Неловкие приключения Меган Уимблсби (гет)

Меган разгладила перед своего нового платья, хотя оно ничуть не выглядело мятым. Гондорские портнихи сделали его в типичном для двора Минас Тирита стиле, с изогнутым воротом и глубокими складками на длинном подоле, и всё оно было в зелёных тонах. Она осмотрела в зеркало вышивку вдоль ворота и задумалась: случайно ли её сделали в виде серебряных листьев, или такой узор, подмигнув, посоветовала Иорет.

— Прекрасно выглядишь, подруга моя, — сказала из другого угола комнаты Эовин, занятая заплетанием кос.

— Спасибо, — с улыбкой ответила Меган. Она опустилась на кровать и потрогала тёмно-синюю мантию, которую Эовин положила в изножие. — А вот эта очень красивая. Новая?

— Это подарок от Фарамира! — ответила Эовин, бросив на собеседницу взгляд через зеркало и разулыбавшись.

— О, даже так! — удивилась Меган. — Эовин, я... — на её глаза навернулись радостные слёзы. — Я желаю тебе счастья, и я так рада за тебя. И так благодарна судьбе, что мы подружились.

— И я рада, — согласилась Эовин, садясь рядом и положив руку ей на плечо. — Подумать только, я подружилась с эльфийской девой. Хотя после всего, что произошло, мне кажется, я научилась понимать все народы Средиземья, и я надеюсь, что нашей дружбе не суждено прерваться до конца моей жизни.

— Уверена в этом! — заверила её Меган, хотя её приподнятое настроение несколько испортилось осознанием того факта, что она намного переживёт Эовин. В горле поднялся комок, она сглотнула и твёрдо сказала себе, что этот день не должны омрачать никакие тоскливые мысли. — А Фарамир когда придёт за тобой? До начала церемонии?

— Нет. Я сама его найду на верхнем ярусе. Он очень серьезно относится к обязанностям наместника, и не позволяет себе отлучек во время службы.

— Ты знаешь... — задумчиво сказала Меган. — Он совсем не похож на кого-то, кого я могла раньше представить твоим женихом. И в то же время он тебе так подходит!

— Мир изменился... — вздохнула Эовин со слабой улыбкой. — И я изменилась с ним в ладу. В Гондоре снова правит король, мой брат правит в Роханской Марке, а я выхожу замуж за того, кого больше тянет к книжной премудрости, чем к воинским подвигам. Кто бы мог подумать, что тьма отступит, и настанет этот новый мир?

— Порой кажется, что всё это слишком хорошо, чтобы быть правдой...

— Но это правда! — твёрдо возразила Эовин. — И мы с тобой имеем право пожать её плоды. Не проводишь ли меня на верхний ярус? Уверена, Фарамир тоже будет рад тебя видеть.

Она встала и взвесила в руке синюю мантию.

— Спасибо за предложение, но я жду Леголаса здесь.

Эовин набросила мантию на плечи, тёмно-синие складки расправились, и серебристая вышивка засверкала на солнце.

— Тогда увидимся на коронации!

— Конечно. Кстати, и ты замечательно выглядишь, Эовин! — крикнула Меган ей вслед. Белокурая роханка обернулась, блеснула последней улыбкой и ушла. Меган была рада видеть свою подругу такой счастливой.

Она побродила по комнате туда-сюда несколько минут, приглаживая волосы и поправляя безделушки на прикроватном столике. Она бы и сама с удовольствием отправилась встречать Леголаса, если бы не её вечный топографический кретинизм. В этом городе все ярусы были похожи друг на друга, все дома выстроены из одного белого камня, и она знала, что непременно заблудится и опоздает на коронацию. Впрочем, долго ждать не пришлось, потому что вскоре раздался стук в дверь.

— Войдите! — сказала она и открыла дверь... и совершенно обалдела от того, что увидела.

— Что-то не так? — заботливо спросил Леголас. А внутри Меган непреодолимо, нестерпимо вызревал приступ хихиканья, и она даже схватилась рукой за подбородок, чтобы сдержать себя.

— Да ничего... — выдавила она и тут же закрыла рот, опасаясь открыть его снова в страхе, что захохочет.

Леголас насупил брови, и тем самым стал ещё смешнее, чем прежде. Всё-таки она хихикнула, хотя это и звучало как придушенное кряканье. Но так стало ещё смешнее. Поняв, что начинается опасная цепная реакция, Меган глубоко вдохнула и обмахнулась веером в надежде, что придет в себя.

— Прости, — выдавила она. — Всё хорошо. Ничего. Всё в порядке. И я в порядке... — кажется, от разговоров смех отступал, и, пока она не смотрела прямо на него, могла сдерживаться.

— Уверена? — кажется, это звучало неубедительно.

— Абсолютно! — ответила она, мастерски подавляя последний смешок. Леголас скептически посмотрел на неё, но потом разулыбался.

— Какая ты сегодня красивая... — сказал он.

— Ты аналогично! — прошептала она, и последние силы сдерживаться иссякли. Она захохотала тем негромким смехом, что исходит, кажется, из самого живота и от которого слезятся глаза. Чтобы не рухнуть, ей пришлось схватиться за дверной косяк. — Прости... — выдавила Меган после того, как убедилась в своей неспособности сопротивляться предательскому смеху. — Это так грубо... Извини... — дыхание в лёгких закончилось, и выдавить продолжение фразы она не смогла.

Он стоял, скрестив руки на груди, с одной приподнятой бровью, и ждал, пока она отсмеётся.

— Ты закончила? — сухо спросил он, чем вызвал очередной прилив хохота.

— Ещё раз прости... — повторила она, окончательно совладав с собой и утерев слёзы с глаз. — Не стоило мне над тобой смеяться. Я просто не ожидала тебя увидеть... в таком виде.

Он оглядел длинный серебристый халат, в который был одет.

— Сам признаю, что терпеть не могу эти парадные одеяния, — прокомментировал он. — Походный зелёный мне куда больше по нраву.

— Но ты в них смотришься очень... представительно! — протянула Меган с решимостью не повторять свой приступ хохота. — А на голове это у тебя что? Диадема, что ли?

— Я полагаю, это называется венец, — с болью в голосе ответил Леголас. — Его я более всего терпеть не могу.

— Зато твои волосы с ним выглядят просто блестяще, — вставила она.

— Это всё мой брат, — пояснил Леголас. — Додумался привезти из дома весь мой парадный наряд. Полагаю, не обошлось и без распоряжений отца. Уверен, он бы не потерпел, если бы его сыновья присутствовали на торжественной коронации в чём-то ином.

Меган никак не стала это комментировать, но ремарку о Трандуиле отложила в памяти. Она давно начала подозревать, что история отношений отца и сына длинна и сложна, и задумалась, под силу ли ей разобраться в этих хитросплетениях. Но в одном она была уверена точно: без знакомства с отцом Леголаса нечего и пытаться.

— А куда Гваэтир делся? — сменила она тему, надеясь, что этим окончательно избавится от припадка смеха над его нарядом.

— Встречается с одними друзьями, — ответил Леголас, и в его голосе послышалась радость. — Не сходить ли нам к нему? Полагаю, и тебе будет не лишним познакомиться с ними.

Заинтригованная Меган взяла его под руку.

— Как таинственно... А далеко идти?

— Чуть дальше по коридору. Ты разве не слышала, о чем мы с ним говорили ночью?

— Не-а... — ответила Меган.

— Я думал, не разбудить ли тебя, но решил в такой поздний час тебя не беспокоить.

— Так чем вы там занимались?

Они уже миновали несколько дверей, и каждый раз Меган гадала, сюда им или не сюда. Наконец, когда они приблизились к последней двери по коридору, Леголас озорно усмехнулся ей и замедлил шаг.

— Мы с братом помогли пробраться в город одной бродяжке и её отцу в неурочный час под луной. Не желаешь с ней познакомиться?

Внезапно из комнаты раздался мелодичный голос:

— Едва ли меня можно назвать бродяжкой, mellon!

— Погоди, ты же... — у Меган перехватило дыхание, она ворвалась в комнату и увидела, что внутри сидит высокая темноволосая эльфийка в светлом платье цвета весны. — Да, ты точно она! Я так рада, что ты наконец здесь! Я уже и не думала, что ты приедешь!

— А ты, должно быть, леди Меган... — со смехом ответила темноволосая, и этот смех звучал настолько красиво и звонко, что, казалось, это было нечто большее, чем смех. — Да, я Арвен Ундомиэль.

— А что у вас тут вообще происходит? Зачем вы ее тайно протащили в город? Зачем секретничали? — набросилась Меган на Леголаса, когда её первоначальное изумление спало и уступило место любопытству, тараторя так быстро, как только могла. Только сейчас она заметила, что Гваэтир тоже был в комнате, он расселся на подоконнике, свесив одну ногу за окно. Да, должно быть, Леголас — не единственный эльф, начисто лишенный боязни высоты, подумала она.

— Арагорн не знает, что она здесь, — пояснил Гваэтир, — так что вы тоже не выдавайте нашей тайны, когда увидите его.

— Мы хотим сделать ему сюрприз во время коронации, — пояснил Леголас.

— Вот это да! — осмыслив услышанное, произнесла Меган. — Это же самая чудесная весть, что я только могла услышать сегодня! Он же так ждал тебя, Арвен! Он неохотно об этом говорил, но я-то знаю. Мне кажется, он совсем уже потерял надежду, что ты приедешь.

— Надежда есть всегда, — тихо ответила Арвен. — Он просил меня уплыть на Запад и остаться с моим народом, но теперь мне нет пути в Гавани. Я сделала выбор Лютиэн, и мне достанется её судьба, и сладкая, и горькая.

— Какая ты смелая... — выдавила Меган, с трудом проглотив ком в горле.

Арвен снова засмеялась, и этот звук развеял всю атмосферу меланхолии, воцарившуюся в комнате.

— Я сама с нетерпением жду коронации. Уже подумываю, а не исчезнуть ли мне тихо и не воссоединиться ли с моим любимым!

— Нет, не стоит позорить Короля Гондора и Воссоединенного Королевства опозданием на собственную коронацию, — покачал головой Гваэтир с ехидной усмешкой. Он чуть привстал с подоконника, пододвинулся к Арвен и шутя чмокнул её в щечку. — Пусть пройдёт все положенные обряды, думая о Гондоре, а не о чём-то другом. А потом вам хватит времени на то, чтобы воссоединиться.

— В твоих словах я слышу "Я никогда не любил", — поддразнила его Арвен. — Иначе бы ты знал, каким долгим может показаться час.

Гваэтир оглядел комнату и вдруг состроил гримасу шутовского ужаса.

— О Валар, я только что понял: меня окружают одни сплошные влюблённые! — воскликнул он. — Я искренне надеюсь, что это не заразно. Вот уж чего мне не надо, так это страдать по какой-нибудь особе. Убереги меня судьба от безумия любви!

— Это сладкое безумие, брат, — ответил Леголас.

— Охотно верю, но я вообще предпочитаю кислое, — отшутился Гваэтир. — Но смотрите, солнце-то уже высоко! Что сказал бы наш отец, если бы узнал, что его сыновья опоздали на коронацию! Пусть и смертного короля, зато какого смертного! Вы идите, а я уж доставлю нашу Вечернюю Звезду к её благородному жениху к сроку.

— Жду с нетерпением шанса познакомиться поближе, леди Меган, — сказала Арвен.

— Ой, хватит уже леди, давай уже просто Меган! Я этих "леди" наслушалась на всю жизнь вперёд... — и она невинно подмигнула Леголасу.

— Это была просто учтивость! — ответил он, сделав столь же, если не более, невинный вид.

— А мне каждый раз казалось, что это значит "давай останемся друзьями", — ответила Меган.

— Глядите, они уже ссорятся! — картинным громким шёпотом, нагнувшись к уху Арвен, произнес Гваэтир. — И вас, миледи, ждёт то же самое! Вот именно поэтому жизнь в браке и не для меня.

— В этот счастливейший из дней нет места ссорам, — сказала Арвен. — Рада буду увидеть вас позже. Гваэтир, благодарю за щедрое предложение сопроводить меня, но меня сопроводит мой отец. Мне есть о чем его спросить по пути.

— Как пожелаете, миледи, — и Гваэтир церемонно поклонился.

— Может, тогда с нами пойдешь? — предложила ему Меган.

— Что вы, что вы? — положа руку на сердце, он сделал очень обиженный вид. — И прослыть третьим лишним, хвостиком своего брата и его прекрасной наречённой? Нет уж. Найду наших собратьев из Эрин Ласгален и с ними приду на праздник.

С этими словами он скинул обе ноги на ту сторону подоконника, подмигнул Меган и соскользнул вниз. Теперь она точно знала, ему стало известно всё о событиях того вечера два дня назад.

Арвен наблюдала за происходящим со смешинкой в глазах и наконец спросила:

— Я надеюсь, по дороге на церемонию вы ссоры не устроите?

— Нет, mellon nin, это далеко не первый наш спор, и не самый серьёзный — ответил Леголас и, последовав примеру Гваэтира, чмокнул Арвен в щечку. — Вот в Рохане у нас было...

— Или когда я Халдира опоила! — вставила Меган, а потом пожалела о своих словах и притихла. — Ну... В Рохане вообще у нас было всё сложно.

— Полагаю, это длинная и увлекательная история, — с улыбкой ответила Арвен. — Но сейчас Гваэтир прав. Время идти на коронацию.

— Конечно! — согласился Леголас. — Встретимся на пиру!

И они оставили Арвен в угловой комнате, покинули гостевое крыло и вышли на открытый воздух. Солнечный свет показался Меган приятно тёплым по сравнению с прохладным воздухом в покоях, а в воздухе царил непередаваемый летний запах. Она сделала глубокий вдох, шагая вперёд, и задумалась над словами Эовин, о том, что Средиземье изменилось, и теперь настало время мира и счастья.

— Скажи, дорогая, я что, действительно делал тебе больно каждый раз, когда называл тебя "леди"? — вдруг спросил Леголас.

Вопрос застал Меган немного врасплох, она как-то уже и забыла об этом разговоре. Задумавшись, она ответила:

— Ну, не то, чтобы больно... Просто это сбивало меня с толку.

— Если тебя это хоть сколько-то успокоит, я сам не мог взять в толк, что о тебе думать.

— Возможно, Гваэтир прав, и все эти любовные дела просто слишком сложны... — и она легонько ткнула его локтем в бок, в то самое место, где он более всего боялся щекотки. Он вздрогнул и с трудом подавил смех; ей всегда так нравилось, когда он так делал.

— Если бы я знал, что ты возьмешь привычку щекотать меня, как маленький эльфёнок, я бы ещё целую эпоху, может быть, говорил тебе и "леди", и "вы"...

— Что делать, это моё единственное секретное оружие против тебя! — ответила она и погрозила ему указательным пальцем.

— Нет, не единственное, — ответил Леголас. — Ты знаешь, что ты можешь погубить меня, произнеся всего четыре слова?

— Правда? Какие?

— "Уходи и не возвращайся".

Она снова ткнула его пальцем, и выдавила из него ещё один нелепый смешок.

— Ну нет уж, в такой хоккей я не играю, лучше буду щекотать! Я слишком люблю тебя, чтобы о таком даже подумать. Хотя знаешь... Я предвижу, что вот этот твой халат может одной прекрасной ночью таинственно исчезнуть из твоего гардероба навсегда.

— Не советую, — ответил Леголас. — На его месте появятся три новых. Нидрондские швеи очень бдительны в таких вещах.

— Нидронд? — она раньше не слышала этого названия.

— Это подземная столица моего отца. Сам лес все называют Лихолесьем, хотя мы предпочитаем название Эрин Ласгален, в память о том, какими прекрасными были его зелёные кущи до осквернения. Но подземный город, где живёт наш народ, называется Нидронд, в честь реки, что протекает через его чертоги.

— Вот как! — ответила Меган. Ей всегда нравилось слушать рассказы Леголаса о его родине, хотя он не часто ими делился. Но она уже знала о скверне, поразившей Лихолесье, и о том, как больно было ему рассказывать о ней. До неё также доходил слух, что Галадриэль и Келеборн пообещали королю Трандуилу помощь в очищении леса, и она подозревала, что Леголас ждал известий от них, прежде чем начать рассказывать больше. "Недолго осталось терпеть..." — подумала она. — "Всё равно нам скоро ехать именно туда".

Теперь они уже поднялись на самую вершину города и влились в толпу, собравшуюся на открытом дворе перед Цитаделью. Стражи препроводили их на почётное место у самой лестницы на входе в тронный зал, а вскоре рядом появился и Гваэтир со своей компанией лихолесцев.

— Вот это да! — шепнула Меган Леголасу, но тут же притихла, потому что широкие двойные двери раскрылись, и оттуда на площадку на самом верху лестницы вышли Арагорн и Гэндальф.

Потом Меган вспоминала о коронации прежде всего атмосферу торжественной, но всепроникающей радости. Она не так много знала об истории королей Гондора, но глубокое облегчение и радость собравшегося народа в тот момент, когда Гэндальф опустил на голову Арагорна крылатую корону, витали в воздухе. Как только Арагорн закончил старинное нуменорское песнопение, он спустился с площадки и прошел по мостовой, пересекавшей весь двор, приветствуя друзей по пути краткими поклонами. Как только он приблизился к ним, Меган шепнула на ухо Леголасу:

— Когда скажем ему? Скоро?

— Совсем скоро! — пробормотал он еле слышно в ответ и поприветствовал своего друга улыбкой. В приветствии Арагорн положил руку на плечо Леголаса, и тот ответил тем же жестом.

— Hannon le — сказал Арагорн. А Меган тем временем уже дрожала от нетерпения. Она подскакивала на цыпочках и крутила головой с такой радостной улыбкой, что её можно было принять за душевнобольную. Арагорн тоже обратил внимание и обернулся к ней с вопросом:

— Что такое?

— Это секрет! — пропищала Меган.

— Сам взгляни, друг мой, — сказал Леголас и жестом отвел Меган в сторону, чтобы она не загораживала Арагорну обзор. Нет, Меган не хотелось плакать, но увидев тот изумленный, не верящий своим глазам вид, что был написан на лице Арагорна при виде Арвен, она почувствовала, как в её глазах защипало. Она плотно сжала руку Леголаса и с трудом подавила желание издать радостный вопль, видя, как король и королева Гондора заключили друг друга в объятья.

Через несколько секунд они что-то шепотом сказали друг другу и приблизились к хоббитам. Меган стояла слишком далеко и не слышала, о чем он им сказал, но увидев, как все опускаются на одно колено, чествуя Фродо и Сэма, с радостью присоединилась. Когда Арагорн поднялся на ноги, словно бы исчез какой-то тяжкий груз и толпа разразилась радостными криками. Этот чудесный хаос живо воскресил в памяти Меган тот день, когда войско вернулось от Чёрных Ворот. Она обернулась к Леголасу, чтобы спросить, помнит ли он, но увидела, что он уже отошел в сторону и о чем-то говорил с Фарамиром. Они в последнее время много общались, обсуждая планы Фарамира переехать в Итилиэн через год-другой. Меган с улыбкой оставила их беседующими посреди шума и гама, и решила поискать Эовин. Но далеко она не ушла, потому что у её локтя возник словно бы из ниоткуда Гваэтир. Она вспомнила, как бесшумно умеют передвигаться эльфы, и ей оставалось только понадеяться, что она скоро научится слышать их заранее.

— Позвольте вас на пять минут похитить? — спросил Гваэтир, теперь от былой насмешливости не осталось и следа, она уступила место придворным манерам.

— Почему нет-то, — ответила Меган. — Как сам?

Помня о том, что перешла с Гваэтиром на "ты" этим утром, она позволила себе ввернуть привычное выражение.

— Сам это кто? — Гваэтир странно посмотрел на неё.

— Да нет, не в том... Это значит, "как твои дела", или "что нового"... — она уже немного и забыла, как это бывает неловко, объяснять здешним современные словечки. Все её близкие друзья уже научились их понимать.

— Необычное выражение, — отозвался Гваэтир. — Что ж, могу и поведать, как мои дела. Надеюсь, не задаю слишком бесцеремонных вопросов, но можем ли мы считать друг друга друзьями?

— Друзья не задают друзьям вопросов про бесцеремонность вопросов, — хитровывернуто завернула Меган.

— Истинно так. Что ж, мой брат всё никак не хочет вас спросить, возможно, он считает неподобающим вас торопить. Но дело в том, что мое посольство собирается покинуть город, у нас есть дела на родине. Мы отправляемся в путь через неделю. Не собираетесь ли вы отправиться с нами?

"Через неделю!" — подумала Меган. — "Это куда раньше, чем я думала!"

— Но ведь вы совсем недавно приехали! — сказала она. — Я полагала, что вы отдохнёте ещё немного.

— Мы, эльфы, народ выносливый, — лукаво ответил Гваэтир. — Недели вполне достаточно для отдыха, и по родным лесам мы все скучаем.

— Что ж, тогда, конечно, мы с вами, — согласилась Меган. — А долго ли ехать отсюда до Лихолесья?

"Чёрт, надо было сказать — Эрин Ласгален!" — подумала она и про себя поморщилась, искренне надеясь, что не сказала ничего оскорбительного.

— До южной опушки леса шесть недель, а оттуда до Нидронда — ещё четыре, если дорога пройдёт гладко. Мы поедем налегке, без тяжелых вещей.

— У меня тоже почти нет вещей... — сказала Меган.

— И не нужно! — заверил её Гваэтир. — В Нидронде мы вас снабдим всем необходимым. Вы не будете нуждаться ни в чём.

— Благодарю, — отозвалась она и улыбнулась ему в ответ. — Честно говоря, меня больше всего радует предстоящее знакомство с остальной вашей семьей. По слухам, ваша сестра — удивительная эллет.

— Да, Алассэа будет рада с вами познакомиться, — ответил Гваэтир. — Она всегда так жалела, что у неё нет сестры. То-то она вам обрадуется!

Меган вдруг решила задать вопрос.

— Вы с Леголасом же оба-два самые завидные женихи в королевстве, — сказала она. — Ей что, не приходило в голову, что кто-то из вас обязательно женится?

— Леголас всё это время был женат лишь на своей службе командующего стражей, да и с женщинами он всегда был никчёмен. Весь такой зажатый, всегда говорил шаблонными фразами. Не вытянуть ни слова о чувствах. Жаль мне вас, Меган, ибо вы связали свою жизнь со скучнейшим из эллонов.

— О да, он такой скучный! — закивала Меган. — Пойду проверю, вдруг он там кому-нибудь наскучил до смерти, пока меня не было!

Гваэтир помахал ей на прощание рукой с выражением картинного раздражения.

— Ступайте, ступайте, влюблённая девица. Вы отвратительно счастливы!

— Советую тебе к этому привыкнуть, — ехидно усмехнулась ему Меган. — Нам предстоит по меньшей мере шесть недель путешествовать вместе.

Он в ответ состроил такую гримасу, какой она и не ожидала даже от эльфа.

— Это будут худшие шесть недель в моей жизни!

— Увидимся на пиру! — со смехом отозвалась Меган и убежала искать Леголаса. Толпа была такая плотная, что найти его взглядом было непросто, но вскоре его светлая макушка мелькнула между чужими головами неподалёку. Приглядевшись, она поняла, что он стоял к ней спиной и разговаривал о чем-то с Гимли. Подобравшись к нему совсем близко, она неожиданно взяла его за руку и обрадованно увидела, как он слегка вздрогнул.

— Не ожидал? — спросила она.

— Здесь так шумно, что я свои мысли едва слышу, — отозвался Леголас.

— Нет-нет, дружище, не оправдывайся, она тебя напугала! — хохотнул Гимли.

Леголас прочистил горло и сказал:

— Мы с Гимли сейчас говорили, он сказал, что его родичи из Эребора уже в нескольких днях пути отсюда.

— Правда? Откуда знаешь? — спросила Меган, сделав вид, что не заметила его очевидной попытки сменить тему.

— Они прислали воронов утром, — ответил Гимли. — Сорок отборных каменщиков и горных дел мастеров. Они в два счёта сделают из Минас Тирита столицу, достойную её короля!

— Полагаю, Арагорн безмерно благодарен, — прокомментировала она.

— А я буду благодарен, когда подадут поесть! — отозвался Гимли. — Пойдемте со мной в зал.

— Мы подтянемся к тебе через минуту-другую, — пообещала Меган. — Хочу подождать, пока толпа немного рассеется, а то мы тут заблудимся.

— Как скажешь, подруга, — ответив ей, Гимли поклонился и зашагал прочь.

Меган развернулась в сторонй Леголаса и огляделась. Здесь и впрямь было весьма шумно, сотни людей ходили туда-сюда и говорили без умолку. Но, несмотря на это, воздух был чист и свеж, и пахло летом, и Меган улыбнулась Леголасу, не испытывая ни малейшего желания посмеиваться над его нелепым серебряным венцом.

— Говорят, нам через неделю в путь, — сказала она.

Он удивленно нахмурился.

— Я собирался тебе сказать об этом позже, а ты уже всё знаешь. Откуда узнала?

— Гваэтир.

— Вот как?

— Его беспокоило, что ты молчишь. Он взял на себя неблагодарную работу поторопить меня, — ответила Меган.

— Старший брат — всегда старший... — в голосе Леголаса зазвучала ирония. — Ну как ему за это попрекать? Из лучших же побуждений сказал. Но я хотел тебе сказать. Всё дело в том, что мы отправимся одновременно с Митрандиром и хоббитами.

— Тогда лучшего времени и не найти! — плотная толпа показалась ей идеальным предлогом, чтобы прижаться к нему поплотнее и обнять его за талию. Он нежно положил руки на её щёки и посмотрел на неё тёплым взглядом.

— Спасибо тебе, моя Меган! — сказал он и кратко, на миг, поцеловал её в губы.

— Ай-яй-яй, принц эльфов! — издевательски подтрунивая, сказала она. — И целуется при всех, прилюдно. Что же следующее взбредёт тебе в голову?

Он рассмеялся и поцеловал её снова, и уже не на миг. Когда он отстранился, она попыталась, поднявшись на цыпочки, не отпустить его, но разница в росте была слишком велика.

— Пошли на пир, — сказал он. — Нас, наверное, там уже ищут.

— Окей! — ответила она, переведя дыхание. — Но сначала нужно сделать одно дело.

— Какое?

Она подняла руку и стянула с его головы венец.

— Избавиться от дурацкой диадемы!

— Как странно... — смеясь, сказал он, взял венец из её рук, убрал его за спину... и разжал пальцы. — Вроде вещь дорогая, заметная, а вот раз! — и потерялась!

— Если кто спросит — скажи, что забыл её положить в багаж, когда собирал вещи в дорогу! — начала было советовать она, но он прервал её весёлые советы третьим поцелуем, и этот третий поцелуй был похож на весёлый смех, и наполнял её радостным предвкушением. Когда он закончился, они ещё мгновение-другое чувствовали дыхание друг друга на губах.

— Допрыгаешься у меня, вот возьму и выйду за тебя! — наполовину пригрозила, наполовину пообещала она.

— Жду с нетерпением! — ответил он с улыбкой, и вместе они вошли в тронный зал Цитадели навстречу своим друзьям.