Обреченные (джен)

Если впереди нас ждет боль,

то и смысла ждать нет.

(приписывается Шадраку Медузону).

Логрус прижался спиной к брустверу, после чего отстегнул гранату и перекинул через плечо. Его усиленный слух разобрал растерянные голоса и массовый топот сапог. Первая секунда — паника, вторая — взрыв. В спину ударило легкой взрывной волной, сверху на бронекостюм посыпался песок. По обе стороны от него, также прижавшись, сидели Капута Алый и Геон Адский Вой. Обратившись к тактической карте, он увидел, что две его тройки тоже прижались к параллельным брустверам и ведут бой. Логрус слышал легкое рычание Капуты и Геона под личинами шлема. Он сам чувствовал легкое подергивание мышц лица от сильного напряжения. Внутри него горело пламя битвы, которое заставило его сразу же после взрыва сорваться и перепрыгнуть через бруствер. Капута и Геон последовали за ним, также гонимые жаждой убийства. В прыжке Логрус выпустил несколько болтов, которые нашли спины гвардейцев «Астра Милитарум», убегавших по траншее, и превратили их обладателей в месиво из мяса и костей. Он пустил еще пару болтов вперед в надежде поразить еще цели впереди. На счетчике убийств Логруса появилась цифра два. В этот момент Капута уже вбегал в траншею, где недавно были гвардейцы. За ним бежал Геон. Логрус примагнитил болтер, взял болт-пистолет и один электротопор и помчался за братьями.

Параллельно, по обе стороны от траншеи, также кипел бой. Его группа смогла пробить брешь в обороне, но не у всех это пока получалось. Он бросил быстрый взгляд на тактическую обстановку. Два клина прошили оборону ультрамаринов, а значит, надо давить именно в этих местах.

— Сидару, смести вектор атаки ближе ко мне. Надо усилить давление в этом секторе, — сказал Логрус.

— Да, брат! — крикнул в ответ Сидару под звуки боя.

«Ультрамарины» уже показали себя, и не считаться с ними было глупостью. Логрус вновь перешел на бег, ведомый звуками боя вокруг, как вдруг в воксе к нему обратился легионер «Несущих слово»:

— Клинок Ангрона Логрус, Далау с братией из «Несущих слово» с тобой. Веди нас в бой!

— Далау, мы ведем штурм первой линии обороны. Мои силы растянуты по всей её линии, поэтому дели своих легионеров на пять групп и передавай их в распоряжение моим сержантам. Ты со своей группой должен быть со мной. Мы прорвали их оборону. Отправляю местоположение.

— Понял, брат, мы уже подходим.

— Конец связи, — буркнул Логрус и закрыл канал связи.

Логрус шел по траншее, которая петляла из стороны в сторону, приближая тень крепости, и переступал через останки солдат «Астра Милитарум», смешанных с песком. Завернув за угол, он увидел, как Капута и Геон стоя перезаряжают оружие. В этот момент под ноги Капуты прилетела граната. Логрус метнулся назад, и вспышка белого света поглотила стоящего Капуту и отпрыгивающего Геона. Визор Логруса залил белый свет. Взрыва не последовало, только лишь вспышка и писк в ушах, прерванный звуком ломающегося керамита. Переключив режим зрения в визоре, он увидел, что на Капуте лежит легионер, меч которого вошел в грудь почти по самую рукоять. В мгновение «ультрамарин» выдернул меч, встал и достал болт-пистолет. В следующее мгновение прозвучал выстрел, и шлем легионера «Пожирателей миров» разлетелся в стороны, забрызгав траншею кровью и мозгами легионера. В это время Геон уже вступил в бой со вторым легионером «Ультрамаринов». Меч того встретился с цепным мечом Геона. Во все стороны полетели искры. В этот момент Логрус начал стрелять из болт-«пистолета и попал первому «ультрамарину» в область живота и правого плеча. Легионера качнуло назад, заставив осесть на колено. Следующий выстрел пришелся прямо в его синий шлем, после чего его обмякшее тело упало на труп Капуты. Логрус мгновенно поднялся с земли.

Бой Геона с «ультрамарином» продолжался. Траншея стала маленькой на фоне поединка двух легионеров. Геон наносил один яростный удар за другим, заставляя легионера «ультрамаринов» отступать. Последовал очередной его удар, который тот парировал, после чего нанес удар кулаком в лицо Геона. По визору Геона пошла паутина трещин, картинка начала подрагивать. Логрус хотел вступиться за Геона, но негласный кодекс чести легиона не позволял ему это сделать, так как тогда бы на Геона пала тень позора. Это понимали оба легионера, поэтому Логрус в напряжении ждал исхода дуэли. Геон снова замахнулся на «ультрамарина» рубящим ударом. Сын Жилимана поднырнул под зубцами цепного меча, после чего шагнул, направив свой клинок в подбородок Геона. Удар был настолько резким, что брызги крови попали на доспехи Логруса.

Логрус видел, как пал его брат. Ярость закипела в его жилах. «Ультрамарин» вытащил меч из шлема легионера, и бездыханное тело упало на землю. Гвозди мясника заводили свою кровную песню. «Славная смерть для воина», — подумал Логрус. Теперь обычай кровной мести вступал в силу.

«Ультрамарин» встал в стойку, сжав рукоять меча двумя руками. Логрус примагнитил болт-пистолет и достал второй электротопор. Холостой ход задыхающегося мотора сменился воем цепей, Логрус как танк помчался на легионера.

Первый удар «ультрамарин» блокировал мечом. Искры посыпались на землю. Логрус попытался ударить шлемом, но тот ожидал такого варианта развития событий и просто отклонился в сторону и попытался обойти «пожирателя миров». В этот момент Логрус нанес второй удар, который пришелся по касательной в бедро «ультрамарина», повредив керамит. Пластина упала, оголив пучки проводов и поверхность фибромускулов.

Логрус вновь рванулся на «ультрамарина», размахивая электротопорами и высекая искры из блокируемого металла. «Ультрамарин» отступал и пытался парировать удары легионера «Пожирателей миров». Гвозди мясника продолжали генерировать ярость, давая силы Логрусу. В ходе очередной атаки «ультрамарин» отскочил в сторону от зубьев электротопора, но, как оказалось, недостаточно. Зубья прошили керамит и погрузились в плоть, разбрызгивая кровь астартес. Послышался хруст костей. Логрус резко дернул рукоять, после чего нанес удар с другой стороны, который «ультрамарин» заблокировал лезвием меча. В этот момент «пожиратель миров» нанес удар коленом в бок. Кости поддались, отчего легионер ордена «Ультрамаринов» начал падать. Логрус снова занес электротопор — в этот раз в область плеча. «Ультрамарин» этот удар парировать не мог. Он упал на колени, прикрывая свободной рукой полученную рану, а другую, по которой стекала кровь, выставил подле себя в качестве опоры. Меч ультрадесантника выпал в какой-то момент и валялся на земле. Логрус навис над побежденным легионером, после чего снова вспомнил слова: «Славная смерть для воина».

— Ты хорошо сражался, ультрамарин, — пророкотал Логрус, опустил рукоять электротопора и отрубил голову легионера. Счетчик смертей перещелкнулся на четыре. Гвозди мясника продолжали бурлить в его затылке, отдаваясь пульсацией. Его снова несло в бой, но где-то далеко в его разуме замаячило чувство сомнения в своей непобедимости. Появилось осознание, что легионер «астартес» — очень серьезный соперник. Новые чувства были вызваны тем обстоятельством, что для него и его роты это был первый бой с легионерами «Астартес». Логрус снова обратился к тактической карте и увидел, что его лигеонеры начали продавливать оборону «ультрамаринов». Но, несмотря на успех, он видел и обратную сторону: убито тринадцать его братьев.

Калиф саботоном расчистил участок фульгрита и отпустил цепь. Звонкое эхо улетело вдаль вместе с песчинками песка. Легионер повернулся к братьям.

— Джако, расставь членов хора, — сказал он.

Джако махнул головой адептам, и те на непонятном языке стали шептаться между собой, а также кружиться вокруг членов хора, расставляя их в соответствии с требованиями ритуала, дергая при необходимости за звенья цепи. Снова послышался стон членов хора. Они медленно перебирали ногами, подвывая и сопротивляясь. Слышались удары хлыста, которым орудовал Джако. Крик боли разорвал шум ветра. Из-под закрытых металлическими шипованными дисками глаз на их одежду продолжала стекать кровь. Постепенно члены хора сформировали круг, в который зашел Калиф. Адепты расположились снаружи с ритуальными ножами в руках, запрокинув головы и нашептывая заклинания для начала ритуала.

Легионер смотрел на приготовления из-под личины шлема, лбом ощущая теплоту нагретого фульгрита. Он вытянул руку, и он один из адептов дал ему лезвие, деревянная рукоятка которого была украшена узором в виде змеи. Несущий слово снял перчатку доспеха и провел лезвием по ладони. Кожа разошлась. Согнув кисть в пригоршню, он подождал некоторое время, пока соберется немного крови, после чего пошел вдоль членов хора, рисуя кровью круг на поверхности фульгрита. Вернувшись на прежнее место, он развернулся и пошел к центру, где стряхнул кровь с ладони. Перейдя на закрытый канал, он обратился к «Избранным Несущим Слово»:

— Братья, да начнется же песнь смерти…

В этот момент хор затянул молитву на непонятном языке, и один из адептов перерезал горло одному из членов хора. Кровь брызнула внутрь круга, и бездыханное тело упало на очищенный участок фульгрита. Послышался хруст ломающихся костей. Вокруг головы стала собираться лужа крови. Адепт провел лезвием по своему лицу. По линии разреза вниз к подбородку стала стекать кровь. В этот момент щит фульгрита треснул, и тонкая паутина трещин разошлась в стороны. Из образовавшихся трещин вырвался молочный свет.

Калиф опустил взгляд и сжал кисть в кулак. На лице появилась улыбка. Камень в шлеме стал пульсировать. Он почувствовал резкий удар, отчего его слегка качнуло. Удар был не физический, а ментальный. Такой силы, что он дернул головой. На мгновение он потерял сознание, после чего последовал еще один ментальный удар, отдавшийся в ушах стуком барабана. Калиф дернул головой, пытаясь собраться, но было уже поздно, так как после очередного ментального удара его охватило ранее незнакомое ему чувство легкости, которое влекло его к поверхности фульгрита, покрывавшегося паутиной трещин. Затем его поглотила тьма.

* * *

Флагман «Фиделитас Лекс»

Местоположение неизвестно.

За год до вторжения в систему Ультрамар.

Калиф стоял у алтаря, освещаемый светом тысяч свечей. Запах тающих свечей и разлагающейся плоти заполонил помещение. Голова его была не покрыта, тело укрывал алый плащ с черными ободами на рукавах, испещренный узорами и выдержками из писания, вышитыми золотыми нитями. В метре от него на постаменте лежала книга, которая стала путеводной звездой легиона. Автором этой книги был его отец — Лоргар Аврелиан, отвергнутый сын лжеимператора. Сначала ему послышались голоса, хотя, как ему казалось, в помещении он был один. Однако эти нашептывания издавали служители легиона, которые постоянно читали молитвы из книги Лоргара, прославляя его имя и тот путь, которым он ведет легион. Калиф задержал свое внимание на фразе «Да будет же праведен путь твой, сын мой. Моя плоть и воля. Мой меч в эти тяжелые времена».

Время и впрямь было тяжелым. Император и его прихлебатели решили помешать его отцу нести истину для Империума.

Краем глаза Калиф заметил, как один из служителей потушил догоравшую свечу и прошептал: «За Аврелиана».

«Принятие начинается отсюда», — подумал Калиф.

— Замазанный помазанник пришел к отцу, — с ухмылкой произнес подошедший легионер, выдернув Калифа из его размышлений.

— Берут, — повернувшись, ответил Калиф.

— Отец ждет тебя. Иди за мной, — сказал Берут.

Они прошли по храму, минуя большие арки, увенчанные флагами легиона вперемешку с расписанными полотнами, на которых изображался Лоргар, и подошли к винтовой лестнице, уходящей вверх. Берут на мгновение остановился и повернулся к Калифу.

— Его личная келья, построенная им после его паломничества.

Калиф нечего не ответил. Они стали подниматься по лестнице. Все выше и выше. Без пролетов. Башня Лоргара уходила вверх.

Перед ними появилась деревянная дверь. Размером она была в самый раз для того, чтобы через неё прошел легионер, но для примарха она была мала. Берут скрылся за дверью, сказав Калифу ждать. Легионеру стало немного не по себе от ситуации: не каждый день ты стоишь перед отцом. Отягчающим было то, что он провинившийся сын, и Аврелиан не мог не знать этого. Другим был факт того, что Калиф не знал, для чего его вызвал Лоргар. Он стоял молча и при этом не слышал звуков за дверью. Легионер коснулся стены из желтого кирпича. Холод щипнул ладонь, и Калиф отдернул руку. «Колдовство», — подумал он. Дверь со скрипом открылась. Берут прошагал мимо Калифа, кинув:

— Заходи. Он ждет тебя.

Калиф молча прошел в помещение. Дверь сама, скрипя, закрылась за его спиной. Помещение освещалось светом свечей в нишах, а также люстрой со свечами посередине. Вдоль стен были расставлены шкафы со стеллажами, заваленными рулонами бумаг, перевязанных красными лентами. В левом углу расположилась аскетическая койка его отца, лежа на которой Лоргар мог обозревать космическое пространство через панорамное окно. Посередине комнаты стоял массивный резной стол коричневого цвета, на котором лежала космическая карта какой-то системы с яркой мигающей точкой, а также кипы бумаг. Калиф поднял взгляд на Лоргара, стоящего к нему спиной около панорамного окна. Он был обнажен до пояса, свет играл на его мускулистом теле. Черные штаны туго перетянуты золотым поясом. Взгляд примарха был устремлен куда-то вдаль. Молчание продолжалось некоторое время, после чего Лоргар повернулся с улыбкой на лице и сказал:

— Сын мой. Ты знаешь, почему ты здесь?

Калиф молниеносно опустился на одно колено и склонил голову.

— Встань, Калиф, — сказал Лоргар.

Тот поднялся.

— Я спрашиваю, ты знаешь, зачем ты здесь? — повторил вопрос Лоргар.

— Нет, — ответил Калиф.

— У меня для тебя ответственное поручение, сын мой. Тебе предстоит овладеть приграничным аванпостом на планете Тамир в системе Ультрамар.

— Ультрамар? — спросил Калиф.

— Да, мой брат Робаут выбрал сторону отца, — с горечью сказал примарх.

— Что в ней такого, отец? — спросил Калиф.

— Хм, — ухмыльнулся Лоргар, — короткий путь к Терре.

Калиф ничего не ответил.

— Мой отец, — начал Лоргар. — Он нам врал, Калиф. Он вознамерился править галактикой и сделаться Богом. Помнишь, — помедлил Лоргар, — Монархию…

Калифа как будто проткнули тысячей ножей от услышанного. Он помнил этот эпизод в жизни легиона. Он не заметил, как костяшки его пальцев захрустели, когда он сжал кулаки, а челюсти будто свело судорогой. Калиф поднял взгляд, полный отвращения, и спросил:

— А что остальные легионы?

— Многие примкнули к отцу, Калиф, — с грустью в голосе сказал Лоргар, — но наш воитель с нами, и под его предводительством мы приведем Императора к ответу.

Калиф чувствовал, как ярость переполняет его.

— Тамир будет в твоем распоряжении! — пророкотал он. — Я сделаю все, что ты скажешь, отец!

— Сделаешь, — кивнув и улыбаясь белоснежной улыбкой, ответил Лоргар.

Тамир

Калиф очнулся. Его сразу вырвало кровью, которая залила визор шлема. Он лежал на спине и стал захлебываться. В мгновение он снял шлем и откинул его в сторону. Лицо закололо от налетевшего ветра с песком. Он медленно поднялся и встретился взглядом с Пранго. Легионер стоял прямо напротив и также был без шлема, скалясь в улыбке. Его волосы трепал сильный ветер, и откуда-то сзади доносился звериный вой на фоне молитвенного пения, уносящийся ввысь. Калиф поднял взгляд и увидел бирюзовый столб света, уходящий в облака. Также за спиной он увидел несколько трупов членов хора, валявшихся на песке с перерезанным горлом.

— Что произошло? — спросил Калиф.

— Ты попал в столб света, вырвавшегося из фульгрита, после чего я тебя вытащил оттуда, брат.

— Сколько времени я отсутствовал? — начал было Калиф.

— Около семи секунд, — ответил Пранго.

Калиф вытер лицо тыльной стороной ладони и задержал взгляд на кровавом следе, после чего просто хмыкнул, слегка улыбнувшись.