Путешественник Императора (гет)

- Дом... Дендро дракон, — прошелестел Анемо плесенник, ну или его подобие.

- Дендро дракон? — переспросил я.

- Дендро дракон?.. Да, верно! Дендро дракон!!! — восторжествовал его сородич, в форме плесенника Гидро, и аж воспарил от радости. Но сразу успокоился и даже немного смутился... или смутилась? Трудно воспринимать гриб, как даму. — Простите, я так разволновалась... прежде я не показывала таких эмоций, но он прав: наш дом — это Дендро дракон!

- Подожди-подожди! Паймон ничего не понимает! Дендро дракон — это такой элементальный дракон? Вроде Двалина?

- Да, они оба драконы, — подтвердила Нахида. — Только Апеп, дракон Дендро, много старше и могущественнее. Но почему вы называете его своим домом?

- Потому что мы жили внутри Дендро дракона.

- Дендро дракон. Внутри. Большой. Горы. Воды. Деревья. Мы, — подтвердил Анемо плесенник, у кого были проблемы с речью.

- Внутри Дендро дракона был целый мир. Он вырастил в себе новую жизнь и взял нас под свою защиту, — начал пояснять более разговорчивый сородич. — Однажды его суровый голос возвестил, что, когда мы вырастем, то отправимся осваивать новый мир. Но только этот день так и не наступил, вместо него пришел апокалипсис.

- Паймон все равно не понимает...

- Вообще говоря, это не столь необычно, — решил я просветить летунью. — Например, внутри человеческого тела проживает великое разнообразие бактерий, многие из которых вовсе не болезнетворны, а наоборот, находятся в симбиозе с крупным организмом. К примеру, помогая переваривать пищу.

- То есть Паймон так вкусно ест потому, что внутри Паймон живет множество маленьких помощников?!

- Ну... можно и так сказать, — даже немного растерялся я. — Только тут совсем другой масштаб... — скорее это можно сравнить с пустотными китами, что настолько велики, что их тела как внутри, так и снаружи становятся домом для их собственных экосистем... только тут это происходило на поверхности планеты? Поразительно. Да и замечание о том, что наши новые знакомые должны были однажды покинуть его и заселить Тейват... тревожило. Но еще больше тревожил тот факт, что... — Если “апокалипсис” поразил ваш дом...

- То Апеп загрязнен запретным знанием?! — глаза Нахиды широко распахнулись.

- Да, верно. Властительница трав, почему вы так встревожены? Что произошло? Я прежде не видела вас такой...

- Мы думали, что полностью уничтожили запретное знание, — как по мне, так это наша собеседница не понимала всю серьезность ситуации. — Если же это не так...

- Даже если все запретное знание уничтожено, то может быть даже хуже! — прервала меня Нахида. — Способность Апепа к приспособлению колоссальна, скорее всего, он уже давно интегрировал запретное знание в свое тело...

- А... — я с задержкой, но понял ее. — Либо он все еще заражен, либо в его сущности теперь зияет брешь, как у наших новых друзей...

- А без помощи Нахиды они умирали! — завопила Паймон.

- Да, страшно представить, в каком состоянии может быть его тело и душа! Теперь понимаю, почему я так давно не видела Апепа и даже не слышала о нем... пожалуй, с самой гибели царства Дашрета...

- Значит, тогда пострадал не только Ирминсуль, но и Дендро дракон... — это скорее подводило меня к мысли, что исцеление древа никак не повлияло на дракона, но я в этом не эксперт, а потому промолчу. — Значит ли это, что его исцеление и было твоей забытой целью?

- Да! Как я могла забыть об этом?! — закрыла лицо руками Нахида. — Если Дендро дракон погибнет, вся его энергия вырвется наружу! Такая концентрация Дендро спровоцирует избыточный рост лесов... Гигантские деревья затмят солнце! В их тени погибнут все остальные растения, а людям и другим живым существам только и останется, что сражаться за кислород! Сумеру попросту вымрет!!!

- Успокойся, Нахида! Без паники... — я присел перед начавшей впадать в истерику богиней и мягко положил ей руки на плечи. Нда... не думал я, что эта история приведет к потенциальному концу света...

Началась она с того, как мы с Паймон вернулись в столицу Сумеру после всей этой истории с Люмин пятисотлетней давности. Нужно было сообщить обо всем Нахиде, ибо открытия среди прочего подтверждали наши предположения по поводу того, кто зашифровал и скрыл историю Люмин. Ну и тут она поделилась собственной проблемой.

Уже довольно давно ее не оставляло ощущение, что она забыла что-то очень важное, а недавно нашла тому и материальное подтверждение — странный кристалл, заполненный элементальной энергией. Этот кристалл был создан много сотен лет назад, и создан именно ею — я, конечно, знал, что создан он был Руккхадеватой, но сказать этого не мог. Вот только она совершенно не помнила, когда и зачем создала его, но была абсолютно уверена, что он предназначался для чего-то очень важного. Загадка.

И ключ к ответу появился почти что сразу же после того, как она поделилась с нами этим вопросом — я уже давно перестал удивляться столь удачным совпадениям в Тейвате. На нас вышли... плесенники. Плесенники эти вели себя очень мирно, но настойчиво звали за собой — Нахида, как божество Мудрости, могла с ними объясняться. Все это было очень интересно, потому я с готовностью отправился следом за Дендро Архонтом. Они привели нас к окраине леса, где мы нашли того самого лже-Гидро плесенника — внешне никак от настоящих плесенников не отличишь — в очень плохом состоянии. Нахида первой опознала подмену и призналась, что прежде никогда не встречала таких созданий, потом диагностировала ему брешь в элементальной структуре, которую и залатала с помощью Дендро.

Так мы и познакомились с первым представителем древнейшего вида элементальных существ — по ее словам, они предшествовали человеческой цивилизации на Тейвате — чья родина была уничтожена “апокалипсисом”. Сие событие исказило их дом и их самих, но часть из них уцелела, и они отправились в Сумеру на поиски средств к спасению... И со временем тут обжились, приняв облик плесенников и полностью влившись в их ряды, вплоть до появления общего потомства — их адаптивность была огромна.

Еще мы выяснили несколько ключевых фактов. Во-первых, источником их “апокалипсиса” было не что иное, как запретное знание, что заметно сужало временные да и географические рамки. Во-вторых, их энергия полностью совпадала с тем загадочным кристаллом, что точно указывало на факт, что Дендро Архонт — Руккхадевата — уже знала о них. И, очевидно, эти знания не уцелели из-за влияния запретного знания. Более того, это самое запретное знание впиталось в этих существ, и в тот момент, когда мы очистили Ирминсуль, исчезло, оставив в них эти самые бреши. В-третьих, а скорее уже в-четвертых, оказалось, что зоны Увядания образуются на месте гибели этих существ. Тем самым объяснялось их существование с очень давних времен, ну а Катаклизм все усугубил... Ну и самое главное: наша новая знакомая не помнила, откуда именно родом, ибо эти воспоминания были уничтожены одновременно с запретным знанием. Что было для нее весьма обидно, ибо дом их теперь должен был быть спасен...

Только и оставалось, что попытаться найти других представителей этого вида, кто сохранил в памяти эту критически важную информацию. К счастью, с помощью аранар поиски не затянулись — другое такое существо, в форме Анемо плесенника, помирало на северо-западе лесов Мотийимы. Окружавшие его плесенники очень хотели, но не знали, как помочь. К счастью, Нахида вновь смогла с ними объясниться и дело закончилось мирно.

Именно так мы и пришли к нынешней ситуации и новостям о Дендро драконе... Напрашивался вывод, что загадочный кристалл был создан Архонтом именно для того, чтобы помочь дракону. Я не сказал этого вслух, но полагаю, Руккхадевата приготовила его именно для того, чтобы окончательно решить вопрос с запретным знанием. Весьма вероятно, что сделала она это еще задолго до своей гибели, вот только нужная информация не была должным образом сохранена, а потому оказалась утерянной пятьсот лет назад и не перешла к ее наследнице. Ну... учитывая, что происходило во время Катаклизма и в последние мгновения ее жизни, когда она привела этот план в исполнение, трудно винить Руккхадевату... Подготовиться к собственной кончине всегда сложнее всего.

И как результат, никто не представлял, как быть дальше — наши новые знакомые тоже ничего не могли посоветовать. И уже не было особой надежды, что найдутся другие их соплеменники, кто будет знать больше — аранары продолжали поиски, но... Если подумать, уже удивительно, что хоть кто-то продержался такую бездну времени. Тем более что, возможно, именно это воспоминание, было особенно уязвимо перед запретным знанием. Но у меня появилась одна идейка...

- А все ваши сородичи оставались в пределах Сумеру?

- Вообще говоря, один из моих сородичей считал, что апокалипсис тоже часть нас, а потому его важно сохранить. Никто из нас не хотел с ним соглашаться, потому он ушел...

- Очень... смелое мнение, — заметил я, чтобы не озвучивать свои истинные мысли, что вертелись вокруг слова “ересь”.

- Значит ли это, что запретное знание сохранилось?! — ужаснулась Паймон.

- Едва ли это возможно, — покачала головой Нахида. — Сила Ирминсуля покрывает каждый уголок Тейвата. Но куда именно отправился ваш родич?

- В бездонные глубины к востоку от Сумеру, черные бездны, откуда нет возврата...

- Не нужно так драматизировать, — я не удержался и закатил глаза. — Разлом, конечно, не самое приятное место, но не настолько. А нынче его вовсю обживают.

- Разлом?

- Да. Еще в самый первый раз, столкнувшись с зоной Увядания, я обратил внимание, что в ней есть что-то родственное с черной жижей из Разлома. Раньше я не знал в чем дело, но теперь все понятно. Именно ваш сородич был первопричиной появления этой дряни... — я сам не был уверен, звучал ли мой голос обвинительно.

- А ведь верно, — задумалась Нахида. — Само по себе запретное знание сохраниться не могло, но если бы оно приняло иную форму... И тот... перст Иши, как ты его называешь, Александр, мог помочь в этом! Нам нужно отправиться туда!

Разумеется, сразу телепортироваться под землю было нельзя. И я сейчас даже не говорю о логистической и дипломатической стороне — мы с Паймон были очень особым случаем и могли спокойно перемещаться уже по четырем регионам. Нахиде, как Архонту дружественной страны, тоже больших препятствий никто в Ли Юэ чинить не решится, а если что, потом можно будет уладить последствия. Но вот наши спутники в форме плесенников уже вполне могли спровоцировать неприятные недоразумения.

Но это было проблемой пусть ближайшего, но будущего. Пока же наш новый знакомый — тот, который якобы Анемо плесенник — беспокоился о своих друзьях. Надо отдать этим хамелеонам должное — прижившись среди плесенников, они их искренне считали за своих и вполне серьезно именовали семьей. Потому прежде чем отправиться с нами, он очень просил помочь им так, чтобы те могли жить и процветать и без него.

Вот уж никак не думал я, что однажды буду помогать полуразумным грибоподобным созданиям закладывать первые основы цивилизации...

* * *

Организовать новое посещение Разлома не заняло много времени — мы с Паймон, прибыв в гавань Ли Юэ, все утрясли за один день. Цисин с готовностью дали согласие и право прохода в глубины, хотя и искренне удивились, что компанию нам составят плесенники. Зато Нин Гуан ясно дала понять, что была бы очень рада, если божество Мудрости почтит их город своим присутствием — если не сейчас, то впоследствии. Я ее слова потом передал Нахиде.

Наша веселая компания сперва прибыла на поверхность Разлома, к главному шахтерскому городку, что за прошедшее время был уже полностью отстроен. Наш старый знакомый Му Нин все так же тут заправлял и встретил нас со всем радушием, хотя заметно робел перед цельным Архонтом. Нам сообщили последние новости — в финальном гроте с перстом Иши вновь появилась черная жижа. Тревоги никто по этому поводу не бил, ибо ничего интересного в той части подземелий не было, и их лишь изредка навещали патрульные, кто и обнаружили сие неприятное событие... неприятно, но вполне возможно связанно с целью нашего визита. Нам были предоставлены адъюванты и предложен эскорт, но от последнего мы отказались — возможно, что в процессе всплывет деликатная информация, в которую не стоит посвящать посторонних.

Дальше мы перенеслись к подземной реке и Замарну, где теперь был разбит постоянный лагерь миллелитов — ближайшая точка телепортации к нашей цели. Стража была предупреждена, но люди все равно так впечатлились явлению Дендро Архонта, что двое разговорчивых плесенников остались почти незамеченными. Нахида какое-то время изучала местную живность и что-то увлеченно обсуждала с грибом-гигантом — кажется, у них был какой-то общий знакомый, о ком они оба отзывались не самым лучшим образом.

Дорога заняла около трех суток — путь был уже известен, река и живность давали освещение, а часть препятствий была убрана за прошедшие месяцы, а врагов по дороге больше не попадалось. Кстати, как мне сообщили, Рыцарей Черного Змея никто не встречал в этих подземельях уже многие месяцы — может ли так быть, что в тот день я даровал освободительное забвение им всем?

- Вот он, шип... — негромко проговорила Нахида, когда мы были уже у цели. — Точно такой же, как тот, что был одной из основных причин образования пустыни на месте части былых владений Апепа... Я все хотела спросить, Александр, кто эта Иша, коли ты именуешь это могущественное оружие ее перстом?

- Если очень коротко, — а в детали мне вдаваться не хотелось, — это богиня плодородия и исцеления в пантеоне эльдар.

- Как странно...

- На самом деле нет, — покачал я головой. — Перст Иши по сути своей не оружие, а инструмент терраформирования, изменения мира, зачастую с целью сделать его пригодным для заселения... изначальной его целью было дарить жизнь... — кстати, раньше я об этом особо не задумывался, но неужели у Селестии не было более подходящих средств уничтожения?

- Ну... когда-то их использовали, чтобы заделывать трещины в Тейвате, они способны очищать и уравновешивать силы, которых не должно быть в этом мире. И... любое достаточно сложное и мощное устройство может послужить для разрушения... — плечи Нахиды поникли. — Так или иначе, наша цель должна быть рядом... Сияние этого... перста дало бы новую форму запретному знанию, форму, в которой оно вечно бы тут хранилось...

- А сам их сородич? — подала голос Паймон. — Жив ли он после всего этого времени в одиночестве, или уже совсем...

- Это место могло дать ему возможность уцелеть, но нельзя сказать с уверенностью...

- Значит, осталось только найти его.

Искать долго не пришлось. Сверху мы быстро нашли лужу жижи, о которой нас предупреждали на поверхности. Вообще говоря, мы бы заметили ее и без предупреждения — мало того, что жижа была очень хорошо видна в свечении перста, так там еще стая гончих Разрыва обреталась. Вообще говоря, не припоминаю, чтобы эти твари прежде встречались в Разломе — и сверху, и в шахтах — наверное, что-то изменилось. А подобравшись поближе, я рассмотрел, что то, что я посчитал привычной скважиной в центре этой лужи, содержало в себе здоровенного плесенника, что лежал неподвижно.

Вместе с Нахидой мы быстро покончили с гончими — Электро и Дендро как всегда отлично работали сообща. После чего я подобрался к скважине и выжег ее. Плесенник наконец предстал перед нами, он лежал на земле без сознания и вблизи казался даже больше, чем раньше. Удивительно, как он вообще поместился под слоем жижи... может, какая оптическая иллюзия, а то и вовсе пространственная аномалия. Важно было не это, а то, что и сейчас от него весьма ощутимо несло темной энергией, очень близкой к той, что содержала в себе черная жижа... Он реально был ее первоисточником, пусть и не обратился в нее сам.

- Не приближайтесь к нему! — сдвинулся я так, чтобы загородить всех спутников, разжигая свою ауру ярче.

- Но как? Он же должен был очиститься! — выглянула у меня из-за спины Паймон.

- Должно быть, прошло слишком много времени... Сила этой грязи куда устойчивее апокалипсиса, но она все равно очень опасна... Возможно, столь долгое пребывание в этой грязи полностью разрушило разум нашего сородича...

- Как же так? У нас к нему столько вопросов...

- Думаю, я смогу разогнать грязь силой элементов, — вытянула вперед руку Нахида.

- Что?! — эта ее инициатива вырвала меня из размышлений о том, не лучше ли сразу сжечь это тело. — И не думай! Это почти полноценное запретное знание, — я с силой опустил ее руку.

- Но у нас нет иного выбора!

- Я сказал нет! Нельзя, чтобы это повторилось! — моя острая реакция немного удивила меня самого. Очевидно, жертва Руккхадеваты тронула меня даже сильнее, чем я думал. И в любом случае, нельзя, чтобы эта зараза вновь добралась до Ирминсуля... только вот Нахида ничего об этом не знала...

- Александр... — и Паймон тоже.

- Прости, погорячился.

- ... ничего, я доверяю тебе, Александр. О темной энергии ты знаешь, возможно, больше всех в Тейвате. Надо придумать другой способ...

- На самом деле, все просто, — переключившись на Анемо, я взмахом руки сотворил перед нами светящийся барьер. — Я тебя прикрою, и ничего плохого не произойдет. Просто в следующий раз предупреждай.

- Ой... — Нахида смущенно и виновато потупилась. Ее энергия потянулась к плесеннику... тьма было прянула в ее сторону, но тут же рассеялась, врезавшись в Анемо заряженное Светом. — Получается!

- Ах... — со стоном плесенник пошевелился, приподнялся, тряся головой, и с трудом повернулся в нашу сторону. — Властительница трав... и вы... как же долго я вас ждал...

- Ура! Сработало!! — радостно завопила Паймон.

- Если сама властительница трав пришла спасти меня, значит... апокалипсис кончился? — он с трудом поднялся на ноги. — Теперь вы... снова стали меньше?

- Извини, многие мои воспоминания были утрачены, — понурилась Нахида. — Я тебя не помню.

- Да... ведь вся цель моего существования — это сохранить эти “утраченные” воспоминания, — тот никак не удивился. — Уже тогда вы говорили, что, когда апокалипсис будет искоренен, все воспоминания о нем станут размыты. Вы даже не могли обещать, что вспомните наш договор... Но вы всегда верны своему слову, моя жертва ничто рядом с вашей решимостью...

Он и сам теперь не осознавал всю глубину жертвы Дендро Архонта, никто ее теперь не осознавал... А то в первые мгновения у меня даже мелькнула мысль, что в этих уникальных условиях он сохранил память о Руккхадевате... Но нет.

Что же, наш новый собеседник мог дать нужные нам ответы. Давешний кристалл именовался семенем огня, что был способен резонировать и обновить Сердце оазиса — источник силы Дендро дракона. Вместе с Нахидой — пусть я и знал, что на самом деле с Руккхадеватой — они его сотворили, чтобы исцелить Апепа. Что еще немаловажно, этот кристалл мог указать, где же искать этого дракона.

На этом все и закончилось, играясь с запретным знанием и преображая его с помощью силы перста Иши, наш собеседник сам подписал себе смертный приговор — спасти его было уже невозможно. Рассказав нам все, он буквально на глазах обратился в еще одну скважину, начавшую исторгать из себя черную жижу. Но до последнего мгновения он был спокоен и достойно принимал свою долю, удовлетворенный тем, что сделал свое дело и обеспечил своим соплеменникам будущее. У меня к нему было множество претензий, но тут я молча воздал ему должное, прежде чем выжечь скважину — хотелось верить, что она была последней в своем роде, и больше этой черной жижи в Разломе не появится.

Ну а наши спутники приняли в себя и спасли остатки его энергии элементов — по сути, души... наше дело здесь было сделано.

* * *

Семя огня привело нас на северо-запад пустыни, на северный склон огромной гряды, что коллективно именовалась Даманванд. Над ее вершиной уже несколько тысяч лет беспрерывно бушевала и не двигалась с места огромная песчаная буря — предположительно, ее зарождение также было связано с гибелью цивилизации Царя Дашрета.

От ближайшего телепорта мы впятером двинулись на север, вниз по склону — к счастью, тут была проложена весьма неплохая дорога. Шли мы в основном по ночам, пережидая дневной жар в Чайнике Безмятежности, а наше передвижение многократно ускорилось с помощью Нахиды, кто на территории Сумеру могла не скупиться и создавать четырехлистники Дендро. Предположительно, наша цель располагалась еще севернее, под следующим горным массивом, что отделял эту часть пустыни — именуемой Хардамавет — от царства Фаракхерт, куда я потом тоже собирался наведаться...

Так или иначе, сразу до своей цели мы не добрались — Апеп, очевидно, уже отслеживал нас и решил выйти навстречу... пусть я и не уверен, что во плоти. В какой-то момент — дело было вечером, вскоре после того, как мы вновь отправились в путь — перед нами сформировалась песчаная буря, полностью перекрывая путь вперед, и ветер бил нам точно в лицо, забрасывая песком... Все это произошло так быстро и “удачно”, что я бы заподозрил злой умысел даже если бы этот песок не был заряжен немного необычной энергией Дендро. Не прошло и полминуты, как буря бушевала уже вокруг нас... в других обстоятельствах я бы предложил вновь укрыться в Чайнике и переждать, но тут от нас именно этого, скорее всего, и добивались. Закрыв лица и укрывшись за барьерами Анемо и Дендро, мы попытались пробиться вперед...

- Еще немного, и вообще ничего не будет видно, — пожаловалась Паймон, прикрывая рот рукавом... И тут, словно только и ожидала этих слов, как сигнала, земля под нами затряслась, и что-то громыхнуло... Это было не землетрясение, пусть и меня почти сбило с ног, это... это мне было знакомо, как если бы рядом в наступление шли Титаны... — Там что-то есть! — Паймон тряска земли не задела, потому она разглядела это первой.

- Император на Земле... — вырвалось у меня помимо воли, стоило вновь посмотреть вперед. Полускрытое за бесчинствующим песком, моему взору предстало колоссальное змеевидное тело, на голове горели два глаза... Трудно было оценить размеры, но против этой махины я бы не хотел выходить даже при поддержке Титана класса “Император”... лучше уж орбитальным ударом его.

- Мы нашли его... — прошептала Нахида у меня за спиной. — Это Дендро дракон Апеп.

- Паймон знала, что он большой, но все же не думала, что настолько...

- Крошечный божок, крошечный человечек... убирайтесь с моей земли! — голос Апепа был очень тих для такой громадины... и я не уверен, что он доносился именно с той стороны... — Столь слабым формам жизни нечего делать в бескрайних песках пустыни, — я сдержал усмешку, этот дракоша понятия не имел, где и в каких условиях может жить Человек.

- Мы пришли, чтобы спасти тебя, Апеп, — Нахида вышла вперед.

- Мне не нужно спасение, тем более от тебя, Буэр. Ты ничем не лучше Амона, — это еще одно имя Дашрета, — живете на свете один миг, а считаете себя владыками всего и вся, полагаясь на сияние небес. Заглянула бы лучше в свое будущее! Ты обречена повторить старую ошибку.

- Я знаю, ты ненавидишь Архонтов и людей, — а вот этой деталью она со мной не делилась! — Но ты очень слаб, оставь свою ненависть хоть ненадолго...

- “Хоть ненадолго”... Дурашка Буэр, ты не дождешься от меня благодарности, даже если исцелишь мое тело. Ты хочешь своими руками оживить дракона, который уничтожит Сумеру и все семь королевств!

Как интересно... Пока что я думал об Апепе, основываясь на опыте с Двалином и немного с Аждахой, кто были друзьями и соратниками Архонтов, а также были сопоставимы с ними по силам... Тут же все иначе, и вряд ли связано с одним только возрастом Апепа или влиянием Бездны — что в других обстоятельствах звучало бы абсурдно. И насколько же он старше, если в его глазах Архонт жил лишь миг? И не похоже, чтобы Дендро дракона и Архонта связывали особые узы... В любом случае, возникает вопрос, стоит ли ему помогать, или лучше добить, а потом справляться с последствиями?..

- Ты просто болен... — Нахида такими вопросами явно не задавалась.

- Это так. Время приносит болезни и смерть всему сущему, это неизбежно. Но пусть я тяжело болен, мой разум остается ясным...

- Ты в этом так уверен?

- Не думай, будто я такой же, как те драконы! — мое замечание высокомерно проигнорировали. — Я не пойду на уступки!

- Это ни к чему. Нам сейчас нужна не война, а правда!

- Хм. “Правда”? Божеству мудрости никогда не избавится от этих оков. Я дорого заплатил за правду, и ты скоро сделаешь то же самое...

Я не успел толком задуматься над тем, о какой же правде он говорил, как огромный темный силуэт перед нами рассеялся, а буря начала стихать... И нам навстречу вышел десяток... созданий. Внешне они бы почти могли сойти за обитателей Сада Нургла, и от них тянуло не Бездной, но чем-то почти столь же поганым. Только... старым, еще более размытым чем обычно и... даже не знаю, как описать... хроническим и незаразным? И наши спутники признали в них сородичей, которые не покинули внутренности Апепа и адаптировались к “апокалипсису”, вот только им это стоило разума. Сейчас они надвигались на нас с открыто враждебными намерениями...

- Очевидно, их привлекает сила Семени огня, лишь она может на время избавить их от боли!

- А еще смерть, — заметил я, выступая вперед и обнажая оружие. — Настоящая смерть всегда освобождает от боли.

- Прошу, не будь жесток к ним... Они вовсе не злые. Просто тоже хотят жить...

- Подчас уже это — грех, что несет неисчислимые беды, — бросил я в ответ. — Будь готова забрать их оставшуюся энергию. Это лучшее, что можно сделать для них.

Тем более что тупиковые, отмирающие ветви нужно отсекать. Но кто бы мог подумать, что я однажды буду играть роль формирователя круутов.

Последующее даже схваткой-то назвать было трудно — эти уродцы почти полностью игнорировали меня, стремясь к Нахиде, вернее, к кристаллу. И пусть некоторые из них выглядели довольно грозно — особенно те, что представляли из себя парящую пасть и больше ничего — ни один даже не потребовал добивающего удара. Наша спутница в форме Гидро плесенника собирала остатки их энергии и тут...

- Ой, она светится! — впечатлилась Паймон.

- И растет... — машинально добавил я, но тут же нахмурился. — Надеюсь, ты не поглотила энергию, по сути, души своих соплеменников, чтобы вырасти?

- В меня стекаются бесконечные знания и эмоции. Я чувствую их волнение, — теперь она выглядела уже как крупный, ходячий плесенник. — Невероятно, что столь грандиозный “рост” свершился столь быстро...

- Просто ты теперь несешь в себе надежды и стремления всего своего вида, — в этот миг в голосе Паймон не было привычной детской непосредственности. Я же просто кивнул... да, дело не в том, что она поглотила души. Просто, подобно аранарам, воспоминания для них — источник силы.

- Да, наконец... мы можем вернуться домой.

- Что же, ваш путь подходит к концу. Вперед!

* * *

Дальнейшее заставило меня усомниться в том, что с нами разговаривал сам Апеп во плоти, а не какой-то морок или проецируемый образ. Потому как на земле не осталось никаких следов того, что по ней проползла эта гигантская махина. И даже если бы он как-то парил над землей, следы бы тоже были — уж больно он был здоровый...

Путь привел нас в впечатляющих размеров пещеру, где сам воздух, казалось, звенел от переполняющей его энергии Дендро. Но самое главное — эта пещера не более чем прихожей, а наша цель была дальше по ярко светящемуся туннелю. Я как-то об этом не задумывался, но, чтобы применить Семя огня к искомому оазису, до него нужно было сперва добраться. А это самое Сердце оазиса было органом Апепа — вполне возможно, что действительно было его сердцем — а значит, нам нужно было попасть внутрь этого дракона...

Учитывая, что внутри у него была целая экосистема — пусть даже прокаженная — это было не настолько дико, как могло показаться на первый взгляд, но все равно... Ну а еще тут нам точно нужно было сотрудничество со стороны Апепа. К счастью, Нахида проявила настойчивость и убедительность, сумев до него достучаться. И к счастью, нам не пришлось пользоваться одним из двумя путей, что первыми приходят на ум, чтобы проникнуть внутрь. Мы скорее были впитаны или просто телепортированы — было особо не разобрать.

Вот только в процессе нас раскидало... Я был готов к тому, что внутренности дракона вновь напомнят мне о Саде Нургла, но все было не так тяжело. Да, стены и все вокруг были не самого здорового цвета, но в целом все производило впечатление не чахлого гнилого болота, а скорее осеннего, старого и больного леса, что еще не сдался и не стал добычей паразитов... Хотя паразитов вокруг как раз хватало — сородичи наших спутников, обратившиеся в уже знакомых чудовищ, явно больше не были симбионтами...

В первый момент я, грешным делом, заподозрил ловушку, особенно когда по прибытию рядом со мной были только два квази-плесенника и куча монстров. Ни Паймон, ни Нахиды видно не было, и на фоне всех энергий, что наполняли все вокруг, я не мог их почувствовать. Но нет, никто не пытался вонзить мне нож в спину, вместо этого мы вместе отбили первую атаку, а потом пошли на прорыв. Мои спутники ориентировались тут гораздо лучше — ведь это был их дом, пусть и искаженный — и они чувствовали Нахиду. Более того, маленькое божество было совсем рядом с тем самым Сердцем оазиса, куда мы стремились...

- ... ты подумала, что станет с Сумеру, если ты обратишься в веточку? — донесся до меня крик Паймон. Так, чего?! Я прибавил шагу, продолжая прорубаться через вражин... — И мы бы никогда не согласились тебе помогать, если бы знали, как ты собираешься исполнять свой долг!! — чуть позже еще более громкий крик Паймон пробился через нарастающий грохот схватки.

- Извини, Паймон, но выбора у нас нет... — голос Нахиды был тих, но теперь звучал ясно. Значит, мы совсем рядом, скорее всего, вон за теми зарослями...

- Отставить! — завопил я, разваливая напополам крылатую тварюгу.

- Александр! — радостно закричала Паймон, бросаясь ко мне. — Семя огня разбилось! А Нахида...

- Вздумала пожертвовать собой... — спокойно закончил я, строго глядя на малютку-Архонта.

Нахида ярко светилась Дендро, но под моим неодобрительным взглядом сразу погасла, смутилась и потупилась. Не знаю, о чем именно она думала, Сумеру только-только оправился от пяти веков, когда их Архонт был вне игры. И даже если эта ее жертва не будет безвозвратной... Все равно! Я до сих пор не до конца уверен, что стоит исцелять этого дракона. Но в конечном счете, даже если, исцелившись он не откажется от своей враждебности, в краткосрочной и даже среднесрочной перспективе он будет слишком слаб, чтобы представлять немедленную угрозу, а там разберемся... Но черта с два я допущу, чтобы дружественный Архонт жертвовал собой ради дракона сомнительной принадлежности!

- Но ведь... — Нахиде понадобилось несколько секунд, чтобы собраться и с вызовом посмотреть на меня.

- Жертва необходима, — голос плесенника остановил то, что обещало стать серьезным спором. — Но не властительнице трав ее приносить! — глаза Нахиды расширились и перебежали на нее. Я и сам повернулся к говорившей, кто теперь сама светилась. — Мы все выросли на этом долгом пути, и если все это время мы росли, чтобы вернуться домой, то наша мечта исполнилась... — Происходящее мне живо напомнило рождение новой Ашваттхе, точно так же как Арама, она обратилась в стремительно растущее дерево. Вокруг него кружились образы других подобных существ и вливались в него один за другим... — Поможешь нам своей силой?

- Ты ведь с самого начала знала, что этим все закончится? — прошептала Нахида. — Все ваши знания, слова, чувства распадутся, чтобы принять форму чистой силы элементов. И в новом доме от прежних вас ничего не останется... И почти никто и не вспомнит о вас... Это правда то возвращение домой, о котором вы мечтали?

- Властительница трав, не надо грустить, — Анемо плесенник в свои последние мгновения начал говорить куда более внятно. — Это не твой дом. Мы возвращаемся домой. И властительница так же должна вернуться к себе домой...

- Лес помнит все... — тихо проговорил я, мягко опуская руку на плечо Нахиды. Полагаю, она, расчувствовавшись, подзабыла этот принцип аранар. — И если Апеп нас сейчас слышит, то и он не забудет этот миг. И, как человек, я могу сказать... отдать себя целиком за свой дом — это далеко не худший конец.

Дальше мы оба вложили свои силы в это росток, на котором стремительно созревал огромный плод — очевидно, то самое Сердце оазиса. Новое. Что займет место прокаженного.

Разумеется, так просто ничего не закончилось. С разных сторон продолжали прибывать искаженные “апокалипсисом” создания, а в добавок к ним прямо из пола вылезло подобие гигантской многоножки. Уже позже, задним числом я пришел к выводу, что это местное подобие макрофагов или белых кровяных телец. Он тоже был поражен запретным знанием, а потому дело свое делал из рук вон плохо, но видно и мы, и особенно зарождающееся новое сердце считались посторонними телами...

Несколько минут мы втроем сражались с этим нашествием, чтобы не подпустить их к плоду и вот... созревание завершилось. Ярко зеленое, сияющее Сердце взлетело и вросло в потолок, и мир вокруг нас начал стремительно меняться. Все монстры распадались и впитывались в пол. Большая часть желтоватой болезненной поросли так же отмирала и исчезала, а ее место тут же занимала новая, молодая и ярко зеленая. Стены и потолок тоже стремительно зеленели, словно осень прошла, зима пролетела буквально за миг, и сразу наступила весна... Это было... завораживающее зрелище.

Но в должной мере насладиться этим не удалось, ибо макрофаг-многоножка вернулся. Тоже обновленный, здоровый, а значит, и куда более опасный. Один раз он наполнил все пространство вокруг разрушительной энергией, вынудив нас сбиться в кучку, укрываясь щитом. Зато это наконец привлекло внимание Апепа — возможно, для него это было чем-то вроде изжоги или жара. Он наконец приструнил свою иммунную систему, и между нами случился серьезный разговор.

Прежде всего, ожидания Нахиды оправдались, и избавившийся от пагубного влияния дракон был заметно спокойнее и даже умиротвореннее, а потому более не рвался уничтожать все семь королевств. Он был далек от того, чтобы записываться в друзья и страстно ненавидел “пришедших из-за небес”, но теперь намеревался просто сидеть на берегу реки, чтобы однажды увидеть, как мимо проплывут трупы его врагов. И, судя по новой информации, у него это вполне могло получиться.

Он многое нам рассказал, в частности, как заключил союз с Дашретом, по сути, подбивая его к поискам запретного знания, намереваясь его пережить и сорвать банк, но в конце концов сам себя перехитрил и заразился. Но это я слушал почти в пол уха, ибо после его слов моя картина этого мира сперва затрещала по швам, а потом сложилась по новому...

Опираясь на свой предыдущий опыт, я полагал драконов всего лишь очередными элементальными формами жизни в Тейвате — вроде тех же Адептов или екаев. Только более могущественных и редких — коль скоро они по силам уже были сопоставимы с Архонтами. Не больше. Теперь же все выглядело иначе.

Я уже очень давно понял, что так называемый Небесный Порядок со своими законами явился в Тейват извне — хотя, очевидно, этот факт скрывали. Какая-то группировка эльдар искала способ пережить свое Грехопадение, и они превратили этот мир — скорее всего, у Тейвата и прежде были какие-то особые свойства — в бункер-убежище от Гибельных Сил и особенно еще неродившейся Голодной Суки. Также очевидно, что что-то у них не срослось, и они не выжили — пока неясно когда и как. Также непонятно, каким образом в Тейвате появились люди — очень сомнительно, что эльдар собирались делить с ними этот чудной мир...

Так или иначе, эльдар пришли в Тейват и переделали его под себя. Для меня не стала большим потрясением новость, что до их прибытия тут уже была своя цивилизация, и что она не пережила встречу с длинноухими пришельцами. Вот только выяснилось, что местные продержались против захватчиков гораздо дольше, чем можно было ожидать. А еще оказалось, что эльдар не довели до конца истребление аборигенов... очевидно, не смогли, ибо я не вижу причин, чтобы они остановились по собственному желанию. Разве что домашних зверушек или дичь для интересной охоты потом создать хотели... Так или иначе, им это потом сильно аукнулось.

Первыми хозяевами Тейвата были драконы, и судя по тому, как об этом говорил Апеп, это была именно продвинутая цивилизация, покрывающая весь мир. Вроде как даже имевшая возможность выйти за его пределы. И именно они первыми освоили — а может, и создали — силы семи элементов... И после прибытия чужаков и первого — очевидно, не окончательного — поражения Нибелунг, выживший правитель драконов покинул Тейват. Но потом вернулся назад с новой “черной силой” и повел свой народ на новую войну против порядка, установленного чужаками... Иными словами, он поддался Гибельным Силам Хаоса и привел их в этот мир-убежище. В этой новой войне он снова был побежден и наконец убит, но, возможно, что вместе с ним как раз и полегли все эльдары, и с тех пор в Тейвате заправляют лишь их творения, что не способны быть до конца самостоятельными... Но это лишь предположение. Возможно так же и то, что именно оттуда пошло правило о том, что “Тейват нельзя покидать”...

Надо полагать, большинство нынешних драконов — это дальние потомки проигравших, кто уже и не помнил ничего об этой истории... А может, и их реинкарнации? Учитывая чудесатность Тейвата, и такое возможно. Но вот Апеп — он был выходцем еще с тех древних времен, помнил былую цивилизацию драконов, пришествие чужаков и падение своего народа... Вот оно как. Значит, я серьезно сомневаюсь, что с ним будет возможно ужиться в долгосрочной перспективе. Да, я вполне могу понять его ненависть к захватчикам и даже отчасти симпатизирую — пусть и этих захватчиков как таковых уже, похоже, не осталось. Но факт остается фактом — до появления Небесного Порядка людей в Тейвате не было, а значит, вопрос о том, на чьей я стороне в этом конфликте, даже не ставится.

* * *

После всей истории мы наконец решили заняться вопросом с Фаракхертом, тем более что Апеп обитал сравнительно недалеко от его границ. И, выбравшись из его пещеры через другой проход, мы различили довольно недобрые цветовые эффекты в ночном небе.

По словам Нахиды, в лесах Сумеру сейчас проживал номинальный глава ордена скептиков, кто пятьсот лет назад обосновались в тех землях. Этот глава то ли ушел на пенсию, то ли удалился в самоизгнание. Потому Академия последнее время пыталась вновь наладить связи с орденом, но безуспешно. Те вели себя крайне недружелюбно, временами и вовсе враждебно, не признавали своего вроде как главу и отказывались воспринимать новости о том, что Ирминсуль исцелен, а Архонт вернулся... А ведь Нахида лично посылала сообщения и общалась с главой... Происходящее заставляло заподозрить злой умысел, вплоть до того, что без начальственного пригляда кто-то там продался Бездне и теперь усиленно раздувает огонь конфликта.

Было решено, что мы с Паймон отправимся туда под видом искателей приключений, не связанных с Академией, чтобы не провоцировать изначальной агрессии, и попробуем разобраться. Но главное — привлечем к себе все внимание, чтобы Нахида, кто скрытно отправится следом, смогла все рассмотреть и по возможности вступить в контакт с пари — созданиями былого Гидро Архонта. Нам с Паймон выдали завалявшийся в закромах Академии барабан — он имел какую-то особую ценность для скептиков и мог их заинтересовать.

Так мы и отправились в путь от самой северной Статуи Семи в Сумеру. Грозное небесное явление отсюда было уже очень хорошо видно. Казалось, будто в небе раскрылся портал в Варп и оттуда вот-вот полезет всякая дрянь, и все будет очень плохо — это нам говорили глаза. Но другие мои чувства настаивали, что все вовсе не так плохо. Это не было настоящим порталом, это было скорее отражением чего-то другого, и это что-то было сейчас перекрыто... Но все равно, нужно было разобраться.

Все пошло не по плану с самого начала. Встреченный нами патруль скептиков был и правда настроен весьма недружелюбно и настоятельно советовал развернуться и проваливать. И продемонстрированный барабан они признали, но вместо того, чтобы наконец пойти на контакт, схватились за оружие. Пришлось бить морды.

Драку неожиданно прилетела разнимать розовая пари — мне их уже описывали, и теперь я убедился, что они и правда похожи на помесь птиц с цветами. Но честное слово, временами они просто казались более внятно изъясняющимися аранарами. Соруш — так ее звали — потребовала объяснить, что тут творится. Что примечательно, патрульные ее хорошо знали и относились с огромным почтением, а ведь по словам лидера в изгнании, пари последние века держали скептиков на расстоянии. Что-то явно изменилось.

Соруш, очевидно, была очень юной по меркам пари и была просто воплощением девы бледной — розовой — со взглядом горящим. Одновременно она была о себе очень высокого мнения, и то и дело заводила речь о том, какая она избранная, и как именно она положит конец этому недоброму небесному явлению — называлось оно, кстати, Знамением Апаоши. Она была уверена, что это свершение потребует ее жертвы и была преисполнена энтузиазма по этому поводу... Мне было даже интересно, как она запоет, когда дойдет до дела.

Увидев давешний барабан, она воспылала энтузиазмом и затребовала его себе — я, ясное дело, отказался, заявив, что по условиям поручения, мы должны показать его предводителю скептиков. Побухтев о том, что мы — грубияны и не понимаем ее величия и великолепия, Соруш согласилась нас проводить, мол, этот глава все одно подтвердит ее слова.

По дороге мы могли убедиться, что ситуация тут далека от идеала. Во-первых, количество хиличурлов тут — по-местному, дэвов — как бродячих, так и в лагерях, было очень велико, и среди них встречались и изгои. Во-вторых, энергия Бездны, что здесь имела несколько иную форму и именовалось скверной, часто конденсировалась и формировала серые кристаллы. Они были почти инертными и сравнительно безопасными, но все равно подобной дряни не место в реальном мире, особенно когда они перегораживают дорогу. Пари были способны их рассеивать, но в большинстве случаев не могли ее уничтожить окончательно. Зато я мог и с готовностью выжигал всю эту гадость с помощью Света Императора. Эта моя способность и легкость, с которой я расправлялся с хиличурлами, очень впечатлили Соруш, пусть она отчаянно — и очень неумело — пыталась это скрыть. И она провозгласила меня своим яспанати — что-то вроде партнера и соратника пари, пусть в ее интерпретации моей основной задачей будет ее прославление и запечатление в веках ее будущего самоотверженного подвига... Ну, я не стал особо возражать.

Дальнейшая дорога была такой же — стычки с монстрами, вычищение всякой дряни и перепалки между Соруш и Паймон, которую та торжественно нарекла Белой Болталкой. Иногда я был готов поклясться, что слышу, как подглядывающая за нами Нахида давится смехом, слушая их споры. В целом Соруш была довольно раздражающей, но я относился к ней с удивляющей меня самого терпимостью — я явно делал ей скидку на очевидную юность и неопытность. Ну и еще от нее была несомненная польза.

Так мы и добрались до лагеря скептиков, где повстречали Наседжуна — их нынешнего номинального лидера с совершенно непроизносимым титулом, который ни я, ни Паймон даже не пытались запомнить или выговорить. Он мне не понравился почти сразу, было заметно, что он оказал значительное влияние на Соруш, и оттуда пошли некоторые ее худшие черты и мнения. Еще он к ней почти открыто подлизывался — вновь лишь ее неопытность и наивность не давали ей это заметить. Ну а когда он разговорился, стало очевидно, что он и есть причина нынешней агрессивности этого ордена — его слова о том, как он поведет орден скептиков, чтобы “низвергнуть негодяев из Академии и сжечь дотла их Дом даэны” были весьма красноречивы. Вопрос теперь был в том, откуда это пошло, и сколько их тут таких решительных?..

Возвращаясь к Знамению Апаоши, как я уже говорил, это не было настоящим порталом, а лишь отражением. Был тут некий пролом Туниги, вроде как созданный Каэнри'ах, откуда пятьсот лет назад хлынули монстры — полагаю, более крупный и постоянный вариант портала, откуда гончие и отродья Хаоса прорвались в Мондштадт. Этот пролом был перекрыт пятьсот лет назад двумя барьерами, но нынешний феномен указывал, что в нем начались какие-то нехорошие шевеления и, возможно, темная энергия начала накапливаться между барьерами. А значит, следовало проникнуть туда и все вычистить. Для этого требовалась поддержка других пари и некий ритуал, в котором Соруш и надлежало пожертвовать собой — так же, как их прародительнице Симург...

Следующей нашей остановкой был оазис Вурукаша — дом и родина пари. И это было впечатляющие зрелище: оазис был просто огромным островом зелени посреди пустыни и почти безжизненных гор. В его центре громадный живой пень — Харвисптохм, дерево, выращенное Дендро Архонтом из останков павшей в битве Гидро Архонта Эгерии... Не уверен, как это надлежит воспринимать. Но это дерево было просто гигантским, заметно крупнее Васунастры, и я затруднялся оценить его былые размеры относительно Великого древа Сумеру. Впрочем, возможно, Харвисптохму никогда не представился шанс вырасти. Не знаю. Сейчас это был лишь пень. Причем частично выдолбленный изнутри. Тем не менее, в нем и вокруг него кипела жизнь, а среди корней располагался поистине райский уголок... Мы там потом ночевали — удивительно комфортно. Но при этом на его окраинах виднелись и довольно зловещие признаки — благословение на этом клочке земли медленно, но верно слабело, и тьма начинала наступать на него...

Здесь мы встретили Зурван — самую первую и главную пари — и у Паймон случился короткий когнитивный диссонанс от того, как Соруш начала чуть ли не лебезить перед ней. Эта Зурван — именуемая первоявленной — в целом относилась к людям с подозрением, особенно к скептикам, кто последнее время очень чудили, а потому не одобряла, что Соруш к ним зачастила. Но вот нас с Паймон посчитали более достойными доверия — полагаю, ей это Нахида нашептала. А потому, возможно, теперь Соруш может и правда стать достойной двурогого венца — некоего артефакта, реликвии пари, что была необходима для давешнего обряда. Разумеется, не просто так. Нужно было найти и помочь двум древним пари: Михир и Рашну.

Поэтому весь следующий день мы бродили по окрестностям — на поверхности и в пещерах — вновь уничтожая монстров и вычищая проявления скверны. Пришлось даже играть на барабанах, ибо одна из них впала в глубокую спячку, и иначе ее было не дозваться. Это был странный опыт. Попутно мы вызволили и очистили несколько других пари, попавших под влияние скверны, дав им возможность вернуться.

Вернувшись в оазис Вурукаша, я сразу заметил изменения — он стал еще более живым и сильным, а признаки упадка на его границах все исчезли. Множество цветов, что еще вчера выглядели увядшими или наоборот, еще не выросшими, сегодня вдруг расцвели и буквально сияли. Явный признак того, что тут побывала Дендро Архонт, она обновила и поправила свое творение... ну или вернее, творение своей предшественницы, но это знал только я.

Соруш же была слишком увлечена своими мечтами о грядущих свершениях — что теперь, казалось, были почти на расстоянии вытянутой руки — чтобы обратить на это внимание. Зурван поздравила нас с успехом, и двурогий венец водрузился на голову Соруш... И я сильно усомнился в его древности. Ладно, материалы в Тейвате не следовали обычным правилам, и я мог поверить, что за пять веков он не сгнил. Но он просто идеально подходил Соруш: и по цвету, и по размеру, и по форме. А потому я не мог отделаться от мысли, что его буквально вчера сделали именно для нее...

В любом случае, теперь нужно было собрать вместе очистительную энергию, что была поделена на пять великих Хварн или песен — еще одно доказательство родства между пари и аранарами. Ну и с помощью этой силы можно будет провести ритуал, открыть проход в Туниги и вычистить всю скопившуюся там дрянь. Одна из этих песен хранилась рядом, и мы ее быстро забрали. Но вот где остальные, Зувран не знала, но вроде как что-то было известно нашему знакомцу Наседжуне. Что, вообще говоря, подозрительно.

Что же, завтра нужно будет вновь встретиться с ним.

* * *

Что же, могу понять, почему пари не знали, где искать оставшиеся песни — по словам Наседжуны, все они каким-то образом оказались в подземных комплексах Каэнри'ах, расположенных неподалеку. Другой вопрос, откуда он сам мог это знать... Вполне возможно, что информацию он черпал из самого надежного источника — того, что и поместил эти песни там. Не сами же они туда, в самом деле, залетели...

Врун из него был так себе — не раз и не два он говорил лишнее и потом обрывал себя на полуслове. Ну а его утверждения, что прежде он никогда тут не бывал и все узнал из найденных записей, не выдерживали никакой критики — уж очень уверенно он там ориентировался. Ну а уж его многократные попытки убедить нас дать найденные песни ему на хранение — и неумело скрытая злость при отказах... Но пока наши цели совпадали, а потому я как бы ничего не замечал и одергивал Паймон — наивная Соруш же ничего такого не заподозрила. И тем не менее, чем дальше, тем больше наша юная пари прислушивалась к моим советам, игнорируя его высокоинтеллектуальное мнение — что явно бесило Наседжуну еще больше.

Подземные строения Каэнри'ах вновь впечатлили меня своей надежностью — даже спустя пятьсот лет многое внутри функционировало. Например, мы набрели на металлургический завод, что каким-то образом оставался в более-менее рабочем состоянии — металл до сих пор оставался раскаленным и жидким. Но опять же, некоторые конструкторские и инженерные решения лишь в очередной подтверждали, что в этой стране на эти посты набирали исключительно сумасшедших... Может, они как-то подхватили болезнь архитекторов пустынного царства Дашрета? Нужно будет потом уточнить, насколько близкие были контакты у этих государств в былые времена.

Так или иначе, Наседжуна с просто преступной точностью знал местонахождение песен и мог указать дорогу. Поэтому наша веселая компания несколько часов ходила по этой базе, посетив среди прочего несколько производственных цехов и подземный испытательный полигон. Для продвижения часто приходилось приводить в порядок отдельные неисправные механизмы, чтобы освободить дорогу — или, наоборот, доламывать их. Испытательный полигон, например, пришлось развалить чуть ли не целиком. И да, каждый раз, когда дело пахло жареным, Наседжуны рядом не оказывалось — он всегда заблаговременно оставался позади и присоединялся, когда все заканчивалось...

Когда все это закончится, нужно будет еще раз все здесь тщательно перепроверить, но, кажется, весь этот комплекс был сравнительно чистым, без прямого использования сил Бездны. А значит, ученым из Академии, да и из остальных регионов стоит его изучить, возможно, удастся найти что-то очень ценное. Пока что, бегло просматривая уцелевшие рапорты и записи — бумага была какой-то особой, раз так хорошо сохранилась — я нашел ответ на вопрос, что задавал себе с того самого момента, как Венти впервые рассказал мне о Катаклизме в Каэнри'ах. Он тогда упоминал, что не все боевые автоматоны вышли тогда из-под контроля, что было очень странно, учитывая, что их питали почти прямо энергией Варпа... Выяснилось, что очень долгое время в качестве источника энергии в Каэнри'ах использовали какой-то материал на основе энергии элементов — азотит. И лишь уже ближе к Катастрофе перешли к прямому применению энергии Бездны, что была гораздо... эффективнее. Но нашлись там таки разумные люди, которые выступали против подобной модификации, и, в качестве уступки, некоторая часть боевых машин продолжала производиться по старой технологии. Это мало что изменило в конечном счете, но хоть что-то...

- Отлично! — сделала Паймон сальто, как только Соруш впитала последнюю песнь. — Мы собрали все пять великих Хварн! Теперь нужно отнести их в оазис к Зурван и провести... тот ритуал со сложным названием.

- Не торопитесь, — подал голос Наседжуна, кто в этот раз от нас не отставал. — Перво-наперво отдайте мне песни Хварны. Как я уже говорил, мне нужно более тщательно изучить их, прежде чем приступать к обряду Чинват. Разве я не приложил огромные усилия, чтобы найти их? Без меня вы бы до сих пор тут блуждали вслепую!

- Ты себя переоцениваешь, — покачал я головой, лишний раз обегая взглядом пространство вокруг. Явно пришла пора сбрасывать маски, но не похоже, чтобы его подмога скрывалась где-то рядом. А значит...

- Все логично, разве нет?! — уже почти прорычал насупившийся Наседжуна. Актер он так себе. — Дай сюда песни и побыстрее! Это позволит мне разработать порядок проведения обряда.

- Это будет излишним, — чуть улыбнулся я, пока Паймон отлетала чуть назад и вверх, чтобы занять более выгодную позицию.

- Александр верно говорит, — вот Соруш до сих пор ничего не понимала, но поддержала меня. Что примечательно, она все реже звала меня “яснопати”. — Просто дождись моего подвига, а потом никто не станет тебе мешать изучить Хварны...

- Молчать! — взорвался тот. — Надоели!

- Как ты смеешь, назорей?!

- Ах... Я сказал это, не так ли? Раскрыл себя, — с видимым облегчением усмехнулся Наседжуна. — Какое облегчение! Мне больше не нужно унижаться и поддакивать безмозглой пари! — эк его понесло... так, не стоит прерывать, может, он чего лишнего наговорит сгоряча. — С чего бы начать? Даже не знаю... Я бы с удовольствием рассказал о своих планах. Мертвые же уже никому ничего не расскажут. Но думаю, вам самим не интересно слушать о столь мудреных делах...

- Что ты?! Мы тебя внимательно слушаем! — подбодрила его Паймон.

- Просто отдай мне песни Хварны. Это сэкономит уйму времени, — он ее проигнорировал. Невежливо.

- Извини, но нет. Тебе придется потрудиться, — покачал я головой. Ну давай, скажи что-нибудь полезное, потом из тебя выбивать меньше придется.

- А еще мы без них не сможем выполнить поручение! — встряла летунья.

- Все это ничто по сравнению с моими планами! — вспылил он. Серьезно? Паймон удалось его разговорить?! — Я лишь подыгрывал вам, чтобы получить эти песни! Меня называют виджнянапати ордена скептиков, но они никогда не понимали моих чаяний! Приходилось действовать тайно! — значит, сообщников в их рядах у тебя нет? Полезно, но все равно стоит потом перепроверить всех.

Тут уже плотину прорвало, и Наседжуна принялся взахлеб рассказывать, как он воспользовался всей этой свистопляской в небе, надеясь связаться с пари и с их помощью добраться до песен. В конце концов он вышел на Соруш и научил ее плохому, вот только тут коса нашла на камень, ибо нужно было еще заполучить двурогий венец, и он уже почти пал духом, когда так удачно нарисовались мы двое. И теперь он воспользуется великими песнями Хварны, чтобы снять печать с “черной бездны” и вновь начать ту войну. Ох, как же это будет прекрасно!

Я почти прослезился от умиления: какой эталонный, можно сказать образцовый еретик! Тут тебе и монументальное самомнение, и предательство всех и вся, и коварный план с целью уничтожения мира — даже если сам он этого не понимал. И конечно же, чистосердечное признание во всем, что сильно облегчает мне дело — вот бы все они всегда были такими же болтливыми.

- ... истории о противостоянии черной бездне и долге ордена скептиков пустые небылицы! — окончательно вошел он в раж. — Мои находки в руинах лишь подтвердили мое предположение! Мне уже удавалось тайно проникнуть сюда вместе с исследователем, кто делился со мной записями, — и я не сомневаюсь, что этот исследователь ну никак не влиял на то, что и как ты обнаруживаешь. — Те, кто противостоял здесь скверне, были дахрийскими героями! Они истинные предки скептиков! Но они...

- Тоже мне, новость, — мне это надоело, ибо теперь он принялся делиться своей философией и “истиной”, которая меня мало интересовала. Пора уже заканчивать этот фарс... — Конечно, не все жители Каэнри'ах были архитекторами Катаклизма, большинство было лишь жертвенными барашками. Конечно же, они сопротивлялись и пытались спастись! И что?

- А?.. — на лице его мелькнула растерянность, но он тут же попер дальше. — Я принесу беспощадную истину в этот несправедливый мир! Отдайте мне песни и, возможно, я вас пощажу...

- Паймон хочет это увидеть! — хмыкнула летунья.

- Разумеется, я подготовился на этот случай! Прощу прощения за ожидание, о жрец черной бездны...

- Чужеземец, дай мне Хварну! — хорошо знакомый портал раскрылся и из него вышел Вестник Бездны... один. — Мне эта сила нужн... — большего он сказать не успел, ибо Паймон тут же угостила его Крио зарядом.

Я рванулся вперед к Наседжуне, отбил в сторону арбалет, что тот носил с собой все это время, хотя ни разу не использовал. После чего я одним движением бросил его на землю, отчего обе ноги задергались в воздухе. Схватив стопу, я резко дернул, и крик боли мгновенно заглушил характерный хруст — все, теперь он сам отсюда уже не сбежит...

С разворота я рубанул Небесным мечом, но Вестник успел оправиться и парировал удар. Вторым своим Гидро мечом он попытался меня пырнуть — удар ушел в никуда, мой же ответный удар пробил его блок, но увяз в барьере Гидро. Только я этого ждал и через клинок направил туда энергию Дендро, создавая ядра. Еще через мгновение я переключился на Электро, и ядра проломили его щит, а одно достигло тела, заставив его пошатнуться. Еще один удар Небесным мечом, что теперь уже горел Светом Императора — и голова с плеч, а тело почти мгновенно обратилось в прах. Все.

- Что?.. Но... Как? — мистер предатель при виде расправы над своим покровителем от шока даже забыл о боли.

- Один Вестник Бездны против нас с Александром... Когда-то Паймон бы испугалась... теперь это почти как неудачная...

- Ах, заблудшие овцы, — шипящий голос прервал летунью, кто кажется опять сглазила...

Новый темный портал сформировался не в воздухе, а на полу, и был он непривычно треугольным. Оттуда словно вынырнул новый гость — внешне сильно похожий на Чтецов Бездны, только крупнее и отрастивший себе сразу четыре руки.

Я не стал его рассматривать, а сразу подскочил и рубанул мечом, пока еще он даже не весь показался на свет. Но мой удар отскочил от Крио щита, второй удар другим мечом... и пришлось отпрянуть, спасаясь от жара, ибо щит вдруг оказался уже Пиро. А еще через миг я смог лишь частично уклониться от струи воды. Это что еще за нечеловек-оркестр?

- Прими благословение и возрадуйся! — провозгласил он, взмахивая всеми своими руками. Вокруг него образовались три символа, подобные тем, что создавали Чтецы. Но тут они сформировали треугольник вокруг него, и были они Пиро, Крио и Гидро...

- Александр! — в вспышке Дендро возникла Нахида, рассматривая Гидро конструкт через рамку из четырех пальцев. Так она часто направляла свои силы. — Скорее! — водяное творение распалось.

Ну понятно, эти три штуки нужно поскорее уничтожить. Оставаясь в режиме Электро, я подскочил к Крио символу, что был ближе всех. Удар, второй, добавить молнией... мне потребовалось четыре удара, чтобы расколоть его. Паймон же запустила подряд два заряда Гидро по огненному символу, и Нахида ее поддержала... готов.

- Не надо бороться против спасения! — высокопарно выкрикнул наш враг. Чем дальше, тем больше он мне напоминал некоторых особо экзальтированных Предателей из числа Несущих Слово. Эта якобы величественность не помешала ему без всякой грации упасть на колени, закрывая голову руками. Под ним начал вновь формироваться портал. Я был уже рядом и без разговоров вогнал сияющий меч ему в грудь. — В конце... все вернутся... — он начал проваливаться в свой портал прежде чем обратиться в прах.

- Ох... — выдавила Паймон. — Спасибо за помощь, Нахида! Без тебя было бы намного сложнее! Паймон никогда прежде не видывала таких порождений Бездны!

- В Ирминсуле почти нет записей о них... но они все способны использовать три элемента, я там видела и тех, что владели Электро.

- Учтем, — кивнул я. — Что же, у нас еще есть много работы здесь.

Я повернулся к зрителям всей этой драмы. И я, честное слово, не знаю, кто из них выглядел более потрясенным. Наседжуна с открытым ртом и остановившимся взглядом лежал на полу, рассматривая место, где пропал этот новый портал. Он явно совершенно забыл о своей сломанной ноге. Соруш же неподвижно зависла в воздухе, бессильно опустив свои крылья — вопреки здравому смыслу, она не падала — и не отрываясь смотрела на Нахиду. Полагаю, явление Дендро Архонта затмило для нее даже предательство того, кому она доверяла...