Держава / Dominion (Materia-Blade) (джен)

Глава седьмая: Интерлюдия — София

Всё было не так. Чёрт возьми, всё было не так. Чтобы я ни делала, чтобы я ни говорила. Я решительно направилась по коридору к выходу. Или по крайней мере попыталась. Мне приходилось останавливаться и прожигать взглядом кого-нибудь каждые десять шагов, что затрудняло передвижение куда бы то ни было решительно.

Слава богу, этот грёбаный день закончился.

Я повернула за угол и случайно столкнулась с Дженет Вилерс — пинок по голени, когда я была на земле. Дёргала меня за волосы — которая быстро уступила мне дорогу. Она расчистила мне путь по коридору, будто я была какой-то королевской особой, опуская глаза, когда я проходила мимо. Я врезалась в неё, но она извинилась.

Заметив её, Стив Мерримонт — удар кулаком в лицо, был недостаточно сильным, чтобы сбить меня с ног — один из ботаников из оркестра, дёрнулся сделать то же самое.

Теперь это происходило везде, куда бы я ни пошла: люди уступали мне дорогу и испуганно косились на меня, когда я шла по коридорам. У меня было странное чувство, что, если бы я попросила, они легли бы на пол и позволили бы мне пройти по их спинам, как по какому-то извращённому ковру.

Я увидела, как ещё трое уступили мне дорогу и одарили меня ободряющими улыбками. Дениз Бринкл — ударила меня кулаком в левую грудь, плюнула на меня, хотя большинство из них это делали — вздрогнула, когда наши глаза встретились. Она тут же опустила глаза и... покраснела? К чёрту её. Я сверлила их взглядом, но даже когда они отводили глаза, я видела сочувствие, всё ещё застывшее в их выражениях.

Мне стоило огромных усилий не врезать кулаком по чьей-нибудь физиономии. Громкий лязг возвестил о том, что я сделала правильную для Стража вещь и выместила злость на чём-то, у чего нет эмоций. Я пробила огромную вмятину в шкафчике Куинна. Я помнила, как он ударил меня коленом в живот. Я потеряла сознание, но он привёл меня в чувство пощёчиной, а затем поставил на ноги, чтобы избиение могло продолжиться.

Коридор вздрогнул. Разговоры прервались в небольшом радиусе от того места, где звук их шокировал, и они повернулись посмотреть на меня. Я прошла мимо, пытаясь сдержать крик разочарования.

Потому что, как только я отворачивалась, их глаза впивались мне в спину. И это был не страх и не уважение. Нет. Теперь они уважали меня, только когда я стояла у них перед носом.

Как только я поворачивалась к ним спиной, их взгляды сменялись виной и жалостью.

Большинство из них, во всяком случае. Билл Роган — таскал меня по полу за волосы. Пнул в рёбра. Его вырвало на собственные ботинки — осклабился мне, когда я проходила мимо. Никакой жалости от него. Просто насмешливый смех. Почему-то это было утешительнее. Его голова была бритая, но щетина уже отрастала. Несмотря на это, любой мог сказать, что он был ублюдком из Империи 88. Он наслаждался каждой минутой, когда его заставляли избивать меня.

Я пнула его по голени, проходя мимо, и его друзья засмеялись над ним. Некоторые даже упрекнули его за то, что он мудак.

Я снова была королевой, но это было фальшивкой. Я почти оправилась, но тут Свинья должна была рассказать мне о встрече Тейлор с Бойней №9! И теперь я не могла перестать видеть это снова. Каждый удар кулаком и ногой возвращался, пока я просто стояла и терпела. Они чуть не убили меня, и что бы я ни делала, я не могла чувствовать себя в безопасности. Не после того, как была в их власти и совершенно бессильна помешать кому-либо из них делать всё, что им, чёрт возьми, вздумается-!

Я отогнала эту мысль, разъярённая. Каждый раз, когда я думала о том, что она со мной сделала, я цепенела, охваченная внезапным необъяснимым ужасом, что в любой момент я просто... остановлюсь. Остановлюсь и буду смотреть, как все вокруг внезапно превращаются из старшеклассников в бездумную толпу, которая по очереди разбивает моё лицо. Унижает меня. Поднимает меня на ноги только для того, чтобы снова пнуть или ударить или причинить мне боль, не имея возможности дать сдачи, закричать, чтобы... чтобы...

Я повернулась и открыла дверь, не в силах выносить жалкие взгляды, которые, я знала, они бросали мне в спину, как только я проходила. Я вошла в пустой класс и практически побежала к маленькому чулану в дальнем конце, открыла его и заперлась внутри в темноте. Одна, наконец-то, я мгновенно перешла в свою теневую форму, чувствуя временное облегчение, которое она мне дарила.

Это длилось не больше мгновения, прежде чем груз реальности вернулся.

— «Ч-Чёрт... грёбаный чёрт... я поклялась. Я поклялась, что не позволю этому...»

Моя решимость рухнула, и я обхватила себя руками и сползла по стене, свернувшись клубком самоненависти.

Думаю, это пугало меня больше всего. Не то, что она могла подчинить сотни людей. Не то, что она, по-видимому, могла подчинять других кейпов. Дело было в том, что я не могла дать отпор. Она забрала мою уверенность... разбила её так же, как она была разбита той ночью, когда у меня пробудилась сила, вернув всё это. Всё дерьмо, которое, как я думала, оставила позади.

Я ненавидела её. Я ненавидела жалость и вину в глазах каждого, но больше всего я ненавидела то, что больше не чувствовала себя сильной. Я больше не чувствовала себя хищником. Вместо этого я была испуганной маленькой девочкой, свернувшейся клубком в школьном чулане и пытающейся держать себя в руках.

— «Может, Ямада права», — прошипела я себе, мои пальцы судорожно сжимались и разжимались, когда гнев и ужас попеременно охватывали меня.

Прошёл уже грёбаный месяц. Почему я не могу пережить это дерьмо?

Ответ был довольно очевиден. Новости не могли перестать показывать её лицо. Державу. Кейпа, напавшего на школу. Это дерьмо было громким. Оно не утихало. Люди продолжали это обсуждать. Протестующие пикетировали здание СКП, требуя более жёстких мер от Протектората. Родители кричали о необходимости действий. Люди создавали группы поддержки и говорили в маленьких кружках о том, каким был их опыт под контролем Тейлор. Новостные команды брали интервью и хотели поговорить с девушкой, которая выжила после такой ужасной атаки.

Раздутая херня. Или, по крайней мере, я так думала. Но теперь она встретила Девятку. Грёбаную Девятку. И как бы я ни пыталась притворяться иначе, я была в ужасе.

Раздался стук в дверь.

Я не ответила, надеясь, что тот, кто видел, как я сюда заходила, просто уйдёт.

Стук повторился, на этот раз настойчивее.

— «Убирайся, мудак», — прошипела я.

Ручка двери повернулась. Я резко вскинула глаза, готовая врезать любому, кто посмеет прервать меня, когда я хочу побыть одна. Я вздрогнула, когда Эмма открыла дверь. Моя щека дёрнулась.

Душила меня. Разбила мне губу. Даже не извинилась ни разу. Лучшая подруга, о которой только можно мечтать.

— «Какого чёрта тебе надо, Эмма?» — прохрипела я, снова сползая к стене, стараясь скрыть свои внутренние мысли.

— «Хех. Серьёзно тебя раздолбала, да?»

— «Отвали, сука», — вздохнула я, ненавидя себя за дрожь в пальцах. — «Да, хорошо? Да. Я не могла... я не могла...»

— «Похоже, она была не такой, как мы думали. А?» — сказала она, садясь рядом со мной.

— «Как ты меня нашла?» — спросила я, игнорируя её вопрос.

— «Спросила Меган. Сказала, что видела, как ты ломанулась в класс мистера Пензяка. Тебя здесь не было видно, но я не думала, что ты будешь настолько глупа, чтобы прорываться сквозь стены.»

— «И ты решила, что мне нужна компания? Сейчас?» — раздражённо спросила я.

— «Не особо. Любому было бы трудно пережить то дерьмо, что она с тобой сделала. Даже бойцу. А ты борешься. Любой может это видеть», — сказала она, и я улыбнулась.

Это было так обыденно. Брошено, как что-то, что она нашла в печенье с предсказанием. Неважно, избили тебя или ты проиграла. Важно то, что ты не просто прогнулась и стерпела это. Она... она понимала это. Как никто другой. Я выдохнула воздух, которого, как оказалось, задерживала всё это время. Всё это время я думала, что она, возможно, тоже будет меня жалеть. Но она никогда не жалела, никогда не обращалась со мной так, будто я не могу справиться со своим дерьмом. Она просто... понимала это.

— «Эмма. Я рада, что на тебя напали той ночью. Я знаю, знаю, это неправильно, но—«

— «Ой, ты говоришь такие милые вещи», — перебила она немного покровительственно. Усмешка на её губах.

Я хрипло рассмеялась.

Мы сидели там вместе в тишине какое-то время. Я позволила ногам сползти на пол, чувствуя лёгкое смущение, несмотря на её заверения, что она меня не жалеет. Не считает меня хуже.

— «Так если ты не здесь, чтобы попытаться заставить меня чувствовать себя лучше, что ты тогда—?»

— «Она возвращается», — пробормотала Эмма.

Я напряглась.

— «Я... хз, какого хрена она смогла достать мой номер, но она позвонила мне», — вздохнула она, будто это не имело значения.

— «И... что!?» — прохрипела я, не в силах скрыть... скрыть свой страх. Не в силах лгать себе о том, что это было за чувство на самом деле.

— «Мы облажались, София. Мы серьёзно облажались. Она была бойцом, а мы облажались», — сказала она. — «Я... всегда думала, что она жалкая. Но то, как она говорила...»

— «Она жалкая!» — настаивала я. — «Она просто выиграла в лотерею сил! Она может лишить людей способности сражаться! Она—!»

Эмма повернулась и оборвала меня резким взглядом. Взглядом, который выражал целую гамму сожалений.

— «Нет», — сказала она неестественно спокойно. — «Она настоящая. Я... блин. Думаю, мы кое-что упустили. Дело было не в том, что она не будет сражаться. Дело было в том, что она не будет сражаться со мной. Может быть, с тобой бы она сражалась, может, с Мэдс. Если бы той ночью в переулке была она... если бы это была она, не знаю, понадобилось ли бы тебе вообще её спасать. Я думаю... всё это время, думаю, она всё ещё держалась. Всё ещё не хотела причинять мне боль так, как я причиняла ей. По крайней мере, до сегодняшнего дня.»

— «И ты только сейчас до этого допёрла!?» — злобно обвинила я её. — «Чёрт возьми, ты шутишь?»

— «Ага. Это было... это было потому, что это была я. До меня не дошло, пока она не позвонила», — мрачно согласилась Эмма. — «Я идиотка, София.»

— «Ну, спорить не буду! Что ты сказала?» — прорычала я.

— «Она мне угрожала, а я... чёрт возьми. Я задела её. Как мы всегда делали. Я даже не думала о её силе или новостях о её встрече с Девяткой. Только о том, что она слабая и как я, блин, была в этом уверена», — она остановилась, чтобы перевести дух, и снова встретилась со мной взглядом. — «Я врезала ей по полной. Как всегда, но на этот раз что-то было по-другому. Она не отступила. София, она идёт за мной. За нами. Она хочет мести. Она была бойцом, но просто не хотела драться со мной! Мы сделали её такой, чёрт возьми! А теперь она монстр. Ты читала о Джеке?»

— «Я не могу перестать читать о нём», — призналась я. — «Он ломает людей. Сфера, Манекен? Парень был святым, пока Джек до него не добрался. Ампутация? Девочке было, типа, шесть или около того?»

— «Ага... что-то типа. Он большой фанат мести. Если Тейлор не придёт сюда сама, он, вероятно, приведёт её сюда. В любом случае мы...»

— «Хорошо», — сказала я со всей ложной бравадой, которую могла собрать. И... не без доли собственной обречённости.

— «Хорошо?»

— «Если то, что ты сказала, правда? Если она просто не сопротивлялась, потому что это была ты, тогда... Да», — настаивала я. — «Он ломает людей, но мы сломали её первыми. Надо было понять, кто она. Надо было быть уверенными. Она наша проблема, и она вышла из-под контроля.»

— «Ха», — усмехнулась Эмма. — «Ты... ха. И что, ты чувствуешь ответственность за неё теперь? Самонадеянная идиотка. Её здесь даже нет, а она уже заставила тебя — нас! — прятаться в чулане! У тебя руки трясутся! И если она действительно присоединилась к Девятке? София... Мы умрём.»

Она не боялась, когда говорила это. Просто... смирилась. Почти виновато.

— «Я не побегу», — ответила я без раздумий и была удивлена, что сказала это серьёзно. Я лучше умру, чем побегу на этом этапе. Особенно если сумасшествие Тейлор было почти полностью нашей виной. Если Эмма права...

Я внезапно тоже почувствовала себя виноватой. Если она действительно всё это время просто сдерживалась из-за какой-то странной лояльности к Эмме, тогда... ну. Не знаю. Это всё ещё не доказывало... Кого я обманываю? Каждый удар, который нанесли те дети, был Тейлор. Каждый пинок. Каждая пощёчина. Вся Тейлор. Вся Тейлор давала сдачи. Зная о триггер-событиях, она, вероятно, даже не осознавала, что делает. Просто... спала или что-то такое.

... ёбаный в рот.

Эмма закатила глаза. — «Ну, я знаю, что мы не побежим, тупица. Так что мы будем делать?»

Я сглотнула и посмотрела на потолок, радуясь темноте.

— «Я не знаю», — призналась я.

Мы какое-то время молчали.

— «Мне страшно, София», — сказала она, и в её голосе не было ни намёка на то, что она чего-то боится.

— «Мне тоже», — сказала я, надеясь, что мой собственный голос звучал хотя бы наполовину так же уверенно.

Мы молчали долгое время. Наконец, однако, Эмма встала, почти весело. — «Что ж, думаю, есть только один вариант.»

Я удивлённо приподняла бровь.

— «Ага», — казалось, она сказала это скорее себе, чем мне. — «Пошли, София. Давай убьём мою бывшую лучшую подругу.»

Я фыркнула. Посмотрела на неё. Выражение её лица было смертельно серьёзным. Я не могла сдержаться. Я начала смеяться, и она улыбнулась. Грустно. Но это было единственное, что имело смысл. Мы сделали её такой, и, по-видимому, она этого не заслужила. Мы ошиблись в ней. Надо было принять её раньше, но мы обе были слишком глупы, чтобы понять, почему она не сопротивлялась. Теперь я это видела. Видела причину колебаний. Видела злость за её пассивными глазами, и, как ни странно, впервые я действительно уважала девушку, которую всегда считала бесхребетной.

Или, может быть, я просто офигела от страха перед её силой.

В любом случае, она не заслуживала того, чтобы её поймал Джек Остряк и... исковеркал. Я сомневалась, что в следующий раз, когда мы её увидим, она будет хоть отдалённо напоминать Тейлор.

— «Есть идеи, как сражаться с такой, как она?» — спросила я, ломая голову в поисках своих собственных идей.

— «В голову приходит только одна. Ты знаешь женщину, которая может носить почти любое оружие, а мой папочка сделает всё, чтобы защитить меня», — мягко сказала Эмма. — «Тейлор убьёт нас. Единственный способ — достать её, прежде чем она доберётся до нас. Снайперская винтовка.»

Я покачала головой. — «Нет. Нужны месяцы или годы, чтобы научиться хоть немного прилично попадать в такие цели. Подозревают, что радиус Тейлор — половина футбольного поля. С такого расстояния попасть в неё из штурмовой винтовки довольно легко. Не нужно, чтобы это было поэтично или красиво. Лишь бы результат был, а промахнуться — для меня было бы пиздец как обидно.»

— «Уверена? Судя по тому, что я видела, это оружие никогда ни во что не попадает. Я имею в виду... я не говорю из личного опыта или чего-то, но в ки—!»

— «Пожалуйста, скажи, что ты не собираешься заканчивать это предложение», — перебила я.

Она замолчала. Затем виновато пожала плечами. Она кивнула и достаточно легко согласилась. Я знала Мисс Ополчение и бывала в перестрелках. Она доверилась моему опыту.

— «Значит, штурмовая винтовка», — сказала она. — «Ты тоже себе достанешь? Я знаю, ты любишь свои арбалетные болты, но—!»

— «Нет. Это не геройская работа. Я не буду делать это дерьмо как Призрачный Сталкер. Это зачистка бешеной собаки. И... чёрт возьми, мне от этого не по себе. Она действительно была такой?»

Эмма кивнула. — «Ага. Думаю, да.»

— «Никакого шанса извиниться? Попытаться всё исправить?»

— «Только не выглядя при этом стервой. Будто я просто пытаюсь её умаслить. Будто я боюсь. Может, я могла бы договориться с ней раньше, но... чёрт возьми, почему это не дошло до меня два месяца назад?»

Я вздохнула. Может быть, это грызло Эмму сильнее, чем она показывала. Может быть, у неё тоже были срывы наедине. — «Достань винтовку, а потом иди на стрельбище. Если сможешь, достань и для меня тоже. Если она поймает тебя, я уверена, что смогу вытащить твою задницу с помощью Белых Шляп, но если она пойдёт за мной...»

— «Я буду готова», — сказала она. И на этом всё. Я была почти полностью уверена, что она будет готова, если у неё будет достаточно времени. Я не знала, сколько времени Тейлор нам даст, но я доверяла Эмме. Наверное, больше, чем следовало.

— «Есть другие идеи?» — спросила она.

Я поморщилась. — «Ага. Две. Первая: мы не можем быть вместе. Вообще никогда. Я перевожусь в Аркадию. Буду разыгрывать роль плаксивой испуганной сучки, чтобы провернуть это побыстрее. Ямада предложила это, так что это не будет выглядеть слишком странно. Если мы будем разделены, по крайней мере, у одной из нас будет шанс вытащить другую.»

— «Ну, и ещё ты действительно плаксивая испуганная сучка.»

Я закатила глаза, но восприняла укол серьёзно. — «Я... я не могла драться, чёрт возьми. Я—!»

— «Расслабься. Я шучу. Я тоже там была, знаешь ли», — легко сказала Эмма. — «Какая была вторая идея?»

Я осклабилась. — «Союзники.»

Она приподняла бровь. — «Разве у тебя уже нет Протектората?»

— «Ага», — рассеянно сказала я. — «Ага, но они не спустят курок, когда настанет решающий момент. Я недавно встретила девушку, которая, думаю, сможет. Кто-то, у кого есть зуб на Державу.»

— «Кто?»

Я усмехнулась. — «Ты ни за что не поверишь.»

— «Ой, давай, дива. Выкладывай уже!» — заныла она, толкая меня в досаде.

Я сказала ей.

Она не поверила.

Через несколько минут убеждений Эммы, что я не вру, я достала телефон. Я знала, что мне самой было трудно в это поверить, но ещё до того, как Тейлор стала Державой, после разговора с ней несколько минут я увидела в ней огонь, который мог сравниться с моим или Эммы в любой день.

Она была, понятное дело, разъярена. Тейлор убила Лазершоу по какой-то причине, которую я до сих пор не понимала. И из всех людей, жаждущих мести, я никогда бы не подумала, что она будет.

— «Алло?» — раздался голос на том конце. — «София? В чём дело?»

— «Эми, слушай. Держава возвращается.»

Целительница замолчала лишь на мгновение. Затем она ответила всего одним словом, и её голос был гораздо холоднее, чем прежде.

— Когда?