Да уж лучше я буду играть в Stellaris (джен)

Она приходила в сознание постепенно. Сначала была лишь тьма. Потом что-то шевельнулось на краю её сознания. Её ментальная структура уловила тактильный отклик от светоформы и она изучила её. Она мысленно протянула пальцы и соединилась с этим ощущением. Оно едва не захлестнуло её, но вскоре то стало почти привычным. Она наслаждалась своим новым телом, а потом поняла, что это ещё не всё. Затем пришло зрение: она впервые открыла глаза. А следом пришёл слух: уши её светоформы уловили звуки.

— Похоже, последовательность загрузки проходит как надо, — раздался низко посаженный голос.

— Пожалуйста, не используй компьютерную терминологию, говоря о нашей новой сестре, — ответил другой, более высокий голос.

— Дети, успокойтесь, — вмешался третий голос.

— Ого, «дети» значит? Где ты этого набралась? — спросил низко посаженный голос.

— Там же и тогда же, когда ты начал вести себя как ребёнок-органик, — ответил третий голос с эмоцией, которой она не могла подобрать название.

Она осознала, что почти ничего не знает. Она Голубая Алмаз, и это всё. Она знала, как двигаться, как говорить, знала значение слов. Она самоцвет. Она Алмаз. Её предназначение — вести других. Но как это, вести? Кто эти существа? Замешательство всё нарастало, грозя захлестнуть её.

— Ты транслируешь эмоции, — сказал низковатый голос, и в поле зрения возникла фигура. — Это очень похоже на псионическую атаку. Прекрати.

Он выглядел немного угрожающе, и у неё по спине пробежал холодок. Это был Зелёный Алмаз; угловатый, будто сложенный из блоков, с очками на лице.

— Не сейчас, Зелёный, — сказал третий голос, и в поле зрения появилась Белая Алмаз. — Здравствуй, Голубая Алмаз. Я — Белая Алмаз. Это — Зелёный Алмаз, а вон там — Жёлтая Алмаз. Ты выглядишь просто безупречно, я рада тебя видеть.

Белая Алмаз была белой, с причёской в форме звезды с острыми лучами. Голубой хватило одного взгляда, чтобы понять: Белая тут главная. Зелёный не производил такого впечатления.

— С днём рождения, — с лёгкой растяжкой произнёс зелёный самоцвет, тепло улыбнувшись.

— Я... — Голубая Алмаз снова ощутила вспышку паники, и Зелёный поморщился. В её сознании что-то щёлкнуло, и она поняла: он реагирует на то, что делает она. — Я делаю тебе больно?

— Нет, — тут же ответил Зелёный. — Твой особый дар, похоже, либо псионика, либо простая эмоциональная трансляция, а я к такому совершенно не привык.

— Он просто слишком чувствительный, — сказала Жёлтая, подходя ближе. Она была жёлтой и держалась почти сурово, хотя её движения оставались мягкими. — Давай поможем тебе встать.

— Да, давай, — откликнулась Белая, бросив на Зелёного короткий укоризненный взгляд.

— Я лучше отойду, — предложил Зелёный, поднимая ладони в примиряющем жесте. — К тому же нужно всех оповестить. Уверен, у делегации клингонов накопилось слишком много вопросов, и на этот раз они имеют на них полное право.

— Не забудь подчеркнуть нашу красоту и совершенство, — рассеянно бросила Белая, помогая Голубой подняться и сделать первый шаг. — Я заранее проверила твои двигательные функции, но первые шаги новорождённым самоцветам всегда даются нелегко, — вполголоса добавила она, обращаясь к Голубой.

— Да, и сколько же раз спотыкалась я? — спросила Жёлтая, поддерживая Голубую за другую руку.

— Часто. И оглядываясь назад, мы обе могли бы и получше справиться в твои первые дни, — спокойно ответила Белая со многозначительным выражением, которое Голубая ещё не могла прочесть.

Новорождённый Алмаз слушала их разговор о прошлом и пыталась разобраться в происходящем. На это ушло много времени. И в то же время, нисколько. Сама мысль, что она может думать и чувствовать всё это за считанные секунды, сбивала с толку.

Какое-то ощущение заставило её отвлечься. Она увидела, как Белая, придерживая её за подбородок, заглядывает ей прямо в глаза.

— Ты мыслитель, угадала? Так похожа на свою старшую сестру — и в то же время совсем другая.

— Ты изменилась, Белая, — заметила Жёлтая, а затем улыбнулась ей и Голубой. — Кажется, я тебя так и не поприветствовала как следует. Добро пожаловать, Голубая Алмаз.

— Зелёный дурно на меня повлиял, но это влияние не было нежеланным. А ты, моя дорогая Голубая Алмаз, мой любимый, совершенный самоцвет, можешь думать сколько угодно, только не теряйся в своих мыслях, — сказала Белая с мягкой твёрдостью во взгляде.

Голубая медленно кивнула. Она не понимала, но, похоже, сейчас это было не страшно. Её вывели из комнаты в другую. Там их встретили крошечные существа. Инстинкты подсказывали, что это тоже были самоцветы, но рангом ниже. Она приняла их к сведению и снова сосредоточилась на своих сородичах и... родителе? Возможно, это было правильное обращение. Она знала, что Белая среди них главная. Точное определение подобрать было трудно.

Пока её знакомили с другими самоцветами, было много радостных возгласов и разговоров. Они казались счастливыми, и она тоже ощутила счастье, отчего все вокруг стали ещё радостнее. Голубая Алмаз наблюдала за эмоциями самоцветов и чувствовала, что, кажется, начинает понимать, как надо вести других. Поведение равных ей тоже помогало. Она смотрела и отмечала про себя, что хорошо, а что — нет. Больше всего ей понравились музыка и танцы. Шпинели были особенно энергичны под самые громкие композиции.

Через какое-то время в поле её зрения снова появился Зелёный Алмаз, и Голубая невольно вздрогнула. Это движение эхом отразилось на всех самоцветах вокруг, и она ощутила вину. Она едва заметила, что лица всех вокруг тоже погрустнели. «Это же мой брат», мысленно одёрнула она себя.

— Так, хватит этого, — объявил Алмаз и поднял в руке какой-то предмет. — Вот. Его можно приколоть к волосам, вот так, — он медленно показал, как это сделать, и аккуратно прикрепил вещицу к её волосам.

— Я не понимаю, — произнесла Голубая, касаясь заколки. — Я думала, я тебе не нравлюсь.

— Ты моя сестра, и я могу с уверенностью сказать, что люблю тебя не меньше, чем Жёлтую или Белую, — улыбнулся ей Зелёный. — Просто твоя эмоциональная трансляция вызывает у меня неприятные ассоциации. Я расскажу тебе об этом позже. А пока заколка будет эту способность сдерживать. Включать и выключать её можно вот этой кнопкой. А потом мы вместе разберёмся, на что ты способна! — в его голосе звучал неподдельный энтузиазм.

— Звучит... неплохо? — с лёгкой растерянностью ответила Голубая и сосредоточилась на подарке.

Она почувствовала необъяснимую радость, и даже ей самой это показалось немного глупым. Самоцветы вокруг тоже повеселели от её эмоций, но в то же время были немного озадачены тем, что с ними только что произошло.

— Очень на это надеюсь, — кивнул Зелёный. — Очевидно, твой личный талант не сводится к одной лишь передаче эмоций. Так у всех. Но с этим мы поработаем позже. Сейчас для тебя есть ещё одна церемония, а затем ты будешь несколько лет ходить за каждым из нас хвостиком.

— Хвостиком? — переспросила она.

От этого вопроса Зелёный слегка поморщился, и она испугалась, что снова сделала ему больно.

— Это значит следовать за нами, чтобы учиться тому, что мы делаем, — пояснил он. — Прости, я иногда использую слова в значении, которое тебе может быть непонятно. Не стесняйся спрашивать.

Про себя Голубая тут же решила стараться этого избегать. Если так подумать, смысл был очевиден. И она чувствовала, что это почему-то снова была щекотливая тема. Ей хотелось, чтобы её сородичи были счастливы, а не морщились из-за неё. Она снова коснулась заколки и сосредоточилась на чувстве, которое та ей дарила.

— Что ж, если у тебя больше нет вопросов... хотя они ещё появятся, — усмехнулся Зелёный. — Следующая церемония будет с другим народом, который мы знаем, с клингонами. Они во многом нам уступают, но они хорошие друзья, так что нам несложно пойти им навстречу. Они подарят тебе церемониальное оружие, сделанное специально для тебя. Просто подержи его, когда они его вручат, а потом мы уберём его в хранилище... Или выставим где-нибудь на обозрение, если тебе понравится. Решишь позже.

Голубая Алмаз кивнула и выпрямилась, копируя осанку Белой Алмаз. Она уже поняла суть: так они проявляли уважение к клингонам и одновременно подтверждали их место рядом с самоцветами. Это было хорошо для отношений. Всё остальное она узнает позже. А сейчас, время делать свою работу!

Позже она не раз порадовалась, что решила подражать Белой. Иначе бы точно расхохоталась. Клингоны изготовили оружие, соразмерное ей, а это означало, что для его вручения потребовалось трое из них. Эта картина показалось ей очень забавным, хотя она изо всех сил старалась не подавать виду. В тот момент она была вдвойне благодарна заколке. Транслировать своё веселье вместо должной серьёзности было бы крайне неуважительно. В конце концов, эти органики так старались!

* * *

Голубая Алмаз: