Гермиона, Дагворт-Грейнджеры и многие другие (джен)

У Кормака Маклаггена, сына одного из министерских тузов, и Драко Малфоя случилась стычка.

Гриффиндорец Кормак ненавидел слизеринцев. Слизеринцы, по его мнению, были трусами, подлецами, папенькиными сынками и будущими тёмными магами. Особенно его раздражал Драко Малфой. Драко был слишком светловолосый, слишком уверенный в себе, слишком хорошо одетый и слишком редко получал по заслугам. Рядом с ним почти всегда маячили двое громил — Винсент Крэбб и Грегори Гойл.

Началось всё с того, что Драко, проходя мимо Кормака и глядя ему прямо в глаза, сказал Винсенту и Грегори что-то обидное про гриффиндорцев, которым, мол, недостаёт храбрости.

Маклагген остановился.

— Повтори.

Драко медленно повернул голову.

— Зачем? Ты и с первого раза понял. Для тебя это уже успех.

Кормак подошёл к Драко почти вплотную.

— Ты слишком много говоришь, Малфой.

— А ты слишком много места занимаешь, Маклагген, — сказал Драко.

Кормак толкнул его плечом.

Но Малфои не позволяли толкать себя в коридоре при свидетелях. Палочка оказалась у Драко в руке почти сразу. У Кормака тоже.

Заклинание сорвалось первым у Кормака: боевое, из аврорского арсенала, но грубо выполненное и плохо рассчитанное. Драко без труда успел отклониться, и удар попал в каменную стену, оставив на ней чёрное пятно и запах жжёной пыли.

Драко ответил аккуратнее. Тонкая серебристая вспышка ударила Кормака по подолу мантии, и она тут же поднялась вверх, демонстрируя всем его дорогие брюки и туфли, зато закрывая ему обзор.

— Ах ты…

Кормак одёрнул мантию и шагнул вперёд, уже поднимая кулак. Он явно решил, что если магией выходит недостаточно красиво, можно перейти к более понятным методам.

В этот момент прозвучало:

— Достаточно.

Северус Снейп, похоже, уже некоторое время наблюдал за развитием событий, и Кормак теперь понял, почему Малфой выбрал такое безобидное заклинание.

— Мистер Малфой. Палочку убрать. Хорошо. Мистер Маклагген. Вы, видимо, решили проверить, поможет ли кулак там, где не справились мозги.

Кормак покраснел.

— Он первый начал, сэр.

— Неужели? — Снейп посмотрел на прожжённое пятно на стене.

— Он меня оскорбил!

— В Хогвартсе оскорбление не является официальным разрешением портить стены и нападать на учеников. Хотя, должен признать, многие гриффиндорцы годами пытаются внедрить эту поправку в школьный устав.

Слизеринцы тихо фыркнули. Снейп повернул голову, и смех немедленно умер.

— Мистер Малфой, в подземелья. Сию минуту.

Драко открыл рот, но вовремя передумал спорить.

— Да, сэр.

Снейп перевёл взгляд на Кормака.

— А вы, мистер Маклагген, пойдёте со мной к профессору Макгонагалл.

— Почему я?

— Потому что именно вы первым применили заклинание в коридоре, а затем попытались перейти к рукопашной драке. И потому что я не имею удовольствия быть вашим деканом.

Кормак сжал челюсти.

— Он меня провоцировал.

— Провокация существует для того, чтобы люди со слабым самоконтролем показывали, насколько легко ими управлять.

Кормак покраснел ещё сильнее. Снейп сделал короткий жест в сторону лестницы.

— Вперёд.

Кабинет Макгонагалл был недалеко, но Снейп не торопился. Он вообще выглядел так, будто прогулка с пойманным гриффиндорцем внесла в его день немного приятного разнообразия.

Они вошли. Макгонагалл подняла глаза от бумаг.

— Северус?

— Ваш ученик, Минерва. Дуэль в коридоре. Он бросил первое заклинание. Боевое. Потом попытался продолжить кулаками. Пятно от боевого заклинания на стене третьего этажа.

Макгонагалл медленно сняла очки.

— Мистер Маклагген.

— Профессор, Малфой меня оскорбил.

— Мистер Маклагген, вы применили боевое заклинание в коридоре?

Кормак помолчал.

— Да, профессор. Но…

Макгонагалл посмотрела на него, как на букашку.

— Двадцать очков с Гриффиндора. И взыскание у мистера Филча сегодня вечером.

— Но, профессор…

— Ещё одно “но” — и завтра тоже.