Под знаменем Льва (гет)

К двум часам ночи Хогвартс наконец затих.

Эйлин закончила проверять коридоры пятого этажа и направилась к лестнице. Сегодняшний обход был невероятно скучным — за последний час ей не встретилось ни одного ученика. Даже Альтаир перестал тискать по углам старшекурсниц — после официальной помолвки Астория быстро отучила жениха гулять по ночам.

Осталось лишь проверить восточное крыло и с чистой совестью возвращаться в гостиную. Эйлин остановилась перед окном и посмотрела во двор. Над замком висел узкий серп Луны, отчего башни тонули в непроглядной тьме. Лишь в нескольких окнах теплился слабый свет ночников.

Зевнув, она продолжила обход.

До конца дежурства оставалось менее получаса.

Эйлин уже поставила ногу на первую ступеньку, когда этажом ниже что-то негромко ударилось о камень.

Она замерла.

Через несколько секунд звук повторился. Эйлин спустилась по лестнице и свернула в боковой коридор. Впереди мигнул свет и сразу исчез.

— Люмос.

В ярком свете палочки стоял Регулус Блэк. Несколько каменных плит перед ним были покрыты тонкой сеткой диагностических чар, а на полу лежал раскрытый план замка.

— Добрый вечер, профессор Блэк, — вежливо поздоровалась Эйлин, не отрывая взгляда от чертежа.

Регулус недовольно посмотрел на Эйлин, затем на часы.

— Добрый вечер. Ты должна сейчас быть на пятом этаже.

— Уже проверила.

— Хорошо. Ты можешь продолжать обход. — Он коротко кивнул и снова повернулся к стене.

Эйлин подошла ближе.

— Что вы ищете?

Регулус замер.

— Почему ты решила, что я что-то ищу?

— Я знаю эти чары.

Регулус быстро взмахнул палочкой, и диагностические чары исчезли.

— Возвращайся в гостиную, Эйлин.

— Моё дежурство ещё не закончилось.

— Закончилось. Остальное я проверю сам.

Эйлин посмотрела на лежащий перед ним план. Несколько участков были перечёркнуты, а рядом с другими стояли короткие пометки, но прочитать их с такого расстояния она не могла. Заметив её взгляд, Регулус свернул пергамент.

— Что происходит в замке? — серьёзно спросила Эйлин.

— Ничего, что должно тебя беспокоить. — Регулус раздражённо посмотрел на неё.

— Значит, что-то происходит.

— Эйлин, я не собираюсь обсуждать с ученицей свои дела.

— Даже если они касаются Хогвартса?

— Именно потому, что они касаются Хогвартса. И потому, что это не детские дела.

Эйлин почувствовала, как внутри поднимается раздражение.

— Я давно не ребёнок.

— Тогда тебе стоит научиться понимать, когда следует прекратить задавать вопросы.

Регулус убрал план под мантию.

— Иди спать.

— Если школе угрожает опасность, я должна знать, — не уступала Эйлин. — Я староста и отвечаю за факультет...

— Нет.

Эйлин замолчала, а Регулус посмотрел на неё уже спокойнее.

— Если возникнет необходимость, я сам скажу, что тебе делать. До этого момента готовься к экзаменам и не вмешивайся.

Регулус снова повернулся к стене.

Эйлин поняла, что больше ничего не добьётся, и направилась к лестнице.

— Снейп.

Она обернулась.

— Ты ничего здесь не видела.

— А если спросят?

— Тогда солжёшь.

Эйлин несколько секунд смотрела на него.

— Папе тоже?

Регулус усмехнулся.

— Северус ничего не станет спрашивать.

--

За завтраком Эйлин нашла Альтаира и Асторию. Решительно вклинилась между ними и зашептала:

— Вчера ночью я встретила твоего отца.

Альтаир поднял голову.

— Думаю, маме это не понравится.

— Дурак!

Альтаир клюнул носом от подзатыльника.

— Он что-то искал в стенах замка.

Улыбка исчезла с его лица.

— Где?

Эйлин объяснила.

Альтаир некоторое время молчал.

— Он уже несколько дней почти не спит.

— Откуда ты знаешь?

— Вижу. Кроме того, мама вчера прислала письмо.

Астория отложила вилку.

— Что пишет?

— Спрашивает, всё ли спокойно в школе. Велела без необходимости не уходить за пределы замка и не обращать внимания, если отец начнёт вести себя страннее обычного.

— Очень точная формулировка, — заметила Эйлин. — Как ты думаешь, почему она беспокоится?

Альтаир покачал головой.

— Не знаю. Но дома усилили охрану, а отец за последние дни несколько раз связывался с Сириусом и Доркас.

Эйлин посмотрела на преподавательский стол. Регулус спокойно завтракал и разговаривал с Флитвиком.

— Значит, он не просто что-то ищет.

— Похоже на то, — сказал Альтаир.

Астория несколько секунд переводила взгляд с одного на другого, ожидая, когда они наконец придут к какому-нибудь выводу.

— Мы всё равно не узнаем, что происходит, пока взрослые сами не решат рассказать, — сказала она.

— И что ты предлагаешь? — спросила Эйлин.

— Ничего. Просто быть готовыми к неприятностям, — пожала плечами Астория.

Альтаир усмехнулся.

— Исчерпывающий план.

— У тебя и такого нет, — отрезала она.

Эйлин снова посмотрела на Регулуса.

— Я напишу отцу.

Альтаир поднял брови.

— Если мой молчит, какой шанс, что проговорится твой?

— Честно говоря, никакого, — признала Эйлин. — Но я хотя бы попробую.

Она написала письмо сразу после завтрака.

«Папа, профессор Блэк сегодня ночью посоветовал мне больше заниматься экзаменами и меньше интересоваться делами взрослых. Как ты думаешь, стоит последовать его совету?»

Ответ пришёл в тот же день.

«Эйлин,

безусловно. Особенно советую заранее выспаться. Ночи перед экзаменами иногда оказываются значительно беспокойнее, чем ожидают ученики.

Папа».

Эйлин перечитала письмо. Отец ответил и не ответил на её вопрос. Фраза эта сама по себе ничего не значила, но Эйлин знала отца достаточно хорошо, чтобы понимать: лишних слов в его письмах не бывает.

Она аккуратно сложила пергамент и убрала в сумку.

В ближайшие два дня ничего не произошло, и к утру вторника Эйлин уже начала сомневаться, правильно ли поняла письмо отца.

Она готовилась к экзаменам, ходила на занятия и продолжала дежурить по школе. Регулуса при этом больше не встречала.

Во вторник за завтраком Дамблдор отсутствовал.

Эйлин заметила это не сразу. Директор часто покидал школу по делам, и его отсутствие никого не удивляло.

Но к вечеру он не вернулся.

Во время ужина Регулус получил записку. Эйлин как раз разговаривала с Асторией, когда заметила, как изменилось его лицо.

Регулус быстро пробежал взглядом по строкам, поднялся из-за стола и подошёл к Макгонагалл. Они обменялись несколькими словами, и Макгонагалл побледнела.

Она тоже поднялась, и уже вдвоём они стали обходить остальных преподавателей.

Эйлин посмотрела на Альтаира. Он тоже следил за отцом.

— Что-то случилось, — тихо сказал он.

Регулус направился к выходу.

Проходя мимо слизеринского стола, он на мгновение задержал взгляд на сыне.

Альтаир попробовал поймать его за рукав мантии.

— Что?

Регулус едва заметно покачал головой и вышел из Большого зала.

— Что это значит? — спросила Астория.

— Не знаю.

Эйлин вспомнила письмо отца.

«Последние ночи перед экзаменами могут оказаться беспокойными»...

Через несколько минут Макгонагалл вернулась, и за преподавательским столом началось активное движение. Флитвик поднялся ей навстречу, профессор Спраут закрыла лицо руками.

Разговоры в Большом зале постепенно стихали. Все взгляды устремились к преподавательскому столу.

Макгонагалл вышла вперёд.

— Прошу всех сохранять спокойствие.

Тишина стала мёртвой.

— Сегодня днём в Министерстве магии был убит Альбус Дамблдор.

Эйлин смотрела на пустое место Регулуса за преподавательским столом.

Теперь предупреждение отца выглядело совсем иначе. Происходило что-то страшное, и это должно было затронуть Хогвартс.

Астория первой достала палочку.

— Похоже, неприятности начались.

Эйлин задумчиво покачала головой.

— Не уверена...

Она вспомнила план замка, диагностические чары и Регулуса, который несколько дней назад тайно проверял стены Хогвартса. Смерть Дамблдора ничего этого не объясняла.

— Они ещё только начинаются.