Да уж лучше я буду играть в Stellaris (джен)

—Взгляд Жемчугов на Алмазов—

Жемчуги, как правило, относились к своим, за неимением лучшего слова, владельцам с высочайшим почтением. В их глазах выше этой фигуры не было никого, даже Алмазов. Измена, разумеется, не допускалась, но Жемчугов поощряли хранить доверенные им тайны при себе, за редкими исключениями. Ситуации, в которой Жемчугу пришлось бы выбирать между Великой Алмазной Властью и той, кому она служит, ещё не возникало, но такая возможность существовала. Эта мысль тревожила их во время общих размышлений, и они уже пытались разработать правила, чтобы смягчить возможный конфликт.

Впрочем, это почтение не распространялось на их внутреннюю иерархию. По умолчанию Жемчуги считали себя продолжением своих владельцев. Поэтому при встречах и обсуждениях они уступали в первенстве друг другу — в зависимости от того, кому служили. Это было строго неофициально. Вне службы все Жемчуги считались равными. Точнее говоря, равными между собой, но все они стояли ступенью ниже Жемчугов, служивших Алмазам.

Жемчуг Зелёного не то чтобы жалела о таком порядке. Как первую среди них, её часто считали самой главной, хотя она отлично знала, что это не так. Её конструкция была далеко не такой совершенной, как у более поздних Жемчугов — особенно у Жемчуга Голубой. И всё же ей уступали в первенстве, и это позволяло организовывать всё так, как ей хотелось. К тому же она могла настаивать на регулярных беседах.

— Привет, сестрички! — Жемчуг Голубой была новичком, и её жизнерадостность всё ещё казалась немного неуместной. — Как ваши дела этим чудесным утром?

— У нас тут ночь, — просто откликнулась Жемчуг Белой.

— Тогда как ваши дела в эту чудесную ночь? — тут же поправилась Жемчуг Голубой.

— Она не отстанет, пока ты не ответишь по существу, — с усмешкой заметила Жемчуг Жёлтой.

Жемчуг Белой каким-то образом умудрилась передать по аудиосвязи закатывание глаз.

— Продвигаемся в штатном режиме.

— Замечательно! — обрадовалась Жемчуг Голубой.

— Если нет ничего срочного, давайте кратко, — предложила Жемчуг Зелёного, улыбаясь в коммуникатор. — Зелёный занят парой экспериментов, но ничем таким, что могло бы сильно помешать. На рауте он выглядел довольным, хотя с количеством подобных затей мне, пожалуй, стоит быть осторожнее.

— Оу-у-у, всё такой же нелюдимый? — почти заскулила Жемчуг Голубой. — А Голубая носится повсюду! Всё такое новое! Это тот самый первичный период «устаканивания», о котором ты говорила?

— Не могу сказать наверняка, — подключилась Жемчуг Жёлтой. — Жёлтая к тому моменту уже в основном освоилась. Хотя наша реорганизация и правда вышла суматошной. Если всё пойдёт по тому же сценарию, то её лихорадочность спадёт лет через сто.

— Что очень похоже на общую тенденцию, — согласилась Жемчуг Зелёного. — Ещё есть сложности? Помню, ты паниковала из-за задержек.

— Да откуда мне было знать?! — взвыла Жемчуг Голубой. — Это моя первая серьёзная работа! Если бы вы почти в приказном порядке не заставили меня заложить запас времени на поставки, я бы сорвала все сроки. А Голубая бы надулась и расстроилась!

— Привыкай. Рано или поздно такое случится, — строго сказала Жемчуг Белой. — Мы не безупречны. Ошибки неизбежны. Учитывай их в своих планах.

— Белая всё ещё сосредоточена на совершенствовании производства самоцветов? — поспешила вмешаться Жемчуг Зелёного, пока у Жемчужины Голубой не началась истерика.

— В данный момент мы надеемся сократить расход Алмазной эссенции ещё на один процент, — проинформировала всех Жемчуг Белой. — С образцами из альтернативной вселенной у нас теперь гораздо больше данных. Особенно интересны «идеальные» экземпляры. Ещё почти готовы питомцы-камушки. Сначала у Белой появится довольно крупный кот.

— Звучит необычно, — заметила Жемчуг Жёлтой.

— Это осознанное решение. Она добавляет особый модуль, чтобы сделать его невосприимчивым к её дару, и надеется, что он сможет отвлечь её, если её снова занесёт, как в той альтернативной временной линии, — безэмоционально пояснила Жемчуг Белой. Но Жемчуг Зелёного знала наверняка: та о многом сейчас думает.

— Держи нас в курсе. Уверена, Голубая следующей захочет такого же, — сказала Жемчуг Зелёного и продолжила: — Жёлтая?

— Мы всё ещё заняты сокращениями. У Жёлтой наконец появилось время заняться менее срочными делами. Сейчас она занята пересмотром и совершенствованием средств для тренировок. Возможно, с новыми технологиями удастся создать более реалистичные симуляции. Она воодушевлена настолько, насколько вообще может быть, когда речь не о войне, — отчиталась Жемчуг Жёлтой.

— Лаборатории Зелёного всегда открыты, — предложила Жемчуг Зелёного, словно в этом могли быть хоть какие-то сомнения.

На этом совещание перетекло в праздную болтовню. День, по правде говоря, выдался относительно спокойным.

* * *

— Жёлтая—

Что делает самоцвет, созданный для войны, когда войны нет? Жёлтая давно знала ответ, но стоило обдумать его ещё раз, пока она подписывала последний приказ о списании корабля. Она появилась в мире, где было всего несколько кораблей, была старшая, Белая, и не просматривалось никакого очевидного пути. Задним числом она теперь понимала, что её первые вылазки напоминали игру органика с игрушечным флотом: она заказывала корабли, отправляла их в полёт и захватывала планеты. Всё это делалось почти бездумно и с ещё меньшим вниманием к последствиям. В своём превосходстве она была уверена, а столкнись тогда с чем-то необычным — наверняка бы сломалась.

Рождение Зелёного кое-что изменило. По правде говоря, не напрямую: его работа редко касалась военной сферы. Если не считать переосмысления того, как используются самоцветы, поначалу он в основном укреплял сам каркас их державы. Теоретически она и сама могла бы заниматься этим веками.

Но по-настоящему её мышление изменили регулярные отчёты и оценки их сил. Сначала этим занимался Зелёный, позднее она поручила это нескольким Жадеитам. Нескольких кораблей было мало. Не хватало проекции силы. Если удавалось установить телепорт, подкрепления поступали без ограничений, но сперва его всё-таки нужно было установить. Выводить корабли на орбиту таким способом они не умели (пока что; существовали лишь теории). Им требовалось больше всего и сразу, и поддержка Зелёного позволила ей развернуться.

Теперь у Жёлтой были флоты. Были фортификации. Бесчисленные автоматические разведчики и дроны. Её работа сместилась от прямого командования к управлению всей военной машиной. Полдня она оценивала боеготовность целой державы и состояние подконтрольных территорий. Статистический анализ проводился почти ежечасно, и к ней непрерывно стекались сводки. Она была генералом, адмиралом и носила все мыслимые командные звания. Работа у неё стала всеобъемлющей. Вооружённые силы разрослись до такого масштаба, что она уже не могла брать на себя какие-либо обязанности, кроме управления ими. Даже когда самые дорогие боевые корабли отправляли на консервацию, дел у неё не убавлялось.

Порой она почти завидовала своей альтернативной версии. Та могла позволить себе заниматься делами других Алмазов. Их силы были настолько малы, что та Жёлтая находила время поговорить напрямую с одной-единственной Перидот. Та её версия всё ещё оставалась на этапе личного взаимодействия. Это было понятно, но во время войны такое невозможно, и нынешняя Жёлтая уже не могла позволить себе роскошь лично общаться с каждым подчинённым самоцветом.

Возвращаясь к исходному вопросу, ответ на то, что делает военный самоцвет в мирное время, очень прост: готовится к войне. Этим и занималась Жёлтая.

Проводились и оттачивались симуляции флотских манёвров. На её личной планете регулярно проходили военные игры. Технологии совершенствовались. Новое оружие испытывалось. Новые самоцветы проходили обучение.И всё это для того, чтобы наихудший сценарий так и не стал реальностью.

В каком-то смысле работа Жёлтой не менялась с самого её появления. Сильно изменилось лишь её понимание. Кто-то другой, возможно, был бы недоволен. Жёлтая же понимала: о лучшем и мечтать нельзя. Её не создавали именно для этого, но она, несомненно, доросла до этой роли. Война стала её долгом, и она будет исполнять его на пределе своих немалых возможностей.

К слову, у неё появилось и новое хобби. Она научилась менять светоформы других самоцветов и в итоге начала придумывать для них различные мундиры. Это было довольно забавное занятие, и к тому же приятно было разделить увлечение с Голубой.