Маг (гет)

Глава 6

Утро встретило город холодным солнцем, но внутри красной «Альфы», летящей по полупустому шоссе, было тепло. Из динамиков набатом бил канонический рифф AC/DC. Бон Скотт надрывно пел про «Highway to Hell», и это чертовски точно подходило к настроению Мага.

Он крепко сжимал руль, чувствуя, как машина послушно отзывается на каждое мимолетное движение. Вчерашняя агония в мышцах и свинцовая тяжесть, что едва не свалила его на лед, отступила.

«Хорошо подействовали мои восстановительные порошки, — мысленно усмехнулся он, глядя на убегающую под колеса серую ленту асфальта. — Теперь чувствую себя как огурчик. Не зря потратил столько времени на их создание».

Маг на мгновение нахмурился. Конечно, было немного жаль тратить столь редкие составы на последствия ледовых пыток, но альтернатива — приползти на каток развалиной — его не устраивала. «Лучше уж так, чем совсем не использовать свои труды. Но мази пусть пока останутся на всякий пожарный случай».

Он перестроился в левый ряд, прибавив газу. Мысли невольно переключились на ту, кто ждала его на арене.

«Будь мой тренер мужчиной, — Маг прищурился, — можно было бы быстро «объяснить» ему, пару раз заставив поцеловать асфальт, что нельзя себя так вести и нужно держать свое слово».

Он покачал головой. С Дарьей Викторовной всё было сложнее.

«Но женщин бить нельзя. Да и формально она ничего не нарушила — просто делает свою работу с особым садистским рвением. Приходится терпеть. Хорошо хоть она не истеричка, и на том спасибо».

Из динамиков по-прежнему гремел вокал Бона Скотта, а стрелка спидометра лениво подрагивала у отметки «сто». Маг бросил взгляд в зеркало заднего вида и заметил, как его настигает «баварское ведро», настойчиво мигающее дальним светом, требуя освободить полосу.

— Еще один «учитель», — процедил он сквозь зубы, покрепче перехватывая руль. — У меня и для тебя есть сюрприз.

В этой красной «Альфе» под капотом жил не просто мотор, а настоящий зверь, пришпоренный «злоебучим» чипом. Он не стал дожидаться, пока немецкий седан упрется ему в бампер.

Маг резко, до упора, вдавил педаль в пол.

Коробка мгновенно скинула две передачи вниз, и машина, издав яростный рык, буквально катапультировалась вперед. Перегрузка вдавила его в кожаное кресло. Пейзаж за окном превратился в размытые полосы, а «баварец», еще секунду назад казавшийся грозным преследователем, начал стремительно превращаться в крошечную точку в зеркале. Прошло всего несколько секунд, а цифровая индикация на панели уже бесстрастно зафиксировала: «двести».

Маг позволил себе короткую, хищную улыбку. Сегодня всё — от его собственного тела до этого итальянского железа — работало на пределе совершенства.

* * *

Даша зашла в холл арены ровно в семь. Сегодня она намеренно изменила детали своего облика. На ней был мягкий кашемировый джемпер светло-серого цвета с высоким уютным воротом, который делал её линии менее острыми. Вместо привычного пучка её волосы были уложены в «мальвинку» — верхние пряди аккуратно собраны на затылке, а остальные мягкой волной рассыпались по плечам. Весь её вид транслировал готовность к диалогу, а не к казни.

Однако сцена у калитки заставила её замереть.

Маг уже был там. Он сидел на скамье, вальяжно развалившись, закинув ногу на ногу и полностью погрузившись в чтение. В его позе не было ни капли вчерашнего изнеможения — он выглядел так, будто отдыхал в кресле дорогого клуба. На нем было его пальто, из-под которого вызывающе ярко выглядывал небесно-голубой свитшот.

Когда Даша подошла ближе, Маг не спеша закрыл книгу и поднялся, чтобы поздороваться. В этот момент она четко увидела название на обложке: «Трудно быть богом».

«Трудно быть богом?» — съязвила она про себя. — «Судя по его виду, он решил, что это пособие по самоназначению».

Но больше всего Дашу поразило другое. Она подсознательно ждала, что он поморщится от боли или хотя бы вздрогнет, когда встанет на ноги после вчерашней «каторги» в новых Graf. Вместо этого Маг поднялся легко и плавно, без малейшего намека на скованность или мышечную забитость. В его движениях была пугающая свобода, словно вчерашнего ада просто не существовало.

— Доброе утро, Дарья Викторовна, — спокойно произнес он. Его голос звучал бодро, а взгляд был чистым и насмешливым.

Даша на мгновение замешкалась. Её план «быть помягче» с человеком, который одолел уже больше половины книги и выглядит свежее её самой, внезапно показался ей стратегической ошибкой.

— Доброе утро, — ответила она, стараясь сохранить профессиональный тон. — Вижу, вы не только восстановились, но и нашли время для классики.

Она скользнула взглядом по книге, а затем на его ноги. Он уже был в коньках, и то, как уверенно он стоял на них сегодня, вызывало у неё странное чувство тревоги. «Сюрприз», о котором он предупреждал, явно начал обретать форму.

* * *

Даша скользнула на лед, стараясь удержать на лице запланированную «приветливую» маску.

— Сегодня начнем с повторения, — ровным голосом произнесла она, поправляя выбившуюся прядь своей «мальвинки». — Нам нужно закрепить вчерашний материал. Те же дуги и перебежки. Посмотрим, осталось ли что-то в вашей мышечной памяти.

Маг молча оттолкнулся от борта. Даша замерла, наблюдая за его первым движением. Она ожидала увидеть «деревянную» походку новичка в новых Graf, но он скользил странно уверенно. Его корпус был идеально центрирован, а лезвия вгрызались в лед без лишнего скрежета.

Он выполнял упражнения даже лучше, чем в прошлый раз. Его движения стали чище, а амплитуда — шире. Казалось, за ночь он не просто отдохнул, а «прошил» своё тело новой программой координации.

Когда они перешли к серии разворотов, Даша уже готовилась дать следующую команду, но Маг внезапно остановился.

— Вы пропустили одно упражнение, — спокойно заметил он, глядя на неё своим жестким взглядом. — Вчера после внешнего ребра мы делали толчки с фиксацией корпуса. Сегодня вы перешли сразу к шагам.

Даша на мгновение онемела. Она действительно пропустила этот блок, увлекшись анализом его неожиданной легкости.

— Я решила сократить разминку, чтобы перейти к более сложному, — попыталась она оправдаться, чувствуя, как её «мягкость» начинает трещать по швам.

— Не стоит ломать логику системы, Дарья Викторовна, — Маг сделал идеальный поворот на месте. — Если мы закрепляем материал, то должны делать это по регламенту. Разве не вы вчера говорили о дисциплине?

Он сам начал выполнять пропущенный элемент, делая это технически безупречно. Она стояла посреди льда, ощущая, как ситуация выходит из-под контроля. Перед ней был не просто «ученик» — Маг превратился в контролёра собственного обучения.

Девушка приняла его замечание с каменным лицом, но внутренне этот выпад лишь подлил масла в огонь. Игра в „приветливость“ была мгновенно отброшена — пришло время силового прессинга. Остаток тренировки она вела его на пределе: никаких пауз, никаких лишних разговоров. Только сухие команды и постоянное наращивание темпа.

Она выжимала его как лимон, заставляя делать бесконечные повторы самых энергозатратных элементов. Маг держался. Его небесно-голубой свитшот насквозь потемнел от пота, а дыхание стало тяжелым и рваным. Однако сегодня всё было иначе. Несмотря на то что он снова был измотан, в его движениях не было вчерашнего отчаяния. Он не «плыл» — он сопротивлялся.

Когда прозвучал сигнал к окончанию, Маг медленно доехал до борта. Его лицо было бледным, руки тяжело легли на перекладину, но он остался стоять на ногах. В этот раз колено не коснулось льда.

Девушка скользнула к нему. Она видела, как дрожат его пальцы в рукавицах, и как он борется с тошнотой, но взгляд мужчины оставался прямым. Сейчас был идеальный момент, чтобы включить запланированную «мягкость» — именно тогда, когда он ждал от неё очередной порции льда.

— Вы сегодня молодец, — неожиданно тихо произнесла она.

Оказавшись вплотную к нему, Даша сменила тон: голос больше не резал воздух, а звучал почти сочувственно. Она протянула руку и коснулась его плеча, имитируя дружескую поддержку.

— Вы сделали большой шаг за одну ночь. Я не ожидала такой стойкости после вчерашнего. Как ваши ноги? Graf больше не кажутся «испанскими сапогами»?

Она заглянула ему в глаза, стараясь уловить момент, когда его жесткий взгляд дрогнет от этой неожиданной перемены тона. Она видела, как он удивленно замер — её внезапная трансформация из «палача» в «заботливого тренера» явно сбила его с толку.

Но эффект оказался противоположным. Как только Маг услышал этот мягкий тон, его тело под её ладонью задеревенело еще сильнее. Он медленно повернул голову. В глазах не было и тени благодарности — там вспыхнуло острое раздражение. Эта фальшивая нежность подействовала на него как кислота.

Он резким, но скупым движением сбросил её руку со своего плеча.

— Не надо, Дарья Викторовна, — произнес он сквозь зубы. Голос был низким и жестким. — Давайте без этих пасторальных сцен.

Даша вздрогнула от неожиданности. Её «пушистая» маска на мгновение съехала, обнажив растерянность.

— Вы о чем? Я просто хотела отметить ваш прогресс... — начала она, но он перебил её.

— Вчерашний «палач» мне нравился больше, — Маг выпрямился, игнорируя дрожь в коленях. — По крайней мере, там была честность.

Он оттолкнулся от борта, увеличивая дистанцию. Его движения в жестких Graf были тяжелыми, но в них сквозило осознанное упрямство. Он замер в паре метров от неё, восстанавливая дыхание, и посмотрел Даше прямо в глаза. Раздражение в его взгляде сменилось холодной вежливостью.

— Спасибо за тренировку, Дарья Викторовна, — произнес он, слегка склонив голову. — Завтра в то же время и в том же месте?

Даша лишь молча кивнула. Маг развернулся и, медленно скользя к калитке, покинул лед. Оказавшись на скамье, он привычно надел пальто и шляпу, подхватил свою книгу и зашагал к выходу. Его фигура в распахнутом пальто и небесно-голубом свитшоте удалялась по резиновому настилу.

Она смотрела ему в спину, и внутри всё клокотало от смеси ярости и жгучего стыда. План «быть помягче» рассыпался, столкнувшись с его способностью чувствовать фальшь.

«Трудно быть богом...» — название книги пульсировало в голове Даши как издевка. Она и правда возомнила себя божеством в этой стерильной коробке льда, решив, что имеет право не только ломать его, но и миловать. Но Маг наглядно показал цену этой «божественности». В её мире идеального контроля для человечности просто не осталось места — любая её попытка быть мягкой выглядела как дешевая подделка.

Он принял её вчерашнюю жестокость как честность, а сегодняшнюю заботу — как ложь.

«Он не из той породы, Даша», — призналась она себе, сжимая пальцы в черных перчатках. Чтобы выиграть пари и забрать сумочку, ей придется забыть о «пушистости». Маг требовал настоящего палача — и завтра он его получит.

* * *

Ксения сидела, откинувшись на спинку кресла, и с нескрываемым удовольствием помешивала сахар в чашке. Слушая рассказ Даши о том, как Маг не просто выстоял, но и поймал тренера на ошибке, она едва сдерживала улыбку.

— Пять занятий, Даш. Помнишь? — Ксения прищурилась, и в её глазах блеснул азарт. — Я уже присмотрела ту сумочку из лимитированной коллекции. Знаешь, мне кажется, она будет идеально смотреться с моим новым пальто. Твой Маг оказался куда зубастее, чем ты рассчитывала.

Даша не ответила. Она вяло ковыряла ложечкой десерт, и её вид в этом мягком сером джемпере, с выбившимися прядями «мальвинки», казался Ксении подозрительно подавленным.

— Он встал, Ксюш, — тихо произнесла Даша. — Встал так, будто вчера ничего не было. И он... он чувствует, когда я пытаюсь играть в «доброго тренера».

Радость Ксении мгновенно поутихла. Она внимательно всмотрелась в лицо подруги, замечая не азарт игрока, а пугающую опустошенность. В этот момент на смартфон Даши пришло уведомление.

Девушка открыла мессенджер и замерла. Экран высветил текст сообщения:

«...Вы устаете не от встречи с реальностью, вы устаете от необходимости казаться идеальной. Идеальный "я" будет испытывать только идеальную боль».

Этот комментарий буквально «выбил дверь». Даша побледнела, глядя в одну точку. Ксения перехватила смартфон, быстро пробежала глазами текст и почувствовала, как внутри всё закипает.

— Даш, ну это уже за гранью, — Ксения с грохотом положила его на стол. — Какой-то аноним препарирует тебя как лягушку прямо в твоем канале! Слушай, держать удар с двух сторон — это слишком даже для тебя. Давай я просто попрошу своих ребят, они с ним поговорят. Ну, припугнут слегка. Завтра твой Маг просто не дойдет до катка. Чисто, быстро, без лишнего шума. Я закрою один фронт за вечер, а ты разберешься со вторым.

Даша выпрямилась. Её взгляд мгновенно стал стальным. Слова про «идеальную боль» всё еще пульсируют в висках, но предложение подруги вызвало лишь холодное отвращение.

— Нет, — отрезала она. — Даже не думай об этом. Я профессионал, Ксения. Если я не могу сломать его на льду своими методами, значит, мне грош цена как тренеру. Это моя дуэль, и я закончу её сама. Никакой грязи.

Ксения лишь пожала плечами и сделала медленный глоток кофе, демонстрируя, что приняла отказ.

— Как знаешь, Даш. Твоя дуэль — твои правила, — мягко отступила она. — Надеюсь, завтра ты его сломаешь.

Даша кивнула, снова погружаясь в свои мысли. Она не заметила, как Ксения на мгновение задержала взгляд на экране её потухшего телефона.

«Пожалуй, мне всё же не помешает поговорить с твоей мамой», — подумала Ксения, наблюдая за подругой.