КИНН ОФ (джен)

— Не хочу паниковать, но боюсь, мы не успеем… — обречённо сказал Гена, когда вся компания выбежала на крыльцо.

Шарф Аркадия ветром закрутило за одну из колонн, и поэтому смысл слов Гены до них с Виталием, кинувшемуся на помощь, дошёл не сразу.

Юрию же достаточно было одного беглого взгляда на экран смартфона, чтобы понять, почему всегда такой спокойный и рассудительный Гена поник.

Сейчас на экране стремительно отсчитывали обратный ход не часы, а минуты.

— До пруда минут сорок бегом, — ободряюще сказал Юрий, а потом перевёл взгляд на Павла, шумно выдыхающего при каждом шаге, и скорректировал оценку: — Ну, за час, наверное, доберёмся.

Гена молча покачал головой. В его глазах отражались тревога пополам с отчаянием.

С того самого мгновения, когда он встретил Винни-Пуха с Пятачком — да-да, они носили другие имена в людском обличии, но характера их это не меняло, — он поверил, что всё вернётся на круги своя.

А ведь всё тогда было совсем неплохо. Они сидели с Чебурашкой на лавочке возле Дома Дружбы, радовались, что все подружились и никто не ушёл печальным. Даже вредная Шапокляк, пытавшаяся всячески сорвать их праздник, оставила их в покое. Больше того, она, неловко извиняясь, протянула Чебурашке ящик с апельсинами.

— Мир? — спросила Шапокляк.

Непонятно, как такая маленькая и сухонькая женщина притащила целый ящик, но Гена давно понял, что внешность обманчива. Вот Чебурашка с виду был несуразным и неловким. Но он удивительным образом умел сеять вокруг себя добро.

Конечно же, Чебурашка не заподозрил ничего дурного. Он открыл ящик и сразу увидел тот злополучный синий апельсин.

— Гена, смотри, какой красивый апельсин! — восхищённо закричал Чебурашка.

А Гена как раз растянул меха гармошки и потом, когда мир вокруг завертелся, хватался за неё изо всех сил, пытаясь понять, что же случилось…

И сейчас ему казалось, что мир вновь схлопнулся. Секунды убегали, а он загипнотизировано смотрел на их стремительный бег и понимал, что бежать неуклюже уже нет смысла.

— Спокойно, ребята! — громыхнул рядом голос Сергея Ш.

Он сорвал с пояса связку ключей и затопал в сторону неприметных ворот, скрывающих бытовые постройки музея.

— Как старший смены, я имею доступ к транспортному цеху. Проще сказать, гаражу. Из всего доступного транспорта у нас мини-автобус для экскурсий по городу, но, думаю, для нас сейчас это спасение.

И Сергей Ш. действительно открыл ворота и выгнал на подъездную аллею небольшой толстенький автобус.

— Ну, чего встали? Прыгаем!

Компанию не пришлось уговаривать дважды. Разве что Виталий, излишне поспешно рванувший к передней площадке, забыл, что в руках у него шарф Аркадия, и в порыве припечатал его вместе с шарфом к колонне.

Аркадий, пытаясь избежать столкновения, обнял колонну руками и ногами, но всё же, когда его затащили в автобус Аврора и Гена, вид имел слегка помятый.

Мотор уже нетерпеливо чихал, и как только двери закрылись, Сергей Ш. рванул с места, выезжая на усыпанный шуршащими листьями проспект.

Но стоило автобусу проехать пару кварталов, как по салону поплыл удушающий, специфический запах. Он был похож одновременно на выброс болотных газов, запах грязных носков и тухлой капусты.

— Фу… — сморщила нос Аврора и уткнулась в сидение спереди.

— Ой-ёй-ёй! — пискнул Павел и зажал нос подолом свитшота.

— Душераздирающий запах, — просипел Аркадий, который ещё не отошёл от столкновения с колонной.

— Это Слонопотамы! — закричал Павел. — Мы отравлены!

Гена выдернул из кармана пиджака шёлковый платок и прижал к носу.

— Шрек, кто у тебя в автобусе сдох?

Сергей Ш. принюхался, резко крутанул рулём и с ностальгией сказал:

— Пахнет, как на моём болоте! Но уж слишком ядрёно. Ёжик, это не из твоего узелка случайно?

Юрий помотал головой, а потом уткнул нос в ситцевый узелок.

Сергей Ш. нёсся на пределе возможностей, но из-за срубающего с ног запаха вёл автобус неровно. Казалось, мусорные баки отпрыгивают с их пути в последний момент.

— Это всё плохо закончится, — пробормотал Аркадий, стараясь дышать через раз.

— Нашёл! — внезапно закричал Виталий и торжествующе потряс над проходом странным предметом с колючками снаружи и жёлто-розовой мякотью внутри.

Зловоние от его манипуляций только усилилось, и Павел ненадолго отключился.

— Ой, мамочки… — с зажатым пальцами носом воскликнула Аврора. — Это же мой дуриан!⁽¹⁾ Я купила его на прошлой неделе для съёмок обзора «Самые экзотические завтраки блогеров», а потом забыла его в экскурсионном автобусе!

— И он просто прогрелся на октябрьском солнышке через стекло и раскрыл свой истинный букет, — подытожил Юрий.

— Дуриан? — Шрек чуть не въехал в столб, еле успел притормозить на светофоре и расхохотался: — Выкинь его за борт, Винни! Я-то думал, у меня проводку замкнуло.

— Ну уж нет, — ответил Виталий и поудобнее перехватил вонючий деликатес. — Кожура пахнет как немытый Слонопотам, но внутри — чистый медовый заварной крем. Зачем пропадать добру?

— Ради всего сказочного мира! — взмолился Гена, пытаясь на ходу высунуть голову в окно. — Выбрось эту экзотическую бомбу!

И тут буквально из ниоткуда перед ними вырос автомобиль патрульной службы. Сергей Ш. еле успел затормозить. Время утекало стремительно, но нарушать правила никому не хотелось, ведь любое задержание сейчас было для них недопустимо.

— Инспектор Сашка Букашкин, — козырнул постовой. — Ваши документы! Вы…

Договорить он не успел. Волна воздуха из салона через открытое Геной окно срубила инспектора наповал. Он ошалело посмотрел на протягиваемые Сергеем Ш. корочки и махнул полосатой палкой в сторону проспекта.

— Газуй, Шрек! — завопил Гена, следящий за экраном смартфона.

— Ну вот, а вы ворчали, — довольно сказал Виталий. — Это не просто ароматная еда, это наш пропуск и путеводный таран.

Впрочем, обморочный вид Павла, синюшное лицо Аркадия и лихорадочный румянец Авроры убедили Виталия, что дальше их стратегическое орудие использовать не следует.

Он сладко вздохнул и отправил дуриан в рот.

Очнувшийся Павел ошалело посмотрел за окно на мелькающие деревья, перевёл взгляд на Виталия и принюхался.

— Винни, а почему от тебя пахнет так, как тогда, когда ты много дней просидел во входе норы у Кролика?

— Это не я, Пятачок, — похлопал себя по животу Виталий. — Так пахнет наша суровая несказочная реальность. И, кажется, мы приехали.

1) Дуриан — это крупный тропический фрукт. Обладает резким, отталкивающим запахом тухлого лука, серы и канализации, но при этом нежным, сладким и сливочным вкусом заварного крема с нотками орехов и ванили.

Вернуться к тексту