Под знаменем Льва (гет)

Перед кабинетом Перси сидели трое посетителей. Секретарь, увидев Гермиону, виновато развёл руками.

— Председатель занят. Понимаете, совещание затянулось, и он вряд ли...

— У меня назначена встреча, — раздражённо сказала Гермиона. Сегодня от этих Уизли были одни огорчения. — Я подожду.

Час спустя из кабинета вышел глава Департамента транспорта, за ним — двое командиров Народной милиции. Один из них смеялся, рассказывая что-то секретарю. Гермиона узнала Хантли по длинному шраму на лице.

Он задержал на ней взгляд.

— О, мисс Грейнджер. Давно хотел познакомиться. Рон часто вас вспоминает.

— Здравствуйте, гражданин Хантли, — недружелюбно посмотрела на него Гермиона.

— Ваш друг Гарри сегодня уезжает к нам, не так ли? — усмехнулся он. — Персиваль считает, что в Шотландии ему будет спокойнее.

— Вы очень заботливы, — Гермиона натянула вежливую улыбку.

Хантли хохотнул и, не оглядываясь, пошёл к лифту.

— Гражданин председатель готов вас принять, — сказал секретарь, открывая перед ней дверь.

Перси стоял у окна, просматривая какой-то длинный список. Его стол был завален картами и отчётами. Поверх них стояло несколько тарелок с остывшей едой.

— Извини, Гермиона, у меня есть для тебя не более двадцати минут.

— Мне хватит. — Она разложила перед ним папки. — Избирательный закон, программа помощи оборотням, реформа Визенгамота и проект комиссии по контролю за Народной милицией.

Перси равнодушно посмотрел на папки. Двумя пальцами приоткрыл верхнюю.

— Комиссия по контролю? Зачем это нам?

— Сегодня Рон принёс мне браслет, конфискованный у врагов революции. По его словам, из хранилищ можно брать вещи, потому что никто не заметит.

Перси устало снял очки.

— Он опять к тебе приходил?

— Это единственное, что тебя заинтересовало? — недовольно спросила Гермиона.

— Нет, конечно. Я разберусь с браслетом и просмотрю твои проекты. Завтра.

— Перси, нужно разбираться не с браслетом, а с системой, при которой командир милиции считает конфискованное имущество своим.

— Я же сказал, что завтра поговорю с Роном. Герми, я устал и хотел бы отдохнуть перед важной встречей.

— Ты уже говорил. И я не вижу, чтобы он тебя послушал.

— Я прямо запретил ему принуждать тебя к чему-либо! — почему-то разозлился Перси.

Гермиона замерла.

— Принуждать?

Перси понял, что выбрал неудачное слово, и немного смутился.

— Ну, Рон не всегда умеет принять отказ.

— И поэтому ты запретил ему меня принуждать?

— Гермиона, не передёргивай. — Перси было явно неприятно говорить о брате. — Я сказал ему, что он обязан уважать твои решения.

— Перси, я должна чего-то опасаться? Если ты прямо запрещаешь, но он всё равно приходит ко мне в кабинет...

— Я не могу запретить брату разговаривать с тобой, — Перси отвернулся к окну, явно показывая ей нежелание продолжать разговор.

— Но можешь отправить Гарри в Шотландию после того, как он попытался остановить Рона, — Гермиона поспешила сменить тему, прежде чем Перси выгонит её из кабинета.

Гермионе показалось, что Перси выдохнул с облегчением.

— Гарри отправлен обучать новобранцев.

— Потому что Рон пожаловался?

— Потому что Гарри не справляется со своими обязанностями, — теперь он снова выглядел слегка утомлённым государственным деятелем, а не раздражённым подростком.

— Он задержал людей, обвинённых в краже и избиении владельца лавки. Рон приказал их отпустить.

— Значит, эти люди нужны милиции. Я не сомневаюсь в компетенции Рона.

— Значит ли это, что нужным людям разрешено грабить? — скептически наклонила голову Гермиона.

— Это значит, что я не готов устраивать конфликт между двумя подразделениями из-за пары идиотов, которые не поделили конфискованный товар, — развёл руками Перси.

— Владельцу лавки сломали челюсть и три ребра. — Гермиона уже поняла, что и этот разговор ни к чему не приведёт, и продолжала из чистого упрямства.

Перси отложил список, подтверждая её вывод.

— Я проверю. Завтра.

— И вернёшь Гарри?

— Нет. Решение уже принято.

— Это не ответ, Перси.

— Это единственный ответ, который я могу дать.

Гермиона вздохнула и придвинула к нему папку с проектом комиссии.

— Тогда хотя бы создай независимый орган, который будет расследовать действия милиции.

Перси отодвинул её обратно.

— Сейчас это невозможно.

— Почему? — Гермиона была настроена решительно. Хотя бы что-то она сможет получить сегодня от Перси?

— Потому что у нас нет людей, которым можно доверить подобную работу.

— Ты можешь назначить представителей общин или Визенгамота.

— И передать им сведения о структуре милиции, численности подразделений и проводимых операциях?

— Они могут работать под обетом о неразглашении. — Гермиона снова подвинула к нему папку.

— Нет. Это абсолютно неприемлемо на данном этапе, — Перси решительно отодвинул её обратно и посмотрел на часы.

Гермиона с трудом сдержала раздражение и открыла следующую папку.

— Хорошо. Тогда выборы. Проект готов, замечания юридического отдела учтены. Нам нужно назначить дату первого чтения.

— После окончания чрезвычайного положения. — Перси откинулся на спинку кресла.

— Когда оно закончится?

— Как только стабилизируется ситуация.

— Я сегодня повторила эту фразу журналистам, — криво усмехнулась Гермиона. — Они спросили, кто определит, что ситуация стабилизировалась.

— И что ты ответила?

— Ответила, что Временное правительство и Визенгамот.

— Всё правильно.

— Нет, Перси, — поморщилась Гермиона. — Это не показалось правильным даже мне.

Перси нахмурился.

— Что ты хочешь сказать?

— Я хочу сказать, что мы не можем бесконечно откладывать выборы, ссылаясь на угрозу, существование которой сами же и оцениваем.

— Никто ничего не откладывает бесконечно.

— Тогда назови срок.

— Я не знаю, — развёл руками Перси. — У нас каждый день происходят вооружённые столкновения.

Гермиона смотрела на него, всё сильнее ощущая знакомое раздражение. Когда-то Флинтворд точно так же отодвигал её папки, объясняя, что Министерству сейчас не до представителей русалок и великанов. Тогда Перси сидел напротив неё в столовой, приносил кофе и говорил, что чиновники совершают ошибку, отказываясь слушать людей, которые хотят изменить систему.

Теперь он сам становился таким чиновником.

— Ты читал программу помощи оборотням? — спросила она, уже зная ответ.

— Просмотрел, — уклончиво ответил Перси.

— Пакет вернулся нераспечатанным.

Перси посмотрел на лежавшие перед ним бумаги.

— Я читал предыдущую версию. Не думаю, что с тех пор...

— В новой есть расчёты по убежищам, школам и бесплатному обеспечению зельем, — перебила его Гермиона.

— В любом случае на такую программу сейчас нет денег.

— У нас есть конфискованные фонды.

— Исключено. Эти деньги нужны на восстановление Министерства и содержание милиции.

— Тогда хотя бы расследуй нападения на севере, — Гермиона стремительно исчерпывала последние остатки терпения. — За последние две недели было четыре ограбления, люди ранены, а местная милиция не отвечает на запросы.

— Этим занимается Хантли.

— Может, именно поэтому никто ничего не расследует, — язвительно заметила Гермиона.

Перси поднял взгляд на Гермиону.

— У тебя есть доказательства?

— Люди пишут, что нападения совершают оборотни, с которыми ты заключил соглашение.

— Если ты помнишь, мы вместе заключали соглашение с их представителями, чтобы они не поддержали Малфоя.

— И теперь им можно всё?

— Я этого не говорил.

— Ты ничего не говоришь! — в сердцах хлопнула по столу ладонью Гермиона. — Ты просто не читаешь проекты, не отвечаешь на запросы и каждый раз объясняешь, что сейчас есть дела важнее.

Перси молча встал и прошёлся по кабинету, затем остановился у стола и склонился над Гермионой.

— Потому что они действительно важнее, Герми. Мы должны контролировать страну после переворота, удерживать Министерство, создавать новые органы власти, выплачивать жалованье и не дать аристократам собрать армию. При всём моём к тебе уважении открытие школы для детей оборотней может подождать.

— Они и так ждали десятилетиями! Мы же обещали!

— И подождут ещё несколько месяцев, — Перси отвернулся и уселся в своё кресло.

— Как выборы?

— Да, как выборы, — он откинулся на спинку кресла, равнодушно глядя куда-то мимо Гермионы.

— Как расследование действий милиции?

— Именно так.

Гермиона закрыла папку.

— Перси, для чего тогда была нужна революция?

Перси удивлённо посмотрел на неё.

— Ты серьёзно спрашиваешь?

— Совершенно серьёзно.

— Странный вопрос. Мы отстранили Малфоя, уничтожили власть олигархии, открыли Министерство для маглорождённых, признали Союз и дали права тем, кого прежнее правительство предпочитало не замечать. Ты каждый день входишь в Визенгамот через двери, которые раньше закрывались перед тобой. Что ещё должно произойти, чтобы ты признала, что мы победили?

— Всё то, ради чего мы начинали. Мы сделали лишь первый шаг.

— Мы победили.

— Нет, Перси. Мы лишь взяли власть.

— И изменили страну.

— Мы заменили одних людей другими, но продолжаем управлять теми же методами. В Министерстве дежурят отряды милиции, задержанных неделями держат без обвинений, конфискованное имущество растаскивают командиры, а выборы постоянно откладывают.

Перси смотрел на неё уже без привычного дружелюбия.

— Ты действительно не замечаешь разницы между нами и Малфоем?

— Я замечаю, Перси. Именно поэтому всё ещё здесь.

— Всё ещё? — Гермионе показалось, что во взгляде Перси промелькнула настороженность. Словно он впервые увидел в Гермионе кого-то, кто может быть опасным.

— Ты ведёшь себя так, будто сомневаешься во мне? Или в революции?

— Не передёргивай, пожалуйста, — Гермиона выставила перед собой ладонь, словно призывая его остановиться. — Я веду себя так, будто работа не закончена.

— Она никогда не закончится, если каждый недостаток считать поводом заново перестраивать государство.

— Даже если это очень серьёзные недостатки?

— Гермиона, люди получают зарплаты, Министерство работает, на улицах стало спокойнее, а большинство населения признало новую власть. Мы решили главную задачу.

Перси устало прикрыл глаза и откинулся на спинку кресла.

— Понимаешь, Перси... — Гермиона наклонилась вперёд, пытаясь найти в лице Уизли того Перси, который мог часами рассуждать о революции и необходимости перемен. — Для тебя главной задачей было взять власть. А для меня — изменить страну.

Перси устало потёр переносицу.

— Страна уже изменилась.

— Тогда почему ты боишься провести выборы?

Он резко открыл глаза.

— Я ничего не боюсь.

— Почему ты не хочешь создать комиссию по милиции?

— Потому что она помешает работе милиции, — во взгляд Перси вернулось недовольство.

— Почему не расследуются нападения оборотней?

— Потому что сейчас мне не нужен ещё один конфликт.

— Почему Гарри отправляют в Шотландию?

— Потому что он начал мешать... — ответ прозвучал прежде, чем Перси успел его обдумать.

В кабинете стало тихо. Гермиона медленно поднялась и подошла к Перси.

— Значит, всё-таки мешать.

Перси отвёл взгляд.

— Он устроил скандал с Роном в момент, когда мне нужна единая милиция.

— А я тоже устраиваю скандал из-за каждого нарушения? — тихо спросила Гермиона.

Перси молчал, но она поняла ответ и без слов.

— Ясно.

Она собрала папки.

— Гермиона, не начинай, — в голосе Перси прорезалась досада.

— Что именно? — Гермиона развернулась и направилась к двери.

— Не превращай рабочий спор в личную обиду.

— Я не обиделась. — Она остановилась перед дверью. — Я наконец поняла, почему ты не читаешь мои проекты.

— Я считаю, что сейчас они не помогают удерживать страну.

— То есть не помогают тебе.

Перси нахмурился.

— Это несправедливо.

— Возможно, — Гермиона открыла дверь. — Но Гарри тебе тоже больше не помогает, поэтому ты отправляешь его в Шотландию. Мои проекты не помогают, поэтому лежат нераспечатанными. Жалобы не помогают, поэтому их никто не расследует. Всё, что напоминает тебе о незаконченной работе, начинает мешать.

— Гермиона.

Та остановилась, но не обернулась.

— Почему ты решила, что имеешь право требовать всё и сразу? — с тихой злостью в голосе сказал Перси. — Я не отказываюсь ни от выборов, ни от реформ. Но и не позволю разрушить то, чего мы добились, только потому, что тебе кажется, будто всё происходит недостаточно быстро.

Гермиона повернула голову.

— А я не позволю тебе назвать победой власть, которая держится на чрезвычайных мерах и страхе перед собственными гражданами.

— Ты слишком драматизируешь.

— Возможно. Когда прочитаешь мои проекты, скажешь, где именно.

Она вышла и закрыла за собой дверь.

В коридоре было уже пусто. Лишь секретарь поднял голову, но, увидев выражение её лица, ничего не спросил. Гермиона прошла к лифту и только там заметила, что всё ещё держит листок с утренним напоминанием.

«Узнать прежних владельцев квартиры».

Ниже были записаны имя Сэмюэла Крофта, перевод Гарри, освобождение задержанных и нападения на севере.

Гермиона перечитала список и аккуратно сложила его вчетверо.

После войны государство обязательно разберётся со всеми этими вопросами.

Оставалось только понять, когда Перси решит, что война закончилась.