Северус и василиск Слизерина (джен)

Дамблдор применил к Барти жёсткую легилименцию — сначала удар, рассчитанный на мгновенное вскрытие защиты сознания, затем чтение. Так он когда-то читал память Квиррелла.

Точно так же недавно пытался действовать и сам Барти против Снейпа — но гораздо грубее. Дамблдор, конечно, не прибегал к Круцио, как делал Барти по примеру жестокого самоучки Риддла. В качестве тарана он применял куда более гуманное заклятие — Percussio Mentis, ментальный удар: неприятный, иногда вызывающий головокружение, но не болезненный.

После третьего удара защита Крауча не выдержала. Сознание открылось резко, как выбитая дверь, и воспоминания пошли потоком.

Служба и преданность Лорду. Азкабан. Отец. Империус. Побег.

Министерство. Подмена.

Желание помочь делу Лорда. Свеча судьбы. Ребёнок могущественного мага.

Лекция в школе. Гарри Поттер и гиппогриф. Снейп. Василиск. Скримджер.

Руны. Сокол.

Письмо Беллатрикс.

Дамблдор видел всё. Когда он закончил, он спокойно встал.

— Сириус, — сказал он, — позови, пожалуйста, Беллатрикс. Она хотела посмотреть на того, кто ей написал.

Белла появилась через несколько минут. Когда она вошла в подвал, Барти уже сидел в кресле, снова связанный чарами. Она посмотрела на него — и мгновенно узнала.

— Барти Крауч!

В её голосе прозвучало почти весёлое удивление.

— B.C. — Barty Crouch.

Она обошла его кругом.

— Как интересно.

Затем повернулась к Дамблдору.

— Но как он узнал о тебе?

— Обо мне он ничего не знал. Он узнал, что ты ждешь ребенка — и решил, что это может быть только ребёнок Тома.

На секунду повисла тишина. Потом Беллатрикс расхохоталась. Смех прозвучал в каменном подвале громко, радостно и искренне.

— О, это даже лучше, чем я думала, — сказала она, вытирая выступившие слёзы. — Значит, он решил, что я ношу ребёнка Тёмного Лорда. Какая великолепная ошибка.

— Подожди, но как он вообще догадался о ребёнке? — спросила она уже спокойнее.

— Он применил старинный саксонский метод прорицания — его сейчас почти не используют — Свеча судьбы.

Она на мгновение замолчала. Отец когда-то рассказывал ей об этом старом способе заглядывать в будущее.

— Он ухитрился найти и применить Свечу судьбы?

— Судя по тому, что я увидел в его памяти, да. Он, видишь ли, провел долгое время взаперти, потом вырвался из своей темницы, и сразу захотел узнать, как живут его прежние друзья — в том числе ты. И Свеча показала ему, что ты носишь ребёнка… — он улыбнулся, глядя ей в глаза, — очень сильного волшебника.

Беллатрикс медленно посмотрела на Барти. Тот сидел неподвижно, связанный чарами; лицо его было бледным. Он был под Silencio, говорить не мог, но слышал всё. Он изо всех сил старался сохранить невозмутимое выражение лица, однако время от времени это ему не удавалось.

— И он решил…

— …что это ребёнок Тома, — спокойно закончил Дамблдор.

— Значит, он провёл ритуал, решил, что я беременна от Тёмного Лорда, и написал мне письмо, чтобы предложить помощь? То есть он искренне думал, что рискует жизнью, чтобы помочь мне.

— Да.

Она покачала головой, всё ещё улыбаясь.

— Потрясающе. Но зачем?

— Верность. Служение. В его логике всё было последовательно. Он увидел знак, решил, что ребёнок — наследник Тома, и счёл своим долгом защитить вас обоих.

Беллатрикс тихо рассмеялась.

— Какая трогательная ошибка.

Она ещё некоторое время смотрела на Крауча, затем перевела взгляд на Дамблдора.

— И что ты собираешься с ним сделать?

Дамблдор ответил не сразу.

— Убьешь его? — уточнила она спокойно.

Дамблдор покачал головой.

— Если я могу позволить себе не убивать того, кто мне мешает, я предпочитаю не убивать. Я просто аккуратно уберу его с доски.

Сириус тихо фыркнул у стены, но ничего не сказал.

Беллатрикс невольно вспомнила Гриндевальда, который до сих пор был жив.

Ей не хотелось убивать Барти, и не хотелось отправлять его в Азкабан. Он так искренне пытался ей помочь. Она помнила его ещё мальчишкой — серьёзным, большеглазым, слишком старательным... Она подняла взгляд на Альбуса. Тот едва заметно подмигнул ей, и в её мыслях прозвучал его голос: «Не беспокойся. Я не причиню ему вреда».

Дамблдор поднял палочку и посмотрел на Крауча.

— Imperio.