Неловкие приключения Меган Уимблсби (гет)

Примечание переводчика: в оригинале эта глава называлась «Которой автору снова лень придумывать название». Так вот, мне, в отличие от автора, не лень и я взяла на себя вольность поименовать её.

Меган дождалась момента, когда те три девчонки, хихикая, уберутся прочь, так как последнее, чего ей хотелось — это с ними здороваться. Все в Палатах смотрели на неё с неуловимым недоумением и безмолвно спрашивали — «зачем ты здесь?». Должно быть, вид эльфийских ушей в сочетании с серым платьем санитарки причинял им некоторый дискомфорт. Особенно ядреное сочетание любопытства и непонимания чувствовалось от молодёжи, и Меган не знала, что с этим делать. Одна лишь её дружба с Братством Кольца делала её кем-то вроде знаменитости, а уж отношения с Леголасом были поводом для множества сплетен и косых взглядов.

— Ах, вот ты где! — голос Иорет прервал раздумья Меган. — Я всё утро тебя тут ищу, а ты за простынями спряталась, хитрая. Иди сюда. Я полагаю, что твое время здесь подошло к концу.

— Что? — только и смогла, что глуповато выдавить Меган. — «Что это значит? Назад в прежний мир? Трах-тибидох? А ей-то откуда об этом знать? Да и Леголас сказал, что никому не позволит меня забрать...»

Иорет сделала нетерпеливый жест.

— Из Цитадели прислали за тобой сегодня на рассвете, но ты уже убежала и принялась за работу, и я не могла тебя найти. Голову ломала, где ты есть, а ты тут, среди простыней. Ну, давай, иди сюда.

— Я всё ещё не понимаю… — сказала Меган, вставая и следуя за Иорет в сторону выхода из Палат. — В каком это смысле мое время здесь подошло к концу?

— В таком смысле, что работать здесь ты больше не будешь, — пояснила Иорет. — Прибыли посольства на коронацию. Не пристало тебе тут еще судомойкой подвизаться. Раз уж ты леди, так и будь ей!

Меган оглядела своё серое платье и призадумалась о том, какая из неё, к блинской матери, леди. А потом так и сказала:

— Ой, да какая там из меня леди? Простите, Иорет, но я решительно не понимаю, к чему вы клоните. Можете простым понятным Всеобщим языком разъяснить, что происходит?

— Клянусь землёй! — со вздохом выругалась Иорет. — Ты порой бываешь глуповата! Слушай меня внимательно, дитя, я тебе не мамка и два раза объяснять не буду. Ты уже несколько часов как должна быть в Цитадели, умытая, причёсанная и красиво одетая, встречать посольство, которое приехало к твоему кавалеру сегодня утром!

— А-а! — сказала Меган, чувствуя, как беспокойство рассеивается без следа. «Выходит, он и хотел познакомить меня со своим братом, но не смог прийти сам, потому что много официальных дел?»

— Ну тогда за мной! — нетерпеливо указала жестом Иорет. — Понятия не имею, кто меня назначил твоей камеристкой, но зашнуровывать тебя в платье придётся мне. Это платье леди Эовин, постарайся уж его не порвать и не заляпать.

Примерно через полчаса Меган была упакована в бледно-зелёное платье, которое оказалось для неё слегка длинновато. Невзирая на все её протесты, Иорет причепурила её на зависть любой настоящей камеристке, и даже заплела волосы на гондорский манер.

— Я знаю, что у вас принято носить волосы распустёхой, — сказала она, закалывая заколкой последний завиток косички. — Но кто-то тебе их обкорнал по самые плечи, и такие короткие они то и дело торчат самым неприличным образом. А времени на то, чтобы вымыть тебе голову, причесать мокрые волосы и высушить, у нас уже нет. Ну вот. Теперь не опозоришь Палаты Врачевания своим видом!

— Иорет, я нервничаю, — призналась Меган. — С Леголасом легко забыть, что он принц, но теперь тут его брат. А, значит, два принца…

— А чего ты боишься? — фыркнула Иорет. — Голову они тебе, что ли, откусят? Ты очень милая девушка, когда лишнего не распускаешь язык, и я уверена, что брат твоего кавалера будет очень рад с тобой познакомиться. А теперь иди быстрее!

Она вывела Меган из комнаты, потом из ворот Палат Врачевания, и провела до самого верхнего яруса, где попрощалась с ней строгим, но очень воодушевляющим кивком. Меган разгладила подол платья, хотя никаких ненужных складок там не было, и, набрав в лёгкие побольше воздуха, вбежала в зал совета.

Сцена, которую она там увидела, была почти домашней в своей простоте. Арагорн, Гэндальф, Фарамир, Эомер, Гимли, Леголас и несколько незнакомых эльфов сидели за длинным чёрным столом и были погружены в какую-то важную дискуссию. Один из эльфов держал речь, но Леголас при скрипе двери тут же отвлёкся и встретил Меган взглядом. Лишь её завидев, он встал из-за стола и взял её за руку, подводя к остальным.

— Прости, я опоздала, — шёпотом сказала она.

— И я уже начал беспокоиться, где ты, — тоже шёпотом ответил он. — Мой брат со своим отрядом привёз вести с Севера. Там тоже была война, и гномы Эребора понесли большие потери.

— А где это Эребор?

— Это к северо-востоку от моей страны. По-моему, Гимли большую часть сознательной жизни прожил там.

Меган дотронулась рукой до предплечья Леголаса и спросила:

— А что твоя страна? Как она перенесла войну?

— Очень хорошо! — ответил он с улыбкой облегчения. — Тень наконец покинула наш лес. И, быть может, скоро он вернётся к своему прежнему великолепию.

— Это же чудесные новости! — и Меган с улыбкой встала на цыпочки, чтобы обнять его.

Тем временем, собрание за столом как-то само собой прекратилось, и собравшиеся начали вставать из-за стола. К ним подошел эльф, очень похожий на Леголаса, но немного выше, более темноволосый и каким-то образом постарше видом, и поприветствовал их сразу же, как Меган разомкнула объятья.

— Меган, — представил его Леголас. — Это мой брат Гваэтир.

— Леди Меган, — поздоровался Гваэтир, слегка наклонив голову.

— Э, здравствуйте, — выдавила Меган, на которую снова напал нервяк. — Простите, что я прервала ваш, мнэээ, семинар.

«Блин! Это же называется как-то по-другому! Не семинар!»

— Не за что, — спокойно ответил Гваэтир. Либо у него было много опыта общения со странненькими девицами, либо Леголас предупредил его о том, что Меган часто бывает неловкой. — Сказать по правде, именно ваш приход заставил нас прервать разговор, но это был приятный сюрприз. Мы уже обсудили всё, что хотели.

— Должно быть, набежало немало новостей? — сказала Меган.

— Немало, — согласился он с лукавой улыбкой. — И, к слову о новостях. Ты удивил меня, братишка. Нет, до нас доходили смутные слухи, что с Братством путешествует какая-то эллет, но никто и не догадывался, что Лихолесью достанется не один герой, а два!

— Гваэтир! — перебил его Леголас таким голосом, как будто бы ему непреодолимо хотелось закатить глаза.

— Не поймите превратно, леди Меган, — сказал Гваэтир, отцепив её от Леголаса и подставив руку так, чтобы ей было удобно взять его под руку, после чего повёл к дверям, продолжая великосветскую беседу. — Вы воистину прекрасная и дружелюбная женщина, чем только удвоили моё удивление. Вы должны понять, что вся наша семья очень долго сомневалась в том, что мой младший брат хоть когда-нибудь найдёт себе невесту.

— Правда? — переспросила Меган, с каждой минутой чувствуя, как тревога уходит и уступает место радости.

— О, да, — кивнул Гваэтир. — Он с самых юных лет был весьма… неуклюж в общении с прекрасным полом.

Леголас шёл прямо за ними, и при этих словах она услышала позади его еле слышное недовольное бурчание. Одновременно рассмеявшись и обеспокоившись, она обернулась и увидела, как он трёт себе виски с таким видом, словно бы оказался в своём худшем кошмаре.

— Впрочем, не мне вам объяснять, каков он с дамами, вы наверняка можете об этом рассказать лучше, чем кто бы то ни было, — продолжил Гваэтир, — но если вдруг вам захочется узнать, на какую «непредолимую соблазнительность» он был способен до того, как каким-то чудом завоевал вашу любовь, я могу рассказать пару-тройку весьма поучительных историй из нашей ранней молодости.

— Может, позже? — перебил его Леголас, вклинившись между братом и Меган и вырвав у Гваэтира её руку.

— Похоже, нам придётся встретиться втайне, если вами всё же овладеет любопытство… — немного обиженно ответил Гваэтир. — Что ж, до вечера. Я полагаю, вы будете сегодня на пиру? С нетерпением ожидаю шанса продолжить знакомство.

«Блин, что надо сделать? Реверанс?»

— С радостью, — ответила Меган, изобразив что-то, что можно было с определенного угла принять за реверанс.

— А теперь иди своей дорогой, — сердито сказал Леголас. — Иди и не беспокой мою леди!

Гваэтир только засмеялся.

— Что ж, мне нужно засвидетельствовать свое почтение Митрандиру, а потом, полагаю, мне уже подготовили комнату. Я по меньшей мере полмесяца как следует не мылся. Леди Меган, жду с нетерпением нашей следующей беседы!

И, быстро поцеловав тыльную сторону её руки, он умчался прочь.

Меган и Леголас переглянулись. Ей было смешно, а его выражение лица было скорее раздраженным. Она взяла его под руку и сказала с улыбкой:

— Кажется, знакомство с твоими родичами мне очень понравится.

— Кажется, всё будет намного хуже, чем я это представлял… — но он тоже улыбнулся. Затем наконец заметил: — О, на тебе новое платье!

— Да, я окончательно уволилась из Палат. Иорет сказала, что теперь я должна быть леди. Это ещё одно платье Эовин.

— Тебе идёт. Тебе все цвета идут, но мне больше всего нравится именно зелёный.

— Знаешь, какие бы гадости не говорил про тебя твой брат… — Меган приподнялась и чмокнула его в щёчку. — А по мне так ты очень обходителен!

Это наконец заставило его рассмеяться. Тут она вспомнила, что хотела поговорить с ним об их проблемах при первой возможности, и спросила:

— Ты ведь сейчас свободен? Мне хотелось бы поговорить, если ты ничем очень официальным не занят.

— Нет, не занят. Пойдём, поищем уединенное место? — сказав это, он покосился в ту сторону, куда ушел Гваэтир, словно бы ожидая, что тот опять вклинится и поддразнит его.

— Да, давай. Раз уж меня теперь поселили в Цитадели, может быть, поможешь мне найти мою новую комнату?

* * *

Она сама не знала, как до этого дошло.

Должно быть, дело было в том, что у неё теперь была своя комната. До того, она жила в палате с Эовин, но теперь вещи Меган перенесли в небольшие покои на самом верхнем ярусе города, которые предоставили ей как спутнице короля. Здесь было очень светло и чисто, и размера комнатки вполне хватало на одного… или на двоих, если только эти двое не против спать в одной кровати.

Но сейчас её совершенно не заботил метраж комнаты. Каким-то образом мысль «хотелось бы поговорить о нашем будущем» сама собой раскрутилась в её голове, вскипела, забурлила, и она буквально повалила Леголаса на кровать и поцелуями не дала ему издать возмущенного звука. Тот, впрочем, в долгу не остался и возмущаться мгновенно перестал. И теперь шнуровка на её платье опасно разошлась в стороны, а её руки стянули с него куртку. Его губы оставляли за собой горячую дорожку: щечка, потом шея, потом плечо…

«Погоди, погоди, что, уже пора?» — пищала маленькая рациональная Меган где-то глубоко в закоулках сознания.

«Да, да, точно пора!» — намного громче отвечала другая часть её мозга.

И тогда их губы встретились вновь, и она сама не знала, как ещё дышит. А его дыхание было горячим и возбуждённым. Этой его стороны Меган ещё не видела: до сих пор он всегда был таким сдержанным, а теперь в нём проснулась наконец эта страсть, и это вселило в неё радость. Она прервала их поцелуй, чтобы ухватиться за подол его праздничной серебристой туники и стянуть её через его голову.

— Остановись! — проговорил он, тяжело дыша, но руки из рукавов вытащил и вновь припал к её губам, словно бы без них мог умереть.

— Почему? — только и смогла она выговорить между поцелуями. Ей наконец-то удалось снять с него рубашку, и уже «остановись»? Мускулы на его прессе стянулись в стальные канаты, едва не заставившие её забыть собственное имя.

Он простонал и оперся лбом на её лоб.

— Да, остановись, — со вздохом сказал он.

— Но почему? — ушам своим не веря, вновь спросила Меган. Они были так близко, до боли близко, их дыхание сливалось воедино, но вдруг он откатился на другой край кровати и потянулся за туникой. — Не-не-не, погоди-ка! — в панике возопила она, вскочив, понимая, что сейчас он опять спрячет свой великолепный торс, и что тогда делать?

— Я не женюсь на тебе сейчас и так, — попросту ответил он и принялся натягивать тунику.

Меган застыла в удивлении и даже не обратила внимание на то, что платье свалилось у неё с одного плеча.

— В каком это смысле? — переспросила она. — Ты хочешь сказать, что я только что чуть тебя на себе не поженила?

— А что, на твоей родине это устроено как-то иначе? — спросил он с любопытным выражением лица.

— Да, немножко по-другому… — промямлила она. Платье совсем уже начало с ней сваливаться, и она попыталась дотянуться до шнуровки на спине, чтобы её завязать. — У нас близость значит очень много что, но только не…

Она недоговорила, потому что шнуровка на спине запуталась и распутать её было непросто.

— Дай мне, — тихо сказал Леголас. Она медленно встала и повернулась к нему спиной. Движения его рук были нежны и точны, он затянул шнуровку вдоль всего её позвоночника и наконец завязал в узел аккурат между лопаток. Меган задумалась, а осознает ли он, что творит — распаляет огонь страсти, как кузнечными мехами, а потом говорит «Туши!»?

Он приподнял с её плеча прядь волос и легонько поцеловал, так, что чувствовалось больше его дыхание, чем губы. «Да, всё он прекрасно осознаёт», подумала она, простонав про себя, после чего снова развернулась к нему и обняла за плечи.

— Давай ты снова снимешь тунику, я обещаю, что только посмотрю! — лукаво улыбнувшись, сказала она.

Он только засмеялся и чмокнул её в щёчку.

— Ничего хорошего из этого не выйдет.

— Нет-нет, мне из этого выйдет очень много хорошего! — не унималась Меган. — Ты будешь рассказывать мне о законах и обычаях эльфов по части этого самого, и одновременно демонстрировать!

— Я согласен, что нам нужно поговорить о наших ожиданиях, — серьёзно сказал он, выбравшись из её объятий и потянувшись за зелёной курткой. — Но, учитывая тему для разговора, от искушений лучше поберечься.

Меган со вздохом шлёпнулась на кровать.

— Логичен, как всегда… — сказала она, борясь с искушением состроить кислую мину. — Итак, мистер Спок, поведай мне, как это устроено у эльфов.

— В мирные годы у нас принято сначала заключать помолвку, которую символизирует обмен серебряными кольцами, — начал рассказывать он, сев рядом. — Обычно длится это около года, и завершается церемонией двоякого рода. Сначала публичной… а потом и личной.

— А в немирные годы? Сейчас-то какие? Я бы не сказала, что прямо мирные… — Меган изо всех сил пыталась изображать академический интерес, а не сексуальное возбуждение.

— Брак у нас создает не церемония, а телесная близость, — объяснил Леголас. — Поэтому, если нет возможности отпраздновать свадьбу согласно традиции, влюбленные могут заменить её консумацией брака.

— Так что ж получается, я только что чуть не выскочила за тебя замуж по-военному, так что ли?

— В каком-то смысле так, — со смехом ответил он и встал. — Ладно, мне пора. А то ведь решат, что мы и правда уже связали себя узами.

Она поймала его за подол туники.

— Не уходи.

— Надо! — ответил он, чмокнув её в макушку. — Ты, наверное, заметила, что всё Братство теперь весьма известные персоны. Мы не можем в этом городе творить что хотим. Нас заметят, и люди будут говорить. И мне бы не хотелось, чтобы они обсуждали твой нравственный облик.

Он секунду помолчал с едва заметной улыбкой.

— И, кстати, ближайшие пару дней лучше ходи с распущенными волосами.

Меган потрогала пальцем у себя за левым ухом, а потом уставилась на Леголаса.

— Блин, нам что, по двенадцать лет? Ты же мне засос оставил!

— А по-моему, это называется «знак любви», — ответил он, и едва заметная улыбка превратилась в такую, которую можно было бы назвать и невинной, и ехидной.

— Ну ты и тролль! — она метнулась к зеркалу, дабы оценить ущерб. — Ой, ё! Тут не волосы, тут платок придётся носить! Вредитель! — и она развернулась, имея все намерения ответить симметрично, но он уже скрылся в коридоре.

— Увидимся на пиру! — со смехом крикнул он, захлопывая за собой дверь.