Быть Клоном (гет)

(От лица Лии)

На следующий день после того как мы вернулись на Корусант я проснулась довольно рано. Сначала я приоткрыла заспанные глаза, а потом снова их закрыла зажмурившись. Сквозь окна барака просачивался чистый и светлый свет восходящего солнца. Я  аж закрыла глаза руками, такой был он ярким. Ещё несколько минут я лежала с закрытыми глазами и наконец ,переборов желание снова уснуть я села в кровати потирая лицо. Наконец я разлепила глаза и, размяв шею круговыми движениями своей непричесанной головой, встала с кровати и подошла к окну. Окно было небольшим, но и маленьким его назвать было нельзя. Оно было слегка пыльным и мне пришлось воздержаться от желания облокотиться об него. У меня появилось жуткое желание вытереть тут всё, но я не знала, где находится тряпка и прочие вещи для уборки. Со вздохом взглянув на пыль, я посмотрела в окно. Несмотря на то, что на Корусанте не было никакой растительности, его столица всё равно была красивой. Особенно меня зацепило то, как солнечные лучи стремительно просачиваются сквозь многоэтажные громады и разливаются по улицам и крышам домов. Ещё немного полюбовавшись красивым видом, я увидела прозрачное отражение себя в оконном стекле и подумала, что нужно бы причесаться. Всё ещё думая о чём то, я вернулась к своей койке за расческой. Забрав её, я подумала, где здесь может быть зеркало, потому что расчёсываться, смотря только в своё отражение в стекле это было бы неудобно.

«А точно у входа было вроде бы зеркало и в ванной», вспомнила я. В итоге я поплелась в ванную и встав перед небольшим зеркалом, (которое тоже было немытым!) я стала расчёсывать свои розово-персиковые волосы. Они доставали мне до плеч и даже чуть ниже, и уход за ними не доставлял мне особых проблем, но я подумывала над тем, чтобы укоротить их на пару сантиметров. Расчесав волосы, я сняла чёрную резинку, которая всегда была у меня на запястье. Ловким движением рук я завязываю волосы в аккуратный хвостик на затылке. Немного посмотрев на своё отражение, я вздохнула и вышла из ванной. На моё удивление все клоны ещё спали и даже не пошевелились. Я посмотрела на время. Было ровно семь часов утра.

«Странно… По факту все должны уже бодрствовать а не дрыхнуть»,- слегка удивлённо подумала я и села на свою койку, решив почитать, чтобы не тратить время в пустую.

Через какое- то время все бойцы, наконец, начали просыпаться. Они вели себя достаточно громко. Напротив меня громко зевнул и с хрустом размял спину Файвс.

— Всем доброе утро!- громко сказал он, спускаясь со свое койки.

— Утро доброе,- отозвалась я тихо из-за книги. Файвс остановился передо мной. Он был видимо чем -то удивлён. Я убрала книгу от лица настолько, что из-за неё выглядывали только глаза и брови в вопросительном положении. Файвс замялся и наконец, сказал:

— Ого….ты уже проснулась….А я думал, что ты позже всех проснёшься…

О да, мои «любимые» стереотипы о девшуках…

Откуда- то раздались смешки. Я опустила глаза в книгу и продолжила читать. Вскоре все уже встали и оделись. В барак зашёл капитан Рекс и попросил всех собраться около него. Все встали. Я тоже подошла и встали сзади остальных.

— Ребята, сегодня никаких миссий не будет,- начал он. Отовсюду послышались довольные возгласы.

— Поэтому сегодня у нас будет субботник,- закончил Рекс,-  казармы давно пустовали и их нужно привести в должный вид. «Ура! Наконец- то можно будет протереть всё. А то дышать уже не чем»- радовалась внутри себя я, пока остальные начали возмущаться, что они не уборщицы, а бойцы и знают себе цену. Когда все разошлись, я подошла к капитану, который раздавал указания. Я встала и стала ждать, когда настанет моя очередь. Повсюду сновали клоны, кто с швабрами, кто с вёдрами и тряпками, а кто то даже со стремянками. Наконец Рекс повернулся ко мне.

— О Лия привет, ты, что -то хотела?- спросил он.

— Доброе утро, капитан. Нет ли для меня работы по уборке? Например, по протиранию чего то?- спросила я, намекая на то, что я ХОЧУ, нет, я ЖАЖДУ протереть везде эту всю чёртову пылищу.

-  Извини, но этим уже заняты другие. А вот перебрать оружие и почистить его ты можешь,- сказал он,- Джесси точно не помешает помощь. Я поёжилась внутри себя. Сейчас мне больше всего не хотелось быть рядом с Джесси. Мне вчера хватило колкостей от него.

— Так точно сэр,- отсалютовала я ему и направилась в оружейную,  где уже сидел Джесси и разбирал оружие. Жалко, что пыль не дали вытереть, но оружие тоже не плохо. К тому же я неплохо в нём разбиралась.

В оружейной было почище. Она была небольшой, и в ней стояло всего два стенда с оружиями разного калибра и предназначения. Так же там стояли длинные скамьи и ящик вместо стола. На одной из скамей сидел Джесси и замусоленной серой тряпочкой протирал ствол одного бластера. Я тихонько зашла в оружейную и села на скамью напротив достаточно далеко от него, взяла с ящика ещё одну тряпку и бластерную винтовку и принялась за дело.

После 5 минут моего пребывания в оружейной Джесси оторвался от бластера и, увидев меня, чуть отпрянул назад. Я подняла голову.

— Что- то не так?

В ответ послышалось  лишь короткое молчание, а затем Джесси наконец произнёс:

— Ничего. Просто не ожидал тебя здесь увидеть…

На его лице явно читалось пренебрежение с удивлением в одном флаконе.

Я усмехнулась про себя. Снова воцарилось молчание. Я усердно протирала бластер, пока не заметила, что он не исправен. Я осмотрела оружие со всех сторон, а затем, положив тряпочку, стала разбирать бластер.

— Эй, ты что делаешь!? Прекрати, а то сломаешь! — повысил голос Джесси.

— Не беспокойся, я знаю, что делаю, — спокойно ответила я. Чёрт, как же я не любила крики…

Джесси встал, подошёл ко мне и выхватил оружие. Я немного оторопела.

— Разбирается она тут! Тоже мне, нашелся эксперт, — он отвернулся и начал собирать разобранное мной оружие.

— Вот, уже поломала всё…

— Так оно было уже сломанное. Я его разобрала, чтобы понять, в чём проблема, — начала объяснять я.

— Заткнись, сам без тебя вижу, — огрызнулся Джесси. Я нахмурилась.

Я нахмурилась. Его тон, как и вчера, был резким и неприятным. Я сжала тряпку в руке и сдержала раздражение.

— Если бы ты смотрел внимательнее, то заметил бы, что фиксатор питания заклинило. Я хотела его просто заменить, — проговорила я спокойно, стараясь не сорваться.

Джесси фыркнул, не ответив. Он молча продолжил собирать оружие, но я заметила, как он пару раз покосился на меня — как будто не ожидал от меня таких слов. Я вернулась к своей работе и взяла другой бластер. Этот, к счастью, оказался в порядке.

Мы сидели в тишине. Только металлическое позвякивание деталей и шелест тряпки нарушали гнетущую атмосферу. Я старалась не обращать на него внимания, но чувствовала, как напряжение повисло в воздухе, будто кто-то включил силовое поле.

Через пару минут он заговорил снова — тише и, к моему удивлению, уже не таким раздражённым тоном:

— Ты… раньше с оружием работала?

Я удивлённо подняла глаза на него. Он всё ещё не смотрел на меня, но в голосе уже не было высокомерия.

— Да. Мой отец был телохранителем в сенаторской гвардии, и ему часто приходилось пользоваться им. Он многому меня научил, — сказала я. Про отца я конечно же соврала. Не могла же я ему на прямую сказать, что мой отец был сенатором, а до этого был капитаном королевской гвардии Малкора. Тяжёлые воспоминания накатили на меня.

— Понятно... — пробормотал он, и снова повисла тишина.

Я почувствовала, как в груди стало чуть легче. Может, он всё-таки не окончательно потерян.

Когда я закончила с винтовкой, аккуратно положила её на место и поднялась, чтобы взять следующую. Джесси в этот момент вдруг произнёс:

— Слушай, насчёт… вчера…Ты извини, что бросил тебя во время сражения… Не правильно как-то получилось…

Я замерла с тряпкой в руке, не ожидая услышать от него что-то подобное. Медленно обернулась и посмотрела на него. Он не поднимал глаз, но мне показалось, что его жесткие черты лица немного смягчились.

— Ладно, — коротко ответила я, чувствуя, как внутри растаял небольшой кусочек напряжения.

— Но это не значит, что мы теперь подружки, не бери в серьёз, — промямлил он.

Я усмехнулась. «Больно надо».

— Я не собираюсь мешать вам , Джесси. Я просто хочу быть полезной. И, поверь, я умею это делать.

Он промолчал, всё ещё не глядя мне в глаза.

— Ладно. Меньше слов — больше дела, — наконец сказал он.

И мы продолжили в тишине. Уже менее враждебной. Настроение стало чуточку ровнее, спокойнее.

* * *

Когда мы закончили с оружием, Джесси ушёл куда-то. Я немного выдохнула и размяла затёкшие плечи. В комнату заглянул Кикс.

— У вас всё хорошо? Я слышал, как Джесси ругался, — спросил он, заходя в оружейную.

— Да, наверное… Немного поругались, но работу выполнили, — ответила я.

— А, понятно… Ты это… Не обращай внимания на парней. Они пока не привыкнут — не успокоятся. Особенно Джесси. Он у нас не особо любит нововведения. Для него большинство женщин — это легкомысленные существа, из-за которых может разрушиться дисциплина, — кратко пояснил медик. Я тяжело вздохнула.

— Видимо с ним будет трудно выстроить хоть какой-нибудь контакт…

— Ты не парься по этому поводу. Просто делай, что должна и тем самым заслужишь его доверия, — сказал Кикс.

— Ладно…Хотя, нафига мне его доверие? — немного недоумённо спросила я, как бы саму себя.

— Тут без доверия никак. На этом строится весь легион и даже настрой битвы. В скором времени ты поймёшь.

Я задумалась. Доверие… Оно звучало просто, почти буднично, но в словах Кикса чувствовался особый смысл. Здесь, среди бойцов, всё держалось именно на этом — не на приказах, не на званиях, а на умении полагаться друг на друга, даже в самых безвыходных ситуациях.

Я кивнула, будто бы себе, и встала со скамьи.

— Спасибо, Кикс. За слова.

Он улыбнулся легко и чуть устало — видно, давно привык к роли не только медика, но и психолога.

— Обращайся. Если что — я рядом.

Когда он ушёл, я осталась наедине с почти пустой оружейной. Звук шагов, суеты, голосов за дверью напоминал, что день только начинался, и впереди будет ещё много работы. Я убрала тряпку на место и взглянула на свой отражённый силуэт в металлическом корпусе бластера.

«Ладно…» — подумала я. — «Если мне и правда предстоит заслужить доверие, я это сделаю. Не ради Джесси. Ради себя. Ради тех, с кем теперь делю каждый день».

С этими мыслями я вышла из оружейной, готовая ко всему, что принесёт этот странный, шумный, пыльный, но по-своему родной день на Корусанте.