Легенда о Синархе (гет)

Кона и Мирай двигались по дому бесшумно, как тени. План был прост: устранять врагов поодиночке, не поднимая тревоги. Они обменивались лишь взглядами и едва уловимыми жестами, указывая направление.

Внутри царила гнетущая, подозрительная тишина, нарушаемая лишь доносящимся сквозь стены шипением, хриплым дыханием и случайными глухими стуками. Кона убрала револьверы и достала из-под плаща острый тесак. Мирай тоже перешла на тихое снаряжение, взяв в свободную руку кинжал.

Мариуса нигде не было видно, хотя она внимательно вглядывалась в каждый угол. Внезапно из-за поворота показалась одна из монахинь. Охотница среагировала мгновенно — кинжал вошёл в сердце твари беззвучно. Они аккуратно опустили тело на пол, стараясь не издать ни звука.

— Разделимся, — прошептала Кона. — Я пройду первый этаж, ты — второй. Если что — не геройствуй, уходи.

Она кивнула и бесшумно растворилась в темноте лестницы.

Кона ушла вглубь здания, в залитые тусклым светом залы. Большие группы вампиров, она старалась обходить, ловко пользуясь тенями и укрытиями, а одиночек устраняла быстрыми, точными ударами тесака.

Девушка спряталась в комнату поменьше. Это было нечто среднее между читальней и молельной. Повсюду стояли статуэтки с чётками, висели иконы, написанные маслом, а вдоль стен тянулись тяжёлые дубовые столы.

Двигалась она бесшумно, но не заметила, как сзади к ней подкралась монахиня. Холодные пальцы потянулись к её шее, но реакция Коны оказалась быстрее — она рванулась в сторону, вывернула руку нападавшей, с силой вдавила её в стену, а затем вогнала тесак прямо в сердце.

Отдышавшись, она позволила себе на мгновение отпустить напряжение. Мысли вновь вернулись к Мариусу. Даже после его поступка, она не могла скрыть волнения, чувства к нему все равно остались. Его не было видно слишком долго. Без связи, без намёка на его присутствие, дурные предположения лезли в голову.

Но размышления пришлось отложить.

Из коридора в комнату ворвались три вампира, их привлекли звуки борьбы. Первую тварь, девушка отбросила мощным ударом ноги, второй врезала локтем в лицо. Третья протянула когтистые руки, но она ловким взмахом отсекла ей голову. Тело рухнуло, забрызгав пол кровью.

Из другого входа появились ещё двое. Они окружили Кону, глядя своими голодными глазами. Одну она убила, вогнав лезвие под рёбра. Осталось трое, девушка старалась держать их на дистанции, рассчитывая каждое движение. Они начали обходить её с флангов. Кона запрыгнула на возвышение и ударом подошвы выбила челюсть вампиру, та отлетела и грохнулась на пол. Оставшиеся две стали проворнее, уворачиваясь от ударов.

Вампир что лежал на полу, внезапно схватил Кону за ногу и дёрнул вниз. Она с глухим стуком упала, и на неё тут же набросились остальные. Одну тварь она с усилием отшвырнула локтем в шкаф, вторая же впилась сверху, придавив её всем весом. Тесак выскользнул из рук.

Не видя другого выхода, Кона собрала остатки сил, оттолкнула тварь и, выхватив револьвер, выстрелила сначала в одну, затем — в другую. Два залпа прозвучали оглушительно в тишине.

Она уперлась о стол, пытаясь отдышаться, и почти забыла о последнем вампире, что лежал с разбитой челюстью. Тварь бесшумно поднялась и уже готовилась вонзить клыки в её шею.

Кона резко повернулась, чтоб закончить дело, но острый клинок пронзил сердце врага сзади, и тварь рухнула замертво.

Перед ней снимая маску, возник Мариус.

— А ты шумная, — он смотрел на неё.

— Ты где так долго пропадал? — спросила она, всё ещё пытаясь отдышаться.

— Так же, как и ты — упокоил бедных монашек, — он окинул взглядом разбросанные тела. — Ну ты и устроила тут техасскую резню.

Заметив, как она тяжело опирается на стол, он подошёл ближе и положил руку ей на плечо.

— С тобой всё в порядке?

— Просто тяжёлый день сегодня.

Он вздохнул, поднялся во весь рост и спокойно проговорил.

— Учитывая то, как ты дерешься, это не удивительно. После задания бери отдых на неделю, и не ходи больше одна, это чревато, — он тихо заглянул за дверь, высматривая опасность.

Она сидя начала перезаряжать пули в барабане револьвера. А затем внезапно проговорила:

— Мариус…

Он обратил внимание.

— Да, Кона?

— Я рада, что с тобой все в порядке.

Это были неожиданные слова для следопыта, как и для самой Коны, но она хотела их высказать.

— Волновалась? — спросил он прямо.

Она глянула на него, но ничего не ответила, затем быстро перевела разговор.

— Лучше скажи, много ты устранил вампиров?

— С десяток точно. А ты? Не считая этих, — он кивнул на тела вокруг.

— У меня почти столько же. Не знаю, как дела у Мирай.

— Ты пришла с Мирай? — удивился он.

— А ты её не видел? Мы разделились — она пошла на второй этаж.

Мариус помотал головой:

— Нигде не встречал.

Кона щелкнула барабаном на револьвере, поднялась и уверенно проговорила:

— Тогда давай вместе её поищем. Заодно добьём остаток.

* * *

Мирай двигалась бесшумно, но скрипучий деревянный пол то и дело грозил её выдать. К счастью, на втором этаже она не встретила ни одной твари. Это было странно. Шагая вдоль окон, залитых холодным лунным светом, она открывала одну за другой пустые спальни. Никого.

Устав от осторожности, она позволила себе ускорить шаг и зашла в очередную комнату, где тут же принялась её осматривать. Было достаточно темно, лишь только окна отбрасывали тени от света луны.

Из-за белых штор, сливаясь с их бледностью, потянулась когтистая рука, а за ней показалось искажённое лицо вампира. Охотница услышала движение, и тут же волшебной перчаткой отшвырнула тварь к стене, а после метким броском вонзила в её сердце кинжал.

В этот момент она услышала два приглушённых выстрела снизу.

«Кона?»

Повернувшись к выходу, Мирай едва не столкнулась с другим вампиром, что тихо притаился за дверью. Но её внимание резко переключилось на кровати в комнате — под простынями шевелились силуэты. Они будто бесшумно спали в темноте. Твари начали подниматься издавая шипящие, хриплые звуки. Их было много.

Девушка активировала перчатку, но ничего не произошло. Магия не ответила ей. И до неё дошло: за день изматывающей ходьбы, бессонных ночей и постоянного напряжения её резервы истощились. Она не рассчитала свои силы и маны не осталось.

Вампиры, кровожадные и проголодавшиеся, начали тянуться к ней.

Единственный выход — окно. Мирай, не раздумывая, вылезла наружу. А лазать она умела отлично, в детство она любила карабкаться по древним руинам Египта, под палящим солнцем. Она ловко находила опоры на каменной кладке, но когда поняла что одна из стен слишком гладкая, решила взобраться на крышу.

Забравшись наверх, Мирай потянулась к каменной статуе ангела, чтобы ухватиться и подняться выше. Но внезапно, скульптура ожила. Глаза зажглись желтым ярким светом, на морде прорезался клюв, прояснились когтистые лапы и гладкие кожаные крылья. Это была горгулья. Чудовище рыкнуло на неё и резко столкнуло вниз.

Мирай покатилась по крутой черепице, исцарапав себе всю спину, и не сумев зацепиться, сорвалась вниз со второго этажа.

Она очнулась и увидела перед собой звёздное небо и силуэты тварей в окне. Затем почувствовала пульсирующую, жгучую боль в ноге. Попытка встать заставила её вскрикнуть — нога ниже колена неестественно выгнулась. Перелом.

— Да что ж сегодня за день… — процедила она сквозь зубы, пытаясь дотронуться к больному месту.

Вампиры пытались вылезти из окон, готовясь спуститься. Но раздались громкие выстрелы, и твари притихли и обмякли. Из проёма показалась Кона, а в соседнем окне Мариус, вытирая клинок от крови.

Он нахмурился и озадачено спросил:

— Ты чего расселась?

— Попробуй сам встать со сломанной ногой, — сквозь боль ответила недовольно она.

Они быстро спустились к ней. Кона встав на колени, разрезала штанину и сняла ботинок.

— И вправду сломала, — подытожила она, глядя на опухшую кожу, а затем достала пластыри, что дала Мун Лин.

— Они переломы не лечат, — сделал замечание Мариус.

— Знаю. Но хотя бы, временно снимет боль, — ответила она, накладывая полоску. Зеленоватое свечение мягко впиталось в кожу, и напряжение на лице Мирай слегка ослабло. — Нужна шина. Придётся тащить тебя в Обитель.

— Как ты умудрилась упасть? — спросил следопыт.

— Горгулья скинула, — сквозь зубы отвечала она. — Ухватилась за статую, а она оказалась горгульей. За нами шпионили.

— Дела всё осложняются. Нужно связаться с твоим братом и доложить обстановку. Мы закончили зачистку. А тебя щас потащим домой.

Он потянулся к наушнику.