Гермиона, Дагворт-Грейнджеры и многие другие (джен)

Записи из приюта указывали станцию, куда прибыли дети. На приложенной фотографии детей виднелись меловые скалы. Северус сопоставил все это со старой картой побережья — и получилось три возможных участка. Он отметил их на карте и дождался ночи.

Он отправился туда после полуночи. Погода была удобная: низкие облака, ветер с моря, пустая дорога. Курортный посёлок спал, на набережной горели редкие фонари.

Он спустился к воде и остановился у скал. Это место он выбрал не случайно: под меловым берегом тянулись старые разломы, и здесь Шшах мог легко выйти к нему из своих дальних подземных ходов.

— Шшах, — тихо сказал он на парселтанге.

Под камнем что-то едва заметно зашуршало. Потом из тёмной трещины между скалами вышла узкая тень, и василиск медленно пополз вдоль подножия скал. Иногда он останавливался и слушал. Иногда высовывал язык и пробовал воздух. Северус шёл выше, по гравию, не слишком приближаясь. Если кто-нибудь взглянет издалека, увидит только человека у моря.

Первый участок ничего не дал.

— Пусссто, — сказал Шшах. — Маленькие пещеры, которые море промывает каждый день. В таком месте ничего не спрячешь.

Они перешли ко второму участку. Там скалы были выше, а берег у́же. Шшах полз вдоль подножия скалы и искал глубокую полость, закрытую от обычного взгляда, а также следы тёмной магии.

Вдруг он остановился, поднял голову и повернул её к тёмной стене справа. Там не было явного входа — только мокрый камень, водоросли и узкая расселина у самой линии отлива.

— Там, — сказал он.

Северус посмотрел.

— Там нет прохода.

— Есссть. Сейчас закрыт водой и камнем.

Северус медленно подошёл ближе. От расселины тянуло холодом. Даже несмотря на острый запах моря, там чувствовалась темная магия.

— Насколько там глубоко?

— Глубже, чем кажется. Вода входит, но выходит плохо: кажется, несколько камней зачарованы на парссселтанге. Внутри мёртвые люди, они тоже зачарованы — и тоже на парселтанге.

Северус достал блокнот и быстро сделал пометки.

— Туда можно войти? — спросил он.

— Не сссейчас. Вода слишком высока. И вход не любит живых людей. Подожди-ка здесь.

И Шшах исчез под землей.

Он вернулся через полчаса.

— Там искуссственное озеро. Если понадобится, его можно убрать. Там внизу есть камни без магии. Сссдвинуть их — и воду уже не удержать, озеро уйдёт само.

Северус подумал.

— Насколько быстро оно уйдет?

— Займет примерно день. А когда воды не будет, мертвые будут не опассснее дохлых рыб.

* * *

Спустя день после этого разговора, в пещеру вошли трое волшебников — на разведку. Дамблдор проверял проход, стены, воздух и край чёрного озера. Северус шёл рядом, не касаясь камня без необходимости. Люциус держался на полшага позади и смотрел назад: вход, уровень воды, возможность выхода.

В центре озера виднелся остров.

— Воду не трогаем, — сказал Дамблдор.

Они нашли лодку, но садиться в неё не стали. Дамблдор проверил её чарами и подтвердил, что она рассчитана на одного мага. Затем он вынул из кармана запасную линзу для очков, трансфигурировал её в крошечную стеклянную птицу и направил над озером.

Птица летела низко, но воды не касалась; защита на нее не реагировала. Через её глаза Дамблдор видел чёрную поверхность озера, силуэты инфери в воде, грубый камень острова и чашу в центре. В чаше стояла густая жидкость — мутно-зелёная и неприятно живая на вид.

Он передал управление Северусу.

Северус задержал птицу над чашей, опустил ниже, потом чуть повернул её, ловя отблеск на поверхности. Зелье выглядело отвратительно: плотное, вязкое, с тёмными прожилками, которые медленно расходились и снова собирались в глубине.

— Ядовитое живое зелье, — сказал он наконец.

Люциус тоже принял управление на несколько секунд — он провёл птицу вокруг острова, проверяя края, высоту камня и расстояние до берега.

Наконец Дамблдор призвал линзу обратно. Птица снова стала холодным стеклом у него на ладони.

— Этого пока достаточно, — сказал он.

Они вернулись тем же путём: быстро и аккуратно. У входа Дамблдор снова закрыл камень.

* * *

Дома Северус рассказал Шшаху, что они нашли внутри: озеро, остров, чашу и мёртвых в воде.

Шшах сверкнул клыками.

— Авантюриссст с фениксом почти наверняка поведёт вас через озеро, а это лишшшний риссск. Воду лучшшше убрать.

Северус согласился — это лучший вариант: без воды инферналы были не опасны, и не придется входить в ловушку Риддла по его правилам.

* * *

Когда через день трое волшебников вернулись в пещеру, озеро ушло. Там, где раньше была чёрная вода, теперь зияла мокрая яма, на дне блестели лужи, белели кости, серели неподвижные тела. Остров торчал посередине, как каменный зуб, а на нём открыто стояла чаша.

— Перед уходом я бросил в воду специальный состав, — объяснил Северус. — Надеялся, что он найдёт слабое место и создаст отток.

Дамблдор посмотрел на осушенное подземное озеро. На дне остался широкий мокрый провал, покрытый серой галькой, ракушечной крошкой и чёрными водорослями. Между камнями темнели узкие щели, в них ещё блестели остатки воды, и оттуда тянуло холодом.

— Раз уж вода ушла, нам незачем искать медальон по всем трещинам, — сказал он. — Если крестраж здесь, Адское пламя найдёт его на любой глубине.

Никто не стал возражать.

Он поставил вокруг бывшего озера прозрачный защитный круг, похожий на стену из чистого льда. По краю круга пробежал бледно-синий свет.

Тогда Дамблдор шагнул ближе к кругу, поднял палочку выше, и его глаза сверкнули веселой яростью боя. Адское пламя сорвалось вниз зверем — голодным, белым, быстрым. Остатки воды взорвались паром. Инферналы дёрнулись, но огонь уже пожирал их. Лодка вспыхнула. Цепь рассыпалась. Остров почернел.

Чаша с зельем треснула. Камень лопнул, зелье зашипело, свернулось и сгорело вместе с защитой. Пещера низко застонала. Когда пар осел, чаша лежала в осколках, а от зелья не осталось даже следа, пламя сожрало все до последней капли.

* * *

Потом они проверили всё трижды, но не нашли ни малейшего отклика темной магии. Если медальон был в пещере — даже в самой глубокой трещине в ней, он должен был погибнуть.

На следующий день Дамблдор проверил Квиррелла, а вечером встретился со Снейпом и Малфоем.

— Осталось все те же два крестража, а не один, как мы рассчитывали, — сказал он.

Люциус медленно поднял взгляд.

— Значит, в пещере медальона не было.

Дамблдор сложил руки на столе.

— Я проверил дважды. Риддл знал только одно место, где лежит медальон: эту пещеру. Значит, кто-то другой вошёл туда уже после него, но раньше нас и забрал медальон. Но зачем?

Ответа не было.