Под знаменем Льва (гет)

Перси подошёл к двери и выглянул наружу. Дремавший на стуле охранник мгновенно выпрямился, испуганно моргая сонными глазами.

— Никого сюда не впускать.

— Да, сэр, — вскочил тот.

— Даже если придёт мой брат.

Охранник на секунду замешкался, и Перси это заметил. Поэтому повторил с нажимом:

— Особенно если придёт мой брат.

— Конечно, сэр.

Перси закрыл дверь и вернулся к столу.

Там оставалась последняя папка. На её обложке было написано одно слово.

«Прайд».

Перси открыл папку и разложил документы на столе. Здесь было собрано всё, что они готовили последние полгода: схемы, имена исполнителей, время проведения отдельных этапов операции, расположение людей, пути отхода и запасные варианты на случай провала.

Он начал проверку с самого начала.

На первом листе обнаружилась ошибка во времени. Перси исправил её и сделал пометку на полях. На втором пришлось изменить расположение одной из групп. Третий лист ему совсем не понравился. Перечитав два абзаца несколько раз, Перси взял чистый пергамент и переписал их заново. Старый вариант он бросил в камин.

Дождавшись, пока огонь уничтожит последний клочок, Перси вернулся за стол и снова начал с первого листа.

Хогвартс, Аврорат, Министерство, действия сторонников Союза на улицах, информационная поддержка, резервные группы и пути отхода — Перси последовательно проверял каждый этап операции, пытаясь найти противоречие между отдельными частями плана. Обнаружив очередную неточность, он исправлял её, возвращался к началу и повторял проверку.

Затем ещё и ещё раз.

Всё сходилось, но каждый раз ему казалось, что можно сделать лучше, точнее, безопаснее... Именно это беспокоило и раздражало больше всего.

Перси откинулся на спинку кресла и несколько минут смотрел на разложенные перед ним документы. Он был уверен, что что-то упустил. Не ошибку в расчётах и не забытое имя — нечто более существенное, способное разрушить всю конструкцию в тот момент, когда исправить уже ничего будет нельзя.

Он снова просмотрел список исполнителей, сверил время проведения отдельных этапов, проверил способы связи, наличие резервов и оба предусмотренных пути отхода.

Ничего подозрительного не нашёл.

Перси поднялся из-за стола и нервно прошёлся по кабинету.

— Я что-то упустил?

Плюшевый медведь молчал. Перси остановился и посмотрел на него.

— Я знаю, что ты слышишь.

Глаза медведя блеснули алым.

— Слышу.

— Тогда почему молчишь?

— Ты не задал конкретного вопроса.

Перси раздражённо поправил очки.

— Что я упустил?

— Не знаю. С некоторых пор ты перестал посвящать меня во все подробности. — В голосе Реддла явно ощущалось раздражение.

Перси вернулся к столу, но садиться не стал. В чём-то Учитель был прав. В последнее время Перси действительно рассказывал ему далеко не обо всём. Но посвящать Реддла в каждую мелочь не имело смысла. А некоторые дела, особенно семейные, вообще его не касались.

— Робардс начал чистку Аврората. Малфой создаёт закрытый штаб, а Боунс усиливает свои подразделения и требует новых полномочий. Если мы будем ждать ещё месяц, ситуация станет значительно хуже.

— Это очевидно, — в голосе медведя послышалось удивление. — Но тогда почему ты всё ещё проверяешь документы?

Перси нахмурился.

— Потому что это крупнейшая операция, которую мы проводили. Одна ошибка может уничтожить всё, что мы создавали.

— Разумеется.

— И тебя это совершенно не беспокоит?

Реддл некоторое время молчал.

— Ты проверил план восемь раз.

Перси посмотрел на разложенные документы.

— Значит, мне следует проверить в девятый?

Он снова сел и открыл папку.

Реддл не вмешивался.

Перси медленно просмотрел схему. Теперь он не искал конкретную ошибку, а пытался увидеть то, чего не заметил раньше: человека, оказавшегося не на своём месте, неверное предположение или решение противника, которое не было предусмотрено.

Ничего. Всё было чётко и на месте, но вместе с этим — зыбко и неопределённо. Это раздражало.

— Учитель, мне нужна помощь. Я хочу понять, готов ли план.

— Нет, — коротко ответил Реддл.

Перси резко поднял голову.

— Почему?

— Потому что готовых планов не существует. Ты можешь проверять его ещё неделю, месяц или год. За это время Малфой найдёт твоих людей, Робардс закончит чистку Аврората, а Дамблдор умрёт от старости и избавит тебя от необходимости принимать решение.

Перси молчал.

— Ты ведь поэтому продолжаешь проверять, — продолжил Реддл. — Пока существует ещё один доклад, ещё одна папка и ещё одна возможная ошибка, решение можно не принимать.

— Я не боюсь принимать решения.

— Тогда прими его.

Перси посмотрел на папку.

— Но ведь после этого пути назад не будет...

Медведь тихо рассмеялся.

— Куда ты собираешься возвращаться, Персиваль?

Перси ничего не ответил.

— В Министерство? К Малфою? К прежней жизни? Может быть, к семье?

— Не трогай мою семью. — Перси начал собирать документы. Каждый лист он возвращал на своё место, тщательно выравнивая края и проверяя последовательность страниц.

— Ты сам выбрал этот путь, — сказал Реддл.

— Я знаю. — Он закрыл папку и положил на неё ладонь. — Мне нужна твоя оценка.

— Ты её знаешь.

— Нет, я хочу услышать.

В голове послышался лёгкий смешок.

— План несовершенен.

— Где? — Перси невольно подался вперёд.

— Везде.

Перси нахмурился, уже не в первый раз чувствуя раздражение от манеры речи Учителя.

— Пожалуйста, можно конкретнее?

— Люди ненадёжны, информация неполна, противник непредсказуем, а случайность невозможно учесть. — Реддл откровенно надсмехался.

— Но это не оценка плана! — вспыхнул Перси.

— Это единственная честная оценка любого плана.

Перси устало снял очки и протёр их краем мантии.

— Но он сработает?

— Если твои люди выполнят приказы, если Малфой поведёт себя так, как ты предполагаешь, и если Дамблдор умрёт...

Перси резко поднял руку, и Реддл замолчал.

— Не говори это...

— Почему? — Реддлу явно не понравилась такая реакция. — В чём дело, Персиваль?

Перси посмотрел на закрытую папку.

— Не знаю.

На этот раз Реддл не смеялся.

Перси подошёл к камину и некоторое время смотрел на огонь. Впервые за весь вечер он позволил себе не думать о сроках, исполнителях и запасных вариантах.

Во вторник погибнет человек.

Не абстрактное имя в плане и не фигура, которую необходимо убрать с доски. Живой человек, которого Перси знал с детства.

Альбус Дамблдор.

Перси закрыл глаза.

Он не любил Дамблдора. Не доверял ему и давно перестал считать великим человеком, которым восхищался в детстве.

Но одно дело — прийти к выводу, что кто-то мешает будущему страны, и совсем другое — поставить подпись под приказом о его убийстве.

— Сомнения не делают тебя слабым, — неожиданно сказал Реддл.

Перси открыл глаза.

— Я не просил утешения.

— Я и не утешаю. Если ты перестанешь сомневаться, то очень быстро начнёшь совершать глупости.

Перси повернулся к нему.

— Ты никогда не сомневался?

Медведь долго молчал.

— Раньше нет.

Перси ждал продолжения, но его не последовало.

Он достал часы. До полуночи оставалось три минуты.

Если он отдаст приказ сейчас, утром люди начнут занимать позиции. После этого отменить операцию без риска раскрытия будет невозможно.

Через семьдесят два часа всё изменится.

Перси убрал часы и вернулся к столу.

Он открыл папку, достал последний лист и внимательно перечитал его.

Внизу оставалось место для даты и подписи.

Перси взял перо, и на этот раз рука не дрогнула. Он поставил дату, расписался и отложил перо.

Некоторое время Перси смотрел на свою подпись, затем закрыл папку.

— Всё.

Реддл не ответил.

— Учитель?

— Ты уверен? — Голос Реддла был как никогда серьёзен.

Перси посмотрел на семь папок, лежащих на столе. Ещё вчера он потребовал бы новый доклад, отложил решение до утра или нашёл бы ещё одну причину подождать. Возможно, именно поэтому Реддл так долго заставлял его принимать решения самостоятельно.

Перси взял папку «Прайд» и убрал её в ящик стола.

— Да.

Глаза плюшевого медведя сверкнули.

— Тогда начинай.