Гермиона и Дагворт-Грейнджеры (джен)

Гриннготтский дракон покидал ферму Малфоев без всякого энтузиазма.

Он посмотрел на загоны, тёплые скалы, чистую воду в огромных каменных чашах, ровно подвешенные кормовые крюки и драконьи гнёзда, потом перевёл взгляд на гоблина, который прибыл за ним, и посмотрел на него так, что тот перестал писать на табличке и сухо сказал на гоббледуке:

— Нет, Арррфи, ты должен вернуться в банк.

Дракон фыркнул дымом, будто хотел сказать, что банк, конечно, учреждение уважаемое, но гор там нет и козлятину не подают. Всем своим видом он показывал, что его несправедливо лишают хорошего, честно заработанного отпуска.

* * *

После того как Дамблдор забрал Хагрида, а гоблин увел дракона, на ферме Малфоев стало заметно тише. Люциус остался и пообедал с Вейнрайтом.

К его удивлению, тот заговорил о Хагриде.

Люциус ожидал, что Вейнрайт попросит никогда больше не подпускать этого человека к драконам. После незаконного перелёта через полстраны такая просьба выглядела бы вполне разумно. Но драконолог сказал совсем не это.

Он заметил, что гринготтский дракон не сбросил Хагрида. Он нёс его от Лондона до Уэльса — без седла, без команд, без привязи и, насколько Вейнрайт успел установить, без малейшего предварительного соглашения между сторонами. Дракон мог избавиться от Хагрида в любой момент: один резкий разворот, одно падение вниз, один удар хвоста по воздуху — и вопрос был бы закрыт окончательно. Но он этого не сделал.

— Он нёс его целую ночь. Это невероятно. А здесь, на ферме, он подпускал его ближе, чем позволил большинству младших работников. И все остальные драконы тоже хорошо отреагировали на Хагрида, а он — на них. Наш буйный молодой валлиец попытался укусить его за рукав — так Хагрид не испугался, а сказал что-то про режущиеся зубки и попытался почесать дракона под челюстью.

Люциус закатил глаза.

Вейнрайт, однако, говорил серьёзно. Обычный дурак сгорел бы на драконьей ферме за день — в прямом или в переносном смысле. А Хагрид был дураком особого типа: он плохо понимал правила, но хорошо чувствовал зверей, а звери — его. Кроме того, он был очень силен. Один кормовой ящик, который обычно таскали трое работников, он поднял сам и, судя по выражению лица, счёл это приятной разминкой.

— Он угнал дракона, — напомнил Люциус.

Вейнрайт признал, что технически это верно. Но он ведь и не предлагал давать Хагриду ключи от загонов и позволить проявлять самостоятельность. Вместо этого он собирался поставить его под строгий надзор и нагружать его работой с драконами — кормить их, чистить, таскать ящики, чинить загоны, держать канаты и стоять у ворот, когда молодняк буянит. Хагрид будет работать за троих и радоваться, будто ему подарили фамильное поместье.

Люциус не сразу ответил. Предложение было вполне практичным.

И тут Вейнрайт перешёл к главному: к Хёрствуду. Хёрствуд, один из драконологов Первой фермы, хотел уйти в отставку. Ему было сто двадцать лет. Из них девяносто он провёл на драконьей ферме, и теперь хотел чего-то поспокойнее. Вейнрайт уже много месяцев подряд уговаривал его остаться. Но Хёрствуд устал от ночных вылетов, ожогов, молодняка и поставщиков туш. Драконья ферма стала для него слишком тяжёлой.

А вот Хогвартс подошел бы ему идеально. Школе всё равно будет нужен новый лесничий, если Хагрид уйдет. А Хёрствуд — не добродушный любитель опасных существ, а человек, который разбирается в животных, следах, норах, гнёздах, звериных привычках и опасных тропах. Запретный лес, школьные прогулки куда не следует, странные ночные звуки, заблудившиеся школьники, существа у кромки леса — со всем этим Хёрствуд мог справляться, не напрягаясь.

Школа получила бы настоящего, квалифицированного смотрителя угодий, а Вейнрайт — работника, обладающего силой, выносливостью, бесстрашием и умением не падать в обморок рядом с разозлённым драконом.

Люциус посмотрел на Вейнрайта цепким взглядом. Решение действительно складывалось, да еще Люциус получал возможность оказать услугу директору.

— Но если Хагрид поступит на ферму, отвечать за него придётся вам.

Вейнрайт кивнул без колебания.

— Да, милорд. Но это не проблема. Я имел дело с существами и покрупнее.

Люциус посмотрел на него.

— Да?

— Да. И поскандальнее, милорд.

— Надеюсь, вы сейчас говорите о драконах.

Вейнрайт улыбнулся.

— В основном.

Люциус тоже позволил себе короткую усмешку.