Роковая пятница (джен)

Учебный год заканчивался, оставались только экзамены. За завтраком директриса Макгонагалл сделала объявление, что сегодня авроры покинут Хогвартс. Она говорила что-то дальше про сотрудничество, помощь и ужасные трагедии, но Боб уже не слушал. Со своего места он видел профиль мрачного Гарри Поттера, стоявшего среди прочих авроров у учительского стола. Боб не выдержал и усмехнулся.

Ему захотелось разделить свой триумф с Элис, но стоило бросить взгляд на стол Когтеврана, и он скривился. Элис не только не смотрела на него, она снова сидела со Смит и Лавгуд.

С тех пор как Элис наладила отношения со своим факультетом, Боб почти не мог застать её одну, она вдруг сблизилась со своими однокурсницами, стала делать уроки с ними — кто бы мог подумать, что зарабатывание баллов так объединит этих бестолковых девчонок!

Боб заметил, что Элис сменила причёску: вместо двух детских хвостиков у неё теперь были хитро заплетённые на висках косы. Раньше он бы не обратил на такую ерунду внимания, но сейчас ясно видел: это было очередным знаком влияния новых подружек. Всё начинается с мелочей, сначала они поменяют её внешне, а потом научат, с кем общаться, а с кем нет. Они всегда замолкали, стоило Бобу пройти мимо, и смотрели так, будто он флоббер-червь. Как бы Элис им о чём-нибудь не проболталась. Нужно было постараться подловить её одну и ещё раз поговорить. Слава Мерлину, она хоть Америку больше не упоминала, но он не был уверен, что летом она не передумает. «Точно, надо будет навестить Элис на каникулах», — решил он за них обоих.

Впрочем, капризы Элис не могли испортить ему настроение. Два дня назад из замка исчез Пьюси — говорили, что под конвоем, сегодня — ни с чем уйдёт Поттер. Боб Хоббс их всех переиграл — чистокровных и просто зарвавшихся, злодеев и героев. Он был тварью на самом верху пищевой цепи!

* * *

Гарри в первый раз за долгое время проснулся от кошмара. Его не тревожили кошмары с того дня, как пал Волдеморт. На мгновение ему показалось, что у него болит шрам, но это оказалось фантомное чувство. Память, и ничего, кроме памяти. Волдеморт мёртв. Даже если допустить невозможное, чудовищное — что Тёмный Лорд каким-то чудом вернулся с того света без крестражей — в Гарри больше нет крестража, значит, нет и телепатической связи с врагом, которая в теории могла бы вызвать кошмар.

Проснувшись посреди ночи, Гарри первым делом нащупал рядом с собой Джинни. Затем зажёг ночник и принял сидячее положение. Глянул на темень за окном, перевёл взгляд на настенные часы — три.

— Ты чего? — недовольно спросила Джинни, протирая глаза.

— Плохой сон приснился.

— Волдеморт? — сочувственно спросила Джинни, вылезая из-под одеяла.

Гарри покачал головой.

— Нет, это что-то другое, — ответил он, не глядя на неё. Затем встал и в трусах прошёл на террасу. Он хотел провести минутку наедине с собой. Он сам пока не понимал, что это такое ему привиделось.

Ему приснилось, что солнце не взошло. Во сне Гарри открыл глаза, увидел на часах, что уже восемь утра, но за окном темно, а Джинни под боком нет. Он вышел на террасу и долго ждал, когда же заалеет над верхушками деревьев. Вопреки ожиданиям, небо на востоке вдруг стало чернеть. Остальная часть небосвода выглядела светлой на фоне чернильного пятна, разлившегося у восточного горизонта. Когда солнце наконец взошло, оно было чёрным и сияло чёрными лучами. У Гарри похолодело внутри, и он проснулся — в этот раз наяву.

Восход, чёрное солнце… его подсознание пыталось ему что-то сказать, но говорить оно умело только на языке символов.

— Что тебе приснилось? — на террасе возникла Джинни в пижаме. — Ты можешь со мной поделиться, ты же знаешь.

Она переживала за него, и Гарри выдавил из себя улыбку.

— Я видел чёрное солнце.

— И давно тебе снятся оккультные символы? — насторожилась Джинни.

— Это впервые.

— Как думаешь, с чем это связано? С твоим нераскрытым делом? — Джинни облокотилась о парапет рядом с ним. Ласково посмотрела на него.

— Может быть. Не знаю. У меня дурное предчувствие.

— Мне кажется, ты нагнетаешь, — неуверенно сказала Джинни, но в её глазах Гарри прочёл беспокойство.

— Что-то грядёт. Я чувствую это.

— Да брось. Война давно закончилась.

— Война никогда не закончится, — возразил Гарри.

— Вот ещё! Что за глупости! На чём основаны выводы? На предчувствии? Война закончилась, и ты это знаешь.

— Думаешь, война — временное явление? — Гарри стоял к ней вполоборота. При этом продолжал смотреть вдаль, как будто ожидал увидеть восход в три часа ночи. Или желал убедиться, что его не будет в неположенное время. — Всё наоборот. Это мир — временное явление. Передышка между войнами. Мы отдыхаем, празднуем, а зло затаилось и копит силы для нового удара.

— Волдеморт мёртв! Просто травмы, полученные в прошлом, не дают тебе покоя. Но я не подозревала, что настолько.

— Дело вовсе не в Волдеморте. Посмотри на последние два столетия. Война с гоблинами, война с Гриндевальдом, первая магическая, вторая магическая… — Гарри говорил, загибая пальцы на руке. — Ты не видишь закономерность?

— Какую закономерность, Гарри?

— Зло всегда возвращается. Вопрос только в том, какую форму оно примет на этот раз.

Джинни молчала, глядя на Гарри с опаской.

— Пускай так, — сказала она тихо спустя минуту напряжённого молчания. — Допустим, грядёт новая война. Ты своё уже отвоевал. Как и я. Мы заслужили счастье. А на следующей войне… пусть воюет кто-то другой.

— Кто?

— Думаешь, мир не найдёт другого Гарри Поттера? Найдёт. Перестань всех спасать и возвращайся в постель. Я жду, — Джинни шаловливо подмигнула ему и удалилась.

Гарри ещё какое-то время всматривался вдаль, точнее в собственные нелёгкие мысли. Его терзало понимание того, что он проиграл. Убийца остался на свободе. Некоторые в Министерстве считали, что убийца Пьюси, но у них не было доказательств, что эти дела как-то связаны. Зачем Пьюси-младшему убивать профессора Снейпа или пуффендуйца Джонсона? К бизнес-махинациям семейки Пьюси они не имели отношения. Смешно просто.

Пьюси-младшему много не дадут, в отличие от Пьюси-старшего, который за всем стоял. Хотелось бы Гарри приписать это себе в заслугу, но он тут ни причём — тот факт, что Хоббс случайно подслушал, как Рикки Миллерс и Пьюси (последний отрицал причастность подружки) обсуждали зелье и рассказал об увиденном аврорам, являлся чистым везением.

Был ещё Брэдли, угодивший в жернова магического правосудия из-за показаний сломанного хроноворота и неаккуратно брошенных слов. К счастью, его Гарри удалось отбить: парня уже выпустили на свободу, и он собирался сдавать экзамены комиссии в Министерстве, поскольку школьные пропустил.

Однако всё это было мелочью по сравнению с двойным убийством. Гарри не искал себе оправданий. Надо посмотреть правде в глаза: в этот раз он проиграл. Ничего, у него ещё будет возможность всё исправить. Убийца ещё себя проявит. Ведь зло всегда возвращается...

Гарри бросил последний взгляд на тёмный горизонт (не настолько тёмный, как чёрное солнце из его сна), выпрямился, почесал вечно взъерошенные волосы. Спать ему расхотелось. Но Джинни вроде имела в виду не это.