнице, верха которой даже не было видно сквозь туман и пепел.

Вся решимость и ясность действий мигом испарились, стоило ногам коснуться промёрзлой скайримской земли. Раненую и дезориентированную, меня выбросило на кладбище. Хороший у Матери Ночи юмор! Зубастые надгробия, одни завитые плющом и битые многие годы колючими ветрами, другие настолько свежие, что их венчали букеты цветов, они выстроились вокруг меня изогнутыми рядами, словно круги на воде, потревоженной мной-камнем; будто прутья клетки, через которые не пробиться мне-птице. А я и вправду не могла покинуть это пробирающее до дрожи место, ведь ноги в который раз отказывались держать. Я устало смотрела на молчаливых каменных стражей, и не осознавая, что от усталости привалилась спиной к одному из них. Лук давно выпал из ослабевшей руки, и теперь терялся своим изумрудным кружевом на такой же изумрудной траве. Подойди ко мне кто — с лёгкостью мог бы добить, ведь сейчас даже достать пистолет из-за пояса я была не в силах. Так и скользила расфокусированным взглядом, не отличая толком широкие стволы деревьев от каменных домов, спрятавшихся в отдалении. Ночь... Как и там, откуда я прилетела, в провинции наступала ночь. Всё сильнее покалывало холодом руки, затянутые в потёртый домашний свитер. От сонливости, или от кровопотери, веки наливались свинцом. Но я ещё успела заметить, как из глубины мрака ко мне направляется высокая фигура. Некто, завёрнутый в халат — или нечто, похожее на халат — склонился надо мной, поцокал языком, и с каким-то весёлым злорадством произнёс:

— Надо же, кое-кто решил отдать долги!

Ещё по инерции скользя по собственным мыслям, я не уловила сути фразы. Но когда меня подняли на руки и куда-то понесли, тревожная сирена в голове завыла на полную катушку.

Куда?!

Меня хотят убить!

Я не имею права сейчас умирать, у меня сюжетный квест!

Где кнопка "Загрузить", когда она так нужна?!

Я напрягла мышцы, готовясь одним рывком вырваться из рук захватчика, однако на деле лишь слабо брыкнулась и была ещё плотнее схвачена. К тому же, живот просто заискрился болью, так что драгоценные секунды ушли на то, чтобы восстановить дыхание и придушить рвущиеся наружу слёзы. Что сейчас явно было лишним, так это истерика, вызванная к тому же не стрессом или сильными переживаниями, а банальной реакцией организма на боль, мешающая думать и размывающая и без того подпорченное зрение.

Пока я тупила, меня занесли внутрь какого-то здания. Мягкий свет свечей после тёмной улицы ослеплял и неприятно давил на глаза, так что об анализе обстановки не шло и речи — лишь бы не в подвал с клетками и пыточными инструментами... Но похититель ступал ровно и не собирался спускаться ни по каким лестницам. День и ночь за секунду менялись местами, словно кто-то раскрутил мир, как гигантский чёрно-белый волчок; сквозь мельтешение я почувствовала, как меня укладывают на мягкую поверхность. Губ моментально коснулся исцарапанный край кружки. Я хотела в очередной раз взбрыкнуть, но тело в обход нерадивой хозяйки само потянулось к живительной влаге. А дальше, после цветных пятен и едва заметного запаха дыма, какой бывает только от сосновых поленьев, я помню только собственный вой и панику от пробуждения в незнакомом, потенциально опасном месте.

* * *

Инстинкты проснулись раньше мозга — и это печально, ведь вместо спокойного анализа обстановки с закрытыми глазами я подскочила с постели и начала истерить. Другой человек, находящийся в комнате, на это лишь вздохнул и меланхолично перевернул страницу толстенной книги. Разбойник? Убийца? Спокойно ждёт, пока я выпущу пар, чтобы схватить истощённой и уже не трепыхающейся? Попытавшись броситься на похитителя, я наткнулась на невидимую стену, от которой весь пыл, действительно, мгновенно спал. В этой немой передышке утренние птицы щедро поливали улицы своей трелью. Я жадно глотала, возможно, последний в своей жизни воздух. Сильный магический барьер — явно не случайный прохожий... Хотя, какая разница, кто и как меня убьёт? Я хмуро глядела на человека с книгой, пока в полутьме не рассмотрела, что это не человек, а самый натуральный эльф, со смешными острыми ушами и пронзительным взглядом.

— Тебе нельзя резко вставать, — сказал печально знакомый мне зеленоглазый альтмер. Драконорождённый, у которого я свистнула даэдрический артефакт — вот кто по счастливой случайности забрёл накануне ночью на кладбище забытой богами деревни. Хотя... Как выяснилось, вовсе не забытой.

— Где моё оружие?

— Имеешь в виду того зелёного монстра и два изогнутых куска железа? Ты в курсе, что я тебя щелчком пальцев могу по стене размазать?

— Поэтому и спрашиваю, — хрипло ответила я, усаживаясь обратно на кровать. Мгновенная расправа откладывалась — а значит, можно перестать молиться Акатошу дрожащим внутренним голосом.

— Эм... Ну, спасибо, что...

— Что спас и не обокрал, — жёстко прервал меня Довакин.

— В общем, да. Ну, я пойду?..

И тут в памяти всплыли слова эльфа про какой-то долг. Отпустит он меня, конечно...

Эльф неспешно отлип от стены, бросил книгу на ютящийся в углу кособокий столик, и навис надо мной всей монументальностью своего альтмерского роста, отчего мои внутренние органы скрутились в маленькие узелки.

— Где Ваббаджек? — спросил мер обманчиво спокойным голосом. Как же его звали-то? Почему никто не делает татуировки с именами на лбах, это бы так облегчило общение...

— У меня его нет давно. Ты вроде сам хотел от него избавиться?

— Хотел бы — давно уже выбросил! Он нужен мне! Полтора года его ищу — ни следа!

— Его унёс с собой хозяин, почти сразу. Пылится где-нибудь в его дворце.

— Он нужен мне, — повторил альтмер, — и ты его достанешь.

— А почему я?

— Я спас тебе жизнь. И что-то подсказывает — ты не из тех, кто забывает про такие долги.

Я вздохнула. Интересно, если Шеогората уже... если я опоздала, Ваббаджек потеряет свою силу?

— Напомни своё имя?

— Ильмерил.

— Хорошо, Ильмерил. Как попасть в Обливион?

— Так просто? — мер недоверчиво усмехнулся, — Какая послушная девочка.

Ни к чему тебе знать о моей миссии.

— Считай, я прониклась командным духом.

Ильмерил задумчиво почесал подбородок.

— Есть один ритуал, — после недолгой паузы сказал он, — но без гарантии перемещения на конкретный план.

— Там сориентируюсь, — я махнула рукой. Сама ещё не знаю, куда именно мне нужно.

— Для открытия портала нужны пять мер соли пустоты, частица бессмертного существа и три чёрных камня душ, разумеется, не пустых. Остальные ингредиенты у меня есть.

Я присвистнула.

— Ни фига себе! Про соль понятно, камни можно где-нибудь найти и... наполнить, а вот где взять бессмертное существо, согласное пожертвовать кусочек себя?

— Драконы. — просто сказал эльф. Увидев мой взгляд, вздохнул и продолжил: — Сами по себе они бессмертны. Но беда в том, что я давным-давно уничтожил их всех.

— А Партурнакс?

— Клинки. От него ничего не осталось — ни чешуйки, ни когтя.

— Так подходит любая запчасть?! Ты же Довакин — поройся в своих закромах!

— Я не трогал скелеты. Для магии они бесполезны, а золота мне хватает.

— Значит, найдём скелет.

— Два года прошло! Тугоумные нордские варвары быстро поняли, что за драконьи останки можно получить большие деньги — броня из них чрезвычайно крепкая...

А даэдрическая всё равно круче.

— ...особо предприимчивые даже следили за мной, чтобы первыми добраться до скелетов убитых дова.

— И что, ни чешуйки? Сувенир на память... — жалобно спросила я. А мой первый персонаж половину игры проходил, гружёный костями по самое не могу.

— Иначе я бы не говорил об этом.

Ильмерил недовольно хмурился, а я пыталась мысленно раскрутить клубок.

— Если не взять просто так — значит, купить или украсть. Это же касается соли и камней.

— Если найдёшь продавца, я заплачу. Но кости давно разошлись по всему Тамриэлю, а остального я много лет в Скайриме не видел.

— А атронахи?

— О, ты сможешь сначала вызвать грозового атронаха, а затем убить его так, чтобы не повредить магическое ядро? — ядовито спросил Ильмерил. — Я с удовольствием на это посмотрю.

— Я хоть что-то предлагаю!

— Если бы я знал лёгкий путь раздобыть ингредиенты...

— Да-да, я помню. Значит, нужно искать за пределами Скайрима?

— Или тщательно порыться в местных закромах. Благополучные норды далеко не все свои богатства выставляют напоказ.

— А ты не обращался в Гильдию Воров?

— У нас натянутые отношения.

— Ясно.

Ничего мне было не ясно, но я благоразумно промолчала.

— Хотя бы знаешь, откуда начать поиски?

— Я слышал о группе некромантов в пещерах гор Джерол. Возможно, у них имеются несколько чёрных камней.

— Хоть что-то. И когда мы туда поедем?

— Мы? — эльф наигранно удивился. — Кажется, мы договорились, что этим занимаешься ты, Элис.

От упоминания фальшивого имени по телу почему-то побежали мурашки.

— У меня здесь свои дела. Я дам тебе золото на дорогу, с остальным, будь добра, разберись своими силами.

— Ильмерил, я почти не знаю эту страну. Меня же быстро убьют!

— Это не в твоих интересах. Найди себе спутника. Помнится, у Моря Призраков ты была не одна.

Цицерон!

Яркая искра надежды зажглась в моей голове. Если помощи ждать неоткуда, почему бы не прибегнуть к крайним мерам? Всё равно ради компонентов придётся убивать, золотом меня обеспечит эльф...

Милосердная Матушка, пиликни на пейджер Цицерону, что я хочу его увидеть. Ну пожалуйста...

— Кстати, а где мы находимся?

— Даже так? — весело удивился Ильмерил. — Мы в таверне Фолкрита.

А возле Фолкрита у нас одно интересное местечко...

Нет. Во-первых, то Убежище уничтожено пожаром, а на сожжённые, ссохшиеся трупы у меня смотреть нет никакого желания. А во-вторых, где-то за чёрными облаками, в пучине неизвестности, меня ждут. Не знаю, оптимизм это, или наивная вера в лучшее, но я чувствую, что успею. Обязана успеть.

— Хорошо, — я кивнула своим мыслям, — выдавай деньги и моё оружие, и я поеду.

Эльф секунду поколебался, пристально глядя мне в глаза, затем вынул из-под кровати мои пистолеты, лук и колчан со стрелами.

— Деньги на столе. Подожди полчаса и отправляйся. Не хочу, чтобы нас видели вместе.

Ильмерил собрался к выходу.

— Подожди! Когда я соберу компоненты, где мне тебя искать?

— Ты же была в моём доме в Солитьюде, должна была запомнить.

Заговорщицки улыбнувшись, эльф исчез.

Он знал... Я устала провела рукой по лицу, пытаясь сбросить оцепенение.

На столе, рядом с остатками заживляющего зелья, меня ждал туго набитый кожаный мешочек. Решив провести полчаса с пользой, я высыпала монеты на кровать и принялась их пересчитывать.

Тяжёлые золотые монетки со следами грубой чеканки приятно лежали в руках. Да, дома бы за одну такую полсотни дали, не меньше... Я особо не тяготилась небогатой жизнью, но ведь сколько проблем решилось бы при помощи денег!

Я одёрнула себя. Вот они, полторы тысячи блестящих септимов, рядом заряженный Зиг Зауэр, навылет пробивающий человека в железной броне... А что от них толку, если Шео всё так же далеко? Сумасшедший, зарвавшийся бог, преданный друзьями, вынужденный просить помощи у смертного червяка. Усталый человек, скрючившийся на стуле в моей кухне. Я нужна ему, но он мне нужен ещё больше. Быть. Просто быть.

Кое-как рассовав вещи по карманам, я отправилась на поиски извозчика.

Я не имею права проиграть.

* * *

Мерзкие ухабы то и дело лезли под колёса. Как я сейчас жалела, что не захватила из дома солнечные очки — от искрящегося на солнце снега глаза болели и слезились. Хорошо хоть воняющий перегаром норд слез с телеги пару часов назад — теперь можно закрыть глаза, не опасаясь, что до меня начнут домогаться.

Я была в пути второй день. Ночью мы встали лагерем на опушке леса недалеко от Вайтрана, впрочем, поспать мне так и не удалось — вначале в лесу громко выли волки, а затем пьяный нордский мужик начал громко храпеть, видимо, распугав всю живность в округе. Две редгардки, ехавшие с нами, недовольно на него косились, но, конечно, не решалась ничего сделать; извозчику, кажется, вообще не было дела до пассажиров, пока те ему платили. И это было замечательно, ведь мой вид мог вызвать у него кучу вопросов. В Фолкрите я купила плащ и дорожную сумку, чтобы не светить немаленьких размеров мешком с монетами, но лук приходилось таскать в руке. Пистолеты я по привычке заткнула за ремень, а колчан пришлось пристроить на спину под плащ. В таком прикиде я чувствовала себя героем боевика, причём не тем, кто в итоге всех спасает, а "парнем, который умрёт первым". На подъезде к Хьялмарку мороз начал ощутимо кусать сквозь одежду, но, к сожалению, по пути не было бутиков с тёплыми меховыми накидками. Так что я согревалась мыслями о том, что скоро буду греться у очага Убежища, по которому незаметно успела соскучиться. А пока что прикрыла глаза и попыталась вспомнить свойства соли пустоты как алхимического ингредиента.

Мы достигли Данстара уже под вечер, когда усталое солнце ныряло за невысокий горный хребет. Редгардки молча направились в сторону таверны, я же прошла через город, пытаясь не обращать внимания на пытливые взгляды местных. Стрелу, что ли, на тетиву положить для солидности? Не поймут же — норды такие вспыльчивые ребята.

Наконец, впереди показался берег моря. Холодная вода всё так же неспешно накатывала на песок, забирая с собой редкие хлопья снега. Зажигающиеся звёзды мерцали тусклыми огнями на ряби воды. Дверь была спрятана в тени скалы, окружённая смертоносными цветами паслёна. Отпечаток ладони на черепе тускло светился в полумраке. Я подошла ближе и положила руку на холодный камень. Автоответчик почему-то молчал.

— Невинность, брат мой! — мне надоело ждать. Дверь по-прежнему безмолвствовала, и не думая открываться.

— Раз, два, три, четыре! Сорок два! Админ-админ! Эй, где у вас дверной звонок?

— Слышащая! — послышался радостный голос за спиной, и меня внезапно подхватили на руки.