Натуральный блондин (гет)

Мелкие подростковые обиды, терзавшие Драко Малфоя и Гермиону Грейнджер, были сущей чепухой по сравнению с той ледяной яростью, в которой пребывал Северус Снейп.

О, нет. Он даже не злился. Порог злости он перешёл несколько недель назад.

Окружающая действительность непрерывно испытывала его на прочность. Вот как сегодня.

Плановый визит в Малфой-Мэнор обернулся внеплановым совещанием с участием Ближнего круга. Под девизом: "Надо что-то делать!"

Волдеморта тоже можно было в чем-то понять. После статей Скитер не до конца определившиеся сторонники начали косить глазами во все стороны и юлить. На словах они, конечно, за дело Лорда, власть чистокровных и все такое, а на деле пресекшиеся магические роды и мертвые наследники, которых после предыдущей магической войнушки было в избытке — это другое, понимать надо. Пополнить этот список своей фамилией не хотелось никому. Не то чтобы раньше об этом не знали, просто Рита вытащила все на свет и напечатала в газете.

А что написано пером, Авадой не вырубишь.

Все осложнялось отсутствием у их Господина и Повелителя золотого запаса.

Как понял по нескольким оговоркам Снейп, Люциуса Волдеморт, в финансовом плане, просто раздел до трусов. Куда все ушло — непонятно.

Кровь Поттера свое дело знала.

Раздраженный Лорд пытался даже применить к старшему Малфою легиллименцию, но в блондинистой голове была сплошная бухгалтерия, попробуй разберись. А с цифрами Волдеморт не очень дружил.

Лестрейнджей ждала та же участь, Рудольфус сейчас пытался продать гоблинам хоть что-то из своего хранилища, но коротышки крутили носами и торговались за каждый кнат. Нет, золото они уважали. Но — чистое, честное золото. Не отягощенное темными проклятиями, за снятие которых придется платить ликвидатору, а это дополнительные расходы.

Ситуация была тревожная. Срочно требовались решительные меры для утверждения власти Лорда в Британии.

Поэтому Ближний круг получил задание немедленно, еще вчера подготовить государственный переворот и принести Министерство магической Британии Лорду на блюдечке. С золотой или синей каёмочкой, это на ваше усмотрение.

Поскольку в Министерстве сейчас разброд и интриги, то достаточно устранить Скримджера, чтобы чиновники смирились с властью Волдеморта. Им же все равно, кому подчиняться, утверждал Лорд. И, пожалуй, был прав в своем презрении.

А аврорат действует по приказу, они ничего сделать просто не успеют.

Но брать власть нужно только после ликвидации Дамблдора, и на этом Волдеморт настаивал.

Дальше за задержку убийства директора отдувался Снейп. На Круцио Лорд не поскупился. На Малфоев, которые обезумевшими глазами наблюдали за его пыткой, Северус старался не смотреть. И без них тошно.

Пришлось уверять, что все сделают до конца учебного года. Уже практически все готово, мой Лорд. И директор еле жив, нездоров и безмерно страдает.

Да когда ж вы все сдохнете, подумал измученный Снейп.

Только вернулся к себе, налакался восстанавливающих зелий до состояния нестояния — и вот, пожалуйста, к нему явился сам Дамблдор. Не смог, старый паук, нетерпение свое сдержать. Или догадался, что Снейп его сейчас послал бы нахрен с требованием прийти в кабинет на доклад. А из своих покоев куда ему деваться?

Так что Северус полулежал в кресле и слушал длинный монолог Дамблдора

Хвала Мерлину, в этот раз обошлось без обсуждения церемонии похорон, цвета гробницы, состава гостей и увековечения памяти в виде особого дизайна мантии. С магической вышивкой. Альбусовка или Дамблдоровка? Северус, это важно!

Нет, сегодня директор распинался исключительно про Избранного Героя. Который добыл-таки недостающие воспоминания Слизнорта, какой умный и талантливый юноша, весь в отца.

— Сколько? — резко спросил Снейп.

— Что? — осекся Дамблдор.

— Крестражи. Сколько?

— Эммм, Северус, это непростой вопрос, — завертел хвостом бородатый интриган. — Я уже говорил тебе, без уничтожения крестражей нельзя уничтожить самого Волдеморта. Но ты не переживай, я все продумал. У меня есть план. Гениальный план!

У Снейпа сил не было даже матом посмотреть.

— Крестражи... Я уверен, что их семь. И некоторые даже уничтожены, это облегчает задачу. Кольцо Гонтов послужило вместилищем для куска черной души. И тот дневник, который студенты разорвали, хотя основная заслуга здесь Гарри, не будь его, крестраж бы так просто не развалился. Помнишь, я просил у тебя воспоминания. Призрак юного Тома, я узнал его.

Снейп поднял левую бровь, показывая, что внимательно слушает. Что-то Дамблдору от него очень сильно нужно, он в этом уверен. Как обычно, какая-нибудь гадость.

— Местоположение еще одного крестража я почти разгадал. Думаю, четвертый отыщется, когда мы реализуем мой план.

Снейп кивнул и молча показал четыре пальца. А Дамблдор почему-то занервничал.

— Седьмой, конечно же, сам Волдеморт, это бесспорно. Его ужасная змея — определенно, крестраж, слишком уж эта тварь умна. Да и Гарри косвенно подтвердил. Кхм.

Снейп, прищурившись, смотрел на старого мага, который, по всем признакам, готовился сказать ему что-то очень и очень плохое. И никак не мог решиться.

— Это важно, Северус, чтобы мой план сработал как нужно, ты должен заманить Волдеморта в Хогвартс. Я надеюсь, Драко уже починил шкаф? Если нет, то помоги ему, мы не можем больше тянуть. И ты обязательно скажешь Волдеморту, что у меня есть... палочка

Да твою ж мать. Дамблдор выпучил глаза и ждал от Снейпа реакции. Какой? А Фенрир его знает. Палочка у него есть. Какая неожиданность, а все думают, что Дамблдор бородой колдует.

— Та Самая! — директор сделал глаза еще больше.

Если он что-то и хотел от Снейпа добиться, то кое-чего не учел. Северус не имел ни малейшего понятия о Дарах Смерти. Не читали ему в детстве легенду о трех братьях. Не было у Эйлин этой книги, да и сказки она не любила. И Северус тоже не любил. Он предпочитал сухие факты и точные знания, а все легенды и предания можете засунуть туда, где солнце не светит, там им самое место.

Поэтому требование Дамблдора счёл полным бредом, на одном уровне с беседами о новой модели носков с колокольчиками.

Лорд сюда и сам бегом прибежит, его заманивать не надо, его только с поводка спусти.

— Шестой крестраж, Дамблдор, — прошелестел Снейп, не вставая с кресла. — Считать я умею.

— Ах, да. Да. Шестой, конечно же. Видишь ли, Северус, связь Гарри и Волдеморта мне долго не давала покоя. Мальчик проникает в его мысли, может улавливать настроение, это все не просто так. Конечно, тяжело принять такое решение, но это единственно правильный выход. Гарри... Я думаю, когда Волдеморт хотел его убить, то материнская жертва отразила смертельное проклятие и маленький кусок души попал в Гарри. Он — крестраж.

Что?

Снейп резко дернулся, задев рукой стол. Каменная чернильница, стоявшая на краю, упала на пол.

— Тише, Северус, ты очень раздражен, — попытался его успокоить Дамблдор.

— Вы сказали... Поттер — крестраж? — шепот Снейпа был еле слышен. — Он...

— Да, я так сказал. Мальчик должен умереть. И Волдеморт должен сам убить его. Это наш единственный шанс.

Снейп молчал и смотрел на седобородого мага. Такого мудрого, такого светлого, такого могущественного.

— Все это время вы меня просто использовали, — сказал он, словно подводя итог своей жизни. — Я думал, вы потребовали с меня клятву помогать и охранять Поттера ради нее. Ради Лили. Чтобы ее смерть не была напрасной. Вы мне лгали. Вы растили мальчишку как свинью на убой.

Сухой и холодный голос Снейпа был страшен.

— Северус, это... это не то, что ты думаешь...

— Что угодно, Дамблдор. Я обещал вам. Тогда. Что угодно ради ее спасения. И вот как вы распорядились.

— Неужели ты все же привязался к мальчику? — недоверчиво фыркнул Дамблдор.

— К мальчику? — Снейп усмехнулся.

Он встал во весь рост, наплевав на стонущие от боли мышцы, и взмахнул палочкой. Его патронус, сияющая призрачным светом лань, легко пробежала по кабинету и исчезла.

— После стольких лет? — тихо спросил Дамблдор

— Всегда, — ответил Снейп, кривя тонкие губы.

Директор ушел не прощаясь.

Снейп снова вызвал патронус. В этот раз лань никуда не убежала, она встала перед ним, небрежно постукивая копытом.

Что решил Дамблдор, Снейпу было ясно как на ладони. Наверняка придумал себе сказку о вечной любви Снейпа к Лили Эванс. Патронус же!

Лань раскрыла пасть и показала тонкие острые клыки, с которых капал яд. В глазах серебристого патронуса, если приглядеться, видны были красные искры.

Но ведь никто никогда не приглядывался. Подумаешь, прискакало что-то четвероногое, это ерунда, а вот что оно наорало голосом Снейпа, это уже серьезней. Он сволочь, темный маг и с ним лучше не связываться.

Дамблдор ничерта не понимал ни в магловской зоологии, ни в магических животных. Хагрид бы разницу увидел сразу, но леснику Снейп никогда свой патронус и не демонстрировал.

Патронусом Лили была олениха. Самка, если научно, благородного оленя. Идеальная пара с Поттером, тот еще был олень.

А у него была лань.

Керинейская.

И она всегда с ним. Родовой патронус Принцев, как говорила мама. А он, хоть и полукровка, все же Принц. Которому лучше не соваться поперек дороги.

*Тысяча лет тому назад*

— Оленина — это мы отлично придумали. Осенью поохотились, а в леднике да под Стазисом до лета сохранили. А то такую толпу учеников попробуй накорми.

— Верно, Годрик.

— Хорошо, что в наших лесах не водится Керинейская лань.

— А кто это, Ровена?

— Я про нее читала, Хельга. Она похожа на оленей, но меньше и шкура без пятен. Отличить можно по медным копытам, золотым рогам и ядовитым клыкам. Говорят, мясо у нее тоже ядовитое, но это не точно. Она очень быстрая, ее почти невозможно поймать. .И встречается только поодиночке, в отличие от оленей, которые живут стадом. Редкая тварь.

— И тварь редкостная, Ро! Поля топчет, детей разрывает и жрет, сущее бедствие. И мстительная, как я даже не знаю что. А уж раздор сеет не хуже Эриды. Если пробежит между кем, дело обычно смертоубийством кончается. У меня так двое из отряда погибли, отличные были ребята, хоть и греки, От и Эфиальт, братья-близнецы. Мы тогда на Пелопоннесе императора сопровождали, а эта скотина возьми и выскочи на охрану.

— И что?

— И убили друг друга. Говорю же, один раздор от этой копытной сволочи. И не убьешь так сразу, стрелой не догнать, топором не попасть. Травить тоже бестолку.

— Я читала, что местные жители считают ее священным животным Артемиды.

— И боятся до икоты.

Тысяча лет тому вперед*

Драко не мог уснуть. Стоило закрыть глаза, как он снова слышал голос Дамблдора: "Мальчик должен умереть."

Он не хотел умирать.

Проворочавшись без сна почти до рассвета, Драко ушел на Астрономическую башню и долго стоял там, наблюдая с высоты за тем, как светлеет небо и исчезает утренний туман.

Вот так и он исчезнет.

Он не хотел.

Ему всего семнадцать (почти), он красив, умен, и у него есть любимая девушка, которая, кажется, отвечает на его чувства.

Мысль о Грейнджер кольнула, словно раскаленная игла.

Она будет плакать, если он умрет? Наверняка будет. И он этого не хотел.

Он обречен. Приговорили. Волдеморт его убьет, и Дамблдор с этим полностью согласен. Интриганы херовы.

Найти бы сейчас Грейнджер, обнять ее, прижать к себе, вдохнуть сводящий его с ума аромат сирени, и плевать уже, кто и что подумает. Только не говорить ей, что скоро его не станет. Ей будет больно, а Драко хотел, чтобы она улыбалась. Ему. Пока у него еще есть время.

Немного. А потом его все же убьют.

Драко в какой-то момент понял, что пришло время завтрака. И отправился в Большой зал.

Выглядел он... Да плевать, на самом деле. Сам знает, что плохо выглядит.

На пороге Большого зала Драко застыл и уставился на гриффиндорский стол. Там все окружили какую-то девчонку... Белл, подсказал его отравленный страхом и отчаянием мозг. Та, которую прокляли ожерельем.

Вокруг нее толпились однокурсники и что-то спрашивали. Грейнджер среди них не было.

Где она?

Лицо его исказилось от внутренней боли, когда он, в попытках найти кудрявую макушку, нарвался на взгляд Поттера, который смотрел на него с неприкрытой ненавистью.

Что-то ему и есть не хочется.

Где она? Ему нужно ее найти. Очень нужно.

Драко не знал, что Грейнджер повела в Больничное крыло трех первокурсников, объевшихся конфет из "Волшебных вредилок". Юные гриффиндорцы обросли перьями, свистели как чайники и выпускали пар из ушей. На завтрак староста опаздывала.

Он повернулся и пошел, не зная куда.

Сам не понял, как оказался на втором этаже. Вляпался в паутину, которую тут еще с вечера развесил Пивз, провел рукой по лицу... Умыться бы. Вот и туалет рядом.

Толкнув рукой дверь, он сразу шагнул к раковине, открыл воду и с силой плеснул себе в лицо.

Плакса Миртл, зависшая под потолком, смотрела на него, открыв рот от удивления.

Драко нудное привидение не заметил. Он поднял голову и посмотрел на свое отражение. Оно ответило ему взглядом измученного, загнанного в ловушку зверя.

— Не хочу умирать, — простонал он. — Я не могу. Не могу...

Он уже не замечал, как плачет по-настоящему, что по щекам его льются, стекая в грязную раковину, сле­зы. Доако задыхался, давился слезами, но затем, после нового содрогания, поднял взгляд к растрес­кавшемуся зеркалу и увидел за своей спиной выта­ращившего глаза Гарри Поттера.*

Ярость выплеснулась черной волной.

Ну, сссука!

Он выхватил палочку и, не глядя, швырнул в Поттера боевое заклинание. Тот начал что-то плести, но Драко почувствовал, поставил щит и ушел с линии огня.

Подслушиваем, козел Очкастый? Подсматриваем? Вынюхиваем?

Для Дамблдора старается, понял Драко с ужасающей ясностью. Избранный у Бородатого любимая собачка. Шавка паршивая.

Добраться бы до этого героя.

Заклинанием Поттера разнесло сливной бачок за спиной Драко. Он зарычал и стегнул Кнутом, но скотина Поттер шарахнулся в сторону, а Драко после бессонной ночи был не в форме, и руки у него дрожали.

Щит. Удар. Блок.

Визг Миртл.

Ненавижу, подумал Драко. Ненавижу эту тупую рожу. Ненавижу этот поганый мир. Ненавижу.

И так захотелось, чтобы Поттер хоть ненадолго ощутил, что сейчас испытывал Драко.

Слизеринец оскалил зубы и поднял палочку.

— Круц....— и не успел.

— Сектумсемпра!!! — срывающимся голосом закричал Поттер.

Его щит пробило насквозь.

Резкая боль.

И темнота.

* * *

Австралия, Мельбурн.

— Куда мы попали, Долохов, — вполголоса ворчал лохматый пес, пробираясь сквозь портовый хаос. — Жуть какую эти маглы понастроили. А эти, как их, краны, в жизни не поверю, что это все без магии работает. Вон как лязгают! И народу сколько!

— Ты же говорил, что в магловский мир вылазки делал, чего удивляешься тогда, — ответил идущий рядом черный кот.

— Ну не в такой же кошмар! — возмутился собака-Блэк.

— Обычный порт. Большой. Это ты, Сиря, Константинополь не видел лет так восемьдесят назад. Вот там был бардак что надо!