Натуральный блондин (гет)

В день матча за завтраком Большой зал гудел как растревоженный улей. По оценкам Гермионы, было в десять раз громче, чем обычно. Перекрикивая друг друга, болельщики обоих команд делали ставки, пытались подбодрить своих игроков и выясняли отношения.

Еще и Лавгуд со своей шляпой в виде львиной головы, которая то и дело издавала громкий рык.

Гермиона с утра откровенно нервничала. Даже есть не могла, с трудом запихнула в себя два тоста, а ветчину скормила Живоглоту, который крутился у нее под ногами.

Ей было страшно. Авантюра, которую они с Малфоем затеяли, была самоубийством в чистом виде. А если Скитер не согласится? А вдруг согласится и пострадает, ведь журналистов и в магловском мире убивают порой. Кому скажи, она переживает за Риту, ведь все решат, что она спятила. А если выплывет, что это они слили информацию про Лысого и Бородатого? Малфоя точно убьют. И ее тоже. А если не убьют, то друзья ее ни за что не простят. Если узнают, конечно.

Мерлин, как все сложно!

Рон психовал и срывался на всех, кто рядом, а Гарри... Гарри что-то задумал, внезапно поняла Гермиона.

И она встала и начала пробираться к друзьям.

Это было непросто, потому что Гермиона так устала терпеть постоянное хамство Рона, что садилась от мальчиков подальше. Иначе поесть ей толком и не удавалось.

Малфоя тоже нет за столом, заметила она. Ушел раньше, и они договорились встретиться у Дракучей ивы, когда все уйдут смотреть матч.

И тут она своими глазами увидела, как Гарри достал из кармана маленький золотистый пузырёк и украдкой опрокинул его над стаканом Рона. Да не может быть!

А потом, как ни в чем не бывало, предложил Уизли тыквенный сок.

— Рон! — рявкнула Гермиона.— Не смей это пить! А ты, Гарри! Я от тебя такого не ожидала!

Гарри с невинным видом смотрел в потолок.

— Не командуй тут, Гермиона! Надоела уже! — заорал на нее покрасневший от гнева Рон.

Он залпом выпил предложенный сок и отвернулся. Гермиона, сощурив глаза, разглядывала капитана гриффиндорской команды.

— Ты серьезно, Гарри? — спросила она. — Ты вообще понимаешь, что это и для чего нужно?

— Не знаю, о чем ты, — ухмыляясь, ответил Гарри.

О, Гермиона бы ему объяснила, что она имеет в виду, но тут к ним подлетела Джинни и начала взахлеб трещать, что погода прекрасная, что Вейзи, один из охотников слизеринцев, получил вчера бладжером по башке, а главное — Малфой заболел и вместо него играет Харпер, а он полный идиот, так что победа у них в кармане.

Услышав, что Малфой играть не будет, Гермиона немного успокоилась. У них все идет по плану. Пока.

Она гневно посмотрела на Гарри, развернулась на каблуках и вышла из Большого зала. Живоглот, сердито фыркая на гриффиндорцев, шел за своей хозяйкой.

На стадион Гермиона, разумеется, не пошла. Вместо этого она и рыжий полукнизл спрятались в нише за гобеленом и сидели как мышки, пока все игроки и их болельщики не убрались из замка. Учителя тоже поспешили на трибуны.

Странно, Дамблдора опять нет. Ну и куда Бородатый запропастился?

У Дракучей ивы, на первый взгляд, было пусто. Но не успела она приблизиться, как Малфой, уже ждавший ее, снял с себя дезиллюминационные чары. И они вдвоем смотрели, как Живоглот ловко поднырнул под ветвями, вскарабкался по стволу и нажал на сучок.

Ива замерла и они шагнули в подземный ход.

— Грейнджер, кто наступил тебе на хвост? — в конце концов не выдержал Драко. — Ты же только что искрами не плюешься.

И гриффиндорку прорвало. Пока они шли к Визжащей хижине, она, размахивая руками и рыча от злости, рассказала, что Гарри, ты представляешь, Малфой, вылил Рону в кубок зелье удачи. Потому что тот не мог настроиться на игру! Как он вообще додумался?

Драко окончательно и бесповоротно обалдел.

— Тот самый Феликс Фелицис, который Поттер выиграл на зельеварении? — уточнил он. Ну а вдруг? Но Грейнджер яростно кивнула, что да, пузырёк был тот самый, который ему вручил Слизнорт.

— И он потратил это капризное и дорогущее зелье не для того, чтобы с Лысым покончить, а чтобы Уизел ловил квофлы и не упал с метлы? — в голове не укладывалось.

Гриффиндорка подтвердила, что так и есть.

— Грейнджер, — сказал Драко, помолчав немного и придя в себя от изумления. — Хочешь, обижайся на меня, но я все равно скажу: Поттер полный идиот. Декан Снейп не устает это повторять, и я считаю, что он абсолютно прав.

— Знаешь, Малфой, — вздохнула девушка. — Даже спорить не буду. Первый раз в жизни я полностью согласна и с тобой, и с профессором Снейпом.

Драко был просто счастлив. Жаль даже, что они так быстро пришли.

Как только декану Слизерина сообщили о замене ловца в предстоящем матче, он сделал вид, что так и надо. А когда на трибунах не обнаружил одной бедовой блондинистой головы, понял, что мальчишка что-то задумал. Среди гриффиндорских болельщиков кудрявой головы тоже не наблюдалось, из чего Снейп сделал вывод о неминуемых грядущих неприятностях.

Вопрос — для кого именно.

Поживём — увидим, доживём — узнаем. Выживем — учтем, решил он. И притворился, что внимательно смотрит неинтересный ему квиддич.

Вопли болельщиков, наверное, даже в Хогсмиде слышно.

*Тысяча лет тому назад*

— Я считаю, что это идиотство.

— А что это у нас Салли такой недовольный?

— Пошел нахер, Гриф.

— Ему заказали Феликс Фелицис, зелье удачи, а ты же знаешь, Годрик, что Салазар терпеть не может его варить. И в слепую удачу не верит.

— А зря, Ровена. Удача, она, к примеру, в воинском деле много значит.

— Кому ты врешь, Гриф? Твоя удача на девяносто процентов состоит из знаний, опыта, планирования и ресурсов! А зелье это... Коварное оно. Выйдет как с Пирром, царем Эпирским. Который этого Феликса налакался до отрыжки и битву выиграл, да только войско там, в чужих краях, и полегло. Много ему радости было от такой удачи? За все надо платить.

— Вот именно, Салазар! А ты оплату за зелье уже взял, так что прекращай ворчать и начинай работать. Хогвартсу много всего нужно.

— Так его, Хельга!

*Тысяча лет тому вперед*

В Визжащей хижине они и Скитер появились одновременно. Завидев их с Малфоем вдвоем, журналистка окинула парочку острым любопытным взглядом. И даже слегка облизнулась, увидев, как Малфой невзначай прикрывает Гермиону собой.

— Неожиданно, — пропела Рита. — Монтекки и Капулетти, просто очаровательно.

— В смысле? Откуда вы знаете про них? — начала Гермиона.

— Без комментариев, — тут же оборвал ее Малфой. А Гермиона задумалась, почему Скитер упомянула именно их? Она же волшебница. Или... или она тоже не очень чистокровная?

Другой продажной прессы в их распоряжении все равно не было, значит, придется договариваться с этой.

Они устроились за пыльным колченогим столом. Разговор обещал быть долгим и напряженным.

К большому облегчению Гермионы, дипломатические переговоры взял на себя Малфой.

Сразу после вопроса Риты: "Кого топим, господа заказчики?", он включился в диалог и Гермиона не могла вставить ни слова.

Да что там, она с круглыми глазами наблюдала за этим словесным пинг-понгом. Малфой и Скитер улыбались друг другу, изысканно хамили и отчаянно торговались. Сама Гермиона так точно не умеет.

Рита еще поглядывала на Живоглота, видимо, не могла забыть, что полукнизл тогда ее поймал, но рыжий прохвост сидел на полу и изображал из себя милого котика. Даже клыки не показывал.

Гермиона еще никогда не оказывалась в ситуации, где ей не нужно было всеми командовать, принимать решение, а потом разгребать последствия. Она сейчас могла позволить себе не быть самой главной, самой умной и самой ответственной. Малфой прекрасно справлялся и так. И в глубине души (где-то очень глубоко) она понимала, что Малфой в дипломатии намного лучше ее самой.

Это было так непривычно. Но почему-то приятно.

Драко чувствовал себя как.. как птица, поймавшая воздушный поток. Он не мог облажаться. Только не сейчас, когда рядом сидит Грейнджер и смотрит на него блестящими восторженными глазами.

Что он, со Скитер не сможет договориться, что ли? Он же — Малфой! Его учили. И Драко был хорошим учеником. Даже жаль, что его отец не узнает об этом.

Наконец Драко легким жестом открыл плоский футляр с ожерельем, словно ставя точку и обрывая словесные кружева.

Глаза у Скитер стали больше очков. Она почти потянулась к сияющей драгоценности, но смогла удержаться.

— Серия статей, — задумчиво протянула она. — Я могу ни в чем себе не отказывать?

— Конечно, Рита, — ослепительно улыбнулся ей Драко. — Правда и только правда. И пусть никто не уйдет обиженным.

— Тот, кого не называют по имени, сам себя называет потомком Слизерина... Сыграем на родословной, — Рита выглядела как сытая акула.

— Гонты, — сказал Драко. — Последняя ветвь Салазара. Рекомендую узнать, что с ними произошло. Архивы аврората должны в этом помочь. А что касается другой стороны...

— Если нужно интервью с Гарри Поттером, то ... — начала Гермиона.

— Не нужно, — отмахнулась Скитер. — Поттера негласно пока запрещено трогать. Он пригодится новому Министру, Скримджер еще неуверенно сидит в своем кресле. А вот Дамблдора как раз трогать можно и нужно, на него компромата хватит. В Министерстве это понравится. Там до сих пор обижены за фонтан.

— Жлобы, — хмыкнул Драко. — Могли бы и сами починить.

— Может, упомянуть, что Гарри вырос в обычной немагической семье? — спросила Гермиона. Она все же волновалась за друга, ну какой из него Избранный? — Его ничему не учили. И сейчас не учат. На что директор рассчитывает? На пророчество?

— Поттер живет у маглов? — оживилась Рита. — Адрес, милочка, не припомните?

— Я не милочка, — надулась Гермиона, а Малфой нахмурился. — Его родственники живут в Литл-Уиннинге, Тисовая улица, 4. Я ему туда писала по магловской почте. Только никто не должен догадаться, откуда это стало известно.

— Да, — подтвердил Малфой. — Мы вне игры. Ни одной улики, указывающей на нас.

Рита с усмешкой смотрела на них.

— Не учите меня писать некрологи, мистер Малфой, — сказала она. — Всегда можно сослаться на анонимный источник, близкий к некомпетентному. Или на утечку материалов из аврората, там такой бардак, что искать осведомителя они будут долго.

Слизеринец и гриффиндорка переглянулись и одновременно кивнули друг другу.

— Только я настаиваю, что наше соглашение нужно зафиксировать на бумаге, — твердо сказала Гермиона. — Так будет надежней.

— А вы в своем репертуаре, мисс Грейнджер, — скривилась Рита. — Но это будет стоить дополнительно.

Малфой поднял бровь и вопросительно взглянул на журналистку.

— Сенсация, — выдвинула условие Рита. — Я хочу право на эксклюзивный репортаж с одного события в вашей жизни. Которое я выберу сама.

Гермиона тут же подумала про битву с Волдемортом, о которой постоянно твердит Дамблдор. Но как угадаешь, когда она произойдет? И разве на такие мероприятия приглашают прессу? Ага, и колдографов тоже. И судей, как на Турнир.

А больше вроде никаких праздников не намечается. Так что тут Рита промахнулась. Но если Скитер настаивает, то Гермиона не видела смысла возражать.

О чем подумал Малфой, она не знала. А спрашивать было неудобно, да и некогда, потому что они стали обсуждать и редактировать текст договора.

И времени на это ушло немало.

— Мы задержались, — поняла Гермиона, когда все бумаги были подписаны, а Скитер, забрав ожерелье и приняв свою анимагическую форму, улетела восвояси. — Матч наверняка уже кончился!

По подземному ходу они почти бежали.

— Нас точно потеряли, — переживала Грейнджер.

— Вряд ли, там одни празднуют победу, другие оплакивают поражение, и всем не до нас, — отозвался Драко. И спросил: — А ты откуда знаешь про этих итальянцев Монтекки и Капулетти?

— Нууу... Эээ... Я читала, — Драко даже в полутьме подземного хода видел, что Грейнджер покраснела до ушей. — А что?

— Да ничего, это просто старая и запутанная история. Два магических рода, кровная месть, там еще наследницу Капулетти пытались спрятать и вывезти с помощью зелья Живой Смерти, которое мы на уроке варили. Но что-то пошло не так, короче, все умерли, — меньше всего Драко сейчас занимали заплесневелые интриги. С тем, что есть, хорошо бы разобраться, а про этих итальянцев только в старых хрониках и можно прочитать.

— Надо тебе еще одну книгу подарить, — сказала Грейнджер. — Шекспира.

Драко и не возражал.

Они выскочили рядом с корнями Дракучей ивы, пропустив вперед Живоглота. И Грейнджер торопливо попрощалась с ним, убегая к своим гриффиндорцам. А Драко отправился в подземелья, где на него тут же вывалили ворох новостей про победу красно-золотого факультета.

Что ему квиддич? Его сейчас грела своя победа. Личная!

В гостиной Гриффиндора царило бурное веселье. Гермиону чуть не снесло взрывной волной хохота. Ну... значит, все прошло удачно. Даже слишком удачно, подумала она.

И выцепила за рукав Гарри, оторвав его от спора с Симусом.

— Гарри! — зашипела Гермиона, загнав друга в угол.— Я знаю, что ты сделал. Ты напоил Рона зельем удачи! И все это для того, чтобы выиграть матч? Ради квиддича? Ты вообще ни о чем больше не думаешь?

— А вот и нет, — расплылся в улыбке ее лучший друг. — Я просто сделал вид, что подливаю Феликс, а ты попалась.

И достал из кармана знакомый золотистый пузырёк. Полный. Гермиона онемела.

Зато Рону, который нечаянно оказался рядом, было что сказать.

— То есть... — обескураженно начал он. — Все это везение на поле? И погода, и Малфой, которого не было? И квофлы... Я брал их сам? Никакого зелья не было?

— Не было, — подтвердил Гарри.— Я просто хотел, чтобы ты в себя поверил. И ты доказал, что ты лучший вратарь. А мы победили!

— А ты! — потрясенный Рон повернулся к ней и Гермиона не нашлась с ответом.— Ты в меня никогда не верила! Что я и без посторонней помощи могу брать мячи! Даже с зельем... Ты думаешь, я не заметил, что ты не пришла на матч? Тебя не было на трибунах! Не хотела смотреть, как я позорюсь? Предательница!

Гермиона несколько секунд молча смотрела на своего друга, а потом резко повернулась и выбежала из гостиной не слушая, что там Гарри кричит ей вслед.

Она, тяжело дыша, заскочила в один из заброшенных классов и захлопнула за собой дверь. Ей срочно нужно успокоиться!

Рон теперь считает ее предательницей. А ведь он даже не знает, где и с кем она была! А если узнает... тогда и Гарри решит, что Гермиона их всех предала. Они и за квиддич этот ее сожрать готовы, а уж когда речь зайдет о более серьезных вещах... Нет, она будет молчать как убитая!

И Малфой ее не сдаст, тут она была уверена. Потому что это и для него вопрос жизни и смерти. Его тоже не простят.

Ну почему друзья даже не пытаются ее понять?

Гермиона сидела на парте и задумчиво смотрела на желтых канареек, которых она сотворила прямо из воздуха. На уроке никто из гриффиндорцев даже перышка сделать не смог, а у нее получилось. Контроль магии, вот что это такое. Зато тренированные слизеринцы справились легко. Малфой, правда, канареек выкрасил в зелёный цвет и заставил насвистывать песню про Короля Уизли, за что с него МакГонагалл тут же сняла баллы.

Стая птичек заложила в воздухе мертвую петлю. Живоглот, сидящий рядом, сосредоточенно следил за ними. Полукнизл понимал, что мяса в этих пернатых нет совсем, но охотничьи инстинкты брали свое.

— Гермиона, ты здесь? — Гарри осторожно заглянул в класс.

— Привет, Гарри, — сухо сказала она. — Я тут упражняюсь.

— Я хотел... ну, поговорить, — пробормотал друг и сел рядом. — Извини. Я думал, что Рон выиграет матч и вы помиритесь.

— Мы не ссорились, — отрезала Гермиона.

— Я просто хотел как лучше. Но не знал, как, — признался Гарри. — И зелье это еще.

Гермиона промолчала. Этот несчастный Феликс Фелицис был козырем в рукаве, которых у них и так мало. Вдруг он поможет Гарри выжить и победить в той битве, в которую его обязательно втравят два могучих мага, один Лысый, другой Бородатый? Затейники волшебные. Как объяснить другу, что все до ужаса серьезно и шансы у него почти нулевые? Вот как?

Она тяжело вздохнула и поняла, что никак не получится. Если только раскрыть все секреты, и свои, и Малфоя, а на это она пойти не может.

Тут распахнулась дверь и в класс ввалились слившиеся в объятиях Рон и Лаванда. Они целовались так, словно хотели выпить души друг друга, на манер дементоров.

— Ой, — захихикала Браун и выскочила в коридор.

А Рон остался и глядел на нее с опаской. Какой же он всё-таки еще мальчишка! Но спускать ему очередную обиду Гермиона не хочет. Надоело.

Она слезла со стола. Канарейки кружились и весело щебетали над ее головой.

— Напрасно ты заставляешь Лаванду ждать в ко­ридоре, — тихо проговорила Гермиона. — Девушка будет удивляться, куда это ты подевался.*

И она пошла к выходу. Рон облегченно вздохнул, радуясь, что так дешево отделался.

Пусть даже не мечтает, подумала Гермиона. Она повернулась от самой двери, наставила на Рона палочку и выкрикнула:

— Опуньо!

И даже успела увидеть, как Гарри нырнул под стол, а желтые птички, словно золотые пули, спикировали на Рона и стали клевать его, пока он орал и отбивался.

Гермиона мстительно переглянулась с Живоглотом и прошла мимо застывшей Лаванды походкой королевы.

* * *

Австралия, Мерлин не знает, где

— А я тебе еще в Азкабане говорил, Сиря, все твои проблемы из-за того, что ты себе нормальную девушку найти не смог, — кот-Долохов не оставлял попыток достучаться до разума своего спутника. — Тебя бы в Россию, у нас в селеньях знаешь какие женщины есть? И коня на скаку, да что коня, слона остановят. И хобот оторвут. А потом из него борщ сварят. Тебе бы понравилось.

— А сам-то? — поинтересовался собака-Блэк. — Тоже ведь не женат.

— У меня особые обстоятельства, — важно ответил кот. — Наша служба и опасна, и трудна.

— Служба? Это в Пожирателях, что ли?

— Много ты понимаешь, щенок, — ухмыльнулся кот-Долохов. — Не ради почестей, не ради награды. А токмо во славу Отечеству, сердцу нашему любезного. Да. Иди кролика лови, что ли. Жрать-то что-то надо.

Он прекрасно знал, что запоминается только последняя фраза.