Охота вчетвером (джен)

Входя в столь знакомые помещения банка Гринготтс, Гарри никак не мог унять волнения. План Финеаса ему не нравился, казался ненадёжным и издевательским: по нему они должны были притвориться приёмной семьёй, пришедшей оформлять документы на получение хранилища, и пока одна часть их компании отвлекала бы гоблинов, вторая бы обыскала нужные сейфы. Вот только как он себе это представлял, Гарри не мог понять. Не будут же гоблины держать чужие сейфы открытыми и без охраны? Не посмотрят сквозь пальцы на роющихся не в своих хранилищах людей? До сих пор им очень везло: кольцо лежало там, где предполагал Дамблдор — впрочем, старик редко ошибался — диадема оказалась в Хогвартсе, так что одна из догадок Гарри, основанная на одном из воспоминаний Тома Реддла и словах Хагрида, подтвердилась; повезло, что на обратном пути им попался Финеас Блэк, что Диппет подробно описал медальон, что Блэк не ушёл, а дождался описания, что медальон был крестражем, в конце концов. Вот только вечного везенья не бывает: что-то обязательно пойдёт не так. И Гарри боялся, что их счастливая полоса окончится здесь. К счастью, благодаря Кикимеру, давшему вчера несколько советов, эта вероятность стала ниже...

* * *

Сразу после ужина Финеас Блэк ушёл и более не появлялся, очевидно, вернувшись в Хогвартс. Оставшийся ужин прошёл в молчании. Даже план этот нарисованный человек придумал такой, словно желал потоптаться на ранах Поттера. Разыграть семью перед гоблинами. С людьми, женщинами, которые стали приятельницами, но не семьёй. И будто специально Блэк начал с того, что ткнул его в схожесть синигами с его родственниками. Мальчик через силу проглотил последнюю ложку и, встав из-за стола, вышел из кухни. Почти сразу по полу заскрежетали отодвигаемые стулья и застучали каблуки. Синигами пошли за ним следом. В голове мальчика огоньком свечи задрожала мысль, что так делают или очень близкие друзья, или члены семьи. На душе стало чуть теплее.

— Может ли недостойный Кикимер сказать несколько слов в благодарность за помощь Гарри Поттера? — раздался скрипучий голос.

От неожиданности Гарри резко затормозил, запнулся ногой о ногу и не упал на возникшего перед ним эльфа лишь потому, что его схватила Момо.

— К чему спрашиваешь? — спросила она. — Говори так.

— Погоди, — слова Йоруити, брошенные самой юной участнице их группы, Поттер разобрал с трудом, та говорила едва слышно, но стоило ей наклониться к его уху, понял каждый слог. — Выслушай его.

Скосив на неё глаза, мальчик уловил кивок и, ещё не вполне понимая, что происходит, опустился на корточки, чтобы его лицо было наравне с Кикимером.

— Я слушаю.

— В этой части коридора портреты не услышат, — зашептал старый эльф. — Достойный Финеас не сказал, что особым доверием Тёмного Лорда пользовались дети Блэков. Кикимер слышал, как госпожа Беллатриса, ушедшая по замужеству в род Лестрейнджей, хвастала хозяйке Вальпурге, своей тётке, что ей и мужу госпожи Нарциссы, ушедшей в род Малфоев, Тёмный Лорд доверил некие ценные вещи. Было это незадолго до того, как Кикимер ушёл с ним в пещеру. Кикимер слышал также, будто гоблины иногда отдают волшебникам артефакты из хранилищ их поверженных врагов и их вассалов, но правда ли это, Кикимер не знает, тот, кто это сказал, был пьян. Но они должны возвращать волшебникам краденое, помещённое вором в свой сейф. И ещё Кикимеру известно, что гоблины ненавидят род Гринграсс. И готовы проклинать его и перемывать кости с кем угодно. Кикимер не должен был этого говорить, но так он платит Гарри Поттеру за его услугу.

* * *

Из воспоминаний его вывело прикосновение руки Мацумото к плечу.

— Не волнуйся, — сказала она. — Всё получится. Ты помнишь план?

— Да, — ответил гриффиндорец. План он помнил прекрасно. Почти сразу после своих откровений Кикимер поселил их в чистой от портретов комнате, где четверо охотников за крестражами всю ночь посвятили выработке тактики будущей операции, в которой от первоначальных предложений Финеаса Блэка остался лишь спектакль с семьёй.

— Мы тоже, так что оставь тревоги, — Рангику убрала руку с его плеча и посмотрела вперёд. — Добрый день, мы хотели бы открыть сейф для нашей семьи, это можно сделать?

— А кто спрашивает? — спросил сидящий за стойкой гоблин, не поднимая глаз.

— Рангику Мацумото, Йоруити Сихоин и Момо Хинамори, — ответила женщина, рефлекторно поправляя волосы. — Нам позволили взять опеку над юным Гарри Поттером. Но когда мы попросили разрешить нам приставлять к своим фамилиям его, в министерстве отказали, пока у нас не будет хранилища.

— У семьи Поттеров уже есть свой сейф, — гоблин наконец соизволил оторваться от бумаг и посмотреть сначала на Гарри, а потом и на его спутниц. — Если желаете, можете его посетить и пользоваться им. Если есть ключ.

Гриффиндорец демонстративно запустил руку в карман мантии, прекрасно зная, что он пуст, так как ключ остался в чемодане, который, вероятно, уже забрал таинственный Урахара. Постарался принять самый непонимающий вид, похлопал себя по мантии и всплеснул руками.

— Простите, я его, кажется, потерял.

— Ничего страшного, мистер Поттер, — гоблин даже глазом не моргнул. — Ваша палочка при вас? Личность можно удостоверить по ней.

— Конечно, — Гарри распахнул мантию и, достав свою палочку из кармана брюк, протянул её сотруднику. Тот принял инструмент, осмотрел его и вернул мальчику.

— Всё в порядке, — произнёс он. — Палочка совпадает с описанием принадлежащей Гарри Поттеру. Можете проследовать к сейфу, дубликат найдётся, но впредь не теряйте его.

— Постараюсь, иначе мне будет стыдно перед Крюкохватом, он проводил меня к сейфу в мой первый визит. Но могу я остаться здесь? Пусть мои родственницы его осмотрят.

— Как угодно. Вы в высшей степени необычный волшебник, если помните имена гоблинов.

— Спасибо... А могу я поинтересоваться... Если из дома моей семьи была украдена ценная вещь и помещена в сейф Гринготтса, принадлежащий вору, мы имеем право её вернуть?

Лицо гоблина, до того совершенно бесстрастное, побледнело и вытянулось, но почти мгновенно сделалось суровым. Он наклонился вперёд, едва не переваливаясь через стойку и, демонстрируя острые как бритва зубы, прорычал:

— Имеете. Кто и что у вас украл?

* * *

К хранилищам спустились Сихоин и Мацумото, а Поттер и Хинамори остались в зале. Девушка, не зная, куда себя деть от волнения, вцепилась в руку Гарри, но с огромным любопытством осматривала огромный белоснежный мраморный зал, освещённый множеством свечей.

— Здесь очень красиво, — произнесла она таким благоговейным тоном, словно видела чудо света. — Если бы ты не сказал, что это банк, решила бы, что это музей.

— А видела бы ты его в первый раз таким, каким я, — ответил Гарри. — Было раннее утро, свечей было меньше и всё было погружено в полумрак. Я принял его за сказочные пещеры Аладдина и Али-Бабы.

— Благодарю, молодые люди, — старый гоблин, сидящий совсем рядом с ними, наклонил голову. — Приятно знать, что хоть кого-то из волшебников восхищает работа наших предков. Рановато, конечно, такое говорить, но вы после школы можете работать у нас, мы найдём вам хорошую профессию.

— Я подумаю, но боюсь, от меня тогда Дафна Гринграсс не отстанет, — натянуто улыбнулся мальчик, радуясь, что не нужно, как планировалось, выдумывать несуществующий разговор с виденной когда-то мельком одноклассницей, о которой он не помнил до вчерашнего дня, и не вспомнил ничего, кроме имени.

— Гринграсс?! — старик крикнул так сильно, что эхо прошлось по залу. — Неужели и волшебникам от них нет покоя?

— Увы. Дафна уверяет, будто бы где-то в подземельях банка хранится заключённый три века назад брачный договор между её семьёй и моей и что поверенный моего рода готов провести церемонию при моём запросе.

— Чушь собачья, — отозвался другой сотрудник, не отвлекаясь от гроссбуха. — Это просто банк, а не брачное агентство.

— Я ей то же самое сказал. А Дафна заявила, что мне Дамблдор мозги промыл, и ушла.

— Ты нам ни о чём подобном не рассказывал, — Момо обняла его, прижимая к себе. — Неужели она такое заявляет?

— Это ещё цветочки, — ответил старик. — Её отец уверен, что в кабинете директора есть ритуальный зал, где он лично проверяет, не было ли в роду у магглорождённых предков-магов, что мы очищаем кровь от зелий, проклятий и прочей ерундистики.

— А этим разве не врачи занимаются?

— Врачи, юная мисс, именно что врачи! И уж точно не гоблины.

— А как они приветствуют нас, вы хоть раз слышали? Пусть злато ваше не иссякнет, а враги ваши сгинут! Не хотите нас так поприветствовать?

— Но нам говорили, что первейшие враги гоблинов — люди. Что я, себе и своим друзьям гибели желать должен?

— Вы смотрите-ка, умный попался! А может, и правда его по выпуску из Хогвартса к нам нанять? И палочку без споров отдал, не то что некоторые.

— А чем этих Гринграссов не устроило обычное "здравствуйте"?

— Момо, племянница, — голос Йоруити за спинами заставил их обоих совсем непритворно вздрогнуть. — Не задавай глупых вопросов. Каждый по-своему с ума сходит, не мешайте почтенным господам работать. Твой сейф в порядке, Гарри, мы сняли сколько нужно и вернули украденное. Поклонитесь на прощание и уйдём, тётя Рангику нас заждалась. И не бойся, Гарри, мы Гринграссам тебя не отдадим.

* * *

Когда Йоруити на своих плечах дотащила его до ближайшего леса, Мацумото уже стояла, вкладывая меч в ножны, а у её ног лежал расколотый пополам кубок. Подобравший их Гарри различил на его стенках барсука.

— Чаша Пуффендуй, — пробормотал он. — Снова повезло. Невероятно как-то...

— И чем тебе это не нравится? — Момо обняла его сзади. — Всё ведь прекрасно! Проблем не возникло?

— Никаких, — Рангику откинула волосы назад. — Только при поездке на этой тележке укачало немного. И Гарри, ты ведь не против, что я взяла немного денег из твоего сейфа? Давай зайдём в магазин, купим чего-нибудь и отпразднуем? Я не хочу возвращаться в тот свинарник.

— Не против, тётушка, — слегка насмешливо произнёс Гарри. — Надо же отметить моё усыновление, верно?

— Ура-ура! — Хинамори по-детски засмеялась, закружившись по поляне, а потом обняла его. Спустя мгновение Рангику подхватила мальчика под руку и прижалась к его спине, отчего густые волосы защекотали ему нос. Йоруити же, не иначе как в приступе озорства, обратилась в кошку и прыгнула подруге на плечо.