| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
Цирцея чувствовала, что сходит с ума. Слишком уж многое произошло за последнюю неделю: Золотинка притащила рыбку, рыбка оказалась говорящей, а потом и вовсе обернулась ребенком!
Цирцея почти не отходила от постели бессознательного мальчика. Восстанавливающие зелья улетали в него флакон за флаконом, хотя иной нимфе хватило бы пары капель. Вреда они точно не причиняли, ребенок после первой же порции задышал ровнее, а после пятой — его щеки окрасились слабым румянцем. Оставалось лишь надеяться на лучшее и по часам отпаивать его лекарствами.
Цирцея внимательно разглядывала лицо спящего мальчика в поисках подсказки, но так и не находила ее. Ребенок явно относился к морю, об этом говорили не только сила и первоначальный облик, но и черты внешности: черные волнистые волосы, отливавшие синевой, будто сглаженный водой изгиб носа, волевой подбородок, изящные губы, небольшие перепонки между пальцами ног и рук, а также плавнички на ушах. На ложе явно лежало дитя морской стихии, но кто именно — Цирцея сказать не могла, только предполагала, что перед ней сын Посейдона, и страх перед богом океанов сжимал сердце острыми когтями.
Мальчик пришел в себя спустя двое суток после превращения, обвел комнату мутным взглядом синих глаз и сразу попытался встать. Цирцея, дежурившая рядом, мягко придержала его за плечо.
— Лежи, ты потратил много сил.
— Мне надоело лежать! — тут же скривился ребенок, вытянул руку и с возмущением на нее посмотрел. — Хочу быть большим! Я маленький! И слабый! Так неправильно же!
Цирцея отчасти смирилась с тем, что малыш считал себя взрослым и сильным, поэтому улыбнулась ласково, без капли раздражения.
— Вырастешь и окрепнешь! Как зовут-то тебя? — честно говоря, этот вопрос волновал Цирцею чуть ли не больше всех.
— Я сейчас хочу! — он дернул ногой, будто хотел топнуть, но потом задумался. — Зовут? Малыш, рыбка, найдёныш... Ну, ты зовешь же...
Легче не стало.
— А как тебе больше нравится, чтобы тебя называли? — попыталась подтолкнуть Цирцея, однако ребенок только расплылся в улыбке.
— Как ты зовешь — так нравится, да. Лишь бы не рыбкой.
— Хорошо, рыбкой не буду, — покорно кивнула Цирцея. — А остальным как тебя называть?
— М-м, — он почесал в затылке. — Не знаю, — он скуксился, видимо, еще слабый после обморока. — Я хочу имя! Почему у всех имена есть, а у меня нет?
— У тебя тоже есть имя, просто ты его, кажется, забыл, — Цирцея поспешила успокоить ребенка и погладила его по голове. — Можем подобрать тебе новое.
Он замер на мгновение, а потом всем телом приник к ней, спрятал лицо в хитон и глухо заворчал.
— Значит, я могу сам выбрать себе имя? Я хочу самое красивое!
— Конечно, можешь, — улыбнулась Цирцея, все также ласково поглаживая малыша по спине.
— Мне нужно что-нибудь, связанное с морем.
Цирцея задумалась, перебирая в голове все когда-либо слышанные имена, связанные с океаном.
— Хм, Фармакей(1), Пелагор(2), Кимарх(3), Каллирой(4), Кианех(5)... Последнее тебе очень подойдет.
— Кианех? Не, оно какое-то дурацкое. Я хочу быть Кимархом.
Цирцея прикусила длинный язык. Вот почему с губ сорвалось именно это опасное имя? Посейдон конкуренции не терпел — это всем известно!
— Милый, я зря назвала Кимарха. Это перебор. Давай выберем что-нибудь другое?
Но малыш с детским упорством возмутился:
— Это же просто имя! Почему нельзя?
— Это имя для могущественного правителя. Не стоит злить истинного владыку волн посягательствами на его титул, — терпеливо пояснила Цирцея.
Ребенок захлопал глазами.
— Какой ещё владыка? И что, ему имени жалко? Тогда я вырасту и побью его!
— Посейдон — бог морей и океанов, он бывает гневным и жестоким. Не нужно злить его, особенно сейчас, когда ты ещё не вырос. Он же может затопить наш остров, а нимфы под водой дышать не смогут
— Я вас защишу! — гордо выпятил тощую грудь ребенок. — Ну или научу дышать под водой. Это легко!
— Пока, боюсь, не получится, — покачала головой Цирцея. — Тебе надо быть очень-очень сильным для этого... И не злить владыку морей! Чем тебе имя Кианех не нравится?
Малыш недовольно насупился:
— Я же не синий. Потому и не нравится. И вообще у этого, как там его, дона, уже же есть имя, зачем ему второе?
Цирцея вздохнула, опасаясь порочить бога, с которым мальчик мог оказаться в родстве. Интересно, а простил бы Посейдон такой выбор имени собственному сыну?
— Просто настоящий повелитель волн это Посейдон. И он может обидеться, что кто-то решил так назваться.
— А может, и не обидится! — тут же уцепился за фразу ребенок. — Он же даже не узнает!
Следующие полчаса малыш наотрез отказывался от любого другого имени, находя в них кучу недостатков, и упорно стоял на своем, словно маленький упрямый барашек. Цирцея уже подумывала продолжить звать его рыбкой, как вдруг ей в голову пришла идея.
— Ну хорошо, Кимарх так Кимарх.
— Правда? Правла-правда, можно? — мальчишка недоверчиво уставился на нее. Кажется, ему не верилось, что он выиграл.
Цирцея тихо засмеялась:
— Конечно, теперь ты мой маленький повелитель волн. Но до столь гордого титула тебе надо бы немного подрасти. Пока я буду звать тебя Ким. А твое настоящее имя будет нашим общим секретом, хорошо? Который будем знать только мы!
— Ким? — малыш недовольно нахмурил бровки, но от идеи что у них будет общий секрет его глаза тут же радостно замерцали. — Настоящая тайна, да? Тогда я согласен.
Цирцея с облегченным вздохом притянула этого упрямца к себе:
— Вот и славно. Хотя, наверное, у тебя где-то есть ещё одно имя. То, которое дала тебе мама. Знать бы, где она и почему оставила тебя?
Кимарх моргнул.
- Что такое мама?
Цирцее стало больно за несчастного ребенка. Он был смышленым, милым, не злым — как, как можно было оставить такое чудо? Как можно было бросить собственное дитя? Цирцее пришлось побороться с комом в горле, прежде чем объяснить:
— Это женщина, которая родила тебя. И должна была оберегать, пока ты маленький.
— А меня родили? Может, я как нимфы? Ну, сам появился? — Кимарх поежился и прижался к Цирцее. — И никто меня не оберегал.
— Может, и сам... Хотя ты не похож на нимф, — Цирцея ласково перебирала темные пряди его волос. — Давая я буду тебя оберегать?
— Я и сам могу! — гордо и упрямо вскинулся Кимарх, но тут же разомлел, сжал ее хитон, будто боялся, что она исчезнет. — Давай...
Цирцея поцеловала ребенка в висок. Она чувствовала, как внутри распускаются новые стремления: защищать, нежить, дарить всю ласку и всю любовь, которой Кимарх был лишен. У каждого ребенка должно быть счастливое детство. И Цирцея твердо осознала: ради этого малыша она свернет горы и пойдет против всех богов.
1) морской колдун
2) собирающий морские чары
3) повелитель волн
4) прекрасный поток
5) цвета морской волны

|
Миниатюра
Кошшшмар какой! Для меня самый ужас в том, как ужасно извлекаемое существо, и богическое спокойствие Цирцеи! В этом почему-то ощущается какая-то жуть из-за контраста. 2 |
|
|
Темная Сиреньавтор
|
|
|
2 |
|
|
EnniNova Онлайн
|
|
|
Чего же это за животинка такая? И кто ее так избезделовал?
1 |
|
|
Темная Сиреньавтор
|
|
|
EnniNova
Вы все узнаете со временем. Пока Цирцея тоже недоумевает 1 |
|
|
Pauli Bal Онлайн
|
|
|
Милая история! Очень любопытно, что это за существо:)
Первая часть просто жиза - я так же выковыриваю периодически что-то из рта моей собаки 😁 и она тоже в ответ мяукает 🌚 Детеныш симпатичный, надеюсь, он найдет дорогу домой! 1 |
|
|
Темная Сиреньавтор
|
|
|
Pauli Bal
Спасибо за отзыв! Потихоньку будем приоткрывать завесу тайны. Жаль, темы вразнобой идут 2 |
|
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |