МакФасти. Драко и Бродяга (джен)

Погруженный в свои дела, в какой-то момент Драко забыл обо всем, что происходило за пределами островов МакФасти. Например, о дне рождения Дадли Дурсля.

Не то чтобы их с мамой туда приглашали. Просто в этот раз Дурсли не очень настаивали на том, чтобы колдуны держались подальше от Тисовой улицы и особенно от дома номер четыре. Избранные колдуны, точнее.

— Дядя Вернон строго-настрого запретил мне давать их номер друзьям из Хогвартса, — объяснял как-то Гарри покатывавшимся от смеха Драко и Невиллу. — Это из-за Рона. Он дозвонился, но очень громко говорил в трубку. Теперь дядя и тетя против того, чтобы я как угодно общался из их дома с семьей Уизли.

— А ты общаешься? — Воспоминания Драко подсказывали, что перед каникулами Рон и Гарри были не в лучших отношениях.

— Не особо, но теперь, кажется, совсем не буду.

Потом Драко пришлось хорошенько потрудиться над проблемой выбора подарка малознакомому маглу. Чего тот хотел бы получить на день рождения? Когда Гарри в одном из недавних разговоров упомянул, что тетя Петунья, помимо воспитания, вплотную занялась оздоровлением Дадли, он просто не поверил своим ушам. Воображение буксовало перед образом младшего Дурсля, который следил за своим питанием или бегал по утрам.

— Эра договорилась о его переводе в новую школу, — посмеиваясь, объяснил ему Гарри. — Очень престижную, для богачей. Джастин о ней рассказывал, кажется. Так вот, дядя Вернон и Дадли думали, что там можно будет ничего не делать, дурачиться и вкусно есть в окружении «будущей элиты», а вышло наоборот. Почти как у нас в Хогвартсе: ранний подъем, уроки, спорт, кружки. Но самое смешное, что и самого Дадли оттуда теперь за уши не оттащишь, так понравилось. Познакомился с соседями и другими ребятами, может даже подрался с кем-то, не знаю, и решил стать одним из них.

Посоветовавшись с Гермионой, родители которой знали толк в невкусной, но здоровой еде, Драко купил и красиво упаковал (плюс одно бытовое заклинание в копилку!) пугающих размеров коробку печенья. А Эра подарила Дадли какую-то крошечную черную коробочку из Финляндии ⁽¹⁾, от которой кузен Гарри натурально пищал от радости.

— Официально эта модель телефонов поступит в продажу только в следующем году, — с теплой улыбкой рассказывала она ошарашенным Дурслям, пока под руководством левитировавшего тарелки Добби происходила перемена блюд. — Но мне всё же удалось выкупить один досрочно.

— Ох, это, наверное, дорого! — Миссис Дурсль бдительно, но спокойно следила за драгоценным сервизом краем глаза. — А вдруг разобьет? Сломает?

Мама только махнула рукой.

Потом к Дадли пришли друзья. Когда они увели его на улицу, мистер Дурсль переглянулся с женой, многозначительно покашлял, прочищая горло, и сказал:

— По нашему с вами соглашению, Эра, мальчишка… то есть Гарри должен переезжать к вам на следующий день после своего очередного дня рождения.

— Верно, — мама прищурилась.

— Однако в этом году мы просим внести ма-аленькое изменение. — Вернон даже свел большой и указательный пальцы вместе, оставив небольшой зазор, чтобы показать, насколько изменение будет «ма-аленьким».

— А что случилось? — Мама перевела взгляд на Гарри, и Драко тоже повернулся к нему.

Хм, вроде все в порядке. Зашуганным друг не выглядел.

— К нам приезжает моя сестра, Мардж, — продолжил объяснять глава семейства, покрывшись бисеринками пота от напряжения. — Она не знает, что Гарри ненорм… мгм, волшебник. О вас, честно говоря, мы ей тоже не сказали. А потому будет сложно объяснить, куда подевался племянник Петуньи, если во всех школах сейчас каникулы.

— Гарри, ты не против? — Мама, казалось, даже не моргала, вглядываясь в его лицо.

— Все хорошо, — тихо, но твердо ответил он. — Тетушка Мардж приезжает всего на неделю, верно?

— Так и есть, — облегченно заявил мистер Дурсль, утирая платочком пот. — У нее собаки, уезжать надолго не может. Итак, мы договорились?

— Драко? — спросила мама и, дождавшись его кивка, подытожила. — Раз Гарри не против, то и нам возражать не с руки. Выпьем? За долгую и счастливую жизнь именника!

Зазвенели бокалы, и праздничный ужин пошел своим чередом.

Потом прошло совсем немного времени, и на острова МакФасти приехали долгожданные изготовители метел, своим появлением ознаменовав окончание Летней Каторги. Радость от обретения желанной свободы и восторженное предчувствие развлечений, казалось, развернули крылья за спиной Драко. Эх, трудно даже представить, чем хотелось бы заняться в первую очередь.

Решив для начала самоотверженно принять участие в проверке метел, Драко отправился на площадку. В этот раз шатров было меньше, и потому в глаза сразу бросились перемены, случившиеся в одним из них. Прежде скромный и таинственно скрывавшийся за одинокой буквой «М» шатер вырос как минимум в пять раз и обзавелся грозно сверкавшей надписью «Молния» над крышей.

Заинтригованный Драко поспешил записаться на пробный полет.

— Драко МакФасти, — представился он милой молодой волшебнице, заполнявшей бумаги за стойкой регистрации. — Тринадцать лет. Учусь в Хогвартсе.

— Сын Эры? Эры МакФасти?

Сбитый с толку Драко повернулся на голос и увидел невысокого широкоплечего мужчину с собранными в низкий хвост кудрявыми черными волосами и темными же глазами. На незнакомце была невнятного цвета футболка и серые брюки на подтяжках, заправленные в странного вида коричневые сапоги. Он выжидательно смотрел на Драко, кусая в нетерпении губу.

— Допустим, — осторожно ответил Драко, — а кто вы такой?

— Ах, я же не представился! — Мужчина смутился. — Я Рэндольф. Рэндольф Спадмор. Рад с тобой познакомиться.

«Неужели?», — подумал про себя Драко, выдавив вежливую улыбку, а затем задал ответный вопрос:

— Откуда вы знаете мою маму, сэр?

— Видел ее заезды на колдогонках, — мистер Спадмор расплылся в искренней улыбке. — Теперь, сдается мне, она уже четырехкратный победитель?

— Верно. — Драко чуть оттаял. — Выиграла очередную гонку несколько дней назад. А вы здесь с изготовителями метел?

Мистер Спадмор вдруг рассмеялся.

— Можно и так сказать. Я создал все молнии в этом шатре, и отчасти они так прекрасны именно благодаря твоей маме. Когда пять лет назад я увидел ее на «ВизРейсинге», объятую пламенем, летящую по трассе с невероятной скоростью… Именно тогда ко мне пришло видение того, какой должна быть моя идеальная метла.

Кто-то похлопал Драко по плечу, и он обернулся. Позади с недовольным видом стоял Майрон, один из младших кузенов, а за ним потихоньку скапливалась очередь.

— Прошу прощения, не буду больше никого из вас задерживать, — чуть повысив голос, сказал мистер Спадмор. — Мисс Хейгл, пожалуйста, выдайте мистеру Драко МакФасти его метлу. А ты, Драко, передавай привет матери. Нам не хватает ее среди тестировщиков. В конце концов, никто, кроме нее, не заставляет мою «Молнию» летать на пределе возможностей.

— Я передам, — теперь Драко улыбался искренне. — Спасибо вам за метлу, мистер Спадмор. Отличное изобретение.

Волшебник польщенно улыбнулся, потом его окликнули откуда-то из глубины шатра, и он ушел. А Драко, прихватив одну из «Молний», направился к выходу.

Создатель метлы, да? Интересно, как ими становятся…

Вечер наступил неожиданно быстро. Солнце исчезло с небосклона с такой скоростью, как будто его и в самом деле съел дракон одной из сказок МакФасти. Прожив в их семье два года, Драко даже начал задумываться, что давным-давно это и в самом деле могло произойти. Уж больно местные волшебники были не похожи на наивных сказочников.

Интересно, кто был тем древним колдуном, который прекратил воцарившуюся во всем мире ночь, разрезав брюхо дракона и достав солнце обратно? Было бы слишком предсказуемо, окажись им кто-то из МакФасти.

Ничто за ужином не предвещало беды до тех пор, пока Айрон, принесший маме какие-то документы на подпись, вдруг не сказал:

— Госпожа, полагаю, завтра вам понадобятся черные гортензии. Они уже дожидаются вас в пристройке.

Драко наблюдал, как мама резко отложила приборы, будто в одночасье утратила весь аппетит, откинулась на стуле и закрыла глаза.

— Уже завтра? — коротко спросила она.

— Увы, госпожа. Первая годовщина.

— Черт. Принеси мне клюквенного сока, будь добр.

— Да что происходит? — Драко тоже отставил еду. — Ты куда-то собираешься?

Мама расстроенно растерла лицо руками, а потом как-то особенно грустно посмотрела на Драко.

— Прошлым летом мы с тобой были в Америке, и я не посчитала нужным срываться и мчаться сюда, но кое-что произошло. Как уже сказал Айрон, завтра будет год со смерти Лукреции Блэк.

Драко нахмурился. Имя звучало знакомо, что вынуждало его начать мучительно воскрешать в памяти семейное древо Блэков, когда-то давно заученное наизусть. Итак, дедушка Сигнус, с которым он, честно говоря, не очень-то часто общался. Его сестра Вальбурга вышла замуж за троюродного брата Ориона, а у того тоже была родная сестра — Лукреция. Через нее семья Блэков вроде бы породнилась с Прюэттами, но при чем тут мама? А, точно…

— Лукреция Прюэтт — твоя мама? — он в изумлении распахнул глаза.

— Когда-то я именно так ее и называла, — не стала спорить Эра. — Хотя это и тогда была неправда. А уж после того, как она убедила отца отказаться от меня… В общем, эта колдунья умерла. М-м-м, мне также жаль сообщать тебе, но через неделю после нее скончался и Сигнус-третий, твой дедушка по материнской линии.

Звучало грустно, но не особенно. Драко плохо знал того пожилого волшебника, которого видел на двух своих днях рождения и одном рождественском ужине. Удивительнее то, что это был первый раз, когда в мамином голосе не было ни грана сочувствия. Она словно заледенела изнутри, а ее движения вдруг стали рваными, неуклюжими. Задела лежавшую вилку и уронила ее на пол, расплескала сок... совсем не нее не похоже.

— Мам, ты в порядке? — осторожно спросил у нее Драко. — Знаешь, я думаю, нам лучше пойти вместе. Тем более мне давно хотелось выбраться куда-то. Да, мы недавно были у Дурслей, но незнакомые места всегда интереснее. А тут такой случай подвернулся.

— Спасибо, солнце. — Мама слабо улыбнулась, но привычный веселый задор в ее зеленых глазах так и не загорелся. — Я очень ценю это, правда. Будь готов завтра к восьми. Надеюсь, нам удастся обойтись без ненужной компании.

1) Здесь речь идет о сотовом телефоне Nokia 2110

Вернуться к тексту