Северус и василиск Слизерина (джен)

Бартемиус Крауч пришёл в Министерство магии ровно в восемь двадцать. Как всегда.

Атриум уже просыпался. Под высокими золотыми сводами тихо журчал Фонтан магического братства, струи воды переливались мягким светом очищающих чар, а над мраморным полом медленно парили зачарованные пергаменты утренних распоряжений. Дежурный у входа вытянулся, увидев его.

— Доброе утро, мистер Крауч.

— Доброе утро, — коротко ответил он.

Он провёл палочкой над регистрационной книгой. Перо само поднялось и вывело аккуратную подпись: B. Crouch. Чары идентификации на секунду вспыхнули бледно-голубым светом. Крауч кивнул служащему у стола и направился к лифтам. Шаг его был точным и размеренным. Министерство он знал прекрасно: когда-то отец водил его сюда мальчиком, показывал архивы, объяснял, как составляются международные договоры. Он отлично помнил, где какие бумаги лежат в кабинете Крауча-старшего, но заранее решил: первые дни он будет просто наблюдать.

Лифт мягко звякнул и остановился. Внутри уже стояли два младших чиновника, которые мгновенно притихли, заметив его. Один торопливо спрятал пергамент, второй нервно поправил мантию. Лифт тронулся вверх, шестерни зачарованного механизма тихо гудели в стенах шахты.

— Мистер Крауч, сэр… — нервно начал один.

— Да?

— Мы… э-э… хотели уточнить по поводу отчёта о торговле ингредиентами из Болгарии… там возникли разночтения в перечне разрешённых частей саламандр…

Барти посмотрел на него тяжёлым, неподвижным взглядом Крауча-старшего.

— Подготовьте записку.

Чиновник облегчённо закивал.

— Да, сэр.

Лифт остановился. Барти вышел в коридор Отдела международного магического сотрудничества. Коридор был длинным, выложенным серо-зелёным камнем; на стенах висели зачарованные карты мира. Маленькие флажки отмечали активные переговоры, а тонкие золотые линии соединяли страны действующими договорами, иногда мягко вспыхивая, когда Министерство получало новую дипломатическую сову. Барти шёл медленно и внимательно, рассматривая знакомые таблички на дверях: Отдел международных договоров. Отдел торговых соглашений. Отдел магических существ зарубежных территорий. Архив.

Все выглядело именно так, как он помнил. Отлично.

Кабинет Крауча-старшего был просторным и строгим. Высокие окна выходили во внутренний двор Министерства, где на мраморной площадке стояли старые бронзовые совы-почтальоны. На столе лежали аккуратные стопки документов, в подставке стояли самопишущие перья, несколько зачарованных папок тихо перелистывали страницы, отслеживая поправки к договорам. На стене висели часы с международными поясами магического мира: Лондон, Париж, София, Бухарест, Каир, Осло, Нью Орлеан, Токио... Ни одного лишнего предмета.

Барти сел и открыл рабочий дневник отца, затем просмотрел бумаги на столе. Крауч-старший действительно управлял отделом железной рукой: записи были краткими, распоряжения точными, резолюции написаны мелким аккуратным почерком. Иногда рядом стояли маленькие рунические метки — так он отмечал приоритетные дела. Барти тихо хмыкнул.

— Старый педант.

Через десять минут в дверь осторожно постучали.

— Войдите.

В кабинет заглянул бессменный секретарь Крауча-старшего, Визерби — худощавый маг в круглых очках с идеально ровным пробором. В руках у него парили несколько папок.

— Доброе утро, мистер Крауч.

— Доброе.

Папки мягко опустились на стол.

— Это на подпись. И ещё… мистер Бэгмен снова прислал приглашение на благотворительный квиддичный матч.

Барти поднял глаза.

— Что?

— Он пишет, что будет очень рад видеть вас на трибуне почётных гостей.

Барти несколько секунд смотрел на него.

— Ответ тот же, что и раньше.

Секретарь кивнул с лёгкой улыбкой.

— Я так и думал.

Барти открыл первую папку: торговое соглашение с Норвегией, экспорт высушенных рогов эрклингов и лицензирование драконьего стекла. Он проверил печати — зачарованные сургучные символы мягко вспыхнули, подтверждая подлинность — и аккуратно поставил подпись отца. Через час в кабинет вошёл один из начальников отделов, высокий волшебник с нервными жестами.

— Мистер Крауч, у нас небольшая проблема с французами. Они снова требуют пересмотреть квоты на экспорт драконьих яиц.

Барти откинулся на спинку кресла.

— Они ведь требуют это каждый год?

— Да, сэр.

— Тогда ответ будет тот же.

— То есть…

— Подготовьте записку.

Волшебник облегчённо вздохнул.

— Конечно, сэр.

Когда дверь закрылась, Барти позволил себе тонкую улыбку. К обеду он уже понял главное: Министерство жило по инерции. Люди приходили, подписывали бумаги, спорили о деталях договоров, ссылались на старые инструкции и боялись нарушить привычный порядок. Идеальная среда для того, чтобы спрятаться.

Во второй половине дня произошло ещё одно маленькое происшествие. Дверь распахнулась, и в кабинет влетел молодой стажёр, явно перепутав двери.

— Мистер Бэгмен, сэр, там репортёры…

Он остановился, увидев, кто сидит за столом. Лицо его мгновенно побледнело.

— О… Простите… я…

Барти медленно поднял голову.

— Вы ищете мистера Бэгмена.

— Д-да, сэр.

— Тогда вы на три этажа ниже, чем нужно.

Стажёр нервно поклонился и вылетел из кабинета. Барти несколько секунд смотрел на закрывшуюся дверь.

— Несложно, — тихо сказал он. — Совсем несложно.

К вечеру он покинул Министерство так же спокойно, как пришёл. Восемь часов работы. Никаких подозрений. Никаких лишних разговоров. Когда он вышел из камина в доме Краучей, дом встретил его знакомой тишиной; старые защитные чары мягко коснулись его магии, узнавая хозяина. Он прошёл по коридору к заднему крылу и открыл дверь. На стуле у окна сидел человек с пустым взглядом — Бартемиус Крауч-старший. Барти несколько секунд смотрел на него, затем поднял палочку.

— Imperio.

Заклятие легло мягко и уверенно. Нить магии на мгновение связала их; фигура на стуле чуть вздрогнула и снова застыла. Барти внимательно наблюдал несколько секунд, проверяя контроль, затем кивнул.

— Хорошо.

Дверь тихо закрылась. Завтра он снова придёт в Министерство. Ровно в восемь двадцать. Как всегда.