Гарри Поттер и август девяносто пятого (джен)

На удивление, из камина я не вывалился мешком, а вышел вполне нормально. Ну, примерно как с эскалатора, когда немного зазеваешься. Ты знаешь, что чуть не навернулся, а со стороны выглядит, как будто ты слегка споткнулся.

Время было уже рабочее, так что по атриуму Министерства толпы не ходили. Так, пару раз сверкнули камины, кто-то куда-то отправился, а кто-то, наоборот, прибыл. Огляделся по сторонам. Ага, вон стойка типа ресепшена. Прибывший махнул в ту сторону какой-то "корочкой" и пошёл по своим делам. Я направился туда. Дежурный за стойкой внимательно меня разглядывал. Ну-ну, разглядывай. Шрам почти не видно, волосы после ритуала слегка волнистые, как у Сириуса, в отличие от поттеровского "взрыва на макаронной фабрике", очки не нужны с момента моего сюда попадания.

— Вашу палочку, мистер?..

Я проигнорировал вопросительную интонацию и не стал представляться.

— Палочка отсутствует. Я как раз по этому поводу.

Тот обвёл меня каким-то артефактом, до боли напоминающим обычный ручной металлодетектор. Хмыкнул.

— Вам в какой отдел?

— Департамент правопорядка.

Он достал откуда-то из конторки жетон с надписью "Посетитель. Департамент Магического Правопорядка" и вручил мне.

— На выходе не забудьте вернуть. — И приглашающе махнул рукой в сторону лифтов.

Спустившись на нужный этаж, я вышел из лифта и пошёл по широкому коридору. Хорошо, что лифты в торце коридора, не пришлось гадать, в какую сторону идти. Просто шёл и оглядывал надписи на дверях. Опять же хорошо, что волшебники не ограничились только лишь номерами комнат. По коридору туда-сюда сновали работники, не отвлекаясь на меня. Ну идёт молодой человек куда-то, значит, нужно ему. А у нас и так забот полон рот.

Scheiße! Артур! Блин блинский, он же меня без очков видел! Так, морду кирпичом, плечи расправить. Ф-фух! Прошёл, лишь скользнув взглядом.

— Гарри! Это ты? Ты что тут делаешь? — а нет, не прокатило! — Ты с кем здесь? Тебе нельзя одному из дома выходить!

— А, здравствуйте, мистер Уизли! Извините, задумался. Мне к мадам Амелии Боунс, не проводите?

— Гарри, слушание только завтра! Она тебя даже не примет!

Я продолжал идти, читая таблички на дверях. Ага, вот что-то похожее — двухстворчатые резные дубовые двери с надписью "Приёмная Директора Департамента Магического Правопорядка". Артур семенил следом и пытался меня уговорить остановиться.

— Мистер Уизли, я по другому поводу, успокойтесь и не привлекайте ко мне внимание!

Артур осёкся и воровато огляделся по сторонам. По счастью, снова повезло, и никто излишней бдительности не проявил. Страна непуганных идиотов, чесслово!

Я вошёл в приёмную. Ага, а вот и двери в кабинет. Я наглеть не стал и направился к секретарю. Достав заранее заготовленную визитку (Кричер постарался — оказывается, бланков навалом, надо было лишь приложить к нужной строке "свидетельства о рождении"), я протянул её секретарю, состроив наиболее надменную физиономию. Да хрен бы кто узнал сейчас во мне Гарри Поттера, кроме Артура, конечно. Проницательный Чингачкук хренов!

Глаза секретаря сделались по чайнику.

— Хорошо, мист...

— Без имён! — приказал я.

— Хорошо, сэр. Причина визита?

— Скажите мадам Боунс, это по поводу болезни, охватившей многих выдающихся деятелей сообщества.

Глаза секретаря ещё больше расширились. Она вскочила.

— Ждите. Если мадам Боунс свободна, она незамедлительно вас примет, — бросила она и удалилась в кабинет начальства.

— Гарри! — снова начал шипеть Артур.

— Мистер Уизли, возвращайтесь к своей работе и не беспокойтесь за меня. Я очень ценю ваше беспокойство, но сейчас не время и не место. Поговорим на... — я запнулся, — в... — снова запнулся, — дома, в общем.

Тут вернулась секретарша, все так же с выпученными глазами.

— Проходите, сэр, мадам директор вас ждёт!

Я выразительно посмотрел на секретаршу.

— Надеюсь, что мой визит останется между нами... и мистером Уизли? Дело государственной важности! — и протянул заранее заготовленную шоколадку. Что-то из волшебного, не знаю, Кричер приволок. Лишь бы не у близнецов стянул, а то неудобно выйдет...

Мадам Боунс и вправду производила впечатление! Такой палец в рот не клади. Серьёзная, в строгой одежде (форма что ли такая?), с моноклем на цепочке. Вряд ли ей его окулист прописал, вон как пристально смотрит, и даже не щурится.

— Проходите, мистер Блэк. Чем могу помочь?

— Доброе утро, мадам Боунс. Чтобы не было никаких недопониманий... Ещё десять дней назад меня звали, — тут я откинул чёлку и изобразил свёрнутыми в кольцо большими и указательными пальцами очки, — Гарри Джеймс Поттер. В приёмной наверное до сих пор мнётся Артур Уизли, любезно проводивший меня, — он же и вправду меня провожал, так ведь? Я никогда не вру, разве что недоговариваю, — он сможет подтвердить, что я — это я. В смысле, что до недавнего времени я был Гарри Поттером.

Боунс смерила меня нечитаемым взглядом. Потом нажала кнопку селектора (надо же! магический аналог, разумеется) и проговорила: "Рэйчел, отпусти авроров, скажи, что всё утряслось".

Я состроил скептическую физиономию.

— Вы же не думаете, что войдя сюда с фамилией "Блэк", вы не вызовете разумных мер предосторожности?

— А что не так с фамилией Блэк?

— Сириус Блэк — серийный убийца, предатель ваших родителей...

— Ложь! — насколько можно жёстко ответил я. — Сириус — магический опекун "мальчика-который-выжил". — Я изобразил кавычки в воздухе. — По крайней мере, был им до второго числа сего месяца. Вам известно, что это значит? Поднимите архивы. Даже суда не было. Просто бросили в Азкабан, как последнего подонка, и всё! Фадж в курсе с прошлого года, но предпочёл объявить Гарри Поттера и его друзей "заблудшими детьми, подвергнутыми ментальной коррекции опасным преступником". Дамблдор тоже в курсе, но как всегда предпочитает сидеть на попе ровно. Настоящий преступник — объявленный героем Питер Петтигрю!

Боунс переварила информацию очень быстро. Молчание не продлилось и нескольких секунд.

— Мы ещё вернёмся к этому разговору. Рассказывайте теперь, что вам известно о том, почему никого из меченых, — она выделила это слово голосом, — последователей Сами-Знаете-Кого сегодня нет на рабочих местах?

— Простите, мне придётся зайти издалека. Что вам известно о событиях вечера двадцать четвёртого июня?

— Только то, что заявил Дамблдор. По его словам, вы утверждаете, что Тот-Кого-Нельзя-Называть возродился.

— Не совсем верно насчёт того, что я это утверждаю... Но ладно. Я расскажу подробно то, что осталось в моей памяти о том вечере. Вам или вашей экспертизе уже решать, галлюцинации ли это были, или на самом деле так.

Боунс кивнула и вставила в глаз монокль. Хм... Точно, артефакт. Видимо, ложь выявляет. Разумно. Но я-то врать не буду, так ведь?

Рассказ занял пару минут, начиная с момента, как Поттер с Диггори схватились за кубок. Я вел рассказ напевно, от третьего лица, при этом ни разу не назвав ни гомункула, ни итогового лича Волдемортом. Если мадам Боунс и удивилась, то ничем это не показала.

— Звучит, как сказочная история. Вы упомянули, что существо, вылезшее из котла, называло каждого из присутствующих по имени. Вы можете предоставить список?

— Именно так. Но не думаю, что список отсутствующих сегодня на рабочих местах будет отличаться. За минусом профессора Снейпа, разумеется, он всё это время был рядом с директором Дамблдором.

— Всё это замечательно и очень интересно, но следы ритуала наверняка затёрты и мы не сможем ничего доказать. Как вы сказали? Литтл-Хэнглтон?

Я кивнул.

— И как это объясняет отсутствие меченых на рабочих местах?

Я гаденько ухмыльнулся.

— Вчера вечером, ровно в момент полнолуния, я прошёл ритуал вхождения в род Блэк.

И выжидающе посмотрел на неё. Монокль выпал из её глаза. Впрочем, Боунс быстро собралась.

— Так значит, всё это действительно правда... Ритуал снял все ограничители, отсёк взятую у вас кровь и... Метка?

— Да. — Я не стал ей пояснять, что ограничители исчезли несколько раньше. — Я еле успел спасти Снейпа и поместить его в экранированное помещение. А насчёт остальных — это легко проверить, мадам Боунс. По моим расчётам, азкабанские сидельцы отправились в "следующее большое приключение", ну или как минимум стали сквибами и лежат в магической коме.

— Рэйчел, — снова обратилась Боунс через селектор, — были ли какие-то срочные новости из Азкабана?

Через несколько секунд вошла Рэйчел и протянула официально выглядящий бланк. При этом она с любопытством, приправленным изрядной дозой страха, покосилась на меня.

— Спасибо, Рэйчел, можешь идти.

Боунс пробежала взглядом бумагу, потом секунду подумала и протянула её мне.

"Директору департамента магического правопорядка. Срочно! Для служебного пользования!

Настоящим сообщаем, что сегодня, 11 числа августа месяца сего года, во время утреннего обхода камер нижнего уровня (так называемые "камеры Пожирателей") были обнаружены трупы заключенных в соответствии со следующим списком"

Далее шёл список азкабанских сидельцев-смертожоров и в конце приписка:

"Просим подтвердить утилизацию тел в соответствии с процедурой или прислать конвой для их транспортировки с целью выдачи родственникам.

Начальник дежурной смены"

— С одной стороны — хорошо. Как бы ни было нехорошо радоваться смерти близких. С другой — категорически плохо! По моей информации, Тёмный Лорд отдал кузине Белле один очень важный артефакт в виде золотого кубка с рельефом барсука.

— Чаша Хельги Хаффлпафф? — неверяще проговорила Боунс.

— Увы, уже нет. Теперь скорее "чаша Тома Риддла". — Я твёрдо посмотрел прямо в глаза Боунс. — Ведь она содержит кусок его души.

Миг — и мне в лоб смотрит палочка. А за палочкой рука. А за рукой глаза мадам Боунс, полыхающие яростью. И шипение. Хм, дамочка знает парселтанг? А нет, это просто сквозь зубы.

— Повторите, что вы сказали!

Я с трудом удержался, чтобы не нырнуть под стол. Сохраняя покер-фейс, спокойно (ну, мне так показалось) проговорил:

— Зачем повторять? Повторять глупо. Я скажу открыто. Чаша — хоркрукс!

Подержав меня ещё несколько секунд под прицелом, Боунс расслабилась.

— Не называйте этого слова вслух. У некоторых народов даже за упоминание полагается смертная казнь. Информация точная?

— Насколько она вообще может быть точной в данной ситуации. Максимум завтра Тёмный Лорд лишится своего тела и своих меченых последователей. Но не умрёт окончательно, как не умер он на Самайн восемьдесят первого года.

— Кто ещё в курсе?

— Директор, — я выделил интонационно, — Дамблдор либо догадывается, либо давно догадался и теперь придерживает эту информацию. Вы в курсе событий девяносто второго — девяносто третьего учебных годов? Про василиска?

— Мистер Блэк, у меня всё больше появляется желание вызвать санитаров из Сент-Мунго! Какой, к Моргане, василиск?!!

— Большой. Футов шестьдесят, навскидку. Хотя у страха глаза велики, может и меньше. — Я пожал плечами. — Ну что ж, надевайте обратно ваш монокль, — Боунс зло посмотрела на меня, — и слушайте ещё одну историю про мальчика-который-никак-не-сдохнет.

За пять минут я поведал ей события второго курса Гарри Поттера, благо, что со Снейпом большую часть иинформации проверили. Даже задрал рукав и показал шрам от клыка. Ритуал его не убрал, не тот масштаб.

— По крайней мере, вы верите в то, что рассказываете...

— Неужели Сьюзан вам ничего не рассказывала?

— Я знала про какие-то окаменения маглорождённых, и что Совет Попечителей Хогвартса держит дело на контроле. Даже, насколько я помню, Дамблдора отстраняли на какое-то время. Но василиск... — Боунс покачала головой. — В любом случае, откуда у вас информация про... якоря?

— Я не могу, — я выделил слово "не могу", — вам этого сказать.

— Любой обет можно обойти, дознаватели департамента собаку съели на этом.

— Не любой... — рискнул я, почувствовав угрозу в её словах.

— Вы осмелились?.. — не знаю, что она там себе надумала, но мне это на руку, и я просто кивнул. Мы помолчали.

— Уничтоженная тетрадь и чаша... Есть ещё? — спросила она, сверля меня глазами.

— Чашу Хаффлпафф и принадлежавший его матери медальон Слизерина Том Риддл забрал у Хепзибы Смит, предварительно её отравив и подставив её домовушку. По моей информации. Я думаю, что Дамблдор уже до неё докопался или скоро дойдёт. Опять же — не спрашивайте. И я был бы благодарен, если вы не скажете о моем участии самому Дамблдору, по крайней мере до того, как все... якоря будут уничтожены. Медальон уничтожен благодаря жертве моего тёзки и кузена Регулуса Блэка, брата Сириуса.

— Так сколько же их всего?

— Было семь. Три уничтожены.

— Три?

— Я не могу вам сказать про третий по тем же причинам. Мне ещё, понимаете, жить охота. И желательно свободным.

Боунс прищурилась, но согласно кивнула.

— Хорошо, оставим это. Но потом вы мне всё расскажете, когда спадёт ваш... обет. Так что там с Сириусом Блэком? Вы знаете, где он скрывается?

— Он уже не скрывается. И магическим поиском, боюсь, его теперь тоже не найти.

— Что вы хотите этим сказать?

— Магический откат за неисполнение своих обязанностей.

— А именно?

— Нападение дементоров второго числа...

— Я всё ещё не могу в это поверить... Как вам удалось спастись?

— К сожалению, Патронус в этот раз ни при чём. Я ничего не могу сказать по этому поводу. Очнулся в маггловской больнице. На соседней койке лежал поцелованный дементором Дадли Дурсль.

Боунс вопросительно подняла бровь.

— Кузен со стороны матери. Снейп увёл меня от магглов и привёл в безопасное место. Там было всё семейство Уизлей, если это вам о чём-то говорит.

— А почему вы упомянули Патронус? Это же заклинание продвинутого уровня, даже не все волшебники способны его вызвать!

Я вздохнул.

— Про события июня девяносто четвёртого тоже ничего не знаете?

— Блэк, сегодня кто-то из нас точно отправится в Мунго... — охватив голову руками, пробормотала Боунс. — Рассказывайте уж!

— Не надо в Мунго, нам ещё завтра на заседание, — несмешно пошутил я.

Боунс только криво улыбнулась. Рассказ занял ещё три минуты.

— Дементоры. Блэк! Петтигрю!! Вервольф!!! И как вишенка на торте — хроноворот в руках несовершеннолетних!!! Пот... Блэк, как вы умудряетесь во всё это влезть? И почему вы всё рассказываете от третьего лица?

— Очевидно, чтобы сохранить рассудок. А иначе, как вы и сказали, прямая дорога в Мунго, к Локхарту в соседи. И вообще, не знаю, смогу ли вызвать Патронуса после всего, что произошло.

Боунс только покачала головой и глянула на настенные часы. Проверила "темпусом". Посмотрела на меня. Я понял намёк.

— Мадам Боунс, собственно, зачем я к вам пришёл...

— Да?

— Обращался ли к вам Директор Дамблдор, — я снова издевательски выделил титул, — от моего имени, отдавал ли остролистовую палочку на экспертизу? Это касается завтрашнего заседания.

— Вы думаете, что заседание состоится? Столько членов Визенгамота будут... недееспособны.

— Я понимаю, что Фадж попробует как-то перенести заседание, но, поскольку Дамблдор — заинтересованное лицо, то именно вы будете председательствовать?

— Вы правы.

— Тогда, я думаю, вы сможете не допустить переноса и обеспечить, чтобы завтрашнее слушание состоялось.

— А не лучше ли и вовсе отменить, сняв с вас все обвинения?

— Во-первых, Фадж всё равно захочет дискредитировать меня и заткнуть Дамблдора... Не то, чтобы это теперь было важно. А во-вторых, я знаю, кто послал дементоров в Литтл-Уингинг.

— Это место вашего проживания?

— Теперь уже нет. После того, что случилось с Дадли, мне туда хода нет. Хорошо бы туда команду обливиаторов отправить и заставить Дурслей вообще забыть о моем существовании. Ну или хотя бы за этот год.

— Решим, если всё, вами сказанное, подтвердится. И кто же это? Кто послал по вашу душу дементоров? — грустно скаламбурила Боунс.

— Как вы понимаете, доказательств у меня нет. Поэтому я не назову её имени, но это была розовая жаба.

Боунс только хмыкнула.

— Фадж не даст нам ничего сделать против своей любимой помощницы.

— Если только она сама не признается...

— И как вы собираетесь это провернуть?

Я пожал плечами.

— Спровоцирую. Так что насчёт палочки?

Боунс отрицательно покачала головой.

— Я сожалею, но нет. Никто не обращался.

— Scheit!!! Чёртов манипулятор! Опять собирается появиться в последний момент и "спасти" меня из лап Фаджа, чтобы я и дальше был ему обязан!

Боунс сочуственно посмотрела на меня.

— Видите ли, мадам Боунс, я не могу чётко вспомнить, что конкретно произошло второго числа.

— Я понимаю. А что вас беспокоит?

— Я практически уверен, что не успел что-либо наколдовать. Дадли запаниковал и врезал со всей дури, а он тот ещё кабан. Нокаут. Очнулся в больнице. А палочка после этого побывала в руках у Дамблдора, потом некоторое время у Снейпа, потом снова у Дамблдора. Снейпу я, несмотря на все слухи о наших трениях в Хогвартсе, — я очень осторожно формулировал утверждения, — доверяю, он бы не стал ничего делать. А вот с Дамблдора станется колдануть с той палочки, чтобы уж с гарантией выступить моим спасителем. Я надеялся, что экспертиза сможет определить не только, что и когда, но и кто колдовал. Ведь от всего остаётся свой магический отпечаток, ведь так?

— Вы правы. Сожалею, — она снова покачала головой. — Как вы собираетесь оправдываться?

— Для начала, объясните мне пару моментов...