Властелин (джен)

XLIX. Уловки

Злодей должен сообразно своему здравомыслию прибегать к уловкам, как уже упоминалось в разделе «Секретность», однако преследуя при этом скорее стратегические цели, нежели тактические. Заклятие, сохранённое в тайне, выиграет вам дуэль. Крестраж, скрытый от чужих глаз, спасёт вам жизнь. Но тайное движение? Оно весь мир в труху превратит. (Буквально? Фигурально? Решать вам, друг мой.)

Перед вашим триумфальным восхождением к власти, о чём подробно говорилось ранее, вам придётся обуздать свою гордыню и не отсвечивать. Знаю-знаю: невыносимо прятаться как крыса, давать аудиенции в доме какой-нибудь фанатки, которую вы заставили приютить вас чувством вины, угрозами или обаянием (если вы до сих пор не обзавелись собственным логовом, а злодеи, как мне говорят, грешат этим пугающе часто). Тем не менее, капля смирения необходима, чтобы ваши планы шли как по маслу. О чём бы вы ни помышляли, делайте это тихо.

Контрабанда ради наживы? Тихо.

Сбор последователей? Тихо.

Переворот? Вам, чёрт возьми, лучше бы стать мастером конспирации.

* * *

Стоял жаркий летний денёк, и Рон Уизли нёс в руках стакан запредельно горячего кофе. Не для себя, а для Гермионы: та вечно зашивалась с бумагами. Честно говоря, он был только рад, что вовремя умыл руки и ушёл из Министерства, особенно учитывая слухи о сокращении бюджета авроров на фоне резкого спада преступности…

Рон считал, что Гермионе в плане работы достался самый паршивый кусок пирога, но это не значило, что он оставит её разгребать всё это в одиночку.

В ответ на протянутый кофе он услышал приглушённое «спасибо». Она хотя бы реагировала на окружающий мир, что было уже добрым знаком.

Зная, что сама Гермиона ни за что не отвлечётся, Рон прихватил почту. «Пророк» оставался всё той же дешёвой желтой газетёнкой, но Гермиона продолжала его выписывать. Она оправдывалась тем, что это помогает ей понять «точку зрения среднестатистического волшебника» (будто такие вообще бывают), хотя Рон подозревал, что газетёнка просто служит ей топливом. Каждый заголовок, от которого у неё закипала кровь, лишь прибавлял ей решимости… Ему оставалось только надеяться на спокойные новости, хотя в нынешние времена это было из разряда фантастики.

Рон внезапно порадовался, что уже отдал кофе Гермионе, потому что он был уверен, что расплескал бы всё до капли, если бы сам держал кружку, читая этот заголовок.

Атлантида. Ну и дела. Гарри явно не сидел сложа руки, а?

«Придира» выдала нечто похожее, только ещё с кучей фоток, но там было куда больше домыслов о том, что стало с народом атлантов. Русалы? Серьёзно?

— Ты не поверишь, что в газетах пишут, — сказал Рон.

Гермиона вопросительно приподняла бровь, продолжая потягивать кофе, словно требуя выложить всё начистоту. Опасаясь, что она сейчас всё выплюнет от шока, он дождался, пока она сделает передышку в поглощении кофеина, и только тогда протянул ей газету.

— Спасибо, Рон… — Глаза Гермионы полезли на лоб, а челюсть просто отвисла. — Пожалуй, мне пора перестать удивляться подобным вещам.

— Кажется каким-то нереальным, правда?

— Пожалуй, так и есть. — Гермиона усмехнулась и отхлебнула кофе. — Одно за другим… Наверное, это неотъемлемая часть магии и всего такого.

— Вообще-то, для волшебников это тоже дикость, если ты не знала.

Гермиона на мгновение задумчиво хмыкнула.

— Как думаешь, мы могли бы туда наведаться? Сто лет никуда не выбирались, а эти атлантские тритоны звучат крайне любопытно.

Рон узнал этот характерный огонёк в её глазах. Неужели ей мало забот и нужен ещё один проект прямо сейчас?

Что бы он ни думал, Гермиона, похоже, уже закусила удила. Он едва не прыснул. Некоторые вещи никогда не меняются, правда?

* * *

Под занавес лета в Косом переулке началось привычное безумие: толпы магов штурмовали лавки, чтобы затариться всем необходимым к новому учебному году в Хогвартсе. Этот спрос во многом удовлетворяла растущая империя Уизли.

Приколы и розыгрыши по-прежнему шли на ура, но теперь это был далеко не единственный их товар: котлы (из доггерлендского олова), базовые наборы для зельеварения и прочая дребедень, без которой новичку не обойтись… Помимо того что всё это приносило кругленькие суммы, магазин служил ярким и куда менее пугающим билетом в магический мир, чем суровые залы «Гринготтса».

Сам владелец магазина и его в буквальном смысле лисичка-невеста всегда были готовы отпустить шутку или подсобить покупателям, попутно расхваливая богатый ассортимент. Уж они-то не понаслышке знали, каким неприветливым может быть магическое общество в свои худшие дни. Ну и, конечно же, книжная лавка. Уизли только-только успели пролезть в издательский бизнес, но определённо рассчитывали со временем откусить свой кусок пирога.

Знаменитый самоучитель Гарри Поттера по змеиному языку не входил в список обязательной литературы, но по тому, как его сметали с прилавков, можно было подумать обратное. Неудивительно, что в последнее время вспыхнул нешуточный интерес к магическим змеям.

Книготорговцы сгорали от нетерпения в ожидании следующей новинки из Доггерленда, а от одних лишь намёков на книгу об Атлантиде приходили в настоящий экстаз. Туманные посулы грядущей биографии за авторством Лавгуд заставляли их буквально облизываться.

(Луна утверждала, что просто наводит шумиху перед возможной публикацией. Пока что она не продвинулась дальше интервью, и хотя у Гарри были смешанные чувства по поводу этой затеи, она не лезла в душу с расспросами о его жизни у Дурслей. По её словам, людей куда больше занимает основание его острова, нежели что-либо ещё.)

* * *

Огромный стеклянный каньон, разделявший Атлантиду, пересечь было проще простого — его можно было буквально переплыть сверху, так что пока народ из Доггерленда потихоньку разведывал окрестности, изучая магические кристаллы, Гарри отправился вглубь города.

Хотя копаться в развалинах жилых домов было по-своему любопытно, тем более что это позволяло приоткрыть завесу над будничной жизнью народа, канувшего в лету, Гарри хотелось чего-то более существенного. И, само собой, вскоре он наткнулся на нечто интригующее.

В самом центре города возвышался храмовый комплекс. Бинго. Четыре громадины, едва различимые в сумраке, высились над остальным городом на огромных платформах из обтёсанного камня.

Они напоминали пирамиды со ступенчатыми уступами, которые он видел в Мексике. По правде говоря, пирамиды — не самый венец инженерной мысли (любой ребёнок, складывающий кубики, может додуматься до такой конструкции), но то, как они плавно изгибались, вписываясь в ландшафт улиц, было любопытно. Видимо, они и впрямь закусили удила в своём стремлении избегать прямых линий.

Из четырёх храмов Гарри выбрал ближайший, входивший в состав более крупной пары. «Наверное, посвящён какой-то шишке из их пантеона», — подумал он.

Найти вход оказалось парой пустяков: на городские улицы выходили огромные водосбросы, так что Гарри вполне хватило места, чтобы развернуться и заплыть внутрь.

В интерьере храма вовсю бросались в глаза спиралевидные мотивы: всё от планировки залов до инкрустаций из бирюзы и лазурита закручивалось в изящные фрактальные узоры, контрастировавшие с багрянцем яшмы и агата.

По пути Гарри миновал ряд помещений, и некоторые из них заставили его понервничать. Кладовые и спальни для послушников или как там их называли были делом житейским. А вот комната с изогнутым сточным желобом подозрительно кровавого оттенка и набором ножей… Бр-р.

Гарри продолжал пробираться через помещения, чей статус явно шёл по нарастающей: отделка становилась всё изысканнее, а залы — масштабнее. Время от времени он натыкался на какую-нибудь донную живность, шарившую в этих некогда священных чертогах в поисках пропитания. Гарри невольно задался вопросом, не развлекается ли вселенная иронией судьбы, когда наконец вплыл в главное, судя по всему, святилище.

Центром этого зала была круглая мозаика (кто бы сомневался), выложенная самой мелкой плиткой, какую Гарри только видел. В середине узоры были крупными, но чем ближе к краю, тем ювелирнее становилась работа: линии истончались, и ярко-красные и синие нити пролегали между белыми и серыми камнями точно кровеносные сосуды.

Во всём этом было нечто смутно знакомое, что Гарри никак не мог уловить, пока не присмотрелся к странным фигурам в центре. Они смутно напоминали тот самый храмовый комплекс, в который он только что заплыл… Собственно, это была карта. Четыре храма в центре, расходящиеся от них дороги — самое сердце города.

Разумеется, карта не учитывала недавнюю… незапланированную геологическую перестройку, которую пережил город, но всё равно оставалась настоящей сокровищницей информации.

Периметр идеально круглой комнаты венчали символы на стенах. Они напоминали руны, хотя Гарри никогда не встречал подобного начертания за пределами Атлантиды. (Оно и понятно.) При ближайшем рассмотрении оказалось, что символы сделаны из того же кристального стекла, что он нашёл в каньоне.

Попытки прогуляться по залу больше ничего не дали. Конечно, Гарри не ждал идеальной документации, но полное отсутствие зацепок относительно предназначения комнаты его конкретно выбешивало. Он кожей чувствовал, что это место — своего рода магический эпицентр города, точка, вокруг которой всё и застраивалось. Ему просто нужно было понять…

И вдруг Гарри почувствовал себя так, словно его взяли на буксир при парной аппарации: мир вокруг него сжался точно стальные тиски.

* * *

Рядом с каньоном разбили небольшой лагерь, где кристаллы и прочие из Атлантиды проходили доскональную проверку. Оно и понятно: штуки эти были непредсказуемые, так что к ним и подступиться-то боялись, опасаясь, не окажется ли, что атланты (нарочно или случайно) создали некую магическую взрывчатку.

Конечно, в Атлантиде попадались и другие находки. Если очень повезёт, можно было наткнуться на мозаику или резные надписи, вот только расшифровать их было той ещё морокой. Ситуацию не спасало и то, что все настоящие книги и кодексы давным-давно сгнили в труху в пучине океана. Это было отнюдь не сказочное хранилище знаний, которое они себе воображали, но кое-чему здесь всё же можно было научиться.

Однако сейчас всё внимание было приковано к кристаллам: их любопытные магические свойства намекали, что из них могут получиться отличные посохи или волшебные палочки.

Нельзя было просто присобачить кристалл к прутику и ждать, что это сработает, хотя навершия для посохов из них выходили многообещающие, зато замена традиционной сердцевины палочки на кристальную давала прекрасные результаты.

Один особенно предприимчивый исследователь, уже подсчитывая в уме барыши от такой инновации, принялся растирать кристаллы в ступке. Его чуть инфаркт не схватил, когда полуразмолотые осколки внезапно начали светиться тёплым оранжевым светом.

«О Мерлин и Моргана, сейчас нас всех тут на воздух поднимет!» — подумал он.

Свечение погасло, а кристальная пыль стала неприятно холодной на ощупь. К этому моменту весь лагерь стоял на ушах. Похоже, это происходило повсеместно. Замечательно. Но, по крайней мере, руки у них остались при себе — целые и невредимые, а не размазанные по стенам.

* * *

Гарри судорожно ловил ртом воздух, пытаясь понять, что за чертовщина только что произошла. Вода вокруг по-прежнему была ледяной, но уже не такой тёмной, а свет оказался настолько ярким, что он на мгновение потерял ориентацию.

Над собой он заметил узкий луч солнечного света, и это явно подтверждало догадку, что где бы он ни находился, он теперь чертовски далеко от Атлантиды. Похоже, его перебросило какой-то топорной прародительницей аппарации. Как минимум, его вытолкнуло к самой поверхности, если не дальше.

Осмотр окрестностей не выявил ничего из ряда вон выходящего, хотя возможность видеть под водой дальше собственного носа была приятным разнообразием. Правда, осознание того, что его перенесло прямиком на гигантскую кучу хлама, немного подпортило настроение. Побледневшие кости соседствовали с истёртыми ножами, которыми их, вероятно, и очистили много лет назад. Кое-где на свету поблёскивал кремень или металл… Гарри взял свалку на заметку, но всё же решил плыть на свет.

Сориентировавшись, он поплыл к тому, что принял за поверхность, замечая, как вода бурлит под самым сводом. Шикарно. Мало того, он оказался зажат между стенами из… это что, лёд? О да, он был заперт подо льдом. Потрясающе.

К счастью, в ледяном панцире нашёлся просвет, сквозь который пробивался свет, и Гарри поспешил туда. Задрав голову, он увидел широкую ледяную шахту, выходящую на поверхность. Сквозь неё с рёвом низвергался водопад. Солнечный свет, отражаясь от ледяных стен и преломляясь в падающей воде, слепил глаза после абиссальной тьмы, в которой он провёл последние часы.

Выбраться наверх оказалось задачкой со звёздочкой. Для волшебника, конечно, нет ничего невозможного, но это было чертовски неудобно. В конце концов он кое-как поднял себя в воздух, стараясь не слишком вымокнуть, хотя вышло далеко не так изящно, как трюк Волдеморта с полётом. (Как он это делал? Надо будет навести справки…)

Выбравшись из провала, Гарри увидел бескрайние ледяные просторы, уходящие за горизонт. Лёд отражал свет так ярко, что тот буквально бил по глазам. Гарри зажмурился. Лёд, лёд, кругом один лёд… Единственное, что нарушало это унылое однообразие, — гул ледяного водопада у него за спиной.

Он рассудил, что находится на каком-то леднике, учитывая глубину той ледяной шахты, но главный вопрос был в том, где именно. (Или, упаси Мерлин, когда? Гарри очень надеялся, что ничего такого не случится, уж всякого дерьма с перемещением во времени ему хватило на десять жизней вперёд.) В любом случае, светило солнце, так что это вряд ли была Антарктида. Где бы он ни оказался, это было чертовски далеко от дома.

Гарри и раньше совершал чудеса аппарации, пусть теперь он и предпочитал путешествовать с куда большим размахом, но сигануть в такие дебри… это было уже чересчур. Признаться, он чувствовал, что в последнее время набрал магическую мощь, но вовсе не думал, что это его собственных рук дело. Ощущение было такое, будто его протащили волоком, а не он сам прыгнул.

И ощущение это было до боли знакомым, точь-в-точь как при парной аппарации. Неужели сама аппарация — изобретение сравнительно недавнее? Гарри тряхнул головой: так недолго и мозги себе набекрень свернуть, пытаясь распутать узлы магической истории. К счастью, его блуждания в южном направлении в конце концов вывели его к обрыву. Спасибо заклинанию «Укажи мне», наложенному на палочку, а не на посох по вполне понятным причинам.

Далеко внизу пенистое море билось о ледник; белая морская пена на белом льду под аккомпанемент неумолчного рёва океана. Гарри взял на карандаш идею обустроить базу в подобной глуши. Местечко, куда можно свалить ото всех — от общества, чужих ожиданий и, честно говоря, нормальных температур, казалось пределом мечтаний.

Он, конечно, помнил, что в прошлый раз, когда пытался уйти от мира, случайно основал новое государство, но суть не в этом. Технически говоря, Гарри был в этом ледяном безмолвии вовсе не один.

Далеко внизу, на морской глади, болталось крошечное судёнышко. Гарри смутно различал вёсла, но обычные лодки просто не должны были так двигаться, будто приплясывать на гребнях волн и нестись с такой бешеной скоростью. Коллега по цеху?

Гарри, конечно, знал, что маги бывают… дёргаными, но всё же решил подобраться поближе. Раз уж он всё равно здесь, почему бы и нет?

* * *

— Эй! Есть кто живой? — проорал Гарри, усилив голос магией.

Похоже, лодочник его заметил и окинул беглым взглядом, но тут же вернулся к своим вёслам.

Что ж, хозяин барин, но вести беседу в таком формате было бы затруднительно, не так ли? Гарри решил, что пора спускаться.

Он плавно пошёл на посадку в манере, которую, если быть очень щедрым на похвалу,можно было бы назвать преисполненным достоинства парением. По крайней мере, он не бухнулся в воду, и на том спасибо. Теперь стали видны детали: сгорбленная фигура в тяжёлом пальто, мерно налегающая на вёсла.

Завладев вниманием лодочника, Гарри едва не поддался искушению выставить большой палец, как заправский автостопщик, но вовремя рассудил, что этот жест вряд ли добрался до таких широт. Вместо этого он изобразил серию пассов, которые, как он надеялся, выражали его мирные намерения, после чего лодочник наконец поманил его к себе.

Честно говоря, то, что эта лодчонка вообще уцелела в таких волнах, казалось чудом: насколько Гарри мог судить, она была сделана не из дерева, а из какой-то шкуры. Надеясь оказать человеку услугу, Гарри попытался немного угомонить стихию, но наткнулся на хмурый взгляд и решительное покачивание головы. Вопрос гордости?

Это не лезло ни в какие ворота. Даже когда Гарри подсел «зайцем», незнакомец продолжал грести в прежнем темпе, рассекая волны с силой, которая никак не вязалась с его хрупкой, иссушенной временем фигурой. Пальцы мёртвой хваткой вцепились в вёсла, и это лишь подчёркивало кольца рубцовой ткани на каждом суставе.

Это было… из ряда вон. Магические травмы бывают причудливыми, тем более что у самого Гарри хватало ранений, от которых у обычного врача случился бы разрыв сердца, но тут всё выглядело слишком… правильно. Аккуратные, симметричные шрамы, ровно по костяшкам пальцев. Самоистязание? Он знал, что некоторые ритуалы требуют подобных жертв, но здесь всё равно что-то не сходилось.

Гарри рассудил, что если продолжит так откровенно пялиться на руки незнакомца, это станет верхом неловкости, поэтому перевёл взгляд на море и осознал, что они окружены. И ладно бы какими-нибудь магическими тварями, но, учитывая хлипкую кожаную лодчонку, в которой он сидел, огромная стая китов внушала ничуть не меньше трепета.

Они подошли так близко, что Гарри мог бы коснуться их боков рукой. Он так и представил, как Хагрид пришёл бы от такого в полный восторг, если бы, конечно, случайно не разнёс лодку в щепки под своим весом. Были ли они своего рода фамильярами? Вроде водных сов? Что ж, Гарри определённо не слыхивал о совах, способных толкать лодку…

К сожалению, спросить он не мог, но бросил вопросительный взгляд на китов, на что незнакомец ответил довольным кивком и нежно потёр свои шрамы на костяшках. На его лице мелькнула добрая улыбка, когда один из китов просто поднырнул под лодку и повёз её на себе.

В конце концов кит скользнул обратно в пучину, когда они вошли в какую-то бухту и, о чудо, на нормальную, не ледяную землю. Вдали виднелись смутные признаки цивилизации, что само по себе было добрым знаком.

Что ж, по крайней мере, он больше не торчал на леднике и теперь вполне мог организовать себе какой-нибудь транспорт. Мысль о том, чтобы вызвать такси в виде своего призрачного корабля, была довольно забавной, если бы только он мог…

Гарри моргнул, и его осенило.

— Кричер!

Когда эльф возник перед ним, Гарри с облегчением отметил, что тот выглядит точно так же, как и в их последнюю встречу. Которая была… а чёрт её знает когда. Упс.

* * *

Маргарет, разумеется, испытала огромное облегчение, узнав, что Гарри цел и невредим (и его не расщепило) после его маленького приключения. Это, конечно, не могло не радовать, но в то же время напомнило ей, что, возможно, стоит действовать решительнее в вопросе получения наследника?

Что ж, оставалось надеяться, что проблема решится сама собой. Как выяснилось, исчезновение и чудесное возвращение Гарри вызвало, мягко говоря, бурю эмоций. Трудно было подобрать слова, чтобы описать, кем он был для этих людей. Как минимум, он был тем, кто здесь всему голова. Глядишь, этот душевный порыв и принесёт одного наследника, а то и нескольких.

Были и другие люди, вздохнувшие с облегчением при виде Гарри, но совсем по иной причине — например, Андромеда Тонкс. И слава богу. (Признаться, ни Маргарет, ни любой другой из вампирш не стоило кидаться камнями, когда речь заходила о разнице в возрасте в потенциальных союзах.) Она полагала, что отношения между Андромедой Тонкс и Гарри Поттером были вещью любопытной и скорее… семейной.

Бедной женщине явно требовалась компания, и, к счастью, в Доггерленде её было хоть отбавляй. Маргарет припомнила изречение о том, что для воспитания ребёнка нужна целая деревня. Как минимум, они могли обеспечить первоклассное домашнее обучение… В свои лучшие дни Гарри вполне мог сойти за достойную отцовскую фигуру для Тедди.

А в худшие? Маргарет подозревала, что Андромеда Тонкс чувствует себя так, будто ей приходится возиться с двумя детьми вместо одного.

* * *

У Дадли не было особого нюха на магию, но стоило ему увидеть что-то странное, как он тут же грешил на волшебство. Не то чтобы он всегда озвучивал свои догадки (было бы довольно неловко, окажись всё вполне обыденным), но это знание всегда оставалось при нём.

Он прекрасно понимал, что сова, которая вечно тёрлась рядом с ним, была магической. Конечно, мама с папой были в курсе, но все остальные решили, что он каким-то чудом нашёл с птицей общий язык. Как минимум, это сделало его невероятно популярным среди местных любителей пернатых.

И всё же сова, следующая за ним по пятам, — штука слишком приметная, особенно если знаешь, как работает магическая почта. Это порождало по-настоящему паршивые кошмары о том, что те психи, с которыми сражался Гарри, придут и прихлопнут его. Пустые страхи? Он очень на это надеялся, но всё казалось до ужаса возможным. Может, именно поэтому его родители так до смерти боялись магии, а может, этот пунктик был чисто его собственным загоном.

Так что он решил написать Гарри и попросить о встрече — просто чтобы обсудить всё это с глазу на глаз. Чтобы убедиться, что какой-нибудь помешанный колдун не причинит вреда ему или его будущей семье… (Тихий голосок в голове ехидно напомнил, что у тёти Лили и её мужа наверняка тоже была магическая защита. и сильно ли она им помогла?)

Как и следовало ожидать, письмо в итоге добралось до Гарри, хоть и слегка помятым… (о чём Дадли, разумеется, и не подозревал). Так что Гарри решил нанести ответный визит.

* * *

Дадли не особенно представлял, как по этикету положено встречаться с волшебниками, но рассудил, что Гарри вряд ли ударит в грязь лицом, появившись в общественном месте. Маги, конечно, те ещё мастера выглядеть полными идиотами…

К счастью, Гарри не вломился в паб в мерцающей мантии или дурацком колпаке. Дадли даже пришлось протереть глаза, прежде чем он его узнал. Кузен выглядел куда здоровее и счастливее, чем при их последней встрече, да и одет был в вещи куда приличнее тех обносков, в которых Дадли привык его видеть.

Прикид был весьма стильный, хотя Дадли и не мог понять, что это за ткань (какая-то современная синтетика?), и невольно задался вопросом, не сам ли Гарри её смастерил. Впрочем, это было дело десятое, как и эти его… затемнённые очки? Хм.

— Привет, Гарри, — выдавил Дадли, усаживаясь напротив кузена.

Тот в ответ небрежно крутанул палочкой, исполнив какой-то заковыристый пасс, от которого во всём заведении сразу стало как-то подозрительно тихо.

— Дадли. Давненько не виделись, а?

— Это точно…

После этого повисла тягостная пауза, позволившая Дадли получше рассмотреть Гарри. С его глазами было… что-то не то. Они светились слишком ярко для того тёмного угла, где они сидели, да и форма зрачков казалась какой-то чужеродной.

Слова давались с трудом, когда Гарри сидел прямо перед ним, но Дадли всё же собрался с духом:

— Слушай, я тут подумал… ты ведь знаешь какие-нибудь заклинания для, ну, защиты дома?

Гарри кивнул.

— Да, полно. Как только переедешь, дай знать. Я заскочу и…

— Да, пожалуйста, — выдохнул Дадли, и по его лицу разлилось заметное облегчение. — Мне нужно будет тебе заплатить? Я понимаю, ты, наверное, человек занятой…

— Деньги мне не нужны, — бросил Гарри между делом.

— Не нужны? — Дадли снова окинул взглядом его щегольский прикид. Похоже, кузен явно не бедствовал.

— Несмотря на некоторые… трения с моими бывшими банкирами, я устроился с комфортом.

— Что ещё за трения?

— Поверишь ли, банкам очень не нравится, когда их выносят подчистую, — невозмутимо ответил Гарри.

Дадли захлопал глазами.

— Чего?

Он не слышал в последнее время ни о каких ограблениях банков, хотя, наверное, волшебники умеют заметать следы, но неужели Гарри обчистил магический банк?

— Типа… банк для колдунов?

— Ну, скорее гоблинский банк, но ребята они не самые приятные. И меня они терпеть не могут.

Так, значит, существуют ещё и гоблины? И они заправляют банком? И у Гарри с ними свои счёты? Дадли решил от греха подальше сменить тему.

— Ты уверен, что я ничем не могу тебе помочь? Я к тому, что у тебя наверняка есть дела поважнее, чем ставить защиту на мой дом…

— Ой, штуки, которые нужны, чтобы отвадить обычного мага или магла, — это детский лепет, — фыркнул Гарри. — Я мог бы наворотить чего-нибудь посерьёзнее, но, полагаю, ты не хочешь, чтобы твои гости превращались в змей?

— Погоди, ты можешь…

Гарри усмехнулся.

— Ну да. Я, можно сказать, собаку съел на всём, что касается змей…

— Как в тот раз в зоопарке?

— О, то была просто стихийная магия, но со змеёй я и впрямь поговорил.

Дадли удивился этому куда меньше, чем следовало бы.

— Погоди-ка… это что же, значит, змеи…

— Разумны? Ага. О, чуть не забыл…

Он что-то прошептал в рукав, а затем протянул руку над столом. Оттуда выскользнула змея, обменялась с Гарри парой шипящих фраз и кивнула. После короткого взмаха палочкой рептилия растворилась в воздухе.

— Это ещё что было?

— А, ему поручено наладить связи с британским змеиным сообществом или типа того, — Гарри небрежно пожал плечами. — Не то чтобы это была моя затея.

«Тогда чей же это был план?» чуть было не сболтнул Дадли, но вовремя прикусил язык. В конце концов, они собрались здесь по делу.

— Но ведь есть же защитные чары поадекватнее превращения людей в змей?

— Само собой. Я так полагаю, ты всё же хочешь, чтобы люди могли найти твой дом… — Гарри криво усмехнулся.

* * *

Встреча с Дадли вышла… своеобразной. Возможно, Гарри пытался наладить с ним контакт просто потому, что тот был единственным его родственником, кто вёл себя более-менее сносно и шёл навстречу. И да, кровные узы — это ещё не всё (Уизли стали ему куда более родными, чем Дурсли когда-либо были), но, может, Гарри просто надеялся найти хоть какой-то луч света во всей этой истории. К тому же поставить защиту на дом было раз плюнуть по сравнению с попытками воссоздать собственную Выручай-комнату.

Он старался не зацикливаться на обиде на Дурслей. О, он был на все сто уверен, что при желании мог бы довести себя до состояния самого что ни на есть оправданного бешенства, но сомневался, что сейчас это пойдёт ему на пользу. Честно говоря, он боялся даже представить, к чему могут привести стресс или гнев, учитывая прямую зависимость между его эмоциями и погодой. Меньше всего ему хотелось случайно затопить Нидерланды только потому, что у него выдался паршивый денёк.

(Осознание этого, пожалуй, помогало ему сохранять трезвую голову в придачу к грузу ответственности за целое государство.)

К слову сказать, немало людей и организаций взялись за пристальное отслеживание погоды над Доггер-банкой. Она стала в некоторых случаях в самом буквальном смысле барометром настроения Гарри Поттера. Метод, конечно, не самый точный, но он давал хоть какое-то представление о том, чем тот занят и где находится. Разумеется, нельзя же всерьёз полагать, будто Гарри Поттер в ответе за каждую погодную аномалию на планете… или всё-таки можно?

* * *

Бонус: Шипящие шпионы

Это была идея одной из вампирш. Большинство из них уже изъяснялись на парселтанге, что было не так уж и удивительно: волей-неволей его выучишь, когда в некоторых частях замка змей пруд пруди. И хотя они понимали, что всё больше магов по всему миру осваивают этот язык, до повсеместного владения было ещё далеко, а среди маглов его почти никто не знал (за редким исключением выходцев из Кумари Кандам). Вампирши присматривались и к другим языкам, желательно мёртвым, чтобы повысить режим секретности, но у змеиного языка имелись свои уникальные козыри.

А именно сама возможность разговаривать с рептилиями. Это были на диво сообразительные существа, хотя вопрос о том, как они дошли до жизни такой, относился к числу тех магических загадок, от которых пухнет голова. А раз они разумны, им можно поручать дела: собирать сведения, докладывать о подслушанном, а может, и пустить в ход яд. Кому вообще придёт в голову истребить всех змей в стране? (Вампирше на мгновение вспомнились церковные уроки о Святом Патрике, но она тут же отмахнулась от этой мысли.)

Если рассуждать логически, раз она могла говорить со змеями… ничто не мешало их обучать. Убедить их примкнуть к делу Доггерленда и научить быть достаточно убедительными, чтобы переманивать на свою сторону сородичей. Как минимум, она могла втолковать малюткам, как держаться подальше от людей, чтобы их ненароком не прихлопнули.

На третий день занятий к ней заглянула Маргарет.

— Как успехи, дорогая?

— Ну… думаю, всё получится. Не уверена насчёт городов, но в сельской местности змей хоть завались, верно?

— Мне вот только пришло в голову, что ты не объяснила, как именно змеи будут сливать информацию тебе…

Девушка сглотнула.

— Видишь ли…

Маргарет вздохнула.

— Значит, плана нет? Сама по себе затея недурна, но…