Под знаменем Льва (гет)

До обеда Гермиона успела закончить раздел о порядке регистрации кандидатов, провела встречу с представителями профсоюза зельеваров и ответила на семь писем. После этого прилетел журавлик из Визенгамота. Ей предстояла пресс-конференция.

В небольшом зале уже собрались журналисты. За спиной у Гермионы висело знамя Союза, а рядом разместили новый герб временного правительства. Редактор «Голоса народа» протянул Гермионе список вопросов.

— Сначала положение в Хогвартсе, потом восстановление Министерства и два вопроса о выборах, — тихо сказал он. — На последний отвечаете уклончиво. Никаких точных сроков.

— Почему?

— Аппарат главы правительства ещё не утвердил официальную позицию.

— Официальная позиция была объявлена на заседании Визенгамота. Свободные выборы после стабилизации положения.

— Именно это и скажите.

Гермиона вышла к трибуне.

Вопросы о Хогвартсе заняли больше времени, чем ожидалось. Журналисты требовали назвать число погибших, спрашивали о судьбе преподавателей и интересовались, кто отдал приказ штурмовать школу. Гермиона повторила подготовленное заявление: школа находится под контролем временной администрации, ученики в безопасности, расследование всех происшествий уже началось.

Когда речь зашла о выборах, она оживилась.

— Новая Британия не будет строиться на наследственных привилегиях, — сказала Гермиона. — После окончания чрезвычайного положения каждый совершеннолетний волшебник получит право участвовать в формировании представительной власти. Сейчас готовится проект закона, который обеспечит равное представительство территориальных округов, профессиональных объединений и магических общин.

— Когда именно состоятся выборы? — спросила журналистка «Пророка».

— После стабилизации положения.

— Что будет считаться стабилизацией?

Гермиона на мгновение задумалась.

— Прекращение вооружённых столкновений, восстановление работы государственных учреждений и создание условий, при которых граждане смогут голосовать без давления.

— Кто определит, что эти условия созданы? — не унималась журналистка.

Редактор пресс-центра едва заметно покачал головой. Милиционеры у входа переглянулись.

— Временное правительство совместно с Визенгамотом, — ответила Гермиона.

— То есть люди, получившие власть в результате переворота, сами решат, когда можно проводить выборы?

В зале постепенно нарастал недовольный шум.

— Я не считаю корректным термин «переворот», — раздражённо сказала Гермиона. — Власть была передана временному правительству решением Визенгамота.

— На заседании, которое проходило под охраной Народной милиции! — выкрикнул кто-то из зала.

— Охрана была необходима для предотвращения нападения, — Гермиона изо всех сил старалась сохранять спокойствие.

— Значит ли это, что выборы могут быть отложены, пока правительство считает существование угрозы вероятным? — снова спросила журналистка «Пророка».

Гермиона окончательно потеряла самообладание.

— Погибли люди! Несколько районов до сих пор не признают решения Визенгамота, вооружённые формирования старой власти продолжают сопротивление. Вы серьёзно предлагаете отправить граждан на избирательные участки под заклинаниями?

— Я лишь спрашиваю о сроках, — эта девушка, казалось, откровенно надсмехалась над ней.

— Сроки будут объявлены, когда это станет возможным, — сквозь зубы процедила Грейнджер, покидая трибуну.

После конференции редактор догнал её в коридоре.

— Вы молодец. Хорошо ответили.

— Я не ответила, — сейчас Гермиона испытывала настоящий стыд за свою несдержанность. — И запросите у аппарата Перси дату рассмотрения проекта избирательного закона.

— Уже запрашивал, — он зашелестел страницами блокнота. — Совещание перенесли на следующую неделю.

— Но совещание уже переносили дважды, — недоумённо посмотрела на него Гермиона.

— У главы правительства плотный график, — развёл руками редактор и повернулся, чтобы вернуться в зал.

К нему подбежал взволнованный милиционер.

— Ушла! Как под землю провалилась! — будто извиняясь, заговорил он с редактором.

Тот оглянулся на Гермиону и утащил милиционера за рукав в боковой коридор...

* * *

Когда Гермиона вошла в свой кабинет, Рон сидел за её столом и рассматривал раскрытую папку.

— Что ты здесь делаешь? — округлила глаза Гермиона.

Он поднял голову и улыбнулся.

— Жду тебя.

— Кто тебя впустил? — спросила Гермиона, впрочем, уже зная ответ.

— Охрана.

— Разумеется. — Гермиона много раз говорила с Перси по поводу охраны, но, похоже, слово Рона у милиционеров весило несколько больше...

Гермиона подошла к столу и забрала у него папку.

— Это рабочие документы.

— Ладно тебе, — улыбнулся Рон. — Какие между нами могут быть секреты?

Игнорируя возмущение Грейнджер, Рон встал из-за стола и достал из кармана небольшую коробочку, обтянутую зелёным бархатом.

— Я принёс тебе подарок.

Гермиона посмотрела на коробочку, но не взяла её.

— Что на этот раз?

— Открой, — он взял её руку и вложил в неё коробочку.

— Рон, я просила не приносить мне подарки, — Гермиона безуспешно попыталась выдернуть руку из медвежьей хватки Уизли.

— Это же от чистого сердца, — продолжал улыбаться он. — Ты должна взглянуть.

Понимая, что спорить выйдет себе дороже, Гермиона открыла коробочку. Внутри лежал тонкий золотой браслет с тремя крупными сапфирами. Она перевела взгляд на Рона.

— Откуда это?

— Конфисковали у врагов революции.

— У кого именно?

— Да какая разница? — скривился Рон.

— Большая. Возможно, владелец находится под следствием и имущество ещё не признано государственной собственностью.

Рон закатил глаза.

— Герми, ты можешь хотя бы один раз просто сказать спасибо?

— За вещь, которую ты взял неизвестно у кого?

— Я не брал. Её конфисковали.

— И передали тебе для личных подарков?

— В хранилищах этого добра столько, что никто никогда не заметит один браслет! — лицо Рона покраснело от смущения. — Тебе не нравится?

— Мне не нравится, что командир Народной милиции забирает конфискованные вещи, — Гермиона закрыла коробочку и протянула её Рону.

Улыбка исчезла с его лица.

— Я просто хотел сделать тебе приятное.

— Ты сделал бы мне приятное, если бы перестал приходить без приглашения и приносить чужие украшения.

— Ты сегодня не в настроении. — Рон раздражённо убрал коробочку в карман.

— Моё настроение здесь ни при чём, — отрезала Гермиона.

— Тогда пойдём поужинаем.

— Нет.

— Почему?

— Потому что я не хочу с тобой ужинать. Если помнишь, в последний раз ты полез целоваться.

— Тогда давай завтра?

Гермиона несколько секунд смотрела на него, пытаясь понять, действительно ли он не слышит её или намеренно делает вид.

— Рон, я вообще не хочу с тобой ужинать.

Рон усмехнулся.

— То же самое ты говорила в школе.

— И с тех пор ничего не изменилось, Рон, — Гермиона в последний раз попыталась до него достучаться.

— Изменилось всё, Герми, — он обошёл стол и остановился рядом.

Гермиона отступила на шаг.

— Рон, я не рада тебя видеть.

— Ты устала, — он протянул руку и погладил её по щеке.

— Я сказала, что не рада тебя видеть, — она оттолкнула его руку и отступила ещё на шаг.

Рон усмехнулся и засунул руки в карманы.

— Гермиона, я понимаю, что тебе сейчас тяжело. Драко сбежал, вокруг война, Перси завалил тебя работой. Но это не значит, что нужно отталкивать людей, которые хотят помочь.

— Не смей говорить о Драко, — прорычала сквозь зубы Гермиона.

— Почему? Хорёк бросил тебя и ушёл к своим. — Рон сделал ещё один шаг, продолжая улыбаться.

Гермиона выхватила палочку.

Рон остановился. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга, после чего он поднял руки.

— Хорошо. Я понял.

— Нет, — Гермиона не опустила палочку. — Ты ничего не понял. Я не хочу, чтобы ты приходил ко мне домой или в кабинет без приглашения. Я не хочу получать от тебя подарки. Я не хочу с тобой ужинать и не собираюсь обсуждать с тобой Драко. Это достаточно понятно?

Лицо Рона покраснело.

— Ладно. Остынешь — поговорим. — Он развернулся и вышел, хлопнув дверью.

Гермиона медленно опустила палочку.

Через минуту в кабинет заглянул охранник.

— Всё в порядке, гражданка Грейнджер?

— Нет, — раздражённо рявкнула она на совсем ещё молодого парня. — Я уже не первый раз запрещаю впускать ко мне гражданина Уизли без моего разрешения. Почему мой приказ снова проигнорирован?

— Гражданин Уизли вас не обидел? — усмехнулся охранник, окидывая её взглядом.

— Нет! Закройте дверь, — мгновенно вспыхнула Гермиона.

Охранник кивнул и закрыл дверь.

Гермиона села за стол, но вернуться к работе никак не получалось. Перед глазами снова возник браслет. Три сапфира, тонкая золотая цепочка и спокойный голос Рона: «В хранилищах этого добра столько, что никто и не заметит».

Она придвинула к себе лист и написала запрос о порядке учёта конфискованного имущества.

Затем взяла папки и направилась к Перси.