Да уж лучше я буду играть в Stellaris (джен)

После создания Стабилизатора Светоформы всё изменилось. Алмазной Власти больше не приходилось постоянно играть от обороны — теперь они могли наступать. Это не значило, что всё внезапно стало легко. Тьманники сражались всё свирепее и с каждым боем становились всё фанатичнее. Последствия были болезненными. Впервые за всю историю численность самоцветов перестала неуклонно расти: одной лишь изнуряющей войны хватало, чтобы нести потери.

И всё же это не означало, что самоцветы проигрывали войну. Напротив, они планомерно брали верх. Просто тьманники совсем не собирались облегчать им задачу. Тяжёлые бои сопровождались болезненными уроками. Победы становились всё более частыми, но без потерь не обходилось.

Оглядываясь назад, Зелёный Алмаз считал годы после своего создания сплошным размытым пятном. Мгновения отдыха были редки и коротки. Все его мысли сейчас были сосредоточены на поиске ещё одного открытия, способного переломить ход войны. Он разбирал тьманников по частям, делал выводы один за другим — и всё с малым эффектом. Похоже, то же самое чувствовала и вся империя. Давление нарастало, и впервые Алмазная Власть затрещала под тяжестью затянувшейся войны. До слома было далеко, но было почти в новинку узнать, что и у них есть предел.

Как бы мрачно это ни звучало, на тьманников давили ещё сильнее. Война на истощение была на руку самоцветам. Военная машина тьманников не была рассчитана на то, чтобы раз за разом выдерживать удары, которые самоцветы обрушивали на них. Держались они так долго лишь потому, что в наступлении, откровенно говоря, превосходили самоцветов по всем статьям. Их внезапные удары и рейды порой оказывались разрушительно эффективными, и Жёлтая Алмаз не раз была на волосок от гибели, пока не перебралась на «Крушитель Галактик» на постоянной основе.

В конечном счёте всё это лишь оттягивало финал. Единственная причина, по которой самоцветы не начали массово выжигать планеты противника, заключалась в том, что они не знали, какими силами располагают тьманники. Подчинённые Зелёного Алмаза вычислили их родной мир вскоре после Битвы Криков. Они представляли, какими планетами владеет враг. Оставалось лишь убедиться, что при полномасштабном наступлении они победят. На это ушло больше времени, чем хотелось, но этот момент настал.

Конечный флот был нешуточным зверем. Вдвое больше того, что участвовал в Битве Криков, — и с одним полностью боеспособным «Крушителем Галактик». Этот флот воплощал всю мощь Алмазной Власти; в его состав вошла даже часть кораблей, охранявших разработки Белой. (Это позволили лишь потому, что для Белой уже строился другой флагман для её защиты.)

Разумеется, тьманники прекрасно знали о сборе флота. Когда стало очевидно, что силы стягиваются, они нанесли удары в других местах в попытке отвлечь и сорвать подготовку. Это привело к нескольким потерям среди самоцветов, но в итоге не помешало сбору всех сил. Теперь самоцветы раскусили тьманников и были готовы к удару.

И вот, спустя несколько столетий после первого контакта с тьманниками, началась последняя битва за судьбу их вида.

— Тебе правда не стоит быть здесь, — сухо заметила Жёлтая Алмаз, когда корабль вошёл в сверхсветовой переход.

Зелёный Алмаз пожал плечами:

— По мне так, это необходимо. Если и применять это, то сейчас.

У той на миг сжались кулаки, но она кивнула. Здесь нельзя было допустить ни малейшего шанса на провал. Была большая вероятность, что у врага припрятана пара-другая уловок. Предсказания будущего оказались туманны. В предстоящей битве было что-то, что делало её исход непредсказуемым. Впрочем, это не было неожиданностью: Сапфиры с огромным трудом могли предвидеть будущее Алмазов, а в битвах было и без того слишком много переменных для точных прогнозов. (Из-за этого их престиж, к слову, слегка пошатнулся.)

Время тянулось, пока они ждали на мостике. На нём царила почти полная тишина. Команды и доклады отдавались вполголоса. Разговоров не было вовсе. В воздухе повисло мрачное ожидание.

Когда прозвучал сигнал о выходе из сверхсвета, все испытали почти облегчение. Вдалеке показалась родная звезда противника. В воздухе ощутимо возросло напряжение. Сенсоры засекли вражеский флот, и операторы тут же начали выкрикивать данные.

— Очень много станций. Но кораблей меньше, — отметила Жёлтая. — И… их как будто меньше, чем мы ожидали.

Зелёный глухо хмыкнул:

— По оценкам, их должно быть вдвое больше.

Они неплохо представляли себе силы флота тьманников и ожидали, что для защиты родного мира будут брошены все до единого. При таком раскладе противник мог обороняться, но не победить.

— Где же тогда ловушка? — выдохнула Жёлтая.

— На окраинах системы вражеских сил нет, — доложил один из операторов.

— Пусть Научные Сферы с эскортом сделают круг по системе. Остальным, сблизиться до половины дистанции и ждать. Время у нас есть. Заминировать ключевые маршруты подхода подкреплений, — быстро отдавала приказы Жёлтая.

Флот тьманников, разумеется, их заметил. Но вместо того чтобы ринуться в атаку, они лишь плотнее прижались к своей планете. Это было очень, очень не похоже на их обычную тактику. Зелёный шагнул в сторону и вгляделся в показания приборов.

— Примерно половина их кораблей — старые модели, — заметил он. — Неужели они расконсервировали списанные?

— Я бы предположила, что мы их надломили, но не позволю гордыне привести меня к ошибке. Сохранять оборонительное построение. Что там у Сферы? — спросила Жёлтая.

— Их сенсоры ничего не засекли. Единственное, что необычно — несколько сооружений у местного светила, — отозвалась одна из самоцветов.

— Хм-м? — Зелёный повернулся к докладу. — Я… не знаю, что это, — произнёс он минуту спустя. — Это не оружие. И не знакомая мне технология. Вообще не похоже на что-то сложное. Если не считать его близости к звезде, похоже, оно предназначено, чтобы сбросить в неё что-то.

— Они хотят превратить звезду в оружие?! — встревоженно ухватилась за мысль Жёлтая.

Зелёный тут же отмёл эту идею, покачав головой:

— Не с тем, что там есть, и не с их технологиями.

На мгновение Жёлтая замолчала и оглядела мостик. Она чуть качнулась в троне, затем, раздражённо зарычав, поднялась на ноги. Все в недоумении уставились на неё. Зелёный приподнял бровь, когда она подошла и протянула руку.

— Здесь явно ловушка, которую я в упор не вижу. Давай сделаем это заранее, — сказала Жёлтая.

— Ты уверена? Помни, наше душевное состояние имеет значение, — напомнил Зелёный.

— Гармонизатор сюда, и начинаем, — распорядилась она, слегка покраснев. — Слушай, если цена победы, немного смущения, я готова её заплатить.

Зелёный Алмаз медленно кивнул и протянул свою руку. Жест был прост, но то, что за ним стояло, нет. Слияние — визитная карточка самоцветов, и то, что двое Алмазов делают это на виду у всех, говорило о многом. Что именно — каждый поймёт по-своему, но на пороге этой битвы рисковать было нельзя. С этой мыслью они слились, и гештальт-самоцвет взял управление на себя.

После вспышки Золотая Алмаз открыла глаза и сделала глубокий, ненужный вдох.

— Золотая Алмаз принимает командование, — просто произнесла она и призвала своё оружие. — Я поднимусь на верхнюю палубу «Крушителя Галактик», оттуда мне будет проще вести бой. Как только буду на месте — атакуем.

Сказав это, она перешла к делу: покинула мостик и направилась к лифту, ведущему наверх. Верхняя палуба «Крушителя» была огромной ровной площадкой, настолько большой, что взгляд не мог охватить её целиком. На ней были расставлены небольшие оборонительные узлы, которые могли служить дополнительными укреплениями или наблюдательными постами, как сейчас. Золотая огляделась, кивнула и вышла на связь с мостиком.

— Золотая Алмаз на позиции. Приказываю атаковать, — сказала она просто. — Вперёд. Уничтожить.

Так началась последняя настоящая битва этой войны.